Исцелённый

— Ты опять прогоняешь меня? — спросил Жар, задыхаясь. Его мать, Лавина, стояла перед ним и смотрела в пол. «Она даже в глаза мне посмотреть не может», — проворчал про себя юный Небесный. — Королева Рубин любезно предоставила тебе место в новой лечебнице, — произнесла она и потянулась за письмом, которое они сегодня получили. — Я думала, что не зря отправила тебя в Яшмовую академию… Видимо, я ошибалась, — её голос поник. Жар понимал, что мать намекала на инцидент с Камнероем. — Удивительно, что тебя не объявили в розыск. На твоём месте я бы воспользовалась этим шансом, — она наконец взглянула на сына и ласково добавила: — Надо попробовать. «Что за наглая ложь. Бессмыслица и пустые слова». — И что же они такого сделают?! Мама, мой шрам лучше уже не станет! Никогда! — бросил Жар и вырвал письмо из лап Небесной, разрывая его напополам. И всё ради того, чтобы скрыть грозящие вырваться слёзы. «И зачем я распинаюсь? Я бы тоже послал себя куда подальше». Юный Небесный начал бродить по маленькой комнате. Они жили в небольшом частном доме в Возможности. Многие из Когтей Мира жили здесь или в другом городке возле гор, который строил их лидер. Возможность прослыла славным городом, вот только Жар считал его таким же гнусным, как и любое другое место: прохожие здесь всё равно пялились на него, как на психа. И он был уверен, что они втихую издевались над ним. Насмехались над шрамом. Считали уродливым монстром… как и его мать. Единственная, кому Небесный доверял и кого любил всем сердцем, не могла даже взглянуть на него. Собственная мать ненавидела его. И всё из-за этого сраного шрама. «Нет. Это всё из-за поганых Ночных и этой сдохшей Песчаной». Начинала закипать кровь, и в голове возник знакомый образ: он отрывает хвосты всем Песчаным и затыкает ими до смерти всех Ночных. Нежное прикосновение крыльев прервало грёзы дракона. Лавина аккуратно взяла его за щеку и вытерла выступавшие слёзы. Он их даже не заметил. Небесная тяжело вздохнула. — Жар, прошу, не спорь. Ты идёшь, и точка, — сказала она и отпустила сына. — Я напишу королеве Рубин, что ты согласился. Она развернулась, села за стол и начала писать. Каждое слово ощущалось как очередной нож в сердце и удар под дых. Она снова избавляется от него. Жар не мог больше на это смотреть. Он направился к окну в их скромном жилище и начал наблюдать за проходившими мимо драконами. Кто-то прогуливался с друзьями, кто-то с дракончиками, кто-то с возлюбленными. «Никто из них не заслуживает ни счастья, ни любви. Жизнь — это сплошные страдания, после которых ты дохнешь. Вот и всё». Небесный взглянул на мать. Она продолжала писать. «Особенно если тебя ненавидят все на свете».

***

Охр сидел в пугающе просторном тронном зале королевы Ибис. Тёмно-серый гранитный пол был настолько чистым, что в нём можно было увидеть своё отражение. А ещё грязь, что юный Земляной успел собрать по пути сюда и которым он запачкал пол. Величественные колонны держали куполообразный потолок из насыщенного розового мрамора. Гигантские арки же пропускали тёплый ветерок, что проносился между болотными садами-огородами, окружавшими здание. Несмотря на приветливое тёплое солнце и дружелюбное кваканье лягушек, Охр всё равно чувствовал себя неуютно и знал, что Стерх чувствовала себя ещё хуже. Они вернулись в Земляное Королевство несколько недель назад после… инцидента в академии и направились прямиком к королеве, чтобы рассказать о том, что произошло. Им приказали оставаться в королевстве, пока Ибис вела переговоры с королевами Рубин, Ореолой и Глетчер насчёт подходящего наказания для Стерх. Всё-таки Небесная и Ночной были убиты, Радужная была ранена, и Ледяная оказалась на чешуйке от смерти. Теперь брата и сестру вызвали к тронному залу для оглашения вердикта. Приглушённый всхлип Земляной прервал повисшую тишину: драконица начала плакать. Охр стремительно окутал её крылом. — Тс-с. Всё будет хорошо, — прошептал он в сотый раз. — Ибис — добрая королева. Она не даст тебя в обиду. По крайней мере он надеялся, что был прав. — А… А вдруг они убьют меня? — сквозь слёзы произнесла драконица, ткнувшись в плечо брата. — Я убила тех двоих, ранила Тамарин и попыталась убить принцессу Ледяных. Я бы сказала, что это справедливое наказание. Не успел Земляной что-либо сказать, как со стороны трона послышался шум. Из скрытого прохода вышла королева Ибис. Она оказалась прямо возле трона, располагавшегося на возвышенной платформе, но вместо того, чтобы сесть на него, Ибис спустилась и направилась к своим юным подчинённым. Драгоценные камни, украшавшие её чешую, причудливо отражали солнечный свет. — Приветствую, Охр, Стерх. Спасибо, что пришли, — королева кивнула и заботливо обратилась к Стерх. — Как твои дела? — спросила она. Стерх быстро вытерла слёзы. — Пытаюсь держаться на плаву, — призналась Земляная. — Здравое решение, — Ибис кивнула и ненадолго умолкла. — Думаю, вы понимаете, для чего я вызвала вас сегодня. Сердце Охра замерло, его живот скручивало от волнения. Ему казалось, что его сестра вот-вот снова расплачется. Но этого не произошло. Набрав воздуха в грудь, Стерх выпрямилась и посмотрела прямо в глаза Ибис. — Я принимаю своё наказание, — произнесла она. Земляного гордился смелостью сестры, но выражение королевы довольно быстро развеяло это чувство. Королева Земляных начала мрачным тоном: — Ты ведь понимаешь, что некоторые могут посчитать твоё преступление непростительным? — спросила она. Стерх кивнула, но Охр понимал, что та с трудом сдерживала слёзы. «О Стерх. Что бы ни произошло, я всегда буду рядом с тобой, обещаю». Земляной обвился с ней хвостами в знак поддержки. Королева перевела дыхание и продолжила: — Тем не менее я, как и другие королевы, не считаю тебя преступницей. В глазах Охра зажглась искра надежды, и он сжал покрепче хвост сестры. — Война всегда оставляет после себя шрамы, — продолжила Ибис. — Особенно у самых юных. Королева Рубин уверена, что война ранит нашу голову и сердце. Эти раны нельзя увидеть, и вместо того, чтобы кровоточить, они меняют наше поведение, то, как мы мыслим, и даже то, что мы чувствуем. Рубин считает, что с тобой случилось именно это. Охр нахмурился. Стерх недоумевала. — В моей голове? — повторила она и приложила лапу ко лбу, пытаясь отыскать эту рану. — Да, — ответила королева. — В Небесном Королевстве под руководством Рубин строится новая клиника, и в том числе там проходит обучение нового вида врачей. Она зовёт их целителями. Они занимаются лечением этих незаметных глазу ран, этих последствий войны. В ходе долгих переговоров мы решили, что лучшим решением будет отправить тебя к этим врачам, чтобы ты поправилась и смогла вернуться к жизни в Земляном Королевстве. Охр разинул пасть. Стерх выглядела не менее изумлённой. — Значит… Меня не казнят? — робко спросила Земляная, словно она боялась напоминать Ибис о такой возможности. Королева зашипела от отвращения. — Конечно же нет! — резко ответила она. — И вы не собираетесь садить её в тюрьму? — спросил Охр. Ибис тяжело вздохнула. — Я не считаю, что тебя нужно сажать, Стерх. Мне противна даже мысль об этом. Теперь, когда война закончилась, мы должны начать всё с чистого листа, должны восстановиться… и дать каждому второй шанс. Волнение наконец начало отступать, и Охр крепко обнял сестру, не обращая внимания на то, что они находились в присутствии королевы. Драконица обняла его в ответ, и Земляной ощутил, как напряжение в её теле тоже начало отступать. И вот сиблинги разъединились, продолжая улыбаться. — Я полечу с тобой в Небесное Королевство! Я буду рядом, пока мы не окажемся у цели! — без раздумий произнёс Охр, после чего вопросительно взглянул на Ибис. Та кивнула и улыбнулась. Брат и сестра снова обнялись. — Не могу поверить, что мы отправимся в Небесное Королевство, — сказала Стерх, смеясь и от радости, и от волнения. — И я тоже, — согласился Земляной.