Исцелённый

Жар и Охр рухнули друг на друга. Они справились, смогли накормить всех пациентов, работая без устали и устроив полнейший бардак на кухне. Обычно Небесный любил прибираться ещё во время готовки, но в этот раз времени на это не было. Везде была рыбья чешуя, крупинки риса покрывали всё его тело, а кухонные столы были испачканы сильнее, чем пол. Но по-настоящему удивляло, скорее, то, что Охр ни разу не пожаловался на то, что они так и не поели. — О-ой, — простонал Земляной. — Как же хочется есть. Забудем об этом. — Еда должна была остаться… хоть где-нибудь, — беспомощно предположил Жар. Сейчас он в принципе не особо соображал. — Ну вообще… — робко произнёс Охр. — Ты летал по кухне как бешеный, так что я успел прихватить нам немного еды. Юный дракон неуклюже встал на передние лапы, дополз до тускневшей печи и достал два лосося. Они были цельными, но полностью прожарились и прекрасно пахли. «Да как так-то? Как я мог не заметить две лишние рыбы в печи?» — задумался Небесный. Он пытался вспомнить то, что произошло за последний час, но в голове была одна лишь каша. Решив не задерживаться на этой мысли, Жар немощно принял предложенную еду, и драконы стали есть в тишине, пока не открылась дверь на кухню. Внутрь зашли Стерх и Молния. — О солнце, что это за место преступления! — воскликнула Небесная. — Охр? Ты тут? — тихо спросила Стерх. Лежавшие на полу драконы застонали, давая понять, что они находятся за кухонными столами в центре кухни. Вскоре их нашли. — О Луны! Охр! Ты в порядке? Стерх подбежала к брату и помогла ему встать. Земляной слабо посмеялся. — Мы в порядке. Просто очень устали. — Эй. Вставай, — сказала Жару Молния, тыкая в заднюю лапу хвостом. У Небесного не было сил даже рыкнуть. К счастью, Охр помог ему встать на дрожащие лапы, и Жар теперь мог хорошенько рассмотреть окружавший их хаос. — Мда-а уж. Да мы умрём раньше, чем приберёмся здесь. Жар устало потёр морду и сразу же пожалел об этом: рыбья чешуя, украшавшая его лапы, теперь оказалась на морде. «Ну что за пиздец». — Не факт, — сказала Молния, ткнувшись в Стерх. — Если будем работать вчетвером, то должны справиться в два счёта! Жар не собирался отказываться от помощи, даже если помогать будут громкая Небесная и дёрганая, возможно чокнутая сестра Охра. — Ладно. Так уж и быть. Давайте уже начинать, чтоб я наконец мог поспать, — проворчал он. Охр озадаченно взглянул на Небесного. — Но день же только начинается. Ещё даже обед не закончился! — Думаешь, меня это заботит, Охр? — Ого, какая весёлая у нас компания. Не терпится остаток дня убираться вместе с вами, — произнесла Молния с фальшивым восторгом, на что Жар фыркнул. «Вот же ж мразота наглая», — подумал Небесный. Охр помог спокойно распределить обязанности: Жар взялся за метлу, Земляной очищал печь от сажи, а драконицы мыли кастрюли, сковородки и решётки для запекания. Жар и Охр работали молча, а вот Стерх и Молния не затыкались ни на секунду. И, возможно назло Небесному, они обсуждали тупейшие темы. — Так ты действительно видела призрака? — оживлённо спросила Земляная, Молния же увиливала от ответа. — Не сказать, что прямо видела… Но он там точно есть! Я опросила нескольких охранников и… — Что за фигню вы там несёте? — прервал Жар и облокотился о метлу. Небесная развернулась и уставилась на него оранжевыми глазами. — Не лезь не в своё дело, не с тобой общаются! — парировала драконица, но Стерх решила ответить: — Молния считает, что во дворце завёлся призрак, — произнесла она. Небесный впервые в жизни услышал столько восхищения в её голосе. — О, во дворце гораздо, гораздо больше призраков, но я рассказывала Стерх о новом обитателе, — быстро добавила драконица. — Пф-ф, — Жар грубо рассмеялся. — Ну что за тупость! Призраков не существует. Молния обратила всё своё внимание на Жара. — Вообще-то у меня есть доказательства их существования. Я ведь начинающая охотница за привидениями, — она выпятила грудь, будто тут было чем гордиться. Стерх же уставилась на неё как на супергероя. — Ух ты, уверен, за тупым названием скрывается не менее тупое занятие, — пробубнил Небесный, довольный тем, как зарычала Молния. — Кхе-кхем! — громко прокашлялась Каравайка, сурово уставившись на юных драконов. Она сидела в углу кухни и читала свиток. Она не собиралась помогать с уборкой. Стерх положила лапу на плечо Молнии, и драконицы вернулись к работе. Жар решил подмести место возле печи и возле Охра. — Слышал, что они несут? — настойчиво спросил Небесный, когда подошёл поближе. — Разговаривают о всякой ерунде вроде призраков. Земляной высунул свою обмазанную сажей голову из печи и взглянул вначале на Жара, а затем на Стерх. На его морде появилась лёгкая улыбка. — Меня не волнуют её интересы. Главное, чтобы она была счастлива. Небесный ощутил странное тепло в груди и замер. «О небо, какой же он приторно добрый… Ужас». — О Луны, ну ты и болван конечно, Охр. Как ты вообще войну пережил и остался таким добрым? Земляной покраснел и хрипло рассмеялся. — Без понятия, честно. Меня всегда окружали мои сибы… Наверное, проще верить в других, когда тебя окружают любовью. Жар имитировал звуки рвоты, и Охр вновь рассмеялся. — Ладно, соглашусь, прозвучало слезливо, — сказал он. — Я хочу сказать, что тебе просто нужно верить в других. В то, что они могут быть добрыми. И вновь Охр поразил Небесного. Жар прищурился и повнимательнее взглянул на Земляного. По нему не было видно, что он участвовал в войне. Он слишком много улыбался, напевал себе под нос во время работы и всегда думал о других. Вот как тот, кто сражался на войне, убивал других, видел смерть многих соплеменников, может до сих пор считать драконов хорошими, когда Жар и другие, кто в войне ни разу и не участвовал, видят в остальных лишь ненависть? «Проще верить в других, когда тебя окружают любовью», — повторил Небесный про себя. — «Может, дело в этом: мамы почти никогда не было рядом. В моей жизни в принципе было мало любви». «Как бы я изменился, если бы кто-нибудь окружил меня любовью?» — Хотелось бы мне быть как ты, Охр, — прошептал Жар, уставившись в пол и круча метлой. — Вот бы я мог перестать злиться по любому поводу. «Злость лишь вредит мне. Но кроме неё у меня ничего нет». Земляной уставился на него карими глазами, и вокруг каждой радужки кружили золотистые пятна. Они мелькали, словно тёплый притягательный огонь. — Я понимаю, тебе тоже нелегко приходится, — прошептал Охр, и Небесный наконец пришёл в себя. — Но мне кажется, было очень храбро с твоей стороны прийти в Медцентр, чтобы разобраться с тем, что тебя беспокоит. Жар усмехнулся. — Вообще-то мама заставила меня прийти сюда. Земляной игриво ткнул его крылом. — Но ты ведь всё-таки пришёл? Как по мне, это достойный поступок! Небесный пожал плечами, но всё же слегка улыбнулся. — Может быть, — согласился он, и драконы вернулись к уборке.

***

Им понадобилось меньше часа, чтобы прибраться. Жар смог немного отдохнуть, несмотря на всё, что успело произойти за последние дни. Драконы шли разрозненной группой: спереди были Молния и Стерх, за ними шли Охр с Жаром, а Каравайка была в самом конце. Из оживлённой болтовни Жар узнал, что группа направлялась в комнату Охра и Стерх на чаепитие. Небесный, однако, хотел лишь доползти до своей кровати. Земляной выглядел уставшим, но пытался с этим бороться. — Ты всегда можешь пойти с нами, — произнёс Охр в сотый раз. — Р-р, да я сказал уже! Горячий сок из листьев — не моё. — Ладно, просто хотел убедиться. Они шли в тишине, пока не добрались до западного крыла. «Ну наконец-то! Скоро я смогу лечь и забыть о сегодняшнем дне». Жар кивнул Охру на прощание и направился к своей комнате. Небесный был крайне озадачен тем, что Земляной попрощался с остальными и присоединился к нему. — Что такое? Не думай, что я просто так впущу тебя в свою комнату. — Я оставил там графитки. Которые ты одолжил, — нерешительно напомнил Охр, не зная, как отреагирует Жар. — А. Точно. Ладно, только не задерживайся. Земляной кивнул, и драконы продолжили путь вместе. Они шли через сад, и Небесный краем глаза наблюдал за Охром. Тот, как обычно, улыбался, его задумчивые глаза переключались между различными здешними цветами и птицами. Жар резко отвернулся, когда Земляной поймал его взгляд. «О небо, да что со мной не так? Устал, что ли». Когда они достигли цели, Небесный открыл дверь и увидел сумку с графитками Охра на столике в зоне для отдыха. Земляной взял её и крепко прижал к себе. — Жду не дождусь, когда начну их читать! — произнёс он с восторженным видом. — Тогда я наконец-то смогу обсудить их с тобой. Стоило признать: Жар тоже испытывал некоторую радость. — Ага. Поскорее бы. Охр будет первым, с кем можно будет обсудить графитки. В голову пришла одна мысль, и Небесный нахмурился: «Получается, Охр теперь — мой друг?» Если это так, то он ещё будет и первым его другом. — Итак… Охр, — начал Жар, дергая за торчавшую чешуйку на хвосте. — То, что ты сказал… насчёт… ну… Когда ты сказал, что считаешь меня другом… Ты не врал? Земляной замер. — Нет конечно! — в его голосе чувствовалась уверенность. — И когда ты сказал, что мой шрам крутой… Ты тоже не врал? Охр покраснел, но решительный блеск в глазах никуда не делся. — Да. Я не врал. — А. Ладно, — всё, что смог сказать Жар. Странное тепло распространилось по его морде. Юный драконы сидели в тишине, и Небесный погрузился в свои мысли. «Может, Охр будет и неплохим другом… Иногда он раздражает, но, если так подумать, а кто меня не раздражает?» Жар сделал глубокий вдох. — Ну, я тут подумал, что… То есть… ну… Я считаю, что ты можешь быть неплохим другом, — произнёс он тихим голосом, фокусируя всё внимание на торчащую чешуйку на хвосте. Земляной вздрогнул и широко улыбнулся. — Серьёзно? Ты хочешь дружить? — в его голосе звучало и сомнение, и радость. — Да. Но только при одном условии, — Небесный встал перед Охром и уставился в его глаза. — Ты никогда, повторяю, никогда не будешь мне врать. Я ненавижу лжецов, и если я узнаю, что ты мне соврал, я никогда не прощу тебя. — А. Охр проглотил ком в горле и прижал к себе крылья. Жар напрягся, когда Земляной отвернулся и стал явно избегать его взгляда. Он стал взволнованно дёргать за лямки ранца. И вот он вздохнул. — Тогда придётся рассказать тебе правду. Небесный распахнул глаза, и его сердце заколотилось. «Охр врал мне? А я ещё думал, что ему можно доверять! Какого фига, Охр?» — Ну? — прошипел Жар, не услышав подробностей. Земляной ответил, запинаясь: — Ничего серьёзного… Честно! Я просто… не умею читать, — признался он и безнадёжно уставился в пол. Небесный же таращился на него с глупым видом. — И всё? — тихо сказал он. — И это то, что ты от меня скрывал? Я-то думал, что это будет что-то серьёзное! «Какой уж это секрет. Я бы удивился, если бы он таки умел читать». Охр удивлённо уставился в потолок. — Так ты… не злишься? Я думал, ты расстроишься, ведь я одолжил твои графитки, а прочитать их не могу. Жар фыркнул. — Я не злюсь. Но план у тебя, конечно, дурацкий вышел. Земляной повёл плечами и криво улыбнулся. Он взял один из графитков и открыл его на случайной сцене. — Я надеялся, что Стерх сможет прочитать их мне вслух, но в последнее время она всегда занята, — Охр вздохнул и положил свиток на место. — Но я и сам как-нибудь справлюсь! Я знаю пару слов, так что просто… додумаю всё остальное? Небесный громко вздохнул. Вот зачем ему друг, который не может даже прочитать его графитки? — Да ёлы-палы. А если я научу тебя читать? — предложил Жар, и был очень оскорблён недоверчивым выражением Земляного. — Тебе что-то не нравится? — прорычал он. Охр отшатнулся и лихорадочно покачал головой. — Нет, нет, всё нормально. Хотя я без понятия, хороший ли ты учитель, — признался Земляной и сел на одну из больших подушек в комнате. Жар сел напротив Земляного и скрестил передние лапы у груди, сурового уставившись на него. — Знай же, что я превосходный учитель. Я ведь обучился готовке. Охр повторил позу Жара, включая его пронзительный взгляд. — Самообучение не считается. — Да пошёл ты! Ещё как считается! — Небесный встал и направился к сумке с графитками на полу возле рабочего стола. Сон может и подождать. А сейчас нужно было защитить свою честь. — Идём, Земляной, — приказал Жар, направляясь к двери. Охр нахмурился, не сдвинувшись с места, но когда он понял, что Жар уходит, он стал лихорадочно собирать вещи. — Куда? — крикнул Земляной, пытаясь догнать Небесного. Его бурые крылья трепетали в ожидании ответа. — В библиотеку. Первый урок начинается сегодня.