Параллели

Стук от удара кухонным молотком раздается настолько громко, что Вики вздрагивает. Люцифер продолжает издеваться над мясом так, будто оно виновно во всех бедах Небес и человечества, и с каждым новым ударом молота по куску говядины девушка обещает себе не реагировать, но получается из рук вон плохо. Тамара Петровна по возвращении с дачи, где, как оказалось, она пропадала в последнее время, дала им ответственное задание: приготовить ужин, а именно отбивные и пюре. Уокер не могла сказать, что это было вовремя, ведь просьба прозвучала буквально спустя час после ссоры. Очередная мелкая стычка, — Шепфа, какая банальность! — и им снова не о чем говорить. Небожители готовят в полном молчании, и как бы оно ни давило на плечи, буквально пригвождая к полу, Вики не протестует. Потому что ей решительно не хочется первой идти на контакт и искать компромисс. Дело даже не в гордости, нет. Просто ей надоело. Она чертовски устала оправдывать Люцифера. Он ведет себя так, как ему вздумается, дразнит, а потом грубит, открывается, чтобы после вновь спрятаться за маской деланного равнодушия, и так по кругу. Ему тяжело, и Вики это знает. Она в курсе, с насколько сложным человеком делит жилплощадь, и даже догадывается, почему он стал таким. Сложное детство, завышенные ожидания общества, нескончаемые внутренние войны — история стара, как мир, но Уокер больше не может использовать ее как оправдание, она в принципе не желает их больше искать. Что бы ни пережил Люцифер, ему нужно работать над этим, а не срываться на окружающих из страха открываться и доверять. Иронично то, что парень прекрасно знает об этом, но все равно идет на поводу у своих демонов снова и снова. Поддается им каждый раз, бросая на растерзание ее обнаженную душу в их зубастые пасти. Люцифер продолжает ударять молотом по мясу необоснованно сильно, будто желая не приготовить отбивные, а проломить стол. «А вместе с ним и пол, чтобы провалиться в свой излюбленный Ад, — добавляет девушка мысленно, занимаясь пюре. Она добавляет к картошке немного сливочного масла и, сама того не желая, проводит параллели. Использовать всю свою силу, пусть и на куске мяса, идти напролом и содрогать пространство своим напором — это про Люцифера и кухонный молот, которым он стал орудовать до нечестного ловко. Вики же больше подходит плавная текучесть масла, спокойствие и рациональность, мягкость, даже если порой и с обжигающей нотой в конце. Они слишком, до смешного разные. Непохожие настолько, что невозможно притянуться, сколько не тверди про противоположности. Им подходят другие сравнения. Что-то про реакциии с кислотой и взаимоуничтожающие элементы — потому что всё их общение, в конце концов, сводилось именно к этому. К вечной конкуренции и попыткам доказать собственную правоту, даже если для этого придется втоптать в грязь другого. Вики злится, что подобные размышления вообще занимают ее мысли, когда есть куча других моментов, заслуживающих ее внимания. Например, предстоящий поход в полицию. Люц… Наглый эгоистичный демон, которого-нельзя-называть, сказал, что визит к стражам правопорядка может состояться совсем скоро. Что будет тогда? История с невероятным перемещением из Америки в Россию, приправленная разделом наследства и якобы жаждущими отмщения родственниками, была непроработана от слова совсем. Белых пятен в картине их несуразной лжи столько, что в глазах рябит от белизны. Полиции со стопроцентной гарантией удастся развалить всю их хлипкую легенду, и тогда начнутся реальные проблемы. Не отвлекаясь от помешивания пюре, Вики случайно вспоминает передачи об НЛО и опытах, проводимых учеными, которые так любил смотреть ее дедушка, и девушку невольно бросает в дрожь. Тамара Петровна, к слову, тоже имеет обыкновение смотреть такое на «Рен ТВ». Павшие с Небес, серьезно? После такого заявления на них с Люцифером тоже будут смотреть, как на пришельцев, если не хуже. Канат, сплетенный из их лжи, определенно становится слишком длинным, и, видит Шепфа, если его не порвать, он петлей затянется на их шеях, сдавливая горло. — Мне нужна кастрюля, Уокер, — голос демона, все еще немного хриплый из-за кашля, выводит ее из размышлений. Очевидно, он уже закончил вымещать свою вселенскую ярость на Вики и все мироздание на бедных кусках мяса. — Буду жарить отбивные. — Может, тогда сковородка? — предполагает девушка, внутренне забавляясь тем, как он путается в понятиях. Должно же быть хоть что-то, в чем она на порядок выше него! Люцифер хмурится, очевидно, сопоставляя в голове картинки кухонной утвари с ее названиями, и угрюмо кивает. В Аду ему явно не приходилось озадачиваться нюансами готовки. Вики отставляет кастрюлю с готовым пюре и, поправив ту самую подстилку из лоскутков на стуле, садится, подогнув ногу под себя. Ее взгляд скользит по фигуре парня: по крепким плечам, скрытым тенью шкафа, где он ищет сковородку, и торсу в той самой футболке, все еще пахнущей табаком. Уокер так и не выяснила, где от нашел сигареты, но поклялась себе не озадачиваться этим. Если Люцифер хочет пустить Фыру под хвост свое лечение — пускай, но в таком случае болезнь не убережет его от необходимости ходить на работу. Если полиция не сдаст их ФБР прежде, чем наступят рабочие будни, конечно. «Боже, хватит об этом думать!» Вики моргает несколько раз и сосредотачивается на шипении, доносящемся из сковородки. Что-то не так. Она переводит взгляд с мяса на свои кончики пальцев и обратно, когда ее осеняет: — Кляр! — Уокер подрывается с места и подскакивает к газовой плите, но уже слишком поздно: тонкие кусочки говядины успели поджариться с одной стороны. — Ты забыл окунуть их в кляр. — Та странная яично-мучная смесь, о которой толковала Тамара Петровна… — запоздало догадывается демон и закатывает глаза. — Значит, обойдемся без нее. Просто добавлю больше перца. — Это не так работает, Люцифер, — Вики хмурится и ловит себя на мысли, что ее нравоучительный тон слишком напоминает Кроули. Или Ребекку, это с какой стороны посмотреть. К черту. — Тамара Петровна тебя убьет. — Что ж, передам «привет» отцу чуть раньше, чем планировал, — огрызается он. Уокер делает глубокий вдох. Две стычки за один вечер это уже слишком. Девушка мысленно считает до десяти, попутно пробегая взглядом по комнате. Желтоватый свет лампочки проходит сквозь вымытый хрусталь люстры и окрашивает теплым оттенком всё пространство вокруг: шкафы с деревянными дверцами и стеклянными ручками, пол, стол, подоконник и, конечно же, холодильник с кучей магнитов. «Адлер», «Геленджик», «Крым — наш!» — читает Вики, чувствуя, как зашедшееся в возмущении сердце постепенно успокаивает свой ритм. Раздражитель. Это то, кем Люцифер всегда для нее был, и то, кем он для нее останется. Не дожидаясь ответного выпада, демон вилкой переворачивает мясо, не утруждая себя поиском лопатки. Так на него похоже. С другой стороны, даже комично: Люцифер видит себя могущественным правителем Преисподней уже в ближайшем будущем, в то время как он абсолютно беспомощен в быту. Впрочем, вряд ли для того, чтобы держать в своих руках Ад, надо знать, что мясо принято переворачивать лопаткой, чтобы не поцарапать сковородку. Бросив полный сожаления взгляд на куски жареной говядины, так и не ставшей отбивными, девушка уходит. Пюре готово, а значит, у нее больше нет причин задерживаться на кухне. «Не ради Люцифера уж точно».

***

Это невыносимо. Вики чуть откидывает голову назад, чувствуя, как под ее затылком мнутся какие-то бумаги, висящие на стене. От духоты, шума и людей, мелькающих перед глазами, у нее уже час как болит голова и, учитывая, что очередь практически не сдвинулась, прекращения этой боли не предвидится. — Это ты еще в наших поликлиниках не была, — шутит сидящая рядом Аня, ковыряя ногтем и так уже потрепанный всеми тяготами жизни диван из кожзаменителя. — Вот там реальный Ад в очередях, а это так, знаешь… Мелочи. Люцифер, сидящий по другой бок от Ани, мрачно хмыкает. За всё то время, что они находятся в полицейском участке, он произнес не больше десятка слов, и, наверное, его можно понять. Когда соседка сказала Уокер, куда они отправятся этим утром, девушка тоже лишилась дара речи на добрых пару минут. Это произошло слишком быстро. Вики не была готова. Она как раз заканчивала чистить зубы, подумывая над тем, чтобы купить с чаевых, как только они появятся, патчи на глаза, когда услышала тактичный стук в дверь ванной. Видит Бог, если бы она знала, какую новость принесет ей Аня, подождала бы еще пару минут, морально подготавливая себя. Впрочем, имеет ли это смысл? Глупо было бы оттягивать визит, который рано или поздно обязательно состоится. После услышанного Вики, которая и так никогда не могла похвастаться завидным аппетитом с утра, окончательно потеряла всякое желание есть. Лишь для вида выпила чашку кофе. В конце концов, в отделении полиции ей были необходимы бодрость, внимательность и способность быстро соображать. Желудок издает пусть и негромкий, но всё равно неприятный звук, и Уокер уже жалеет, что не нашла душевных сил впихнуть в себя хоть какой-то завтрак. Даже обычный бутерброд с колбасой — как там её, «Докторская»? — пришелся бы очень кстати. Сейчас же в помещении с однотонными серыми стенами и лампами, горящими белым, режущим глаз светом, не обнаруживалось ничего съестного кроме кофейного автомата. Когда какой-то рядовой сотрудник заказал там сомнительного качества капучино, аромат которого тут же заполнил пространство, Люцифер сказал, что большей дряни в жизни не видел. Осадок от вчерашних стычек с демоном уже не ощущается так же ясно, но все равно немного горчит. Вики незаметно поворачивает голову, делая вид, что разминает шею, и вообще не удивляется: Люцифер сидит, вальяжно закинув ногу на ногу, и всем своим существом дает понять, что сделал одолжение уже тем, что пришел. «Сноб», — заключает Уокер, и чувствует уже привычное раздражение, раздающееся покалываниями на кончиках пальцев. Вдох. Выдох. Они с парнем не говорили ни вчера, ни сегодня, а потому то, как они будут давать одинаковые показания, остается большим вопросом. Уокер снова делает глубокий вдох, обещая себе быть в порядке, что бы ни случилось. Если поход в полицию обернется катастрофой, у нее же будет несколько часов, чтобы сбежать из города, верно? — Уокер и Мор-нинг-стар, — объявляет девушка в форме, показавшаяся из одного из кабинетов, — заходите в сто четвертвый кабинет следующими. Она исчезает так же быстро, как и появилась, заставляя обозначенных персон недоуменно разглядывать абсолютно идентичные двери в поисках значащейся под нужным номером. — Морнингстар? — прыскает Аня, с озорством во взгляде поворачиваясь к парню. Кажется, она единственная в этом тухлом участке, кому удается сохранять оптимизм. — «Утренняя звезда», серьезно? — Наш Светоносный, конечно же!.. — Вики озвучивает очевидное и закатывает глаза. Фамилия, придуманная Люцифером, не стала для нее сюрпризом. От него следовало ожидать чего-то пафосного и отсылающего к религии. Аня начинает рассказывать о конфликте отцов и детей через призму Библии, и Вики отворачивается, не желая слушать. Ее уже тошнит от того, насколько божественность проникла в её будни и стала частью жизни. Или тошнота все-таки от голода? Не выдержав, девушка поднимается с места, полная решимости найти кулер с водой. В помещении со сломанным кондиционером просто не может его не быть! Она шагает по коридору, разглядывая всё вокруг в поисках, когда неожиданно цепляется за нахальный, полный самоуверенности взгляд. С портрета на стене на неё смотрит молодой мужчина, даже парень, должно быть, ровесник самой Уокер. Черные, как смоль, волосы, прищуренные темные глаза, высокие острые скулы и слегка поджатые губы. Капитан уголовного розыска и, судя по надписи под фото, лучший работник месяца. Довольно симпатичный, как отмечает на задворках подсознания девушка, пусть и во взгляде чувствуется холод и угроза. Вики хочет прочесть его имя, но не успевает, краем глаза замечая стоящий в углу кулер и отвлекаясь на него. Пара шагов, и жадные глотки прохладной воды возвращают её телу жизнь, а разуму — спокойствие. Кажется, теперь она может просидеть в очереди хоть целую вечность. Вики возвращается к соседке и кузену как раз в тот момент, когда сто четвертый кабинет покидает очередной потерпевший, потрепанный вид которого не слишком уж вдохновляет. Аня желает им удачи и со всей искренностью просит не переживать, и Уокер наверняка была бы ей благодарна за заботу, если бы не мондраж где-то внутри. Они заходят в кабинет, синхронно морщась от контраста противного белого света коридора и мрака кабинета. Это странно, потому что девушка может поклясться, что такая темнота невозможна при солнечной погоде на улице. Вики несколько раз моргает, и зрение адаптируется к новым условиям. Она скользит взглядом по высоким шкафам из темного дерева с причудливой резьбой, кажущейся ей смутно знакомой, плотным шторам в пол и шахматной доске, разложенной на столе. Уокер поднимает глаза от фигур и видит того самого парня с портрета в коридоре. «Разве кабинет капитана полиции должен выглядеть так?» На его лице читается ледяная сосредоточенность и ничего больше. С таким выражением обычно выигрывают в покер, потому что оно не дает понять противникам совершенно ничего. — Морнингстар, на выход, — сухо командует капитан, даже не глядя на парня. — Вас допросят в соседнем кабинете. — С чего бы это? — огрызается Люцифер, явно не привыкший к такому тону. Повелительные нотки и нескрываемое равнодушие — это то, как говорит он сам, но не то, как обращаются к нему. Вики закусывает щеку, пряча улыбку. Наверное, в текущей ситуации она должна быть на стороне демона, не доверяя странному полицейскому, но, Шепфа, всё внутри девушки грязно ликует от мысли, что коронованного своей же рукой принца Преисподней поставили, наконец, на место. — Мне сказали идти сюда. — Посмотри на погоны и запомни, кто здесь отдает приказы, — отрезает капитан так, словно заранее готовился услышать от демона нечто подобное. Будто бы это было ожидаемо для него. Парни сверлят друг друга взглядами около минуты, когда Люцифер, бросив самодовольное «как пожелаете», уходит, громко хлопнув дверью. «Какое ребячество!» Глухой звук от удара разлетается по помещению и ударяет девушке между лопаток. Вместе с ним приходит и понимание, что она осталась наедине с капитаном. Он изучающе рассматривает Вики, и она делает то же самое в ответ, отмечая, что в царящем полумраке скулы парня кажутся еще острее. — Присаживайтесь, — капитан кивает на стул, стоящий напротив его стола, и его голос, на удивление, уже не звучит так холодно и строго. Вики делает несколько до стыдного нерешительных шагов и садится. Ей нужно успокоиться и показать уверенность, если она не хочет выглядеть так, будто ей и впрямь есть что скрывать. Девушка делает глубокий вдох и выпрямляет спину, чуть вздергивая подбородок. «Да, вот так. Раз уж мы с Люцифером играем родственников, пусть капитан думает, что высокомерие — это у нас семейное» Капитан вопросительно вздергивает бровь, будто забавляясь над тем, что Вики не решается начать. Неожиданно девушка понимает, почему паренек, заходивший сюда до них с Люцифером, на выходе выглядел так, словно сразился с субантрой: помято и совершенно изможденно. — Итак, Вы хотели подать заявление… — говорит полицейский, раскладывая какие-то бланки перед собой. «Протоколы допроса» — догадывается Уокер. По крайней мере, в родной Америке подобные документы называются именно так. — Вы не представились, — с нажимом замечает Вики. Это то, чему она научилась у Люцифера: нападать, если не хватает сил защищаться. Даже если демон и не облачал в слова эту формулу, со стороны она представлялась именно такой. Или же это её собственные отголоски паники. Отрываясь от бумаг, парень поднимает на нее взгляд. Смотрит внимательно, даже, наверное, слишком. Так однажды смотрел на неё Люцифер, но разница всё равно была очевидна: демон никогда не внушал ей страх одним своим присутствием. Взгляд же капитана словно исполосовывал лезвиями её кожу. Наверное, поэтому Вики не становится легче, когда он неожиданно улыбается и протягивает ладонь: — Мальсибер Бонтер. Несмотря на Антарктиду в черных глазах, его руки совсем не холодные. Глупо, наверное, проводить такие сравнения, но девушка всё равно обращает на это внимание. — У Вас необычное для России имя, — Вики предполагает, что капитан родом из Англии или Америки, на крайний случай, Австралии, но оставляет эту реплику за ним. Если в прошивке парня вообще есть такой термин как «объясняться». — Как и у Вас, мисс Уокер. «Разумеется, он сменил тему» Мальсибер прищуривается, и Вики кажется, что есть в этом что-то хищное. Шепфа, она становится параноиком! — Вы правы, — девушка выдыхает и решает перейти к сути, чтобы сделать этот разговор хоть сколько-то продуктивным. Хотя капитан, кажется, никуда не торопится. — Мы с кузеном, Люцифером, прибыли из Америки, штат Оклахома. Вики закусывает губу, сомневаясь. Еще с того разговора на кухне, больше похожего на допрос с пристрастием от Тамары Петровны, она помнит, что речь шла об этом штате, но память наотрез отказывается воскрешать подробности и контекст: они сами родом из Оклахомы, или там жила их выдуманная тетушка? Уже привычное раздражение впрыскивается в кровь, обдавая щеки жаром. Если бы Люцифер не был таким… Люцифером, они бы заранее всё обсудили. Но нет. Демон тот, кто он есть, а потому Вики остается лишь дважды обдумывать каждое свое слово, дабы не прокалываться на деталях. Капитан Бонтер лишь хмыкает, никак не комментируя сказанное. Подсознание девушки истошно вопит, что он явно знает гораздо больше, но Вики приказывает ему заткнуться. Однажды она уже послушала интуицию, доверившись Люциферу, и с тех пор её шестое чувство лишилось права голоса. — Заявление, мисс Уокер, — Мальсибер протягивает девушке нужный бланк и обычную офисную ручку. Хоть что-то нормальное в этом кабинете! — Вы здесь, чтобы написать его. Вики скользит взглядом по листу бумаги, чувствуя, как в голове начинают вращаться шестеренки. Ей нужно сформулировать суть претензии, описав ситуацию. «Причем сделать это так, чтобы она звучала хоть немного обыденно, а не как пересказ сериала по «России-1»! Чтоб я еще хоть раз доверила что-то ответственное Люциферу…» Видя её затруднения, капитан неожиданно приходит на помощь: — Если Вам так будет проще, можете сначала изложить ситуацию устно, — его голос звучит до странного мягко, разительно контрастируя с острыми чертами. Или же Вики, излишне много общаясь с Люцифером, попросту отвыкла, что кто-то может реагировать на проблемы и чужие сложности нормально. — Затем я подскажу, как правильно записать и оформить. Его спокойствие. Пусть холодное, зато приводящее в норму пульс. Уокер физически ощущает облегчение, словно огромный булыжник с легкой руки капитана только что рухнул с ее плеч, дав, наконец, глубого вдохнуть. Плевать, что до этого полицейский вёл себя странно, сейчас ей просто необходимо видеть кого-то на своей стороне. Падение с Небес, незнакомая страна с непривычной культурой, куча новых людей и события, сменяющие друг друга со скоростью света — казалось, до этого момента Вики и вовсе не осознавала, насколько произошедшее давило на неё. Она словно закрылась от всего этого, приказала себе не думать. Рационализировала каждый свой шаг и теперь, сидя в полицейском участке, не имела ни единой мысли, что со всем этим делать. — Вижу, Вам сложно, Вики, — парень смотрит внимательно и говорит так мягко, что девушка не замечает перехода к имени от формального «мисс Уокер». — Давайте начнем с того, где и как долго Вы проживаете в России. И Вики рассказывает всё. Про то, какой недружелюбной, на первый взгляд, ей показалась Тамара Петровна и о провалившемся первом рабочем дне, об Ане, впустившей их сначала в подъезд, а затем и в свой дом. Она не таит деталей и, должно быть, тратит бесценное время капитана на мелочи, но он молчит, внимательно слушает и, изредка кивая, записывает отдельные тезисы в блокнот. Уокер плавно переходит к истории с несуществующим наследством такой же несуществующей тетушки, говорит об аварии, родственниках, жадных до денег, и чокнутом дяде Джо, который наверняка и спланировал покушение на нерадивых племянников. Краем сознания Вики отмечает, что несёт полный бред, на фоне которого меркнут не только российские мелодрамы, но и вся индустрия индийского кино, но Бонтера, похоже, ничего не смущает. Он внушает подчинение и превосходство одним своим присутствием, и это практически магия, потому что девушка не может противиться. «Наверное, поэтому он и стал капитаном в таком возрасте» Время проходит до обидного незаметно и быстро, и Уокер слишком поздно ловит себя на том, что вся та ахинея, нарисованная её воображением на основе фантазий Люцифера, оказывается перенесена в протоколы. Вики не без облегчения выдыхает: всё действительно прошло вполне неплохо, хотя и не без помощи Мальсибера, конечно. Удивительно, но под конец допроса парень уже не кажется ей таким пугающим и странным. — Интересная история… — темные брови подлетают, пока он в очередной раз пробегает глазами по строчкам. «Ещё бы», — мысленно хмыкает девушка, ограничиваясь кивком вместо ответа. — Что ж, на этом, мисс Уокер, Вы свободны, — Бонтер убирает протокол в папку, и девушка, пролепетав слова благодарности, поднимается и на негнущихся ногах шагает к выходу. Ее ладонь уже ложится на ручку двери, когда капитан неожиданно продолжает: — Постойте, Вики, — она оборачивается, не скрывая удивления. Шепфа, если он сейчас скажет, что показания не сходятся… — Вы будете свободны в пятницу вечером? Раз уж вы не местная, я бы хотел пригласить Вас в одно интересное заведение. Это… неожиданно. Даже очень. Уокер сомневается, но мысль, что общение с полицейским поможет ей быть в курсе расследования их с Люцифером выдуманного дела, набатом стучит в голове и решает всё за неё. — Почему бы и нет, — девушка улыбается уголком губы, чувствуя смесь неловкости и смущения. Ее собеседник уверен в себе и одновременно вежлив — Люциферу следовало бы поучиться. — Буду рада встрече, Мальсибер. — Зови меня Маль, — он отвечает такой же улыбкой и кивает на прощание. Вики покидает кабинет, чувствуя себя, мягко говоря, шокированной и оглушенной.

***

Люцифер в очередной раз обводит глазами небольшое пространство и окончательно укореняется во мнении, что четыре взрослых человека для этой крохотной кухоньки — это уже слишком. Уокер сидит за другой стороной стола, по привычке подогнув ногу под себя, и демон не знает, почему замечает такую мелочь. Впрочем, сидеть в такой позе девушке суждено недолго: красноречивый взгляд Тамары Петровны ясно даёт понять, что в её доме подобное неприемлемо. Вики принимает нормальное положение, — «кому вообще может быть удобно сидеть так?» — недовольно поджав губы. Демон лишь ухмыляется, никак не комментируя эту сцену. Сборище всех жильцов на кухне имеет под собой простое обоснование в виде недавнего визита в полицейский участок. Хозяйка и её внучка задают вопросы, а парень в процессе ответов пытается унять клокочущую в нем злость, разгорающуюся с новой силой от воспоминаний. Гребаный капитан, видимо, возомнил себя вторым Шепфой, отправив его в соседний кабинет. Неслыханное отсутствие чувства самосохранения! В сто третьем кабинете демона уже ждала не самая дружелюбная работница участка, та самая, которая до этого высунулась из-за двери и протараторила указания, параллельно исковеркав его выдуманную фамилию. «Поразительный идиотизм!» — Брось, она не может быть так плоха, — Аня вслушивается в каждое его слово, уточняя все интересующие её детали, и демон ловит себя на том, что она вторая девушка после Уокер, кто поддерживает с ним диалог вне романтического контекста. Перед глазами парня мелькают кадры из стен Школы, где демоницы регулярно завязывали с ним бессмысленные беседы, якобы ненароком накручивая на пальцы пряди и играясь с висящими на их шеях побрякушками, спадающими, как правило, в открытое декольте. Ученицы ангельской половины, к слову, делали точно так же, пусть их наряды и не привлекали взгляд настолько откровенно. Шепфа, девушки становятся такими одинаковыми, когда дело доходит до флирта! — Может, — выплёвывает Люцифер, припоминая, — она задала мне столько уточняющих вопросов, словно могла лишиться работы, если не подловит меня на лжи. Видит Шепфа, это определённо самый краткий и цензурный комментарий, который он в состоянии дать. Парень воздерживается от остального исключительно из уважения к пожилой женщине, приютившей его в своём доме. — А что, есть на чём ловить? — хитро улыбается Аня, но по её улыбке видно, что это лишь дружеский подкол, а не попытка задеть. — Конкретно меня подловить невозможно, — демон отвечает ей тем же игриво-шутливым тоном и переводит взгляд на Вики, задохнувшуюся от возмущении из-за акцента во фразе. Очевидно, демон считает, что её саму может вывести на чистую воду даже дитя. На деле Уокер лишь закатывает глаза, всё ещё поражаясь тому, как быстро и легко они с Аней спелись. Это ни разу не ревность, но, черт, это не честно! — Вам не придётся идти туда снова? — своим вопросом Тамара Петровна вносит хоть какой-то конструктив в разговор, превратившийся в соревнование в остроумии. По крайней мере, именно так для Вики выглядит общение Ани и Люцифера. — В ближайшее время нет, а потом нам дадут знать, — она отвечает, видя, что всё внимание парня занято оттачиванием сарказма. Вики перебрасывается ещё парой фраз с хозяйкой квартиры, чувствуя, как невроз отпускает её. Будто бы страхи тают в воздухе, стоит произнести их вслух. Практически магия. Тамара Петровна советует почаще заглядывать в почтовый ящик на случай, если там окажется извещение из полиции, и девушка мысленно соглашается, действительно намереваясь взять рекомендацию на заметку, когда слова Люцифера буквально лишают её дара речи: — О, поверьте, в этом нет необходимости, — он ухмыляется, облокотившись о стену и слегка подняв голову, так, чтобы картины, нарисованные самой тьмой на его коже, становилось слишком легко рассмотреть. Чтобы их хотелось рассматривать. — Уокер хватило часа, чтобы охмурить того глуповатого капитана, так что теперь мы точно не пропустим последние новости из участка. — Вики? — брови Ани подлетают в удивлении практически мгновенно. Девушка мысленно считает до десяти и берёт себя в руки. Почти заставляет себя сохранять спокойствие. «Чёрт возьми!..» Она не рассказывала никому, а уж тем более Люциферу, о предложении Мальсибера встретиться и знала наверняка, что демон не умеет читать мысли. Тогда как он узнал? Догадка осеняет её яркой вспышкой, пулей простреливая разум. Боже, конечно! Капитан окликнул девушку как раз в тот момент, когда она открывала дверь, собираясь уйти. Должно быть, Люцифер, уже освободившийся к этому моменту, услышал. Какая банальность. — Во-первых, охмурять это больше по твоей части, Люцифер, — замечая самодовольную ухмылку, заигравшую на его лице, Вики продолжает: — потому что мне не нужно прикладывать усилия, чтобы понравиться. Моя самооценка в этом не нуждается, — она гордо вздергивает подбородок, ликуя. Опешевшее лицо демона определенно того стоит. — Во-вторых, капитан всего лишь предложил показать мне одно интересное место. Ничего такого. — Не удивлюсь, если этим «местом» окажется номер в дешёвом отеле, — Люцифер прищуривается, приподнимая уголок губы. Вики хочет протянуть ему салфетку, чтобы стереть с неё капающий яд. — Молодой человек! — голос Тамары Петровны звучит на порядок строже, и девушка невольно проникается к ней уважением. — Значит, вот куда ты водил Ости, — Вики прищуривается в той же манере в ответ. — Что ж, это в твоём духе. — Ревнуешь, Люцифер? — Аня явно говорит это в шутку, но пауза, которая мгновенно обрушивается на кухню, безоговорочно портит эффект. Демон смотрит на Вики так, будто хочет испепелить её силой мысли. Просверливает переносицу взглядом. Вики ни единым жестом не показывает того, насколько ей некомфортно, приказывая себе держать лицо перед огнями Преисподней, пылающими в его глазах. — Кого угодно, но не Уокер, — он говорит, практически не разжимая губ. Выплёвывает. — Слишком много чести для жалкой непризнанной. Вики лишь скрещивает руки на груди, словно отгораживаясь. Она не удостаивает парня ответом и почему-то думает о том, что ещё пара недель жизни с ним, и у нее выработается иммунитет к его любимому оскорблению. — Мне казалось, ты не должен ревновать, потому что вы родственники, — неловко замечает Аня и, похоже, эта катастрофическая несостыковка смущает только её. В любой другой ситуации Вики решила бы, что это фиаско. Сейчас же она просто разворачивается и хлопает дверью. Видит Шепфа, сейчас она готова согласиться не просто на встречу, но и на свидание с кем угодно, лишь бы не видеть эту странную тень эмоции в кроваво-алых радужках.