Бесконечная тьма

Красотка

Мэриан буквально затолкнула Люциуса в свою спальню и закрыла дверь. Она выдохнула. Если бы гость, ожидавший за порогом, появился, так же как Малфой, даже без стука, то сейчас пришлось бы стирать память и ему. Девушка обошла диван, подняла с пола книгу, которую уронила пока лупила Люциуса, и прошла к входной двери. Она заглянула за белую шторку на двери и увидела знакомый силуэт за рифленым стеклом. Аккуратно отворив дверь, она убедилась в своем предположении. — Сириус, сейчас час ночи, что ты тут делаешь? Но ответа она не получила. Мужчина, завернутый в плащ на голое тело, стал оглядывать ее с ног до головы восхищенным взглядом. Он даже немного приоткрыл рот в немом восторге. — Черт возьми, — наконец очнулся он. — Ты выглядишь великолепно! Куда такая красивая ходила? — Спасибо, Бродяга. Так, благотворительный вечер в Министерстве, ничего особенного. — Мэриан устало покачала головой. — Ты поздороваться пришел или зайдёшь в дом? — Зайду, конечно. — Он хмыкнул и перешагнул через порог, но затем сделал шаг назад, замерев в таком положении. — Или нельзя? — Можно, можно, проходи. Если бы Мэриан сейчас запретила Сириусу войти, то вопросов возникло бы куда больше. Если врёшь, то ври до конца. Ничего страшного, Люциус как-нибудь выберется из ее дома, сейчас или немного позже. Сириус плюхнулся на диван, придерживая свой плащ, чтобы тот не распахнулся. Мэриан знала, что если Сириус в плаще, значит он бродил псом по окрестностям района. Она уже давно оставила этот плащ у себя на веранде, чтобы Блэк не заявлялся к ней голым. Девушка постоянно говорила ему, чтобы тот трансфигурировал вместе с одеждой, но Сириус все равно предпочитал делать это голышом. «С одеждой постоянно трудности. Тем более я чаще иду гулять сразу после душа, можно и не одеваться. И тебе приятно видеть мой голый торс», — оправдывал себя Сириус. Мэриан пришлось смириться с его причудами. — Ты такой невежественный, фу! Заявляться в гости в час ночи… Где твои манеры! — в шутку отчитывала она друга, но говорила это достаточно громко, чтобы Люциус из комнаты тоже услышал, ведь это относилось и к нему. — Я гулял себе, потом смотрю — у тебя свет горит. Вот и зашёл. Так что не надо мне про манеры. Сириус поудобнее устроился на диване и направил свою палочку в сторону телевизора. Кассеты потихоньку начали вылетать из комода. Они выстроились в одну линию в воздухе, чтобы волшебник мог прочитать названия на каждой из них. Он сразу вернул на место те, которые уже смотрел, а остальные стал подробно изучать по обложке, читая сюжет и рассматривая актёров. — О, «Один дома», про Рождество? — Да, поэтому оставим его до праздников, ладно? Может, «Красотку»? Там про проститутку, в которую влюбился богатый мужчина, — предложила Мэриан. — Мне нравится, давай. — Хорошо, ты пока включай, а я пойду переоденусь. Жалко, конечно, такое платье снимать, но спать я в нем тоже не собираюсь. Мэриан зашла в свою спальню, закрыла за собой дверь и сразу наложила заглушающие чары, чтобы Сириус ничего не услышал. Люциус Малфой сидел в небольшом кресле рядом с окном и читал книгу, которую девушка оставила на столике. Магловский роман. Мэриан любила иногда такое почитать, чтобы расслабиться. Она уже чувствовала, что Малфой начнёт причитать по поводу этой «магловской ерунды». Мужчина сейчас стал казаться пьянее, чем при его приходе в ее дом некоторое время назад. Взгляд его был затуманенным, осанка не такой ровной, лицо покрыто небольшим румянцем, совсем не свойственным бледной коже аристократа. Должно быть тогда он еще пытался держаться, а сейчас уже полностью расслабился, так как был один. Люциус перевел свой томный взгляд на Мэриан и отложил книгу на стол. Он поднялся с кресла и протянул руку. — Мою палочку, пожалуйста. — Жест был настойчивым, глаза его будто снова прояснились. — Почему вы вообще ее отобрали? — Пьяный Пожиратель Смерти заваливается в мой дом в час ночи. Конечно, я заберу его палочку. — Хорошо, но отдайте ее, я ничего не собираюсь с вами делать. Девушка задумалась, а затем скривила лицо, понимая, что сделала глупость. Она глянула на дверь, а затем снова на Люциуса. — Похоже, что я оставила ее на камине. — Вы оставили мою палочку с Блэком?! — прошипел Малфой, отделяя каждое слово. — Какая вы безалаберная. Сейчас же принесите мне ее, — приказал он и грозно посмотрел на собеседницу. — И молитесь, чтобы я не рассказал в Министерстве, что вы укрываете сбежавшего преступника. — Сириус не преступник! — Мэриан сделала выпад вперед, произнеся это. Она каждый раз горячилась, когда кто-то называл Сириуса так. — И не вам меня шантажировать. Поверьте, у меня много доказательств, используя которые, вас могут посадить. — Этими словами она немного утихомирила Малфоя. — Сейчас у нас нет времени на болтовню. Я сказала, что пошла переодеваться, так что… Люциус сразу отвернулся. Он отошёл в противоположный конец комнаты, ближе к кровати, и стал рассматривать свою обувь. Мэриан, убедившись, что гость ее не видит, неуклюже стала расстегивать молнию на спине. Платье соскользнуло вниз, и девушка перешагнула через него. — Книга, кстати, неплохая, — подал голос Малфой. — Я плохие книги не читаю, — ответила Мэриан, ища в небольшом платяном шкафу свою домашнюю одежду. Она быстро завернулась в короткое синее кимоно и завязала пояс потуже. Покашляв она дала понять Люциусу, что тот уже может повернуться. Мужчина оглядел девушку и ехидно улыбнулся. Он еще раз опустил взгляд на ее оголенные ноги, отчего девушка закатила глаза. — Выпустите меня из дома, я не собираюсь слушать ваши с Блэком утехи. — Волшебник вновь вернул свой взгляд на уровень глаз собеседницы. — Как вы себе это представляете? Собираетесь выйти через дверь? Не забудьте тогда поздороваться с Сириусом. О, или может к нам присоединитесь? — Мэриан просто захлебывалась иронией и сарказмом. — Лезьте в окно, иначе вам никак не выйти за антитрансгрессионное поле. — Я не буду лезть в окно! — Люциус махнул рукой, усиливая свое возражение. — Тогда оставайтесь в комнате, пока я не приду за вами. Можете поспать, я не знаю. — Девушка пыталась придумать занятие своему незванному гостю. — Только не ложитесь прямо в постель, не терплю, когда в уличной одежде залезают на чистое белье. И уж тем более не хочу, чтобы вы раздевались. Просто прилягте на покрывало, не расстилайте постель. Почитайте книгу. На этих словах, Мэриан наконец покинула комнату и вернулась к своему другу. Сириус, уже удобно устроившийся на диване, наблюдал за картинкой в телевизоре. Пока подруги не было, он разложил диван и залез под одеяло. Было чувство, что он считал дом Мэриан своим домом. Но девушка не возражала против такой «наглости» со стороны Сириуса. Ей порой даже казалось, что они живут вместе, будто у них какие-то отношения. Такое тепло разливалось в ее груди, когда она была рядом с ним. Она не считала это любовью в романтическом ее проявлении, скорее очень глубокой дружбой. Может, она просто не хотела в это верить? Может, она влюблялась? На душе становилось так радостно от одного лишь взгляда на этого лохматого весельчака. Мэриан хотела бы вечно вот так вот смотреть с ним фильмы, танцевать под «Аббу» или просто находиться рядом. Все трудности и заботы сразу уходили на другой план, она расслаблялась. Никаких нудных дум о работе или страшных мыслей о грядущей войне. Пусть будут только они. Сириус и Мэриан. И Люциус. Этот Дьявол снова все напортил. В прошлый раз он был лишь в мыслях, всего лишь воображением. Сейчас же этот мерзавец сидел в соседней комнате и ждал своего выхода. Теперь ей нельзя расслабиться, нельзя просто насладиться фильмом в компании Сириуса. Мэриан будет думать, как же вытащить Люциуса из своего дома. Будет волноваться о том, чтобы Сириус не уронил свой взгляд на вычурную палочку Люциуса, лежащую на камине. Как много вопросов тогда будет? Девушка подумала о том, какая же реакция была бы у Сириуса, узнай он о том, что в ее спальне спит Люциус Малфой. Наверняка Блэк бы сразу пошел в бой. Он бы ничего не спрашивал, не пытался узнать причину его нахождения в доме, просто схватил бы палочку и начал сыпать проклятиями. Мэриан бы хотела посмотреть, как Сириус бьёт по морде Малфоя. Тот точно это заслужил. Но в данной ситуации этого допускать нельзя. Не здесь и не сейчас. Хотя Мэриан бы сама с удовольствием прошлась кулаком по красивому личику Малфоя. Впрочем, она уже сегодня немного пустила в ход свои руки, когда тот заявился в ее дом. Она бы так и продолжала его бить, если бы не его откровение. Кто бы мог подумать, что Люциус пытался уйти от всего этого. Кто бы мог подумать, что этот самовлюбленный мерзавец делал все ради своей семьи. Мэриан была поражена его словами. Она будто посмотрела на него другими глазами. Его признание сильно поменяло общую картину, но никак не искупляло его грехи. Он сотворил слишком много, чтобы так просто найти прощение. Помимо всей этой тёмной деятельности, Люциус был и просто премерзким человеком. С ним невозможно было нормально говорить. Он всюду вставлял свою одержимость чистой кровью. Если бы в мире не осталось чистокровных семей, то этот человек бы стал спариваться с членами своей семьи. Он бы не посчитал инцест грязным методом для такого благого дела. Мэриан была уверена в этом. Мэриан была уверена в скверности этого человека. Он бы пошел на любые меры для достижения своих целей. Ничто не показалось бы ему мерзким. Он был Дьяволом во плоти. Искусителем. Его голос, его томный и манерный голос… Одними словами, какими бы мерзкими они ни были, он мог заполучить внимание. Он притягивал к себе. Он был чертовски обворожительным. Опасным, отвратительным и обворожительным. Его взгляд действовал словно гипноз. Когда Мэриан смотрела в его серые бесчувственные глаза, то не только страх нападал на нее, не только отвращение, что-то странное, что-то необычное закрадывалось в ее сознание. Она не могла понять это чувство. Это было что-то новое, до сих пор не изученное ее разумом. Совсем не то, что она чувствовала к Сириусу — там все было очевидно. С одним было прекрасное, тёплое дружеское чувство, с другим — гадкое чувство страха с примесью чего-то глубокого и скрытого в сознании. Это ощущение нельзя было подавить, потому что оно еле чувствовалось. Оно уже было подавленным. Мэриан улыбнулась, увидев Сириуса. — Не говори, что лег голым. — Я же знаю, что ты тоже спишь голышом. Давай спать голыми вместе. Девушка скинула с себя халат и залезла под одеяло к другу, покрепче обняв его. На ближайшие два часа есть только Мэриан, Сириус, Джулия Робертс и Ричард Гир. Никакого Люциуса Малфоя.

***

Голышом

Фильм они так и не смогли досмотреть. Мэриан, уставшая за этот сумасшедший день, уснула еще на середине. Сириус не захотел мешать своей подруге и выключил телевизор. Он получше укрыл ее нагое тело, а после и сам провалился в сон. В половине третьего ночи Мэриан проснулась от дикой жажды. Горло было таким сухим, что она бы даже сказать ничего не смогла. Волшебница аккуратно вылезла из объятий друга, накинула на себя кимоно и как можно тише отправилась на кухню за стаканом воды. Она знала, какой у Сириуса хороший крепкий сон, но шуметь тоже не собиралась. Придя на кухню, она раскрыла форточку, чтобы свежий осенний воздух немного разбавил духоту коттеджа. Голова сразу стала яснее. Мэриан набрала в стакан воды и большими глотками осушила его. Прохлада с улицы отрезвила ее мозг, сон почти пропал. Она еще недолго постояла на кухне, наслаждаясь лёгким ветерком из окна, а затем вернулась в гостиную. Сириус все так же крепко спал. Она залюбовалась им: длинные волосы разбросаны по подушке, рука свисает с края дивана, ноги не помещаются полностью, потому пришлось свернуться калачиком. Такой славный. Нужно же было сделать что-то, когда Сириус уснёт. Господи, Люциус! Как она могла забыть про пьяного Малфоя в своей спальне! Мэриан сразу бросила разглядывать Сириуса и пошла в запертую комнату. Она раскрыла дверь и увидела Люциуса, спящего во всей своей дорогой одёжке на ее кровати. Он, прямо как послушный мальчик, не стал снимать покрывало и пачкать простыни. «Всё-таки уснул», — подумала она, закрывая за собой дверь и ставя заглушку, чтобы Сириус ничего не услышал. Она сделала шаг. [Она сделала шаг. Мужчина в ее постели смотрел на нее вожделеющим взглядом. Она сделала ещё один шаг и скинула с себя шелковый халат…] То, что Мэриан увидела после этого, заставило ее остановиться. Эта картинка теперь навсегда останется в ее голове. Она бы очень хотела скрыть это от Люциуса, но просто не может, это будет нечестно. Они должны быть равны в своих воспоминаниях. Нет-нет, Мэриан обязана показать ему. Она не сможет ходить с этим грузом одна. — Люциус, проснитесь, — тихо сказала девушка, но никакого эффекта. — Люциус! Мужчина наконец открыл свои глаза и попытался рассмотреть в темноте кого-то, кто окликнул его. Впервые Люциус Малфой казался сбитым с толку. Наконец, он немного отошёл ото сна и смог сфокусировать свой взгляд на Мэриан. Она уверенно начала идти прямо на него, не произнося ни слова. Он смотрел на нее, находясь еще в полудреме. Тишина и шаги. Мэриан подошла вплотную к кровати и не задумываясь, уверенно, будто делала вещи свойственные их отношениям, перекинула свою обнаженную ногу через Люциуса, оказавшись прямо над ним. /Он лежал в ее постели и смотрел, как она идет на него. На середине пути она сбросила с себя шёлковое кимоно и осталась в одних трусах. Еще несколько шагов и Мэриан уже стояла у изголовья кровати. Она перекинула ногу через него, оказавшись сверху. Быстро она начала расстегивать пуговицы на его одежде, обнажая тело. Ее руки спустились ниже, и она принялась за ремень. В ее карих глазах была неподдельная страсть. Никто никого не принуждал. Не просто желание. Вожделение. Она вожделела его. Люциус сам горел от желания. Он никогда еще не чувствовал ничего подобного. Здесь было не только физическое влечение. Нет. Что-то большее. Он хотел ее всю. В его взгляде было такое же вожделение. Такое же желание почувствовать ее всем телом. Он помог ей снять с себя одежду, а затем избавился и от ее белья. Люциус смотрел на ее молодое и стройное тело. Ключицы, грудь, живот… Он дотронулся до ее ног, между которыми был зажат, провел ладонью выше. Он остановился в районе рёбер и пальцами дотронулся до ее татуировки — минималистичный рисунок кенгуру, выведенный одной линией. Он улыбнулся, посмотрев на силуэт животного. Никакой любви здесь не было, лишь бешеная страсть. Они оба ждали этот момент. Они оба желали друг друга целую вечность. Постоянные барьеры и запреты. Им нельзя было быть вместе. Тем более нельзя было и думать о близости. Но момент настал, и инициатором была Мэриан. Она бросилась на него, она держала ситуацию под контролем. Люциус не был против. Настало не только физическое наслаждение, но и эмоциональная эйфория. Остроты добавило долгое ожидание. Но они наконец смогли разрушить стену./ В реальности Мэриан так же восседала над Малфоем, но тело ее было прикрыто коротким халатом. Ее руки покоились на груди Люциуса, взгляд был прикован к нему. В глазах ее застыл восторг. Его же мысли было невозможно прочесть. — Это было горячо, согласитесь! Я увидела это, когда только вошла в комнату. Решила вам показать, подумала, что вы оцените. — Девушка так возбуждённо об этом говорила, что Люциус почти бы поверил в искренность ее дальнейших слов. — Я даже почувствовала, как кончила. Повторила бы прямо сейчас, не будь вы женаты. Она наконец слезла с него, обошла кровать и плюхнулась в кресло, потуже заправляя халат, ибо он достаточно сильно распахнулся. — Хватит юродствовать, Мэриан. Вас что, совсем не смущает, что я видел вас голой? — Люциус приподнялся на постели, но не вставал с нее. После видения он проснулся окончательно, но хмель все еще сидел в нем. — Я — просто Мэриан с красивым телом. Тот факт, что вы его видели, ничего не изменит. А вот то, что я видела вас — богатейшего человека магической Англии — голышом, очень многого стоит. Каждый раз, когда вы будете строить из себя аристократа, я буду представлять вас голым. Тут уже ничего не поделаешь, мой дорогой Люциус. — Какая вы противная. — Малфой скривил лицо. Он наконец поднялся с кровати, поправил свою одежду и привёл в порядок свои растрепавшиеся волосы. Мужчина подошёл к девушке. Он смотрел на нее сверху вниз, но даже так Мэриан не чувствовала его превосходства. Она все же поднялась с кресла, чтобы глаза их были приблизительно на одном уровне. Расстояние было ничтожным, они стояли так близко, что чувствовали тёплое дыхание друг друга на своем лице. От Люциуса смердело перегаром, Мэриан поморщилась. Малфой взял ее за подбородок и притянул поближе к себе. Он заглянул ей в глаза. Взгляд Мэриан не был испуганным, совсем нет. Всем своим видом она выказывала свое превосходство, она чувствовала себя хозяйкой ситуации. Люциус легко мог прочитать презрение в ее больших карих глазах, но это было не все. Что-то она подавляла, что-то пыталось вырваться наружу, но она не позволяла. — Ты когда-нибудь перестанешь везде искать выгоду? — выплюнул ей в лицо Люциус. — Нет, как и ты. С этими словами Мэриан грубо отдернула руку Малфоя от своего лица. Они оба всеми силами пытались подавить проснувшееся чувство вожделения, которое пришло с воспоминанием. В тот момент, неопределённое время назад, оно было настолько сильным, что так просто перешло в настоящее. Не будь их воля такой сильной, они бы тут же набросились друг на друга, не думая о последствиях. Они бы с удовольствием повторили прошлое. Мэриан бы сразу после нахлынувшего воспоминания повторила все до мелочей. Она бы скинула с себя этот до ужаса коротких халат и так же лишила бы Малфоя одежды. Люциус бы не сопротивлялся. Ему очень повезло, что Мэриан нашла в себе силы противостоять чувству и уйти. Повезло, что она начала по-дурацки шутить, чтобы отвлечь себя. Они ни в коем случае не должны повторить прошлое. Все прошло. Они же больше не любили друг друга. Они не хотят друг друга. Вернее, не хотели. — Я стёрла память твоей жене. — Мэриан решила сменить тему, отвлечь себя и его, чтобы успокоить это дурацкое чувство. — Что?!  — Малфой сделал шаг назад. — Зачем ты это сделала? Что ты стёрла? — Он стал злым и обеспокоенным в один миг. — Полегче, хорошо? — Мэриан вытянула руку в успокаивающем жесте. — Когда мы гуляли с Нарциссой по саду, то она сказала, что у нее появилось чувство, будто мы уже давно знакомы и когда-то так же гуляли. Скорее всего, ей тоже тогда стёрли память, как и нам. Я в тот момент ничего не вспомнила. Скорее всего на нее наложил заклятие кто-то другой, и скорее всего просто Обливиэйт, ибо у нее сложился образ, а не какое-то чёткое воспоминание. С этим заклинанием такое бывает. Я испугалась, что она может вспомнить что-то еще или догадаться, поэтому стёрла то мгновение, когда к ней пришло воспоминанием. Лишь одну минуту. Теперь все так, будто она и не вспоминала. Если что-то понадобится, то я смогу вернуть ей память за тот момент. — Просто невероятно, как твоим решением любой ситуации является стирание памяти. Можно было посоветоваться для начала со мной, например. Это моя жена! — Я запаниковала! Что еще я могла сделать? Тем более мы были одни в саду, а вы с дружками хлестали виски в гостиной. Что бы ты сделал, а? — Не стирал бы память. Можно было просто поговорить. Сказать, что это дежавю. Ничего сложного в этом нет, если хоть немного подумать головой. — О, ну извините меня за мою импульсивность, мистер Малфой, — снова съязвила она. — Вот и разговаривай со своей женой, а не вваливайся ко мне посреди ночи, будто в свой дом. Что, Нарцисса уже не задает вопросы, куда муж уходит ночью? Ах да, ее муж — Пожиратель Смерти, он может пойти убивать гразнокровок в любой момент! — Мы уже говорили сегодня об этом, я не собираюсь повторять, — спокойно ответил Малфой. — Нарцисса спит, она даже не знает, что я ушел. — Вот и иди к ней, нечего ей спать одной. — Люциус никак не среагировал. — Чего стоишь? Пошли, я выведу тебя отсюда. Мэриан вышла из спальни, проверяя спит ли Сириус, а затем дала знак Люциусу, чтобы тот следовал за ней. Мужчина почти на цыпочках вылез из комнаты, закрывая за собой дверь. Он шел вдоль стены, так тихо, насколько мог. Чувствовал при этом он себя любовником, и от этого ему становилось просто смешно. На камине он заметил свою палочку, но так как диван, на котором спал Блэк, находился в опасной близости с ним, то Малфою пришлось предельно осторожно забрать ее. Он взглянул на спящего Сириуса, но тут же отвёл взгляд, ибо тот спал голым. Хоть он и был завернут в толстое одеяло, некоторые части его тела можно было очень отчётливо разглядеть, к сожалению Люциуса. Мужчина поморщился. Он тихо вернулся назад, ибо Мэриан решила вывести его через заднюю дверь, чтобы не маячить перед Сириусом. Девушка левитировала к себе пальто и ботинки из прихожей и быстро оделась. Казалось, будто это тёплое серое пальто было надето прямо на голое тело, а массивная кожаная обувь и правда была натянута с огромным трудом на босые ноги. Она отворила застекленную дверь и вышла на заднюю веранду, приглашая и Люциуса. Вид отсюда открывался на небольшой сад. Растений было много, и все они были разными. От обычных «магловских» кустовых роз до магической Зубастой Герани. Участок был огражден небольшим забором, за которым расстилались зелёные луга, покрытые маленькими полевыми цветами. Из всей этой мелочи выделялся огромный дуб, мимо которого протекала речка. Мэриан любила гулять там летом, устраивать пикник в одиночестве или просто ступать голыми ногами по прохладной траве, наслаждаясь видом. На шатком подвесном мостике до сих пор висел венок с уже увядшими цветами, который там оставила Мэриан несколько недель назад. С веранды ее коттеджа его, конечно, было не видно, да и волшебница думала, что его уже давно унесло ветром. Люциус Малфой закрыл за собой дверь и посмотрел в темноту, пытаясь разглядеть причудливые растения. По взмаху палочки зажглись свечи в фонарях, висевших на крыше веранды. Сад сразу окунулся в мягкие огни, и цветы стало видно гораздо отчётливее. Мэриан присела в небольшое плетеное кресло в левой части веранды и указала Люциусу на второе кресло рядом с ней. Мужчина принял предложение и опустился в него, закинув ногу на ногу. Трость его покоилась в правой руке, левую он положил на свое колено. Мэриан так не церемонилась, она закинула ноги на столик, на котором стояла одна единственная чайная кружка. Поплотнее укутавшись в пальто, она посмотрела на гостя. — Нам надо понять, когда произошло то, что мы сегодня видели. Тут могут помочь любые мелочи: постельное белье, одежда, вещи на прикроватной тумбочке. Я помню, что на тебе была тёмная рубашка с мелким зелёным орнаментом. Больше мое внимание ни к чему не было приковано… — У меня есть такая рубашка, но я точно не вспомню, когда носил ее, — покачал головой Люциус. — Не уверен, но простыни, вроде, были голубыми. Это глупая затея, мы так никогда не поймём, что за день это был. — Ничего не глупая. Можно хотя бы узнать, что за время года это было. Шторы были закрыты? — Я не помню, — отделяя каждое слово, произнес Малфой. — Такие мелочи нас вряд ли волновали, учитывая то, что мы чувствовали. Очень похвально, что в тебе столько энтузиазма, Мэриан, но сейчас это лишнее. Дай всему этому время, когда-нибудь мы вспомним что-то ключевое. Люциус вновь посмотрел вглубь сада в надежде, что что-то вспомнит. Возможно, что когда-то они так же сидели на этой веранде и разговаривали. Смотрели на сад, на этот старый дуб. Может, они гуляли у речки или устраивали пикник. Сейчас Люциус бы ничему не удивился, ибо уже понял, что отношения их были непредсказуемыми. — Я бы предложила чая, но шуметь на кухне не очень хочется, — тихо сказала Мэриан, не отрывая взгляда от сада. — Спасибо, я все равно бы отказался. — Знаешь, иногда ты не такой придурок, каким кажешься. Не знаю, может дело в алкоголе. — Она усмехнулась. — А ты всегда невыносимая невежа. — Малфой тихо, но искренне рассмеялся. Таким его можно было застать очень редко, почти никогда. От слов Люциуса Мэриан сначала нахмурилась, а потом так же рассмеялась, осознавая что Малфой и правда иногда может быть вполне сносным. Впервые такие слова были сказаны им в ее адрес не в качестве укора, а как шутка. — Тебе пора, — повернувшись к Люциусу, произнесла Мэриан. — Да, — задумчиво протянул он. — Где заканчивается антитрансгрессионное поле? — Прямо за забором. — она кивнула. — Пока, Люциус. — До свидания, Мэриан. И мужчина направился в сторону низенького забора, опираясь на свою трость. Силуэт его все отдалялся, и вот уже стал небольшим черным пятном. Мэриан провожала его взглядом, но Люциус ни разу не обернулся.