Бесконечная тьма

Начальница

Весь офис стирателей памяти был обращён в траур. На одном из столов стояла колдография бывшего начальника Аллистира Рэдмера, окружённая различными цветами от сотрудников. Он был по-настоящему хорошим управляющим, все работники подразделения уважали его — любили в какой-то степени. Это был тяжёлый удар для всех. Новая начальница тоже всем нравилась, она даже была ближе к подчинённым. Мэриан будет не сложно взять на себя эту должность, примут ее хорошо, но утрата все равно была серьёзной. Джейн Лоусон вернулась с утреннего задания и заняла свое рабочее место. Она была немного потеряна последние несколько дней из-за смерти Рэдмера, будто не верила в это. Но приходилось работать, не останавливаясь. Окунувшись в написание отчёта о сегодняшней миссии, она постаралась отвлечься. Но кто-то отвлек ее. Подняв взгляд, она увидела, что в офис вошёл высокий мужчина в чёрной мантии. Он опирался на трость при ходьбе, тем самым добавляя своей походке изысканности. Взгляд мужчины прошёлся по сотрудникам и по самому кабинету. Он будто оценивал окружающую обстановку, а затем довольно хмыкнул. — Что Люциус Малфой тут делает? — наклонившись к соседнему столу, шёпотом спросила Джейн коллегу. — Понятия не имею, — ответил Роберт, удивлённо таращась на посетителя. — Нам стоит волноваться? — Э-э-э, я не знаю, но ладошки у меня уже вспотели. — Брюнетка начала потирать руки. Увидев знакомое лицо, Люциус Малфой подошёл к девушке, которая, как он помнит, сидела тогда вместе с Мэриан на благотворительном вечере. Ему в тот раз показалось, что они с ней хорошо общаются, возможно даже подруги. Он сразу заметил волнение на смуглом лице девушки, что очень его развеселило. Ему всегда доставляло удовольствие внушать людям страх. — Доброе утро, — поздоровался он и получил взамен лишь лёгкий кивок. — Ваш отдел доволен новым офисом? — Да, сэр, — Джейн старалась отвечать без запинок, что пока получалось довольно хорошо. — Он гораздо лучше прежнего. — Что ж, рад слышать. — Люциус наградил ее чем-то вроде улыбки. — Ваша начальница у себя? — Мэриан? То есть, мисс Аболитис? — Малфой кивнул. — Да, она в кабинете. Предупредить о?.. Но не успела Джейн закончить вопрос, Люциус уже сам пошел в действие и постучал в кабинет начальницы, а затем скрылся за дверью. В бывшем новом кабинете Рэдмера, в котором он даже не успел побывать, начала обустраиваться Мэриан. За утро она уже перенесла в него свои вещи и разложила все на столе и стеллажах. Сейчас она выглядела такой уставшей: волосы в новой причёске растрепаны, под глазами были тёмные синяки, будто она не спала несколько суток подряд, взгляд совершенно затуманенный. Она опустилась лицом в стол, будто хотела поспать, но на самом деле она не хотела даже существовать. Люциус немного удивился такому состоянию вечно бодрой Мэриан. Она, конечно, бывала грустной или злой, но при этом оставалась энергичной и могла запросто голыми руками разорвать виновника ее плохого настроения. Сейчас же она казалась действительно вымученной. У Малфоя почти проснулась жалость к ней, но он вовремя подавил это чувство. — Ты какого черта тут делаешь? — удивилась Мэриан, подняв взгляд на вошедшего Люциуса. — Ты в принципе не знаешь, что такое манеры, или притворяешься? — Мужчина сел на стул напротив девушки. — Ты вообще спала этой ночью? — Пыталась, по крайней мере. — Блондинка потерла глаза и выпрямилась. — Все думала о том, что случилось. Знаешь, я уже готова умыть руки. Никаких сил больше не осталось. — Она посмотрела на Люциуса, который казался таким спокойным, несмотря ни на что. — Все так навалилось. Кто-то стирает нам воспоминания о крепких отношениях, затем убивают начальника, а после какой-то псих начинает разыскивать меня. Возможно, это все как-то связано. — Она вздохнула. — Ей-богу, я с ума сойду скоро. Я уже готова на все, лишь бы узнать, что случилось, чтобы отвязаться от тебя. Мне уже месяц приходится терпеть твою снобистскую компанию, и каждый раз все труднее понимать, что я когда-то испытывала какие-то положительные чувства к тебе. — Мне тоже хотелось бы побыстрее разобраться во всей этой ерунде и оставить ее в прошлом. — Малфой покачал головой. — Очень рад поболтать с тобой на тему твоей депрессии, но я пришел по делам. — Мэриан сразу навострила уши. — На том благотворительном вечере несколько человек заинтересовалось твоей персоной. Не обольщайся раньше времени, — опередил он преждевременные предположения волшебницы. — Тебя хотят принять в совет фонда защиты вымирающих магических существ, тем более что сейчас ты стала руководителем подразделения. — Почему ты сообщаешь мне эту информацию? — Мэриан сложила руки на груди и откинулась на спинку кресла. — Потому что это мой фонд. Но говорю сразу, что это не моя идея взять тебя в команду. Мне тоже иногда приходится выполнять чьи-то прихоти — в дальнейшем это помогает настроить хорошие взаимоотношения. — Тогда выполни мою прихоть: иди уже отсюда. У меня кипит голова от навалившихся проблем, а ты только все усугубляешь. Давай я подойду позже, и ты все чётко объяснишь, хорошо? Сейчас правда нет времени. — Сегодня меня в Министерстве не будет, так что подойдёшь в мой кабинет в понедельник после обеда. Мэриан слабо кивнула, и Люциус незамедлительно покинул ее кабинет. Проходя через общий офис стирателей памяти, он ни с кем больше не обменялся и словом. С гордо поднятой головой, он пересёк комнату и вышел. Не одна Мэриан была в панике, если можно назвать это чувство таким невзрачным словом. Малфой больше всех желал иметь хоть какое-то представление от общей картины. Он терпеть не мог оставаться в неведении. Это не его роль. Люциус Малфой — владелец знаний и ответов, с помощью всей этой информации он мог манипулировать людьми, использовать их, а сейчас он сам гулял по острию ножа. Тот незнакомец являлся одновременно и ключом к ответам и главным врагом. Если Малфой его найдёт, он обязательно выпытает все, что тот знает об их с Мэриан прошлом, а потом, возможно, избавится от свидетеля. Если информация о его романе с полукровкой из Ордена Феникса дойдёт до Темного Лорда, то Люциусу конец. И всей его семье. Он в этом уверен. Да и для Мэриан это не закончится ничем хорошим. Ее друзья во главе со стариком Дамблдором будут не просто в шоке, они сочтут ее предательницей. Этого психа надо ловить. Люциус готов из-под земли его достать. Ситуация должна быть под его контролем, не он будет подчиняться шантажу, не он будет под чьим-то влиянием. Это не его роль.

***

Похороны

В воскресное утро Мэриан и еще несколько сотрудников подразделения стояли в самых задних рядах, наблюдая за церемонией погребения. Пасмурное небо вот-вот начнёт лить дождь, будто поддерживая всеобщую скорбь. Присутствующие периодически поглядывали наверх, следя за поведением туч. Миссис Рэдмер уже произнесла свою речь, пытаясь удержать слезы, но к концу всё-таки залилась рыданиями. У Мэриан было так неспокойно на душе. Аллистира убили, а никто этого не знает. Все считают, что он умер от глупого сердечного приступа. У него осталась жена и дети, пусть уже и взрослые. Она не может стоять в стороне. Она обязана все рассказать. После похорон, когда все желающие наколдовали цветы у надгробия, все начали трансгрессировать с кладбища. Мэриан пыталась найти момент, когда она могла подойти к вдове, чтобы сообщить ей правду. Женщина прощалась с гостями, принимая их сожаления. Наконец, когда та осталась одна, Мэриан окликнула ее. — Миссис Рэдмер, постойте! Рыжеволосая женщина с красными от слез глазами обернулась на свое имя. Она подошла к волшебнице и уже приготовилась принимать соболезнования. — Миссис Рэдмер, я работала с вашим мужем. — Да, я вас помню, мы встречались как-то на празднике в Министерстве в прошлом году. Мэриан кивнула. Она попыталась собраться с силами и мыслями, чтобы так резко выбросить эти пугающие подробности смерти своего бывшего начальника. Она сделала глубокий вдох и сказала: — Аллистира убили. В Министерстве эту информацию тщательно скрывают, но вы должны знать правду. — На лице вдовы изобразился ужас и шок, глаза ее округлились. — Я не знаю чьих это рук дело, но постараюсь во всем разобраться. Смерть вашего мужа была сильным ударом по всему нашему подразделению. — Я… Я… — Женщина начала будто бы задыхаться, слова никак не могли выйти из ее рта. Слезы новым поток полились из глаз. Она оперлась рукой на дерево, что стояло рядом, а затем медленно, на дрожащих ногах опустилась на скамейку. — Откуда?.. О Мерлин, за что его могли убить? — Она подняла вопросительный взгляд на Мэриан. — Я не знаю, — девушка покачала головой. — Не думаю, что у него были какие-то враги или конфликты с кем-то. Но я постараюсь узнать правду, как бы Министерство ее не скрывало.

***

Хогвартс

В подземельях Хогвартса всегда было холодно, в особенности в дождливые октябрьские дни, как сегодня. Хозяин комнаты уже давно разжег камин и уселся в кресле рядом, читая эссе студентов. Он периодически переводил взгляд на камин, так как недавно получил известие о том, что к нему должен пожаловать гость. Конечно, это все должно будет проходить в тайне от директора, но что вообще можно утаить от Дамблдора? В районе шести вечера в камине наконец показалось зелёное пламя, и из него вышел Люциус Малфой, вновь одетый как на светское мероприятие. Он отряхнул от сажи свою мантию и перешагнул через ограду. — Здравствуй, Северус, — поздоровался он и уселся в мягкое кресло напротив. — Дело срочное, не мог ждать до праздников. — Ну и что же стряслось такого важного, чтобы ты навестил меня, Люциус? — Профессор отложил на столик работы студентов и перевел взгляд на своего гостя. — Страшный секрет, тебе я не расскажу, но ты все равно можешь мне помочь. — Такой же страшный, как тот случай у Лестрейнджа? — Снейп поднял брови, делая удивленное выражение лица. — Нет! — блондин с ужасом посмотрел на друга. — Мы договорились никогда об этом не вспоминать. — От мыслей о том событии оба поморщились, а затем усмехнулись. Визит Люциуса Малфоя в Хогвартс в самом деле был очень важным. Он принял решение, что нужно срочно как-то справляться со всей этой ситуацией с непутевой Мэриан. Пока она найдёт какое-нибудь заклинание, которое бы помогло им вернуть память, многое могло бы просочиться наружу, что было бы плохо для обоих. То, о чем Малфой-старший хотел попросить своего друга, не поможет найти ответы, но углы проблемы сгладит. Для начала это неплохо. — Ты можешь научить меня окклюменции? — с надеждой спросил он. — Чего? — Мужчина наморщил свой большой нос, искренне удивляясь просьбе. — Зачем тебе это? — Давай договоримся, что ты не будешь задавать вопросов, Северус. И если в ходе тренировок ты что-то узнаешь, заглянув мне в голову, то пообещай хранить этот секрет, иначе я скормлю тебя акромантулу. Люциус давно понял, что нужно научиться скрывать свои мысли от Темного Лорда, но только в тот вечер он понял, что этим нужно заняться срочно. Мужчина знатно испугался быть скомпрометированным тем сумасшедшим, ворвавшимся в его дом. А уж если Тот-Кого-Нельзя-Называть заглянет в его разум на одной из встреч, тогда все будет кончено. И конечно, решением проблемы была окклюменция. Этот навык ему бы уже давно следовало приобрести, но раньше это не казалось необходимым. Сейчас ему навстречу должен был пойти Северус. Он надеялся, что тот поможет ему. — Прямо сейчас что ли? Люциус кивнул, и профессор с неохотой поднялся с насиженного кресла, доставая палочку из черного рукава. Он не стал зажигать свет ярче, оставляя комнату в прежнем полумраке. Гостиная, если так можно было назвать это помещение, и так была небольшой, а тут еще мрачный интерьер и отсутствие света. Совсем как обитель вампира. Повсюду лежали стопки разных работ учеников, всевозможные книги и склянки. Все вроде и было на своих местах, но все равно создавало лёгкое чувство хаоса. Малфой последовал примеру друга и тоже поднялся со своего кресла. Он расправил плечи и сделал несколько поворотов головой, будто готовился к драке. Конечно, чтение мыслей и защита от этого — тоже своеобразная борьба, но совершенно на другом уровне. Люциус как раз предпочитал умственный труд физическому, так же было и с боями. Лучше опередить противника стратегией, чем пуститься с ним в дуэль. Загнать противника в его же ловушку, прежде чем он соберётся на тебя напасть — вот стиль Малфоя. Только в данном случае никаких ловушек и западней. Теперь ему самому приходилось скрываться, чтобы не попасть в чужие сети. — Да вы просто все сговорились в этот раз со своей окклюменцией. — Снейп покачал головой и издал лёгкий смешок.  — Ладно, тебе нужно объяснять, что к чему? — Нет, к черту. Я знаю, что это такое. Давай уже. — Волшебник махнул рукой, призывая своего учителя начать занятия. — Я буду стараться проникнуть в твое сознание, а ты сопротивляйся. Сосредоточься и попробуй показать мне какое-то безобидное воспоминание, не давая проход к секретам. Готов? — Малфой кивнул. — Легилименс! Люциус сосредоточился, стараясь вытеснить тайные мысли на задний план и показать легилименту что-то непринуждённое. И у него… получилось? С первого раза? Абсурд. — Какого?.. — Снейп опустил палочку. Он был так удивлён тем, что не смог заглянуть в мысли Малфоя. С первого раза ни у кого не получалось, потому что это просто невозможно. — Ты меня за дурака держишь? — Иногда, — ответил тот колкостью. — Попробуй еще раз. Но и на второй попытке Северус не смог заглянуть дальше воспоминания об утреннем завтраке. Третья тоже не увенчалась успехом. У волшебника возникло чувство, что его обманывают. Должно быть, Люциус владел окклюменцией, но почему-то захотел разыграть этот спектакль. Сам Малфой почти сразу понял, в чем дело. Даже не понял, он вспомнил. Воспоминание вновь было ярким, как прежние. Удивительно лишь то, что в нем не было Мэриан. Все прежние эпизоды из прошлого были общими, так они и сделали вывод, что могут вспоминать только совместные моменты. Этот случай, конечно, затрагивал девчонку, но лишь косвенно. /— Северус, только прошу тебя, не распространяйся о том, что увидишь. Если увидишь, точнее. Люциус Малфой сидел за столом в своем кабинете в поместье. Напротив стоял высокий худой человек в чёрной мантии, напоминающий своим видом летучую мышь. Он с любопытством смотрел на хозяина дома, до конца надеясь, что тот шутит об уроках окклюменции. По взмаху палочки, легилимент проник в сознание друга. Ему удалось это очень легко, у Люциуса не получилось поставить преграду. Он буквально чувствовал, как кто-то копошится в его мыслях, будто бы перебирая их одну за другой. Это было отвратительное чувство. Даже унизительное. Словно он стоит совершенно голый и безоружный перед толпой людей. Под этим давлением он попытался выгнать чужого из своей головы, но попытка вновь провалилась. — Какого черта ты творишь, Люциус? — Снейп казался совершенно сбитым с толку. Прочитав мысли друга, он сначала подумал, что это были подставные воспоминания, но позже понял, что они совершенно правдивы. — Ты в своем уме? Вы с Аболитис! Да это же… — он не мог даже закончить предложение, так как дар речи был полностью потерян. — Как много ты увидел? — Малфой старался казаться невозмутимым, но у него это явно не удавалось. Северус был первым человеком, узнавшим их секрет. — О, поверь, достаточно. Все ваши посиделки и… полежалки. — Он поморщился, пытаясь забыть те кадры. — Поверить не могу, что ты связался с полукровкой. Свои же ценности променял на… А на что, кстати, ты их променял? Она тебя своим телом купила или тем, что она умеет им делать? — Не смей так говорить! — Люциус даже привстал из-за стола, так он был возмущён словами Северуса. — А в общем, не твое дело. — он вновь принял невозмутимый вид и сел на стул. — Просто помоги мне с этой чёртовой окклюменцией и все. / Теперь все встало на свои места. Стало ясно, почему же Люциусу удалось так легко закрыть свои мысли от постороннего. Будь это и правда первый раз в упражнениях окклюменцией, то Северус сразу бы узнал об отношениях с Мэриан. Но почему-то воспоминания об уроках пропали, а сам навык остался. Удивительно, но разум не забыл свою новую способность, хотя и потерял момент, когда его приобрёл. Сейчас же все вернулось. Малфой мог облегчённо выдохнуть, ведь теперь Темный Лорд не сможет разузнать его секрет. Хотя, быть может, Люциус не так хорош в окклюменции, как ему показалось. Может, и Северус не такой хороший легилимент, как Волдеморт. Но все же теперь он стал спокойнее. Первый пункт плана был выполнен. Теперь осталось узнать причину потери памяти, а дальше уже все как-нибудь само решится. Или они с девчонкой просто закроют глаза на отвратительное прошлое и вновь вернутся к прежнему образу жизни. Очень хотелось бы так и сделать, но не известно, сколько ещё продлится их расследование. Уже прошло около месяца, а далеко они не продвинулись. У них не было даже никаких теорий, но это было виной отсутствия улик. Вернее, они были, но доказывали лишь то, что отношения были очень близкими. Причин, по которым кто-то мог захотеть разлучить их, они не видели. Оставалось лишь упорнее искать разгадку и не отвлекаться ни на что лишнее — друг на друга, например. И это было сложнее всего. Им приходилось находиться вместе все чаще, решать общую проблему, они видели все эти моменты близости, которые казались совершенно нереальными. Каждое воспоминание, хоть их и было немного, порождало какие-то странные чувства, которые люди вроде Люциуса Малфоя и Мэриан Аболитис не могли испытывать друг к другу. Пусть они и отрицали, или даже не замечали, ощущения влечения друг к другу, но вожделение они не могли запрятать где-то глубоко в душе. В момент прошлого воспоминания они чуть не осуществили эти дикие желания, которые странным образом зародились после увиденного. В стенах Министерства они почти легко могли держать себя в руках, ведь знали, что повсюду много людей, но окажись они вновь наедине в такой же интимной обстановке, их сила воли бы просто разрушилась. Вероятно, они бы жалели о содеянном, жалели, что не смогли удержать свои инстинкты, так легко поддавшись им. Каждая их встреча была на грани. И провокации Мэриан тоже играли в этом роль. Люциус мог лишь догадываться, почему девчонка с таким огнём в глазах оголила свой живот в его кабинете, показывая свою татуировку. Хотя, конечно, он сам начал о ней разговор, и Люциус не понимал, зачем. Он мог промолчать и дать ей уйти, но по какой-то причине заинтересовался рисунком кенгуру на ее теле. Но вот последняя встреча была не совсем его инициативой. В самом деле его партнёры, учредители фонда, заинтересовались Мэриан — начальницей подразделения стирателей памяти. Это правда была не его идея, поставить ее на место управляющего фондом, хотя Люциус и не мог поспорить с тем, что она была довольно хорошей кандидатурой на эту должность. Впредь, им придется видеться еще чаще. Нужно быть к этому готовым и держать себя крепче в руках. В тёмной комнате учителя Зельеварения было тихо, лишь тиканье часов разрушало полную тишину. Сам владелец комнаты до сих пор находился в небольшом удивлении от того, что его друг так быстро освоил урок по окклюменции. Да никто на свете не мог бы с первого раза справиться с этим. Но, видимо, он сильно недооценивал Люциуса. — Что ж, — Малфой улыбнулся, — ты и правда очень хороший учитель, а я способный ученик. Моя проблема решена, очень тебе благодарен, Северус. — Будь на твоём месте кто-то другой, то я бы стал задавать очень много вопросов, Люциус. — Мужчина сел в кресло напротив и стал массировать переносицу. — Но так как я пообещал, что не буду этого делать, то сделаю вид будто поверил, что ты просто очень одарённый. — Так и есть. — Аристократ рассмеялся. — Могу попросить тебя позвать Драко? — Много просишь, Люци. — Снейп вновь поднялся со своего места и направился на выход из комнаты, размахивая полами своей мантии. — Сейчас поймаю его, наверняка бродит где-то поблизости с Поттером. Мужчина остался один в душной комнате Хогвартса. Он встал с кресла и подошёл к книжной полке, которая была не такой внушительной как в настоящем доме Северуса. Здесь было лишь самое основное и нужное для обучения. Люциус прошёлся пальцами по корешкам книг, читая названия каждой из них. Возможно, он надеялся найти что-то, о чем они с Мэриан не читали. Быть может в хранении у Северуса было то, что им нужно. Была бы такая удача, окажись у него книга с каким-нибудь названием вроде «Как вернуть память, если ее стёрли неизвестным миру заклинанием. Пошаговая инструкция». Все это были, конечно, шутки, которыми Малфой пытался разбавить сложившуюся ситуацию. Но он не переставал надеяться на саму Мэриан. Она так отзывалась о своих навыках в области изменения памяти, что Люциус правда поверил, что она сможет найти контрзаклинание. Но ведь надежда умирает последней? Через пять минут в комнату ворвался Снейп, а за ним спокойным шагом следовал светловолосый мальчик с недовольным лицом. Когда тот увидел своего отца, стоящего у книжного стеллажа, то взгляд его ненадолго заискрился. — Отец? — удивился Драко. — Что ты здесь делаешь? — Здравствуй, Драко, где твои манеры? — «Как много общего с девчонкой Аболитис», — подумал Люциус. — Извини. — Мальчишка сел на жёсткий диван, поправляя свой выбившийся серебряно-зеленый галстук. — Как твои дела? — Малфой постарался включить хорошего отца, даже выражение лица сделал заинтересованным. — Как тебе в роли старосты? — Довольно неплохо, только мне совершенно не нравится, что в старосты стали брать еще и всякий сброд. Вон, от Гриффиндора назначили этого непутевого Уизли и грязнокровку Грейнджер. Хогвартс совсем перестал быть той хорошей школой, о которой ты рассказывал. — Мальчик скривил рот и наморщил нос. — Зато уроки по Защите от Темных Искусств стали куда интереснее. Поттер каждый раз доводит Амбридж, а она назначает ему отработки. Видел бы ты, какой цирк он устроил однажды! — Драко издал лёгкий смешок. Люциус знал, что сын снова начнёт говорить об этой золотой троице. Казалось, что еще не было ни одного разговора, который бы не затронул этих гриффиндорский детишек. У него было много разных предположений о том, почему его сын так одержим ими, но все они его не устраивали. — Хочешь сказать, что Амбридж хороший учитель? — подняв брови, спросил Люциус. — Всяко лучше этого глупого недовеликана Хагрида. — Он хмыкнул.

***

Паб

Вечер Мэриан и несколько ее друзей с работы хотели провести за выпивкой. Повода было два: почтить честь погибшего начальника и отпраздновать повышение Мэриан. Они отправились в компании из семи человек в паб недалеко от Министерства. Спустившись вниз по улице, они оказались около заброшенного здания, на двери которого висела табличка «Вход запрещен». Стиратель памяти по имени Ричард Грей отодвинул табличку, за которой скрывался человеческий глаз, исполняющий роль дверного глазка. Тот быстро оглядел всех присутствующих и дверь отворилась. Друзья быстро зашли в прокуренное помещение, где находилось от силы еще человек пять, не считая персонала. На небольшой сцене выступала неизвестная группа, исполняя такие же неизвестные заунывные песни. Атмосфера в заведении была до безумия мрачной. Даже сам интерьер не внушал ничего хорошего: шаткие деревянные столы, скрипучие от любого прикосновения; несколько тусклых колдографий на обшарпанных стенах, да небольшая барная стойка. Несмотря на все недостатки паба под названием «Безрогий единорог», Мэриан с друзьями любили проводить здесь время, периодически собираясь после работы. Их устраивали тишина и спокойствие заведения, а сама затхлость придавала, наверное, особый шарм. По взмаху палочки два высоких столика придвинулись друг к другу, чтобы все могли уместиться. Джейн Лоусон крикнула хозяину паба с просьбой принести им для начала семь кружек сливочного пива. Старик за барной стойкой грубо выругался из-за того, что его отвлекли ото сна, а затем все же выполнил заказ. — За Рэдмера! Он был отличным начальником и просто хорошим человеком, — сказала тост Мэриан, и все сделали по глотку. — Я и подумать не могла, что мы будем пить по такой причине. Это ужасная утрата. Все согласились со словами новоиспечённой начальницы. Повод для сборов был грустным, весь отдел переживал траур. Потеря и правда была великой, Рэдмер прекрасно держал все под контролем, при этом не проявляя ни к кому грубости. Всему коллективу он был словно родной отец, который всегда поможет и даст совет. Раньше он сам начинал обычным сотрудником, выезжал на места происшествий, занимался зачисткой памяти. Трудом и потом, честными стараниями он дослужился до должности начальника подразделения, заработав уважение во всем Министерстве. Он был на стороне «революционеров» волшебного мира, был против системы Фаджа и всячески старался его переубедить. Быть может он стал лишним и кто-то распорядился убрать его? Пока никто не знает, что же послужило истинной причиной его смерти. А подчинённые Мэриан даже и не догадываются о том, что их любимый бывший шеф был убит, а не просто поражён сердечным приступом. Кружки друзей опустели, но уходить они точно не собирались. Да они вообще планировали провести всю ночь в этом пабе, пока алкоголь не унесёт их в сон. Джейн снова сделала заказ, но напитки в этот раз были крепче. — Три рюмки Веселящей воды и четыре Взрывателя. Напитки шли хорошо, потихоньку приводя всех в чувства. Опечаленные лица, теперь покрытые лёгким румянцем, стали гораздо жизнерадостнее. Рыжеволосая девушка с кривым носом, которую все называли Литти, предложила наконец выпить за новую начальницу. С громким цоканьем рюмки и бокалы столкнулись в воздухе, а затем все залпом осушили их. — Нет худа без добра, Аболитис, — сказал парень по имени Роберт, являющийся напарником Джейн с недавнего времени. — Я уверен, что ты будешь зачетной начальницей. По крайней мере, ты пьёшь со своими подчинёнными. — И ты увидишь, как я вас всех перепью. — Мэриан показательно осушила рюмку с Веселящей водой и громко рассмеялась. — Спорим, я снова продержусь дольше всех? — Да в прошлый раз ты просто выпила вытрезвительное зелье, когда якобы пошла в туалет. — Клевета. Если я пью, то делаю это в полной мере. — Она сложила руки на груди и немного откинула голову. — А вам бы не советовала напиваться, завтра же на работу. Я слышала, что новая начальница очень строгая. — Строгая, ага. — Джейн рассмеялась. — А еще она ходит по своему кабинету босиком и иногда забывает обуться, когда выходит в главный офис.  — И что в этом такого? — Мэриан вскинула брови. — Ну немного рассеяна бываю, ничего страшного. Да хватит смеяться! Но строгие слова из уст пьяной Мэриан никого не остановили, все так же дружно смеялись, что сама девушка сдалась и тоже разразилась смехом. Через полчаса все единогласно пришли к выводу, что в «Безрогом единороге» делать нечего. Будто позабыв, что причиной похода в паб был траур, они перенеслись в шумный магловский клуб на другом конце Лондона. В этом месте ночь только начиналась, все потихоньку входили во вкус. Громкая музыка, совсем не та, что исполняли три волшебника в баре у Министерства; толпы людей, жавшихся друг к другу в грязных танцах; порочные мысли и томные взгляды — все это было новым для семерых стирателей памяти, которые прежде посещали лишь тихие заведения, чтобы можно было услышать друг друга. Но они остались довольными новой обстановкой. Алкоголь новыми порциями поступал в их кровь, придавая шаткость походке и туманность мышлению. Но это и помогло им забыть дурные мысли, которые не покидали голову почти никогда. Они смогли полностью расслабиться и отдаться моменту. С бокалом какого-то коктейля, который на вкус был как водка и совсем немного сока, Мэриан энергично танцевала в кругу своих друзей. У нее так кружилась голова, что она уже совсем не различала никого вокруг. Быть может сейчас она делала непристойные движения не в паре со своей подругой Джейн или кем-то ещё с работы, а с каким-то неизвестным пьяным мужчиной, который и сам мало что соображал. Но сейчас ее это мало волновало. В таком состоянии она могла бы тереться даже о тело Люциуса Малфоя, подражая танцовщицам у шестов. Вот только сам Малфой в любом бы состоянии этого не вынес. Он наверняка бы сразу скривил лицо в своей повседневной гримасе, выражающей полное отвращение к этому миру. И сказал бы что-то вроде: «Сейчас же прекрати этот цирк!» О, как бы он был смущён и пристыжен. В трезвом состоянии Мэриан была бы готова на такой развратный танец для Люциуса, только чтобы насладиться его реакцией. Забывшись в музыке, волшебница совсем потеряла счет времени. Очередной бокал коктейля опустел, и только тогда она заметила, что никого из ее друзей не осталось. Она была в толпе таких же пьяных людей, но это были точно не ее подчинённые. Смутно она начала вспоминать, что кто-то с ней прощался. Должно быть, все разбежались по домам. И правильно сделали. Мэриан и сама подумала, что стоит возвращаться домой. Перед работой ей еще так пить не приходилось. Она направилась к выходу, но его перегородили парень и девушка лет двадцати, которые активно целовались и не замечали ничего вокруг. — Из-извините, — заикаясь, начала Мэриан, но ее никто не услышал. — Да твою мать, уйдите от двери! Любовники наконец оторвались друг от друга, и ведьма смогла пройти к выходу, попутно толкнув незнакомого парня плечом. Только выйдя на свежий воздух, она быстро убедилась, что поблизости никого нет и трансгрессировала к своему дому. На удивление Мэриан, уже появлялась первая заря, а дождь закончился. — Это сколько времени уже? — она неуклюже посмотрела на запястье, но часов на них не было. Впрочем, ей было все равно, даже если она опоздает на работу. Теперь она босс, никто ей не указ. Зайдя внутрь коттеджа, она первым делом посмотрела на часы. До будильника оставалось каких-то три часа. Спать Мэриан совершенно не хотелось, но заниматься тоже было нечем. — Да почему, когда я никого не жду, все просто ломятся ко мне в дверь? — Она упала на диван, так как ноги ее уже почти не держали. — Вот почему бы Сириусу не прийти прямо сейчас? Да пусть даже Малфой приходит. Она действительно была бы рада даже Люциусу и нелепым спорам с ним. Но, к сожалению, в дверь так никто и не постучал, а из камина никто не появился.

***

В постели с врагом

Люциус Малфой не появился в доме у Аболитис по одной главной причине: он спал. И спал крепко. Он вернулся в поместье сразу после разговора с Драко в Хогвартсе. Было где-то около семи вечера, и волшебник направился в библиотеку, чтобы почитать, но ему мешали мысли о навыках окклюменции, которые, как оказалось, у него уже были давно. Он также стал думать о том, почему это воспоминание вообще пришло к нему, ведь Мэриан в нем не было. Должно быть, она и не увидит эту сцену, если Люциус попробует с ней поделиться. Да и стоит ли ей вообще рассказывать об этом? Нет, определённо нет. Это дела Люциуса, не ее. Волшебник все же немного почитал, а затем пошел на поиски своей жены. Он прошёлся по комнатам и нашел ее в столовой. Она пила чай из маленькой фарфоровой чашки, читая какой-то роман. Нарцисса была прекрасной. Он никогда не переставал восхищаться ею. И дело было не только в красоте. Она была умна, хорошо воспитана и практически во всем поддерживала Люциуса. Они были идеальной парой. Супруги не переставали друг друга любить даже спустя столько лет совместной жизни. Казалось, что все проблемы делали их еще ближе. Они являлись опорой друг для друга. Взаимопомощь и поддержка — фундамент их долгих отношений. Люциус сел за стол рядом с женой, и та оторвалась от чтения. — Здравствуй, дорогой. — Привет, любимая. — Он поцеловал ее в бледную щеку. — Как прошел день? — Ну, я посетил Хогвартс — дела с Северусом, а заодно и проведал Драко. Угадай, что? — Снова возмущался тем, что в старосты взяли Уизли и Грейнджер? — Женщина издала лёгкий смешок. — И наверняка что-то про Поттера. — Да, как всегда. — Люциус посмеялся. — А ты чем занималась, Цисси? — Ну, весь день шёл дождь, поэтому на сад времени не было, так что я не вставала с постели до двенадцати дня, затем приняла ванну, а все остальное время читала. Скука смертная. Может, на следующих выходных пригласим Мэриан на чай? Только не начинай снова свою тираду о том, что с ней нельзя водиться. Не хочешь, можешь сидеть у себя в кабинете и делать вид, что работаешь. — Хорошо, хорошо. — Он закатил глаза и тяжело вздохнул. — Зови ее, а я постараюсь потерпеть. Дальше последовал ужин, на котором они оба присутствовали. Редкое явление — обычно они кушают по отдельности, ведь Люциус вечно где-то пропадает. Они говорили о чем-то далёком и периодически смеялись. Нарцисса почувствовала себя так радостно. Вечера, проведённые с мужем, были ее любимой частью дня. Наконец, в районе десяти вечера они плавно переместились в свои покои, готовясь ко сну. Миссис Малфой сидела за туалетным столиком и расчесывала свои длинные светлые волосы дорогим гребешком. Люциус наблюдал за этой картиной, и в его душе вновь проснулось это невероятное чувство к жене. Он медленно подошёл к ней и опустил свои горячие руки на ее аккуратные плечи и начал их массировать. Женщина издала довольный вздох и отвлеклась от своего занятия. Она поднялась с кресла и придвинулась к мужу, обвивая его шею своими руками. Нарцисса потянулась к нему и наконец коснулась его губ своими. Люциус сразу ответил на поцелуй, прижимая жену ближе к своему телу. Он поднял ее на руки и перенёс в постель. Женщина задрала длинный подол своего домашнего платья и обвила ногами бедра мужа. Тот мигом расстегнул ремень на своих брюках и приспустил их. С каждым толчком его разум рисовал совершенно, казалось бы, неприятную картину. Какого черта он представляет, как трахает Мэриан? Они и в самом деле были похожи с его женой, но это не давало причин на такую игру воображения. Он видел, как она закусывает губу; представлял, как она кричит его имя. И от этого заводился только сильнее. Он видел, как ее синее кимоно валяется рядом с постелью, а до этого представлял, как срывает его. Люциус не мог себе простить такие мысли. Он любит жену. Он никогда не изменял ей и даже не хотел этого. А девчонка Аболитис совершенно не привлекала его в духовном плане. Это желание было лишь плодом того воспоминания, считал Люциус. Мозг просто вспомнил чувство и стал его воспроизводить. Да и сама Мэриан будто пыталась его соблазнить. Возможно, она делала это неосознанно. Сначала забирается на него полуголая в этом своем халатике, потом задирает блузку, показывая татуировку. Он пытался не поддаваться провокациям, но теперь становилось все сложнее. Он боролся не с шалостями Мэриан, а уже со своими чувствами. Но он не станет ее избегать, не станет прятаться от нее. Ему хватит силы воли, чтобы удержать себя.

***

Бывшая

Мэриан поспала всего три часа, когда ее разбудил будильник. Она все еще была жутко пьяная, алкоголь не успел выйти из ее крови. Что ж, придется идти в таком состоянии на работу. Хвала Мерлину, что теперь ей не нужно выезжать на операции, а всем занимаются работники ранга поменьше. Девушка пошла в душ, чтобы хоть как-то прийти в себя, но это не сильно помогло. Она вытерла запотевшее зеркало и посмотрела на свое отражение: все лицо было опухшим, короткие волосы топорщились во все стороны. Она умылась холодной водой, а затем намочила волосы и зализала их назад, чтобы хоть как-то привести причёску в порядок. Наконец, она пошла одеваться, и, если честно, в таком состоянии ей было совершенно плевать на одежду. Она натянула на себя широкие джинсы и черный свитер, а на ноги надела старые грязные кеды. Без завтрака, лишь выпив кружку кофе, она направилась в прихожую. Мэриан накинула на себя кожаную куртку, надела солнцезащитные очки в тонкой оправе и отправилась в Министерство. Передвигаясь по атриуму, она надеялась, что никто не заметит ее состояния. На самом деле, всем было все равно. Работники были погружены в свои дела, совсем не обращая ни на кого внимания. Мэриан зашла в лифт и спустилась на пятый уровень, чтобы навестить Люциуса Малфоя по поводу этого треклятого фонда. Она даже не постучала в дверь, а сразу повернула ручку и вошла. — Тук-тук, угадай кто? — Она подошла к Малфою, стоявшему спиной ко входу, и накрыла руками его глаза. — Твоя бывшая! Она опустила руки, давая мужчине повернуться и разглядеть ее. Девушка залилась смехом, ну, а мужчина же был удивлён ее состоянием и видом. — Ты что, пьяная? — Он почувствовал запах перегара, исходивший от нее, и скривился. — Что ты в таком состоянии делаешь в Министерстве? — Я работаю, Люциус. Ра-бо-та-ю. — Она плюхнулась на кожаный диван. — Что ты там хотел рассказать про этот фонд? — Я сказал тебе прийти после обеда, а сейчас девять утра. У меня куча дел и важных встреч, и одна из них по поводу твоего участия в делах фонда. Так что не советовал бы появляться кому-то из учредителей на глаза в таком состоянии. — Он указал рукой на Мэриан. — Иди в больничное крыло и попроси вытрезвительное зелье. Потом придёшь. И Люциус вытолкнул ее за дверь.