Хроники Странного Королевства. Миру―мир?

Время: Шестнадцатый день Красной луны, вторник, после полудня. Место: Посольство Мистралии, Новый Капитолий, Голдиана.              Ехать в посольство не хотелось. Понятно было, что шансы на то, что этот мальчик не соврал и действительно сын советника были ничтожны. Ну, правда же! Но с другой стороны, в Мистралии никогда не было спокойно, а советник успел нажить много врагов.       А ещё, именно советник, тогда ещё Амарго, взял Кастель Милагро, освободил пленников и взорвал тюрьму. За такое можно было рискнуть почувствовать себя дураком.       За этими мыслями он подъехал к дому.       — Ого! — Родерик, уже было открывший дверь, обернулся на звук и тот же оставил её в покое. Помахал рукой. — Вы здесь! Как удачно!       — Добрый день, — Армандо сразу стало легче, он улыбнулся и спешился. — как хорошо, что я вас встретил! — он вспомнил, что хотел спросить про продюсера и сразу так не захотелось втягивать Родерика в эту историю, но… — вы позволите проводить вас?       — Позволю! — тот улыбнулся проказливо и коснулся его плеча, не позволяя себе большего на людях. — Это всегда приятно.       Армандо только тепло посмотрел на него. До сих пор не верилось, что это чудо — его.       — Пока я окончательно не отвлёкся, позвольте спросить у вас кое-что. Сегодня, возвращаясь от ученика я стал свидетелем не слишком приятной сцены, — всё-таки врать и скрывать что-то от Родерика было сложно. — и ещё узнал, что в тех краях живёт некий дон Антонио. Как мне сказали — продюсер. Вы не слышали о нем?       — Продюсер? — Родерик вопроса не ожидал и пришлось отвлекаться от любования и сосредотачиваться, — дон? Мистралиец? Да, вроде, есть такой. Я лично не сталкивался. А что случилось?       — Какой-то мальчишка пытался сбежать из его дома, — Армандо снова вспомнил грязного, но чем-то знакомого мальчишку.       Родерик нахмурился. Связь не угадывалась.       — В театр? — так и сдался он, не поняв.       — Не знаю, — усмехнулся Армандо и серьёзно сказал: — но я хочу зайти в мистралийское посольство и узнать о нём побольше       — Это очень благородно, — всё ещё не понимая, причем тут вышеозначеный дон, Родерик всё же не торопил его.       — Мне кажется, что мальчика удерживают там против воли, — Армандо понизил голос — он кричал, что его похитили.       — Похитили? — Родерик искренне ужаснулся. Сначала за неизвестного мальчика, потом уже за Армандо. — Это… да, вы правы, нужно всё прояснить. Но что же власти?       — Я рад был бы применить силу, но у меня не было законных причин. И я не знал, сколько воинов в доме. И идти в полицию не с чем. Особенно, если это состоятельный человек. Я попробую обратиться в посольство.       — Да, это разумно! — Родерик разволновался и всё же коснулся его ладони, но заставил себя отпустить его. — Нужно действовать. Ох, простите, вы же и действуете.       — Я расскажу вам, удастся ли чего-то добиться.       Давненько Армандо не был в мистралийском посольстве. И его б воля, не отправился бы туда ещё столько же. Антонио, брат Армандо, выяснял здесь про возможности возвращения на родину и как там сейчас обстоит с магами. Но сам он пока в Мистралию не стремился — его учитель жил здесь, а Армандо не слишком хотел отправляться туда и доказывать, что имеет право на возвращение титула. Да, это было неправильно, но тогда бы пришлось на какое-то время возвращаться домой, а ещё — приносить присягу. А его жизнь была здесь. Он достаточно хорошо знал взгляды мистралийцев, чтобы понимать, такой свободы у него там не будет, а Родерик был ему дороже титула и замка.       Но сегодня он чувствовал, что речь о жизни и смерти. Ещё раз напомнив себе, что рискует только выставить себя посмешищем, он постучал в двери посольства, представился и попросил аудиенции.       Когда Армандо перешагнул порог посольства, он словно перенёсся из деловитой, практически неспящей Голдианы в родную Мистралию. Ибо там царила атмосфера нескончаемой сиесты (как при этом мистралийцы от сиесты до сиесты умудрялись совершить столько переворотов — они бы и сами затруднились ответить).       За столом сидел клерк и, судя по его отсутствующему взгляду, пытался прозревать будущее в полете одурело-сонных осенних мух.       — Выдачи мистралийских паспортов сегодня нет, — даже не повернувшись в сторону двери, произнес клерк.       И явно не в первый раз за день.       Армандо смерил его равнодушно-надменным взглядом, отличающим аристократов всех стран, и ровно ответил:       — У меня есть мистралийский паспорт. Я хотел бы переговорить с послом.       — Сеньор Кардоне сегодня не принимает, — сообщил клерк, нимало не впечатлившись тоном Армандо, — приёмные дни — каждый десятый и двадцатый день месяца. Просьба записываться заранее.       Даже у говорящего попугая в голосе обычно больше энтузиазма.       — Очень хорошо, — чего-то подобного следовало ожидать, и всё равно, он понимал, что у мальчика может не быть этих дней. — Значит, я смогу оставить ему сообщение. Всё равно моя информация предназначается для королевского советника сеньора Каррера. Мне понадобится конверт и бумага. Надеюсь, это в вашей компетенции?       Вот тут тусклые глаза клерка наконец-то обратились к Армандо.       — Какого сеньора Каррера? — уточнил он.       — Советника его королевского величества Орландо, — Армандо ответил ему твёрдым взглядом. — У меня есть для него информация, степень важности которой не берусь оценить.       Теперь уже глаза у клерка раскрылись так широко, что ещё чуть-чуть — и он бы мог претендовать на близкое родство с эльфами. Ситуация выходила щекотливая: если этот кабальеро сует ему фиалки за уши, то он зря потревожит сеньора Кардоне. А если нет? В Мистралии от мирной жизни до переворота — полчаса. Нет уж, пусть этот кабальеро сам отвечает за свои фиалки!       — Я… я сейчас проверю, сможет ли господин посол вас принять, — и секретарь скрылся в коротком коридорчике, откуда послышался явственный стук в дверь.       Господин посол тоже проводил время с пользой: он играл в «башенки». Учитывая, что кроме него в кабинете была только его сигара, игра тоже шла с мистралийской расслабленностью.       — Чего вам, Гарсия? — недовольно спросил он, проиграв себе ход.       — Сеньор Кардоне… Там какой-то кабальеро… с важной информацией для сеньора Каррера… Который первый советник его величества.       — М-да? И с какой же?       — Он не говорил. Хотел оставить вам конверт…       Сеньор Кардоне испустил тяжелейший вздох.       — Ну, проси. И зачем я вас держу, тунеядцы?       Гарсия шмыгнул обратно в приёмную. За тот краткий миг, что он шёл от кабинета посла до приёмной, из загнанного крысёныша он успел снова превратиться в надменного хозяина положения.       — Сеньор Кардоне в качестве величайшего исключения вас примет. Следуйте за мной.       Армандо использовал это время, чтобы не церемонясь взять лист и написать письмо. Когда же его пригласили войти, сложил листок и последовал за секретарем.       — Благодарю, что соизволили принять меня, — вежливо, но без особой лести сказал он и чуть кивнул. — Обстоятельства вынуждают меня просить вас передать советнику Каррера послание.       Сеньор Кардоне посмотрел на Армандо со сдержанным интересом. Как на диковинное насекомое, проникшее в его кабинет. До сих пор его власти обычно хватало здесь, в Голдиане, и он чувствовал себя кем-то вроде абсолютного монарха: Мистралия с королем Орландо далеко, так что он вершил единоличный суд.       — И что вам, — он взмахнул сигарой в сторону Армандо и выпустил клуб дыма, — что вам понадобилось от самого советника Карреры? Может, в моих силах вам помочь?       Армандо ответил ему бесстрастным взглядом.       — Я ценю ваше желание помочь мне, сеньор, но речь о крайне деликатной информации. Будучи ещё товарищем Амарго, господин советник предпочитал получать такую информацию напрямую. Вы наилучшим образом исполните свой долг перед Мистралией, передав ему моё письмо.       Господин посол посмотрел на конверт, потом на Армандо, потом снова на конверт, прищурился, словно сквозь прицел:       — А вы, собственно, кто, сеньор? Откуда я знаю, что в этом конверте не яд и не какая-нибудь взрывчатка? Или угрозы и шантаж?       — Дон Армандо Фуэрте, — то, что его имя спрашивают только сейчас, откровенно раздражало. Он демонстративно вынул письмо из конверта, развернул и встряхнул. — Ни яда, ни взрывчатки. Что до его содержания, вам придется довольствоваться моим словом. Или же вы хотите бросить мне вызов, сказать, что сомневаетесь в нём?       — Дон Армандо, — посол подался вперёд и сложил пухлые руки перед лицом, опираясь на стол. — Не горячитесь. Я полагаю, что ваше дело достаточно срочное и важное, чтобы тревожить самого первого советника, но, поймите меня, Мистралия далеко, сеньор Каррера может не сразу ответить. Можем ли мы сделать что-то для вас на месте, быстрее?       Сеньора Кардоне снедало любопытство, но многолетний дипломатический опыт позволил послу облечь его в приемлемую форму.       Армандо плотно сжал губы. Вежливость посла не произвела на него впечатления.       — Мне не столь важен ответ, сколько сама необходимость донести сведенья до советника. Дело касается не моих интересов, важно передать информацию.       Посол тяжело вздохнул и предпринял обход с другого фланга:       — Конечно, дон Армандо, если ответ вам не так важен, я передам письмо с телепортистом. А теперь — не согласитесь ли вы составить мне компанию за чашечкой настоящего мистралийского кофе? Эти голдианцы совершенно не умеют его варить…       — Благодарю, — Армандо запечатал конверт и передал ему письмо. Оставалось надеяться, что медлить не станут. Он не испытывал желания задерживаться в обществе посла, но в конце концов был воспитанным кабальеро:       — С удовольствием приму ваше приглашение.