Исцелённый

— Ну? — поторопил Жар. Охр проглотил ком в горле и наконец пробормотал: — О тебе беспокоился, — нерешительно сказал он. — И решил проверить, всё ли нормально, — юный Земляной робко улыбнулся. Небесный фыркнул и повёл ухом. «Не ври тут мне». — Ага, так я и поверил. Так зачем ты на самом деле пришёл? — огрызнулся он. Охр уставился на него словно контуженая овца. — Я… Э-э… Уже сказал, — настороженно ответил Земляной. Жар зарычал. «Лжец». «Все тут врут. Камнерой, Провидец… Так-то все Ночные врут, но не в этом суть! Не бывает белых и пушистых драконов, такова жизнь». Небесный выпрямился и уставился на Охра; из его носа стал выходить дым. Земляной прижал к себе крылья. Угрожающим тоном юный дракон произнёс: — Не ври мне, Земляной. Не смей притворяться, будто ты беспокоишься обо мне. Я знаю, что ты ненавидишь меня. Боишься. Ты помогал мне на кухне только из-за еды. Так что ответь уже: что ты, небо тебя разрази, здесь забыл? — Э-э, ну, я… — Охр пытался подобрать слова. Жар наслаждался его неловким видом. — Да что ты дитя-то мучаешь, а? — заговорила тупая Песчаная, которая должна была следить за ним. Жар зашипел. — Не лезь не в своё дело, пескожуйка, — он вскочил с кровати и встал возле Земляного. — Вот кто разрешил тебе войти? — спросил он. — А ну свалила из моей комнаты! Драконица помрачнела, но кивнула и вышла, оставляя троих драконов наедине. Астериас думал на тем, как приделать отвалившуюся ножку стула, а Охр осторожно провожал Каравайку взглядом. Небесный повернулся к Земляному. — Тебя это тоже касается. Свалил. Сейчас же. Тот вздрогнул. — А. Ладно. Сейчас… — он умолк. Жар отвернулся, желая наконец залезть на кровать. Он хотел лишь свернуться калачиком и отдохнуть от остальных. Ну почему в его комнату стали врываться, словно здесь была какая-то вечеринка? «Вот гниды. Не видят, что ли, что я хочу побыть один?» Охр направился к двери, но вдруг остановился. — А, подожди! Хотел кое-что вернуть тебе! — беззаботно сказал он и вытащил что-то из-под крыла. Небесный закатил глаза, но присмотрелся и тихо охнул, когда увидел, что дракон держал в лапе. — Мой графиток! Что за дела, Охр? Украл? — он бросился за свитком и выхватил его. — Да нет же! Ты уронил его во время драки, — быстро ответил Земляной, но Жар его не слушал. Он отправился к окну и стал рассматривать графиток. Несколько пятен грязи, ничего серьёзного. Жар облегчённо вздохнул. — Так что это? — внезапно спросил Охр, оказавшись прямо позади. Небесный дёрнулся. Он спрятал графиток под крылом, чувствуя себя неловко. Раньше, когда он упоминал свой интерес, над ним либо насмехались, либо его полностью игнорировали. — Да так. Ты почему не ушёл ещё? Теперь к разговору присоединился Астериас. — Это, случаем, не эти… как ты их там называл… графики, которые ты любишь читать? — спросил он. Жар стиснул зубы. — Графитки… Да, это они, — Небесный пытался закрыть тему, однако Охр в очередной раз стал совать свой тупой нос куда не следует. Он уставился на него широкими блестящими глазами. — Что такое графитки? Жар потёр шею. — Ну, что-то вроде обычных свитков… с рисунками… и крутыми супергероями. Каким-то образом глаза Земляного стали ещё шире. — Ого! А что за супергерои? Наверное, герои, но лучше? Небесный фыркнул. — Конечно лучше! У них есть настоящие сверхспособности, которыми они пользуются, когда захотят, например чтобы спасти мир! Охр выглядел сбитым с толку. — То есть они как дракоманты? — Чего? Да нет же! — недовольно произнёс Жар. — Они в тысячу раз лучше этих гадких дракомантов! Супергерои рождаются со специфичными способностями. Они не могут по щелчку пальцев решить любую проблему, и поэтому за ними интересно наблюдать. Они работают сообща, вместе используя свои способности, чтобы противостоять суперзлодеям. Земляной заморгал. — Ты сказал… суперзлодеям? — О да, — Жар кивнул и открыл графиток, показывая одну из сцен. — Видишь этого дракона? — он указал на мрачного персонажа с впечатляющим плащом. — Это Повелитель Зла, и он хочет уничтожить мир! А вот это… — Небесный пробежал глазами по свитку, чтобы найти подходящую сцену с доблестными драконами, — …добрые супергерои, — он повернул графиток, чтобы показать сцену Охру. Тот внимательно рассматривал рисунок. Жар очень хотел, чтобы Земляной просто ушёл, но он был первым, кто проявил интерес к графиткам, и Небесный уже не мог остановиться. — И… они одолеют Повелителя Зла? — спросил Охр, пробегая глазами по сценам в графитке. Жар нахмурился. — Если хочешь узнать, прочитай сам. Я не буду портить твоё первое впечатление, — юный дракон закрыл графиток и направился к сумке, чтобы положить его к остальным. Когда Небесный повернулся, он увидел опечаленное выражение Земляного и ему стало немного совестно. — А… Ладно, — смиренно произнёс Охр. Жар пытался избавиться от этого противного непонятного ощущения. «Да кому сдался Охр? Он же обычный тупой Земляной. Какое мне до него дело?» Земляной стал неловко перебирать лапами. — Наверное, мне стоит уйти… Надеюсь, ещё увидимся, Жар. Послышался стук когтей о пол. — Охр, стой, — позвал Жар, и юный дракон остановился. «Что я делаю?» — Ты… не хочешь почитать мои графитки? — предложил Небесный. «Да что на меня нашло?! Я что, настолько отчаялся, что готов подпустить какого-то Земляного к своей драгоценной коллекции, лишь бы обсудить с кем-то графитки?» Глаза Охра засияли, и то противное ощущение отступило. — Да? Ты дашь мне их почитать? — Земляной прискакал к Жару, пока тот копался в сумке, чтобы найти первые выпуски из серии, которую он сейчас читал. Небесный протянул их Охру, но не успел тот к ним прикоснуться, как Жар схватил его за запястье и притянул к себе, сверля взглядом. — Слушай внимательно, Земляной, — прошипел он. — Если с этими свитками что-то случится, тебе не поздоровится. Понял? Охр кивнул, сглотнув ком в горле. Жар передал ему графитки и отпустил его, пытаясь не обращать внимания на довольную улыбку Астериаса, которую он заметил краем глаза. Небесный провожал Охра взглядом, но тот вновь остановился у выхода. — Да ё-моё, а теперь-то что? — спросил Жар, простонав и уставившись на Земляного. Он не ожидал вдруг увидеть в его взгляде задумчивость и мягкость. — Послушай, Жар, — начал Охр, продолжая смотреть ему в глаза. — Знаю, что ты не считаешь меня другом, но если тебе вдруг захочется поговорить или чем-то заняться вместе… Ну, ты знаешь, где меня найти. И ещё, я не испытываю к тебе никакого отвращения. Небесный ощутил какое-то странное тепло внутри, и ему пришлось сдерживать улыбку. — Ну свали уже, а? — рявкнул он. Земляной кивнул и направился к выходу, вот только его морду остановила грудь Каравайки. Песчаная открыла дверь и стала искать глазами Астериаса. — Тут тревожная Небесная. Мне впустить её? — спросила она, и за ней послышалось оскорблённое фырканье. — Да не тревожная я! У меня тут важная новость! Жар поморщился. Он узнал этот голос. Это была та самая противная Небесная, которая работала за стойкой регистрации. Её розовато-оранжевая голова высунулась из-под крыльев Каравайки, и она попыталась протиснуться через Песчаную. — Охр! И ты тут, оказывается. Как там Стерх? Охр улыбнулся, вот только улыбка эта была не сильно широкая. — Ей уже лучше. Она сейчас у Бури. Астериас только сейчас обратил внимание на разговор и разрешил Молнии войти. «Ага, то есть моё разрешение тут никого не волнует. Это моя комната!» — пожаловался про себя Небесный. Зачем говорить это вслух, если тебя всё равно не слушают? Молния благодарно кивнула Морскому и заговорила: — Шеф-повар слёг с кишечным гриппом и не сможет работать. Он попросил злобного парня, который помогал готовить, заменить его. «Злобного парня? А это ещё кто?» Юный дракон заметил на себе взгляды окружающих. «Да пошли вы!» — А ещё… — робко добавила Небесная. — Он сказал об этом совсем недавно, так что… У тебя всего час, чтобы приготовить еду для сотни драконов. — Чего?! — проревел Жар. — А раньше сказать не могла?! Молния топнула лапой. — Сказала же, он только-только об этом нам сказал! — Ну что, Жар? Хочешь попробовать? — спросил Астериас. На Небесного уставилось четыре пары глаз, и тот прикрыл волнение хмурым видом. Настроение всё равно было такое себе, но ему ни с того ни с сего стало получше. Видимо, разговор о графитках помог отвлечься. А готовка всегда поднимала ему настроение. Жар заворчал. — Ладно, заменю его. Но есть одно условие… Свалите из моей комнаты сейчас же.

***

Жар быстро помыл лапы и накинул фартук с карманами. Охр неуклюже повторял за ним, и вот драконы приступили к готовке. — Итак, — начал объяснять Небесный. — Готовим печёного лосося с кленовой глазурью и рис со специями, а ещё добавим туда варёную спаржу или что-нибудь ещё, — говорил он, открывая все шкафчики и вынимая ингредиенты. Охр решительно кивнул. — Хорошо, отличный план! Что мне делать? Каким бы надоедливым Земляной ни был, хотя бы на кухне он его слушался. — Сходи в подвал за лососем. Я пока заварю рис… Э, смотри, куда прёшь! — Жар врезался в Каравайку, которая настойчиво последовала за ним. Вот только сейчас она лишь мешалась под лапами. — Не хочешь помогать — снаружи карауль! — бросил Небесный и, оттолкнув её, направился к печи. Юный дракон зажёг огонь и взял несколько больших кастрюль, залил в них воду и высыпал рис. Пока вода кипятилась, Жар подошёл к большой каменной печи и также зажёг её. Нужно было срочно всё разогреть: оставалось всего сорок минут. Небесный прикрутил в печи специальную решётку и стал ждать Охра с рыбой. «Так, всё идёт хорошо. Я справлюсь!» Земляной наконец вернулся. Ему нужно было сделать ещё несколько заходов, но Жар уже принялся за работу. Он схватил филейный нож и стал нарезать рыбу и очищать её от костей. На пятой рыбине дракон кое-что вспомнил: «А, блин! Про спаржу забыл!» Из-за того, что он отвлёкся, нож соскользнул с лапы и прошёлся по ладони. — Блять! Небесный убрал лапу подальше от рыбы, чтобы кровь не попала на неё. Пока он давил на порез, вошёл Охр с последней порцией рыбы. Земляной сразу заподозрил неладное. — Жар, что случилось? — спросил он и взял чистую ткань с кухонного стола. Земляной без предупреждения схватился за запястье Небесного и приложил ткань к ране. Жар вздрогнул, но не стал сопротивляться. Охр повернулся к Каравайке, которая стояла в углу, чтобы не мешаться. — Можете, пожалуйста, сходить за бинтами? — спросил он. Песчаная настороженно взглянула на Жара, а тот попытался выглядеть наиболее хмуро. В конце концов драконица вздохнула. — Ладно. Скоро вернусь, — сказала она и сурово уставилась на Небесного. — Не делай глупостей, пока меня не будет. Жар хотел было возразить, но заткнулся, когда Охр наступил ему на хвост. Как только Каравайка ушла, Земляной заговорил: — Не надо наживать себе врагов. Небесный фыркнул. — Так они всё равно ненавидят меня с первого взгляда. Зачем мне их переубеждать? Земляной нахмурился, но решил пока промолчать и осмотреть рану, которая, как выяснилось, ещё кровоточила. Он продолжил давить на порез. — В смысле? — вдруг спросил Охр. — С чего вдруг тебя будут ненавидеть с первого взгляда? Жар указал лапой на шрам. — Все ненавидят уродство. Такова жизнь. Уродливые вещи выбрасывают, разрушают, бросают, заменяют чем-то красивым. Никому не нужен изуродованный цветок, стул… или дракончик. Небесный проглотил ком в горле. Он поднял слишком личную тему. Видимо, Охр это заметил и промолчал, вот только Земляной почему-то покраснел. — Чего ты покраснел? — прошипел Жар. — Смешно стало? — А? А, нет, просто… ну… — Земляной смущённо уставился на свои лапы. — Твой шрам не уродливый… Как по мне… он крутой. Небесный потерял дар речи. Он распахнул пасть, но не сразу смог произнести: — Ты… считаешь его крутым? По-твоему, этот уродливый след на моей морде крутой? Охр повёл плечами и взволнованно взглянул на Жара. — Мало кто остался без шрамов. Оглянись вокруг, посмотри на других пациентов. Даже у меня шрам есть! — он ненадолго умолк. — По-моему, они украшают дракона, придают ему грозный вид, понимаешь? У каждого шрама же есть своя предыстория. Жар задумался над этими словами. Его отношение к собственному шраму не изменилось… Но вдруг другие не презирали его за это уродство? «Тогда почему мама прогнала меня, если не считает уродом? Может, кому-то и плевать на мой шрам, но точно не ей». Вспомнив мать, Небесный ощутил новый приступ вины. Вскоре она получит письмо с описанием того, что случилось вчера. И она так в нём расстроится… опять. — Ой-ёй. У тебя снова это выражение, — произнёс Охр, и Жар выпрямился. — Ты на что намекаешь? Всё у меня нормально с мордой… Это у тебя морда странная! — юный дракон убрал лапу. Кровь перестала течь, но он всё равно чувствовал жжение. Небесный взглянул на Земляного. Тот выглядел очень встревоженным. — Стерх выглядит так же, когда думает о… — он умолк, оставляя Жара додумывать за него. Драконы сидели в неловкой тишине, пока не пришла Каравайка. — Принесла! — объявила она и передала набор бинтов и какую-то мазь Охру. Не проронив ни слова, Земляной крепко обвязал рану. Жар кивнул ему в знак благодарности, и после пары неловких кивков и недолгого бормотания они разошлись, возвращаясь к готовке. Небесный работал не покладая лап, но внутри он всё продолжал думать над словами Охра. Судя по всему, Земляной не врал. Он серьёзно считал его шрам крутым? «Хм-м», — подумал Жар, поглядывая краем глаза за Охром. — «Может, ему всё-таки можно доверять».