Магия - суровая хозяйка

      Гарри проснулся и оглянулся: он увидел себя на полу хижины и спящего рядом Хагрида. О да, тот бред, что творился последние пару дней, и письмо, говорящее, что он волшебник — правда. Было бы большим преуменьшением сказать, что Гарри удивлен — хоть он и смог на последний, девятый день заключения заставить кубик взлететь, он не думал, что он какой-нибудь экстрасенс или ещё что-нибудь вроде этого. Но знать, что ты волшебник — это совершенно другое. Да ещё и, если ты в этом мире заменит и победил в годовалом возрасте темного мага. От обилия информации голова пухла. В это время Хагрид заворочался и сел.       — Проснулся, Гарри? — он посмотрел на новоиспеченного мага.       — Да, уже встаю, — ответил он и стал подниматься.       Через 10 минут они были полностью готовы к приключениям. Ну ладно, к поездке на…       — Хагрид, а куда мы едем? Я имею ввиду, как называется то место, где мы купим все, что нужно? — спросил Гарри его, когда они уже собрались было выходить.       Великан открыл дверь, обернулся и подмигнул:       — На Косую Аллею.       «Ага. Это все, конечно, прояснило» — усмехнулся про себя Гарри.       — Но это ведь в Лондоне? — юный маг поспешил за спутником.       — Да, конечно, Гарри. Вход на Косую Аллею находится в пабе «Дырявый котел» и скрыт от маглов.       Они уселись в лодку, Хагрид стукнул зонтом о борт лодки, и та помчалась с большой скоростью к берегу. У Гарри было куча вопросов. Ну, просто огромная куча. Но он решил задать самый важный:       — А как я что-то куплю, если у меня нет денег? Дядя Вернон сказал, что он не будет тратить свои деньги на меня.       — Ох, Гарри, ты же не знаешь! Твои родители были богатыми людьми! Все твои деньги лежат в банке Гринготтс, в сейфе. Поэтому, первым делом мы отправимся именно туда.       — У магов есть банк? — с удивлением спросил Гарри. Вопросов становилось все больше.       — Да, им заправляют гоблины, они самые лучшие во всем, что касается денег. Гринготтс — самое защищённое место в мире и украсть оттуда что-то невозможно. Именно поэтому весь магический мир хранит свои деньги там и пользуется услугами гоблинов.       И тут Гарри как громом ударило.       — Хагрид… Прости за такой вопрос. Но. Почему, если у меня все это время была куча денег, я о ней не знал? И ходил в старой одежде, не имел игрушек, книг… Почему? — Гарри разочарованно посмотрел на спутника.       Хагрид смутился и уставился на свои руки.       — Ну… Это… Того… Ты же был с маглами… Вот и так получилось… — промямлил он.       — А почему я был с маглами? — Гарри был неумолим.       От ответа Хагрида спасло то, что лодка подплыла к берегу.       — Эээ… Приплыли Гарри, вылазь.       Они подошли к небольшому городку и отправились к железнодорожной станции. Там Гарри помог разобраться Хагриду с деньгами, и они поехали к Лондону. В столице Туманного Альбиона было шумно, пасмурно и мрачно.       — Даже уже здесь… — с тревогой проговорил Хагрид, глядя вверх на чуть ли не черные облака.       — Кто здесь? Ты о ком, Хагрид? — Гарри встревоженно посмотрел на него, а потом проследил за направлением его взгляда. — Эта туча необычная? Там кто-то есть? Поэтому вокруг так мрачно?       — Не знаю, — буркнул Хагрид и отвернулся, дав понять, что разговор окончен.       Гарри, от этого его «не знаю» стало ещё тревожнее. Стало заметно, что, по сравнению с побережьем, здесь значительно холоднее, несмотря на то, что было только первое августа. Но он не стал больше донимать спутника вопросами.       Вскоре они подошли к старому зданию с покосившейся вывеской «Дырявый котел». Надо сказать, что прохожие, казалось, вообще не замечали эту вывеску.       — Это и есть… — с сомнением протянул Гарри.       — Да.       При виде вывески Хагрид приободрился, и путники вошли внутрь.       — Здравствуй, Хагрид! — произнес мужчина за стойкой.       — И тебе не хворать, Том, — с улыбкой ответил Хагрид.       — Пропустишь стаканчик или ты по делам?       — Извини, я занят. Смотри, кто со мной. — Хагрид выдвинул Гарри вперёд.       Мужчина наклонился и прищурился. Вдруг его лицо озарилось улыбкой, и он воскликнул:       — Гарри! Это же Гарри Поттер!       — Гарри?       — Мальчик-который-выжил? — послышались со всех сторон восклицания.       И вот уже Гарри жал всем руку, все подходили посмотреть на него и хотели дотронуться. Да уж, когда Хагрид говорил о том, что он известный, Гарри и не представлял, что настолько.       — Познакомься Гарри, это — профессор Квиррел, твой будущий профессор ЗОТИ. — Хагрид обратил внимание Гарри на худого, среднего ростом мужчину. Он был в темной мантии и с малиновым тюрбаном на голове. Лицо его было будто сморщенным, а нос будто пронзал воздух. Впрочем, как и его взгляд.       — З-здравствуйт-т-те, Гар-ри, — заикаясь, произнес он, — для м-меня больш-шая честь поз-знакомитьс-ся с в-вами.       Его заикание, при его внешнем виде, и особенно при проницательных глазах, показалось Гарри очень неожиданным. В его интонациях Гарри, годами читавшему намерения Дурслей по их движениям и голосу, послышалась насмешка. Но он не обратил на это внимание. Попрощавшись с профессором Квиррелом, они вышли на задний двор и упёрлись в тупик.       — Хагрид, а… — попытался спросить своего спутника Гарри, но тот его перебил:       — Смотри, — он в определенной последовательности постучал зонтиком по стене.       И тут произошло то, чего Гарри никак не ожидал. Кирпичи стали исчезать и вместо стены появился проход на Косую Аллею. Гарри восхищённо застыл у входа, смотря на неё. Хагрид посмотрел на него с улыбкой и прошел. Гарри поспешил за ним, оглядываясь вокруг.       А смотреть было на что! Везде, везде была магия. Люди ходили в мантиях, остроконечные шляпы возвышались над толпой. Звучали заклятия, вспыхивали разноцветные вспышки, ухали совы… Это было великолепно! А магазины! Какие там были магазины! Гарри шел и читал вывески: «Зелья на все случаи жизни», «Фантастические твари», книжный магазин «Флориш и Блотс», «Артефакты Мариуса и Ко», «Сумки и сундуки» и многие другие.       Хагрид рассекал толпу, как ледокол айсберги, и Гарри еле-еле поспевал за ним. Наконец они предстали перед высоким белокаменным зданием с колоннами. Золотые буквы, складывающиеся в надпись «Гринготтс», отчётливо намекали на место прибытия. По обеим сторонам от больших открытых дверей, стояло два небольших странных существа.       — Это гоблины, — наклонившись к Гарри, шепнул Хагрид. — С ними лучше не шутить и быть вежливыми.       Гарри молча кивнул, и они поднялись по ступеням. За большими бронзовыми дверями находились двери поменьше, серебряные, над которыми из золотых букв была сложена надпись:       «Восшествуй, незнакомец, но прими в расчет:       Того, кто завистью грешит, возмездье ждет,       Богатство без труда ты хочешь получить —       Недешево за то придется заплатить.       Сокровище, что в подземелье мирно спит,       Тебе, запомни, не принадлежит,       Вор, трепещи! И знай, что кроме клада       Найдешь там то, чего тебе совсем не надо.»       Посыл стихотворения был однозначен, и Гарри порадовался тому, что он не вор и быть им не собирается.       Внутри был зал. Нет, Зал. С большой буквы. Но не потому, что он был большим. А потому что он олицетворял такие слова, как богатство и роскошь. Он был весь золотым и украшен множеством различных камней. По центру стояли такие же золотые стойки, на которых гоблины, на высоких стульях, измеряли размер камней, их вес, пересыпали деньги и записывали все в толстые тетради.       Все это выглядело так, что Гарри захотелось стать как можно меньше. В своей одежде он чувствовал себя здесь лишним. Но тут он вспомнил, что его родители были магами, а в сейфе его ждёт куча денег и, расправив спину, приободрился.       Они подошли к одному из гоблинов, на костюме которого было вышито «Крюкохват», и долго ждали, пока он обратит на них внимание. Наконец, он отложил перо, которым писал, и посмотрел на них.       — По какому делу? — вежливо поинтересовался он скрипучим голосом.       Хагрид засуетился, достал письмо и передал его гоблину.       — Забрать из сейфа то, о чем говорится в письме, из сейфа номер 713, — загадочно проговорил он.       Гоблин скептично посмотрел на него.       — Это все?       — А и ещё забрать деньги из сейфа Гарри Поттера.       После этих слов гоблин внимательно посмотрел на Гарри и скользнул взглядом по его шраму.       — Ключ?       Хагрид опять засуетился. — Да, да, сейчас найду, он где-то здесь был.       На стойку из его многочисленных карманов легли сухари, какие-то бумажки, дохлая мышь и ещё куча всякого мусора. В этот момент Гарри искренне посочувствовал гоблину, то есть, Крюкохвату, сморщившему нос. Наконец, Хагрид достал золотой ключ и протянул его гоблину. Тот осмотрел его и удовлетворённо хмыкнул.       «Ключ все время был у Хагрида?! - эта мысль поразила его. - То есть он все это время мог прийти к нему, дать денег, забрать его… Да и при чем тут то, что я жил у маглов?!, — вспомнил Гарри ответ Хагрида на свой вопрос. - Он же волшебник и родители его волшебники! И если он так известен, почему никто не проведал его, не узнал, хорошо ли ему живётся? А родственники? Были ли у него родителей родственники или хотя бы друзья, которым была бы неравнодушна его судьба?», — вопросы гнездились в его голове.       — Хагрид, — как бы невзначай обратился к нему Гарри, пока они шли за гоблином к какой-то двери, — а откуда у тебя ключ от сейфа мох родителей? Это же мои деньги, ты ведь сам сказал.       Крюкохват, идущий впереди, незаметно ухмыльнулся, а Хагрид опять смутился.       — Ну дак, того… Мне Дамблдор его дал! — воскликнул он. При этом имени он заметно приободрился, — Да, Дамблдор, великий он человек! Сохранил ключ у себя, после той катастрофы…       Гарри ничего не понял. «То есть. Директор школы. Обычный директор школы. Забрал его ключ?», — у него в жизни было слишком мало собственности, чтобы он мог позволить себе не задавать такие вопросы.       — Хорошо, Хагрид, но почему ключ оказался у директора Дамблдора? Он что ли мой родственник? К примеру, дедушка? — поинтересовался Гарри.       — Нет, Гарри, он не твой родственник. Он же великий волшебник! Да, Дамблдор великий волшебник и никогда не ошибается, — Хагрид задумался, — и ещё, если я ничего не попутал, то он твой опекун. Но это лучше не у меня спрашивать, я в этом плохо разбираюсь…       Они прошли через какую-то дверь, и оказалось у тележки, стоявшей на рельсах, что уходили в какой-то туннель. Гарри пока решил не заострять внимание на том, почему директор школы стал его опекуном и почему, если уж он его опекун, тот отдал его самым ужасным маглам на свете. Вместо этого он внимательно наблюдал за гоблином, который уселся в тележку и пригласил сесть туда их.       — Мы поедем на тележке? — спросил у Крюкохвата Гарри.       — Да, сейфы находятся глубоко под землёй, — ответил он.       Они уселись, и гоблин дёрнул рычаг. Тележка резко набрала огромную скорость и поехала. Это было очень похоже на американские, нет, адские горки. Рельсы закручивались в мертвую петлю, штопором, извивались, делали резкие повороты. Тележка то падала вниз, то взмывала вверх. Они ехали в огромном туннеле с водопадами и, Гарри даже однажды показалось, что он видел дракона. В конце концов, они доехали, и тележка резко остановилась. Хагрид весь позеленел, и видно было, что ему плохо.       — Ты иди Гарри, а я пока тут посижу.       Гарри кивнул и подошёл к огромной двери, на которой не было ничего, похожего на ручку. Крюкохват подошёл к ней, провел ключом в какой-то особой последовательности, и дверь исчезла. За ней оказалось огромная пещера, заполненная горами золота. Гарри ахнул и в восхищении остановился у входа.       — А сколько мне надо взять, Хагрид? — крикнул он, оглянувшись.       — Ста галлеонов хватит на покупки и сладости, — ответил он из глубины пещеры. Видимо, ему было совсем плохо.       — Сэр, подскажите, а где здесь галлеоны? — Гарри повернулся к гоблину.       — Галлеоны, мистер Поттер, это золотые монеты. В одном галлеоне 17 сиклей, серебряных монет. А в одном сикле 29 кнатов, бронзовых монет.       — Спасибо, сэр.       Гарри посмотрел на деньги. Хагрид сказал, что ста галлеонов для вещей, необходимых в Хогвартс, и сладостей, хватит. Но не пойдет же он в Хогвартс в тех лохмотьях, которые на нем сейчас? Он заметил, что многие на Косой Аллее косились на него. Подумав об этом, Гарри усмехнулся получившемуся каламбуру. Однозначно, ему надо было взять больше.       — Мистер Крюкохват, а сколько в одном галлеоне фунтов? — поинтересовался Гарри.       — На данный момент курс галлеона к фунту составляет один к пяти целыми, трем десятым.       Гарри поблагодарил гоблина и задумался. Долго думать ему не пришлось, так как это все равно было бесполезно - вот так вот сразу разобраться в галлеонах и сиклях было сложно, да и из слов гоблина Гарри тоже ничего не понял. В итоге он решил взять еще сотню галлеонов и пятьдесят сиклей. Да, много, но неужели нельзя раз в жизни шикануть? Тем более, учитывая его жизнь бедняка. С этой мыслью он стал набивать мешок, данный ему Хагридом, золотыми, серебряным и бронзовыми монетами.       Когда золотых монет в нем оказалось около двухсот, а сиклей и кнатов по пятьдесят, Гарри решил, что хватит. Как же ему повезло, что Хагрид сейчас сам не свой! Иначе, учитывая поступки опекуна-директора — великого волшебника Дамблдора — он бы не смог взять столько денег. Гарри заторопился и, вышел из сейфа. Хагрид сидел в тележке. Приоткрыв глаза, он заметил Гарри.       — Ты все? Разобрался?       — Да, Хагрид.       Они уселись в тележку и поехали ещё ниже. В этот раз Гарри был готов, и поэтому ему было не так плохо.       Они остановились у сейфа, в котором, как оказалось, лежал только какой-то свёрток. Хагрид забрал его, и они поехали вверх.       Выйдя из банка, Хагрид глубоко вздохнул и покачнулся. Гарри отошёл: если такая махина упадет на него, от него даже мокрого места не останется. Но, видимо, Хагрид падать не собирался.       Первым делом они сходили и купили большой сундук, а после отправились за мантиями, в магазин к мадам Малкин. Хагрид заходить не стал и окликнул Гарри, уже было открывшего дверь.       — Гарри, ты там купи все сам, хорошо? А я схожу к Тому, отдохну чутка.       Гарри кивнул и зашёл в магазин. К нему тут же подошла приятная женщина средних лет и спросила:       — В Хогвартс?       — Да, мэм, — ответил Гарри.       Женщина отвела его за ширму, в которой было несколько постаментов с зеркалами. На одном из них уже стоял мальчик. Он был в красивом костюме и с очень необычными светлым волосами, которые гармонично смотрелись с его бледным, с тонкими чертами, лицом. Впечатление портила некоторая надменность, присутствующая в каких-то неуловимых признаках, но, в то же время, давала ему какую-то особую значимость. Впрочем, это впечатление тут же портилось, и даже обращалось в смех, когда вы понимали, что все эти дорогие одежды и надменность принадлежат ребенку.       Гарри встал на такой же постамент, и женщина стала обмерять его. Мальчик обратил на него внимание. Его лицо было бледным, а взгляд слегка надменным.       — Привет, — протянул он, — тоже в Хогвартс?       — Да. — Ответил Гарри.       — Мой отец вместе с мамой покупает книги, — продолжил мальчик. Он говорил протяжно, даже немного лениво. — Он сказал, что не будет покупать мне в школу метлу, потому что играть в квиддич можно только со второго курса, — пожаловался он.       — Что?! Метлу? А зачем тебе метла? — недоуменно переспросил Гарри.       — Чтобы играть в квиддич, конечно, — терпеливо объяснил он.       — Хорошо, а что такое квиддич? — поинтересовался Гарри.       Он сразу для себя решил, что постарается узнать о мире магии все и поэтому не считал зазорным что-то спрашивать.       — Как?! Ты не знаешь?! — пораженно воскликнул мальчик. С его голоса слетела протяжность, и он заговорил нормально.       — Ну… Нет, — ответил Гарри.       — Ты что-ли родился у маглов? — спросил он пренебрежительно.       Мадам Малкин давно ушла, и они могли спокойно разговаривать.       — Нет, мои родители были волшебниками, но они умерли и я жил у маглов — родственников.       — А как тебя зовут?       — Гарри, — ответил он, отчётливо представляя последующую реакцию. — Гарри Поттер.       — Мальчик-который-выжил?! — воскликнул собеседник.       — Тихо! — зашипел Гарри. — А то сейчас опять целая толпа сюда набьётся.       Мальчик взял себя в руки и понизил голос, — Ты правда он? Я бы не спрашивал, но… У тебя есть шрам?       Гарри понравилась его тактичность, и он приподнял волосы. Глаза мальчика расширились.       — А тебя как зовут? — в ответ спросил Гарри.       Мальчик приосанился и гордо ответил:       — Драко Малфой, — по его интонации можно было понять, что фамилия Малфой значит очень, ну просто очень дохрена много. И Гарри, смотря на костюм Драко, видел это. Вернон Дурсль всегда говорил то, что с богатыми людьми надо дружить и Гарри, понимая, что ничего не знает о мире магии, видел, что ему нужны друзья. Ну, а если они в этом мире много значат, дак это просто приятный бонус.       — Будем друзьями? — он протянул руку.       Драко, видимо, ожидая восторгов по поводу его фамилии и не услышав их, удивился, но тут же пожал протянутую руку.       — Будем друзьями.       Тут подошла мадам Малкин с двумя свертками, и они оба начали мерить мантии. Они были обычными, стандартными черными. У зимней мантии ткань была грубой, и Драко громко пожаловался на это, но мадам Малкин только губы поджала.       — На самом деле я не собираюсь носить их в Хогвартсе. По-крайней мере, часто, — доверительно наклонившись, сказал Драко, — мы с отцом купили мантии получше, а эти берём только потому, что они обязательны.       Вскоре примерка закончилась и они оба, положив одежду в сундуки, вышли из магазина.       — Ты сейчас куда? — спросил Драко.       — Я буду ждать своего сопровождающего.       — Ну ладно. — Драко протянул руку и улыбнулся. — До встречи в Хогвартс-экспрессе.       Гарри протянул руку и пожал ее. — Подожди, а что за Хогвартс-экспресс?       — Ты не знаешь? Да, что это я… До Хогвартса мы едем на поезде, который называется Хогвартс-экспресс. Садимся на станции Кингс-Кросс, в Лондоне. Когда пойдешь во Флориш и Блотс, обязательно купи Историю Хогвартса, там все подробно описано.       — Спасибо, Драко! — улыбнулся Гарри, — обязательно куплю.       Малфой ушел и Гарри остался ждать Хагрида. Ну что ж, возможно, у него, впервые за 11 лет, появился друг. Это не может не радовать.       — Привет Гарри! Ну как ты без меня, справился? — спросил подошедший Хагрид.       — Да, все прошло неплохо. Не мог бы ты помочь мне нести сундук?       — Да, конечно, — спохватился Хагрид.       Отдав тяжёлую ношу, Гарри начал смотреть по сторонам.       — Куда мы сейчас? — Гарри развернул список. — Вроде бы надо за каким то котлом, ложками и ещё чём-то непонятным.       — А, ну это в лавку зелий, — откликнулся Хагрид.       — Зелья на все случаи жизни? — вспомнил Гарри.       — Именно.       В лавке Гарри не понравилось. Во-первых, там неприятно пахло. Во-вторых, там было куча всего, о чем Гарри и понятия не имел. А не знать о чем-то он не любил.       После аптеки они зашли за пергаментами, чернилами и перьями, потом купили телескоп и зашли во «Флориш и Блоттс» — за книгами. Прозвеневший колокольчик доложил о них и к ним обратился мужчина за прилавком.       — В Хогвартс?       — Да, — ответил Гарри.       Мужчина вышел в подсобку и принес стопку книг. Видимо у него уже давно эти книги были разложены по комплектам.       — Больше ничего не будет брать?       — Нет, все…       — Но Хагрид! — возмутился Гарри. — Я вообще-то хотел ещё книг купить.       Мужчина улыбнулся, а Хагрид тупо спросил:       — Зачем?       — Как зачем? — так же тупо ответил, не ожидавший такого вопроса, Гарри. — Чтобы больше знать.       — Но ведь в Хогвартсе самая лучшая библиотека Англии! Зачем тебе покупать ещё что-то?       — Разумно, — не смог не согласиться Гарри. Наличие библиотеки в школе его порадовало.       — Я возьму только две-три самых необходимых, — успокоил он Хагрида и углубился в магазин.       Книг было много, и все они были очень, очень интересными. Названия заставляли хотеть чуть ли не каждую вторую книгу. «Боевая магия во всех ее проявлениях», «Тонкое искусство трансфигурации», «Руны и их взаимодействие с магией», «Постигая светлую магию»… Это было прекрасно! Наконец, через пятнадцать минут восхищённого блуждания, Гарри подошёл к прилавку с «Историей Хогвартса», «Всеобъемлющей и простейшей теории магии» и… «Законами и традициями магического сообщества»       Последняя книга показалась Гарри особенно важной, так как он новый в этом мире и ему нужно постараться не наделать ошибок, чтобы стать в нём своим. Это ведь даже не другая страна, нет, это, и правда, совершенно другой и новый мир. Продавец одобрительно глянул на выбор Гарри, упаковал и протянул ему свёрток. Гарри расплатился, и они с Хагридом вышли.       — А сейчас, — глаза Хагрида весело сверкнули, — самое важное. Волшебная палочка!       Гарри от восторга чуть не запрыгал, но заставил себя успокоиться и отправился за Хагридом.       Они остановились у старой лавки. Вывеска над дверью гласила: «Оливандеры, производители палочек с триста восемьдесят второго года до н.э.» Да уж, вот что значит монополия и наследственность!       Они зашли и оказались в темном помещении, забитом шкафами с коробочками. Из темноты вынырнул старичок с водянистыми глазами, которые без остановки меняли направление взгляда. Он был немного странным, и от его взгляда Гарри стало жутко.       — Здравствуйте, здравствуйте, я давно вас ждал…       — Здравствуйте, мистер Оливандер, — пробасил Хагрид.       Но волшебник не обратил на него внимания, внимательно смотря на Гарри.       — Добро пожаловать в магический мир, Гарри Поттер, — произнес он, — у вас мамины глаза. Да, кажется, только вчера она купила у меня свою палочку. Десять с четвертью дюймов, ива, хлесткая и удобная для работы с заклинаниями, — его взгляд, казалось, проникал в самую душу Гарри. Волшебник осматривал его с ног до головы, и мальчику на миг показалось, будто он почувствовал прикосновение. Вдруг беспорядочное движение глаз остановилось на шраме Гарри.       — А ваш отец выбрал палочку одиннадцати дюймов. Красное дерево и сердечная жила дракона. Гибкая и прекрасна подходит для трансфигурации. Ох, извините, я сказал, что ваш отец выбрал свою палочку? Нет, нет, конечно же нет, — рассмеялся он странным смехом, — не волшебник выбирает палочку, а палочка выбирает волшебника.       Он взял линейку и стал обмерять Гарри. Только замеры он брал абсолютно всего, мистера Оливандера даже интересовало расстояние между его подбородком и согнутой под углом в 45 градусов, рукой. И, что очень удивило Гарри, после того, как мастер отошёл за стеллажи, линейка продолжила обмерять его самостоятельно.       — Так-так-так… Хм… — проговорил мистер Оливандер, — попробуем для начала эти.       Он подошёл и положил на стол четыре коробочки, в каждой из которых была палочка.       — Мистер Поттер, попробуйте одну из них. Возьмите и взмахните палочкой, — мистер Оливандер протянул ему первую.       Чувствуя себя самым глупым человеком на земле, Гарри взял палочку и взмахнул. Деревяшка как деревяшка.       — Тогда попробуйте другую, — волшебник выхватил у Гарри палочку и предложил другую.       Гарри взмахнул ей и ближайшая лампочка взорвалась.       Мистер Оливандер предложил ему другую, потом третью, потом четвертую… Некоторые палочки он протягивал, но, даже не дождавшись того, что Гарри возьмёт их, бормотал, что они не подходят, и убирал. Некоторые палочки никак не реагировали на его взмах, а некоторые делали порыв ветра или создавали молнию. Все это было бы очень увлекательно, если бы с каждой неподходящей палочкой вера Гарри в то, что он волшебник, не убывала. Оливандер же, наоборот, с каждой палочкой становился все веселее и веселее.       — Оливандеры, — объяснял мастер, ползая по стеллажам, — используют для своих волшебных палочек разные породы дерева. Но используемых нами сердцевин палочек только три — жила дракона, перо феникса и волос единорога. При этом, каждая палочка уникальна и нет двух одинаковых. Хм… А если… Да, возможно именно это…       Оливандер принес ещё одну, похожую на множество других, коробку и открыл ее.       — Остролист и перо феникса.       Гарри взял палочку и… Ничего. Опять ничего.       Оливандер нахмурился. И опять пошел к стеллажам. Гарри расстроился. Он уже давно понял, что никакой он не волшебник.       — А вы сложный клиент, мистер Поттер, сложный и интересный… Возможно, вам подойдёт эта палочка.       И он принес ещё одну коробку. Гарри взял палочку и только хотел уже положить ее обратно, как почувствовал тепло. Совсем чуть-чуть. Он прислушался к своим ощущениям. Тепло стало нарастать и разливаться по руке. Через пару мгновений его захлестнуло чувство единства с палочкой, что была зажата в руке. Чувство родства. Он взмахнул ей и в воздух выстрелили искры.       — Хм, интересно, мистер Поттер, интересно. Тис и волос единорога. Одиннадцать с половиной дюймов. Хлесткая и жёсткая. Идеальна для боевой магии и целительства. Эта палочка была моим экспериментом. Неудавшимся, как я думал до вашего прихода. Тис — символ смерти, а волос единорога — жизни. Казалось бы, несовместимые компоненты. Эта палочка — произведение искусства. Узоры и форму вырезал не я, что беспрецедентно, а знакомый ювелир, увлекающийся резкой по дереву. От вас можно ждать великих свершений. Ужасных или прекрасных, не важно. Главное, что великих!       Его глаза одухотворенно засверкали, а Гарри смутился и пристально рассмотрел палочку. Это и правда было произведение искусства. Она была выполнена в форме дракона, обвивающего извилистую ветвь, но так, чтобы сама палочка была круглой. Ее украшало множество орнаментов и непонятных знаков.       — Сколько с меня? — спросил Гарри.       — Шесть галлеонов.       Гарри отдал деньги, и они с Хагридом вышли.       — Куда сейчас? Мы вроде все купили.       Хагрид посмотрел на свои часы и спросил в ответ:       — А ты не хочешь перекусить?       Гарри прислушался к себе и понял, что достаточно голоден, о чем и сообщил Хагриду.       — Хорошо, тогда мы сейчас отправимся в кафе Фортескью. Там, говорят, очень вкусное мороженое! — он хитро подмигнул Гарри и мальчик улыбнулся.       — Да, мороженое бы не помешало.       Гарри сидел на высоком стуле, ел вкуснейшее на планете мороженое и болтал ногами. А ещё он был волшебником. Да, определенно, это самый лучший день в его жизни. Вдруг Хагрид как будто вспомнил что-то и встал.       — Ты куда?       — Эээ… Я… Схожу… По делам. Да, по делам схожу, надо сходить, — замялся Хагрид.       «Что-то скрывает? Да конечно! — тут же подумал Гарри. — Даже когда он действительно занимался делом по поручению Дамблдора и забирал что-то из сейфа, он так не скрывал своих намерений.»       — А куда ты пойдешь? Мне же нужно знать. Вдруг со мной что-то случится? — резонно спросил Гарри.       — Ну… Я зайду в магазин животных, — признался Хагрид.       — В тот, который называется «Фантастические твари»?! — восторженно воскликнул Гарри.       — Ээ, ну да, именно туда.       — Круто! — восхитился он. — Можно и мне с тобой?!       — Э. Да я ненадолго, Гарри… Посиди здесь, а?       — Ну, пожалуйста…       — Ох, ну хорошо, доедай быстрее мороженое и пошли! — заворчал Хагрид.       Гарри обрадовано улыбнулся и стал орудовать ложкой. Вскоре он закончил, и они отправились в магазин.       — Просто я хотел купить тебе подарок. У тебя же сегодня день рождения. Я думал, тебе бы была очень полезна сова. Ведь с их помощью маги отправляют письма! — объяснил Хагрид, — ну ничего, будет даже лучше, если ты сам выберешь ее!       — Сова? — усомнился Гарри. — Но ведь ее надо кормить, за ней надо ухаживать, да и вообще… Дурсли меня убьют, если я, помимо магических книг и котлов, принесу сову, — ужаснулся он.       Правда он не стал говорить, что они и так его убьют, без совы.       — Хм. Ну да. Наверно ты прав. Ну ничего, в Хогвартсе есть совятня. А все равно Гарри, давай ты глянешь сов, может, какая и приглянется? — с надеждой обратился он к Гарри.       — Да, конечно, я так и хотел, — Гарри не стал его разочаровывать, все же Хагрид хотел сделать ему подарок. Настоящий подарок, впервые за 11 лет.       Хагрид открыл дверь, и они зашли в магазин. Их тут же накрыло море различных звуков: тут было и шипение, и уханье, свист, чириканье и ещё множество других звуков. Они были в достаточно большом помещении с прилавком по центру и множеством клеток по бокам. Из помещения в противоположные стороны уходило два коридора, которые вели в такие же залы. К ним тут же подбежал молодой парень.       — Ищите кого-нибудь конкретного?       Не успел Гарри ответить, как Хагрид сказал:       — Да, мы ищем сов, почтовых, естественно.       — Хорошо, пойдёмте за мной.       Юноша развернулся и повел их к совам. Их оказалось много. Черные, как ночь и светлые, как день. Полярные и лесные, всех мастей и размеров.       — Выбирайте, — продавец (или консультант?) обвел широким жестом все это разнообразие.       — Ну, Гарри, нравится какая-нибудь? — поинтересовался Хагрид.       Гарри стал внимательно осматривать каждую сову. Некоторые так же внимательно смотрели на него, а некоторые даже не обращали внимание. Вскоре Гарри осмотрел всех и ни одна из них не понравилась ему. Как, впрочем, и он им.       — Что, ни одна? — спросил с надеждой Хагрид.       — Нет, — Гарри покрутил головой. — Ни одна.       Хагрид вздохнул.       — Может, тогда ты бы хотел купить кого-нибудь другого?       Похоже, его капризы уже надоели Хагриду, но он все-равно хотел что-нибудь подарить.       — Мы можем глянуть других почтовых птиц, хотя они менее популярны и их не так много, — предложил парень.       — Да, было бы неплохо, — скептически ответил Гарри.       Продавец-консультант провел их к клеткам с воронами, парой ястребов и ещё несколькими странными птицами. И одна из этих странных птиц сразу привлекала внимание Гарри. Точнее, это была не птица, а скорее… Смесь феникса, которого Гарри видел на картинке в одной книжке, змеи и, малость, дракона.       — Это Расквиль, — заметил юноша интерес Гарри, — уже почти взрослый, больше почти не вырастет. Они обитают по большей части в джунглях, но, как показала практика, их магическая природа позволяет им прекрасно чувствовать себя по всему миру. Не предназначены для переноса больших тяжестей, но на пару писем их точно хватит. Они довольно своенравны и будут относить письма, только если захотят. Хотя… На счёт того, что они не могут переносить большие грузы, я немного ошибся. Если они захотят, то смогут поднять груз в два раз больше, чем они.       Расквиль был очень красивым. Длинное и тонкое змеиное тело был покрыто переливающимися огненными цветами, перьями. Крылья были небольшие, необычной формы, похожие на закруглённый треугольник, вершина которого повернута вниз. Мордочка была определенно драконья, с острыми небольшими зубами и золотыми глазами. Ее венчал пушистый хохолок, как у павлинов. Это было очень удивительное и гармоничное существо. Расквиль безостановочно двигал своим телом, как и все змеи, оставляя при этом свою голову неподвижной. Отличие от змей было в том, что, тело извивалось не только влево-вправо, но во всех направлениях, что смотрелось очень здорово.       — Вы говорили про их магическую природу, у них есть магия? — поинтересовался Гарри.       — Да, это магические существа и их магия как раз и проявляется в том, что они могут поднять большие грузы, для полета им почти не нужны крылья, которые являются просто декорацией, и в том, что они могут стать фамильяром.       — Фамильяром? А как это?       — Это магическая связь между хозяином и каким-либо магическим животным. Она появляется со временем и позволяет хозяину и питомцу лучше понимать друг друга, делает их ближе друг к другу.       Гарри задумался. Расквиль ему очень понравился, и его было гораздо легче спрятать, вследствие его размеров и того, что у него было змеиное тело. А ещё он был очень, ну просто очень красивым. А ещё он так смотрел на Гарри своими золотыми глазами, что мальчик не мог устоять. И только он хотел спросить, хочет ли Расквиль, чтобы Гарри стал его хозяином, как услышал нечто очень необычное.       — Ну не тяни, маг, бери уже меня с-с-собой.        Гарри оглянулся на Хагрида и продавца, которые терпеливо ждали вердикта Гарри. Казалось, они ничего не заметили.       — Да, они шипят. Возможно, из-за этого их и не покупают. Все же, змей у нас не любят! — хохотнул парень, на вопросительный взгляд Гарри.       Хагрид улыбнулся ему, как будто услышал давно знакомую, но все ещё хорошую, шутку.       Гарри повернулся обратно к Расквилю. Либо он сошел с ума, либо он… Или она? Вообщем, Расквиль что-то сказал. То есть прошипел. Но Гарри его понял! Как… Как в зоопарке с питоном! «Интересно, а если что-нибудь ему ответить? Наверно, лучше не стоит, а то Хагрид ещё подумает, будто он сумасшедший и не будет ничего покупать», — подумал Гарри.       Он обернулся к Хагриду и твердо произнес:       — Я беру его.       Хагрид улыбнулся, продавец взял клетку, и они отправились к прилавку, где Хагрид оформил покупку. В итоге Гарри стал счастливым обладателем клетки и ее столь необычного жителя.       — И как ты его назовешь? — спросил Хагрид, когда они вышли.       Гарри подумал и ответил:       — Миролун.       Хагрид удивлённо посмотрел на него и Гарри пояснил:       — Просто красивый набор букв. Но, думаю, ему понравится.       Миролун вдруг стал тоньше и длиннее и, протиснувшись сквозь прутья клетки, обвил шею Гарри и ласково укусил его за ухо. Гарри засмеялся.       — Да уж, видимо, понравилось, — улыбнулся Хагрид.       Они вышли из Косой Аллеи и пошли в паб.       — Кстати, Хагрид, а почему этот паб такой грязный? И есть ли другие, более… чистые входы на Косую Аллею? — задал мучивший его вопрос Гарри.       Хагрид неодобрительно посмотрел на мальчика и ответил:       — Нормальный паб. Он всегда был таким, ещё, когда им заправлял отец Тома. Здесь усталый волшебник может поесть, отдохнуть, и снять комнату. И нет, Гарри, других входов нет.       — Спасибо, — лаконично поблагодарил Гарри Хагрида за ответ.       Миролун стал ещё меньше и спрятался в воротнике Гарри, поэтому они почти не привлекали внимание. Хагрид проводил Гарри до вокзала, где тот должен был сесть на электричку до Литлл-Уингинга.       — Держи, Гарри, — Хагрид протянул мальчику прямоугольную бумажку, на которой красивыми буквами было написано: Хогвартс-экспресс, станция Кингс-Кросс, платформа девять и три четверти.       — Это билет на поезд до Хогвартса. Первого сентября в одиннадцать он отправляется со станции Кингс-Кросс. Платформа девять и три четверти. Если Дурсли не выпустят тебя, пиши письмо. И на, вот, держи билет, чтобы доехать до дома. Ладно, бывай, — он взволнованно посмотрел на свои старые часы и хлопнул Гарри по плечу.       Гарри оторвался от рассматривания билета и спросил:       — А как попасть на платформу… — но Хагрид уже ушел.       Гарри уселся на скамейку и стал ждать электричку. Он вспоминал все сегодняшние события и события, предшествующие этому дню… Да… Зоопарк, девятидневное заточение, потом эти письма, которых с каждым днём становилось все больше и больше… Вернон поначалу выгонял его из дома и Гарри, с каждым новым письмом все больше ночей проводил на скамейке в парке и воруя мелочь на шоколад.       Но в один день, когда письма завалили весь дом, Вернон нашел его, и они уехали. Потом сели в лодку и поплыли на остров. А потом был Хагрид, выломавший дверь, наколдовавший Дадли поросячий хвост и забравший Гарри покупать волшебные вещи. И сейчас Гарри ждёт электричку, чтобы вернуться…       Он что, бессмертный? Они же убьют его. Или выгонят. Сейчас, когда Гарри объединил все события последнего месяца и представил будто он — Вернон Дурсль, он понял, что на месте Вернона как минимум выгнал бы Гарри. Как минимум. Гарри поежился. Многочисленные синяки, порезы и пару переломов были вырезаны у него в памяти, как считал Гарри, на всю жизнь и на посмертие. С этими мыслями Гарри становился все мрачнее и мрачнее.       В Литтл-Уингинг ему путь заказан. Но что делать? Он хоть и взял галлеоны, он нигде не может жить, ведь он не обменял их на фунты и у него нет никаких документов, да и страшно в одиночку. А жить на улице… Нет уж, увольте, пару раз хватило.       В этот момент Гарри понял, что ему абсолютно не к кому идти. Он абсолютно одинок. Никто его не любит и все, что Гарри видел в своей жизни это побои. Эти мысли преследовали Гарри не впервые. Но, когда он думал об этом, у него была крыша над головой и еда, несмотря на то, что обычно это были объедки. А сейчас, когда Гарри был в одиночестве, не имел крова и не знал куда идти, эти мысли обрушились на бедного мальчика и сломили его. Радость от встречи с магическим миром прошла. Остались лишь грусть и слёзы, начавшие литься из глаз.       Подошла электричка. Делать было нечего, и Гарри сел в неё.       Успокоиться он смог, только по прибытии в Литлл-Унгинг. На вокзале было пусто, как и на улицах этого городка, с которым у Гарри было связано столько плохих воспоминаний. Надежда осталась только на чудо, и Гарри огляделся, в поисках его. И чудо случилось. На глаза ему попалась библиотека, и Гарри тут же вспомнил миссис Санлоу и ее доброту к нему. Приободрившись, мальчик зашагал по направлению к единственному месту на этой планете, в котором его ждали.