Бесконечная тьма

Круглый стол

В вечер пятницы, когда Мэриан совершенно вымотанная вернулась домой с работы, ей предстоял еще и ужин с учредителями фонда, в который ее собирались взять управляющей. Она не была готова морально к этой встрече, не была готова и в плане этикета. Люциус обещал научить ее держать язык за зубами, но не смог удержать свой. Если сейчас Мэриан упадёт в грязь лицом, потому что забудет, какой вилкой есть салат, а какой лучше заколоться самой, то она потеряет новое рабочее место, а вместе с этим и относительно хорошие отношения с Люциусом. Он почему-то считает себя ее наставником, будто он в ответе за нее и все ее выходки. Но Мэриан не боялась Люциуса, она просто не хотела его подводить. Хотя на самом деле ее оплошность — это не вина Малфоя. Не он порекомендовал ее на эту должность, и уж тем более никто не знает об их личных связях, чтобы посметь пристыдить Люциуса за такую «невоспитанную особу», как он иногда про себя называл Мэриан. Впрочем, Аболитис бы не сильно волновало, если бы из-за нее стали отчитывать этого меркантильного засранца. Иногда и такому человеку, как Люциус Малфой, нужен небольшой втык от «начальства». Пусть знает, что власть находится не только в его руках, и порой нужно прогибаться под кого-то. Хотя Мэриан была уверена, что Малфой прогнулся под многих людей. Приняв душ и уложив волосы, девушка взялась за макияж. Она решила, что сегодня не стоит выглядеть слишком вызывающе — никаких тебе босых ног и небрежной причёски. Все строго, ведь встреча рабочая. Потому волосы были выпрямлены, а глаза лишь немного подкрашены коричневыми тенями, но удержаться от красной помады она не смогла. Возможно, этим она не сможет подчеркнуть свою силу и жёсткость характера, но выглядеть безупречно будет точно. Мэриан не ждала Люциуса, но он пришел. И появился не через камин, так как уяснил, что ей это не нравится, а через дверь, трижды постучав при этом. Встретила волшебница его в одном лишь полотенце, ведь одеться после душа она еще не успела. — Ты пришел, потому что?.. — Она подняла брови и вопросительно взглянула на гостя. — Чтобы сопроводить тебя на ужин. — Мужчина прошел в дом, и девушка закрыла за ним дверь. — И чтобы бегло объяснить тебе правила поведения за столом. Меня очень впечатлил твой способ поедания завтрака тем утром. Ты безумно красиво говорила с набитым ртом, и кусок омлета тоже очень элегантно выпал из твоей пасти. — Я была дома, а не на светском рауте. — Мэриан вернулась в спальню и вновь села за туалетный столик, чтобы закончить свой макияж. — Ты принес мне одежду? — Какую одежду? — Люциус показался в дверном проёме. — В чем ты хочешь, чтобы я пошла? В полотенце? Я думала, что ты сам захочешь подарить мне «приличную» одежду. — Она сделала знак кавычек в воздухе. — Что, нет? Что ж, придется идти в магловской одежде и каким-то образом опозорить твою честь. — Девушка наигранно вздохнула. — Я шучу, можешь расслабиться. Ты не должен был ничего мне покупать. Блондинка направила волшебную палочку на свой шкаф, и из него вылетел комплект одежды. Это был роскошный белый брючный костюм и такого же цвета рубашка. Мэриан довольно хмыкнула, увидев реакцию Люциуса. Тот точно был не разочарован выбором одежды. — Как видишь, я не только тряпки ношу, как ты их называешь. — Хм. — Люциус подошёл к постели, на которую приземлился костюм, и дотронулся до него рукой. — Хорошая ткань, я бы сказал — дорогая. — Аккуратно пальцем он провёл по бирке на внутренней стороне пиджака. — «Бритис»? Очень хороший бренд. — Правда? — Мэриан отвернулась от зеркала и с широкой улыбкой посмотрела на мужчину. — И ты действительно не знаешь, что дизайнер одежды — это моя мама? — Да хватит врать, Мэриан. — Он недоверчиво посмотрел на нее. — Ты серьезно? — Ага, вполне. Бриджит Аболитис — «Бритис». — Волшебница вновь повернулась к зеркалу и продолжила красить ресницы. — То есть ты хочешь сказать, что половину магической Англии одевает твоя мать? — Люциус все еще не верил ей. — Ну, не половину, у нее же все-таки дорогая одежда. — Мэриан ухмыльнулась. — Твоя мать шьёт такие прекрасные вещи, а ты носишь не пойми что? Она не считает тебя позором семьи? — По-твоему, в нормальных семьях считают позором семьи, потому что ты не одеваешься в дорогую одежду? Вопрос остался без ответа. Мэриан посчитала, что выиграла этот раунд, Люциус же так не подумал. Он опустился в кресло и с угрюмым лицом стал рассматривать Мэриан. Он знал, как выглядит владелица «Бритис», видел ее в магазине, потому сейчас пытался разглядеть схожие черты лица в этой девчонке. Теперь, когда он знал, то смог уловить что-то общее в их внешности, но остановился на том, что Мэриан, видимо, больше похожа на отца. Волшебница поднялась со своего места и подошла к кровати, чтобы одеться. Она скинула с себя полотенце, даже не предупредив Люциуса, чтобы тот отвернулся. — Ради Мерлина, что ты творишь? — Ругаясь, Малфой закрыл глаза рукой и отвернулся. Мэриан стояла буквально в шаге от него совершенно голая, совершенно наглая. Она не провоцировала его, не дразнила, а просто больше не стеснялась. Люциус уже видел ее без одежды, так что скрывать было нечего, она относилась к этому абсолютно спокойно. — Как школьник, ей богу, — надевая белье, рассмеялась она. — Да хватит прятаться, я на тебя не наброшусь. Я же сказала, что больше ты во мне это желание не вызываешь. — Она остановилась, когда застегнула бюстгальтер. — Или ты все еще хочешь меня? — Ничего я не хочу. Просто оденься уже, — сквозь зубы сказал Люциус. Он убрал руку от лица, вновь взглянул на девушку, но затем все равно увел взгляд, будто бы разглядывая комнату. Он был слишком хорошо воспитан, чтобы смотреть на такое. «Манеры — лицо мужчины», — повторял отец Люциуса каждый день. Он запомнил это, потому до сих пор старался придерживаться этого правила. Мэриан же тем временем уже надевала на себя чулки, делая это слишком медленно. Теперь, увидев реакцию Люциуса, она делала это специально. Ей было просто смешно, она так любила издеваться над ним. Но Малфой быстро взял себя в руки, и выражение его лица вновь стало безэмоциональным. Уже без особого веселья Мэриан продолжила одеваться, и вот она уже стоит при полном параде, поправляя манжеты. — Что скажешь? — спросила девушка. — Недурно. Надеюсь, ты не запачкаешь свою белую одежду супом. — Люциус поднялся с кресла, и они вышли из комнаты. — Единственное, что я бы хотел, чтобы ты запомнила — не будь собой, пожалуйста. — Что это значит? — Ты, скажем так, немного трудна для восприятия. — Люциус помог надеть ей светлый плащ. — Просто постарайся не проявлять характер. Спорить с такими людьми не стоит. Немного поубавь свой пыл. Никаких шуток, договорились? — Мужчина затянул на шее шарф, а затем надел тёплое чёрное пальто. — И даже не смей говорить Сама-Знаешь-О-Ком. — Ладно. — Девушка вздохнула. Она надела на себя кепи чёрного цвета и запрыгнула в туфли-оксфорды. — О, и не смей мне руки на коленки класть. — Мужчина взял зонтик из подставки и раскрыл его, когда они вышли на улицу. — Да не собиралась я тебя по коленкам лапать. Придумал тоже. — Она надела вязаные перчатки, а после посильнее укуталась в плащ. Всю дорогу до конца антитрангрессионного поля Люциус держал зонт над ними двумя. Так они выглядели словно супружеская пара. Дело было не только в зонте, точно нет. И даже не в одежде, хотя сегодня они как никогда отлично сочетались друг с другом. Они шли уверенно, рука об руку, даже будучи врагами. Они находились по разные стороны, но каким-то образом в последнее время стали находить общий язык. Что-то кроме общего дела заставляло их так тесно общаться. С каждой встречей Люциус и Мэриан больше привыкали друг к другу, а воспоминания приносили с собой забытые чувства. Но сейчас им еще было слишком рано для влюблённости. Они пережили страсть, вожделение. Пока наступило затишье. Они шли под руку, но не придавали этому значения. Мэриан просто продрогла от холода, потому прижалась к Малфою посильнее, Люциус же просто вел себя как джентльмен. Когда они дошли до места, где уже можно было трансгрессировать, волшебница крепче сдавила плечо своего спутника, а затем раздался хлопок. Они оказались в какой-то огромной комнате, стены которой были украшены позолоченной лепниной и барельефом. Выглядело это словно бальный зал, хотя на самом деле было лишь холлом ресторана. Люциус помог девушке снять верхнюю одежду, повесил ее на вешало, а затем и сам снял свое пальто. Одетый в идеально сшитый фрак, мужчина оценивающе посмотрел на себя в огромное настенное зеркало, а затем перевел взгляд на Мэриан. Он поправил ее костюм, пригладил волосы, а после произнес: — Все прекрасно. Помнишь, как себя вести? — Помню, — она вздохнула. — Вот только я ничерта не знаю о том, какими приборами пользоваться. Я буду есть все блюда одной ложкой! — тихо выругалась она. Мэриан совсем не могла скрыть свое волнение. — Готов поспорить, что они тоже этого всего не знают. — Волшебник положил руки на ее плечи и заглянул ей в глаза. — Не переживай. Это место уже за тобой, они лишь хотели лишний раз тобой насладиться. Вдох, выдох. — Все-все, я спокойна. Люциус подал руку, и они вновь пошли, оперевшись друг на друга. Перед ними раскрылись огромные двери и взору открылась невероятно красивая картина: огромный зал, обставленный дорогой мебелью и различными элементами декора; волшебники и волшебницы — представители элиты, сливки общества, жадно поедавшие свои блюда, и официанты, плавно передвигающиеся мимо столов. На один из таких столиков указал Люциус, увидев своих коллег. Но Мэриан резко остановилась, не отпуская мужчину. Она испуганно посмотрела на человека, сидящего за их столиком к ним спиной. — Там Нарцисса! — Она перевела взгляд на Малфоя. — Там твоя жена! Что там делает твоя жена? — Мэриан была в панике. — На такие мероприятия ходят с жёнами, ты не знала? Посмотри, все они пришли не одни. — Он указал на их стол. — Так отпусти меня! — Аболитис попыталась вырвать свою руку из хватки Малфоя, но тот лишь сильнее притянул ее к себе. — Разве не странно, что мы пришли вместе? — Вообще-то, это Нарцисса попросила за тобой зайти. Она переживала, что ты будешь волноваться, — спокойно говорил он, пока они подходили к столику. — И еще она хочет, чтобы мы с тобой нашли общий язык. За круглым столом с белой скатертью и множеством посуды уже сидело шесть человек. Трое из них были учредителями фонда, а две женщины преклонного возраста, вероятно, жёнами кого-то из них. И также там была Нарцисса Малфой — она выделялась среди них всех: моложе, красивее, элегантнее. Люциус Малфой подошел бы такой компании, но вот Мэриан — точно нет. Пусть сегодня она и выглядела дорого, будто сама являлась представительницей древнего рода, чувствовать себя причастной к высшему обществу она не стала. Когда они подошли, то трое мужчин встали со своих мест, поприветствовав таким образом Мэриан. — Всем добрый вечер, — поздоровалась волшебница. — Здравствуйте, мисс Аболитис, очень рады вас видеть, — сказал самый старый из присутствующих. Со своего места поднялась и Нарцисса Малфой, чтобы лично поприветствовать вошедших. Она заметила, что ее муж шёл под руку с Мэриан, и почему-то лицо ее расплылось в довольной улыбке. — О, Мэриан, так рада, что вы пришли. — Женщина обняла разволновавшуюся волшебницу. — И смотрю Люциус всё-таки смог себя пересилить и проявить свои манеры. — Она перевела взгляд на Малфоя. — Спасибо, что сопроводил ее. — Ну что ты, всегда рад. — Он отодвинул стул справа от своего места, чтобы Мэриан могла наконец присесть.  — Нет-нет, я бы хотела сидеть рядом с Мэриан. — Женщина посмотрела на своего мужа с явной просьбой в глазах. Он не мог ей отказать. — Поменяемся с тобой местами? — спросил Люциус. — Нет, я уже начала есть. Садитесь между нами, Мэриан. — И блондинка указала на место справа от себя. Стирательница памяти со скрываемой паникой взглянула на Люциуса. Тот тоже был немного напуган. У обоих промелькнула мысль о том, что Нарцисса все узнала. Может не все, а лишь о недавней совместной ночи, но этого было бы достаточно. На самом же деле миссис Малфой хотела сидеть рядом с Мэриан, чтобы иногда подбадривать ее во время ужина, чтобы помогать с приборами или просто шептаться на ухо. Нарциссе совершенно не нравилось отношение Люциуса к ее новой знакомой. Он называл ее плебейской полукровкой, шпионкой Дамблдора и обвинял чуть ли не во всех смертных грехах. Она упрашивала его хотя бы делать вид, что она ему нравится. Нарцисса попросила мужа зайти за Мэриан и помочь ей со всем нужным, побыть джентльменом. Потому она была очень рада увидеть их идущих под руку, ведь это был жест перемирия, как она считала. — Позвольте я вас познакомлю. — Люциус Малфой был сильно удивлён тем, что попечители фонда не представились сами. «Невоспитанные бараны», — подумал он. Пришлось все брать в свои руки. — Мистер Хьюго Ричардс и его прелестная жена Хельга. — Он кивнул головой в сторону высокого худого мужчины лет шестидесяти, который, казалось, был совершенно немым. Он не поздоровался тогда, промолчал и сейчас. Справа от него сидела полная дама в плотном синем платье. Волосы ее были собраны в тугой пучок, а глаза закрывали очки в тонкой оправе. На свое имя она мягко кивнула, как бы поздоровавшись с Мэриан. — Сеньор Кадео и сеньорина Чиэра Скварчалупи. — Малфой выговорил итальянские имена без запинки. Он перевел глаза на пару, сидящую напротив: мужчина, которому уже явно было за семьдесят, но при этом он казался полным сил и энергии, и жена, которая была моложе лет на двадцать, но взгляд ее, в отличие от раполагающего взгляда мужа, был тяжёлым. Она выглядела так, будто устала от жизни. Выдавив из себя подобие улыбки, итальянка осушила бокал с шампанским, а затем опустила взгляд в тарелку. — А с мистером Брауном, я думаю, вы знакомы. Уильям Браун являлся начальником отдела регулирования магических популяций и контроля над ними. С ним Мэриан часто встречалась на операциях, связанных с нападением магических существ на маглов. Он присутствовал при решении всех самых серьёзных ситуаций. Нападение кентавров на людей, пропажа дракона или переговоры с русалками — Уильям Браун активно участвовал в устранении подобных проблем. В Министерстве его уважали, но приятным человеком назвать не могли. Он был чрезвычайно строгим, порой даже злым. Никто из его работников даже не думал шутить с ним. Он вгонял людей в страх, но ему это было простительно — Уильям был профессионалом своего дела. — Да, мы знакомы с мисс Аболитис. Часто проводили совместные операции, — произнес волшебник. — По правде сказать, это я порекомендовал вас на эту должность. — Он взглянул на Мэриан и легонько улыбнулся. — Вот как? — Блондинка перевела взгляд с меню на мистера Брауна. — Да, я давно думал о том, что именно вы должны заняться управлением фонда, и после вашей речи на благотворительном приёме я подал эту идею моим коллегам. Мы считаем, что ваш свежий взгляд поможет улучшить деятельность фонда и привлечёт множество новых людей. — Он опустил взгляд к стейку у себя в тарелке, отрезал кусочек, а затем снова взглянул на Мэриан. — Однако, последнее слово за вами, мисс Аболитис. — Мне очень приятно, мистер Браун, что вы доверяете мне, — Мэриан отложила меню, — но я не уверена, что у меня будет хватать времени на деятельность фонда и управление подразделением стирателей памяти. Люциус, незаметно для других, наступил Мэриан на ногу, чтобы та заткнулась, но она лишь бросила на Люциуса строгий взгляд и продолжила: — Я не отказываюсь от вашего предложения, а всего лишь хочу кое-что обсудить. Во-первых, меня интересуют конкретные обязанности: какова моя роль в деятельности фонда и как часто мне придется посвящать этому время. И во-вторых, так как это вы заинтересованы в моем участии в вашей кампании, а я не располагаю огромным количеством свободного времени, то смею предположить, что имею право просить за это достойное жалованье. — К столику подошел официант, чтобы Мэриан и Люциус сделали заказ, так как они пришли позже всех. Малфой заказал что-то с невероятно трудным названием, объясняя как именно он хочет, чтобы блюдо приготовили. Девушка же сделала самый простой выбор, который только можно было сделать. — Пастуший пирог, пожалуйста. Люциус, казалось, сейчас сквозь землю провалится. Он старался не сверлить Мэриан взглядом, чтобы не вызвать подозрений, потому он легонько сжал колено девушки. Та никак не отреагировала. Она была довольна заказом. Пастуший пирог — картофель да мясо. Его очень любила готовить Молли Уизли, особенно для собраний Ордена. — Прекрасно понимаю ваши требования. И мы с коллегами готовы пойти на любую сумму, которую вы запросите, — ответил Браун. «Тем более что фонд спонсируется из моего кармана», — фыркнул про себя Люциус. — В ваши обязанности будет входить полное управление организацией, что включает в себя планирование мероприятий и различных акций, поиск новых сотрудников и переговоры с партнёрами, — продолжил за своего коллегу Люциус. — Но самое главное — вы будете лицом фонда. Представлять его на всех конференциях, давать интервью прессе. В общем, заниматься промо-акцией. — Вот как? — Мэриан с наигранным удивлением посмотрела на Малфоя. В ее взгляде так же присутствовал небольшой наезд, ведь до этого Люциус даже не заикнулся о том, что ей придется рекламировать организацию. «Каков нахал», — подумала она. — Могу спросить, почему заниматься промо-акцией не может человек с гораздо более громким именем, чем мое? К примеру вы, мистер Малфой. Думаю, что люди охотнее отдадут свои сбережения на защиту животных от вымирания, если об этом их попросит волшебник с вашей репутацией. — С негромким хлопком на столе появились новые блюда, и Мэриан приступила к трапезе, медленно разрезая пирог. — Все продаётся лучше, когда об этом просит человек, занимающий высокий пост. Разве не так? — Она поднесла вилку ко рту и наконец попробовала свой заказ. — Мисс Аболитис, вы не совсем правы, — с притворно-спокойным выражением лица парировал Люциус. — Мы говорим не о продажах, а о благотворительности. Когда человек с моим денежным состоянием просит граждан пожертвовать последний кнат на спасение топероек, никто даже и не подумает встать с дивана, достать свой хилый кошелёк и отдать деньги на благотворительность. Но когда об этом просит волшебница, скажем так, очень близкая к данному классу, то люди начнут думать: «Смотрите, она беспокоится о бедных зверюшках, мы тоже должны». Посему, именно вы должны украсить фонд своим лицом. — На физиономии Люциуса Малфоя заиграла дьявольская усмешка. Он неотрывно смотрел в глаза Мэриан, а потом отпил шампанское из бокала. — Какую же хорошую тактику вы выбрали, господа. — Мэриан повторила усмешку Малфоя, одарив своим взглядом каждого присутствующего за столом. Ей было ужасно неприятно, но выказать этого она себе не позволяла. Люциус при всех назвал ее бедной, приписал к низшему классу, и говорил это так… по-малфоевски. Будто ничего между ними и не было. Будто она так и оставалась всего лишь «грязной полукровкой». Разумеется, они должны были скрывать свои прошлые отношения, да и новость об их общении в настоящем тоже бы всех шокировала, однако это не давало Люциусу права так публично ее оскорблять. Но конечно, Мэриан не могла с ним поспорить. Она не жила богатой жизнью и являлась частью «низов» общества (относительно тех, кто сидит за этим столом). Но ведь она заслуживала уважения. Мэриан Аболитис была трудолюбивой, усердной работницей Министерства. К тому же, она ставила не карьеру выше всего, а именно сам процесс. Ее не волновала должность, а лишь то, что она сможет сделать, чего добьётся, ее волновал результат ее плодотворной работы. Она ценила возможность заниматься изучением новых ветвей ее деятельности. Она любила получать новые знания. Она гордилась собой и своей работой, потому не могла потерпеть такого отношения к себе. Когда все доели основные блюда, пришло время десерта. В эту небольшую паузу четверо мужчин, включая Люциуса Малфоя, вышли на террасу ресторана, чтобы выкурить по сигаре. Жены учредителей были не особо разговорчивы, даже угрюмы, потому оставаться с ними наедине не особо хотелось никому. Чтобы избавиться от компании меланхольной миссис Ричардс и ханжи-итальянки по фамилии Скварчалупи, Нарцисса Малфой под предлогом нужды сходить в дамскую комнату вытянула с собой и Мэриан. Девушки скрылись за большими дверьми и оказались в пустом холле ресторана. Миссис Малфой одета как всегда безупречно — шёлковое белое платье с глубоким вырезом на спине, дорогие туфли из натуральной кожи такого же белого цвета и длинная прозрачная мантия, которая так красиво блестела на свету. Волосы ее были распущены и аккуратными светлыми локонами спадали на плечи. Она элегантным движением убрала прядь от лица, тем самым открыв вид на серьги из розового золота, которые являлись фамильной ценностью, как догадывалась Мэриан. Всем своим видом Нарцисса Малфой говорила о своем статусе. Случайно ли так вышло, шутка ли судьбы, но они обе были одеты во все белое. Они все еще походили друг на друга, даже после того, как Мэриан отрезала свои волосы. Изменить черты лица она не могла и не хотела. У Аболитис были такие же тонкие губы, маленький точеный нос и высокие скулы. Кожа обеих была чрезвычайно бледной, будто они не были на солнце вот уже последние десять лет. Единственным различием в их внешности были глаза. У Нарциссы они были прекрасного голубого цвета, такие яркие и чарующие. Всегда окружающие восхищались именно ее глазами, именно их выделяли из всей ее внешности. Они были красивы не только цветом, но и тем, что полны доброты, пусть и скрываемой за лёгкой пеленой высокомерия. У Мэриан же глаза были ярко-карие с жёлтым ободком. Но менее красивыми их нельзя было назвать. Своим взглядом, строгим и одновременно весёлым, она получала внимание каждого, с кем когда-либо говорила. Она будто могла гипнотизировать. Лишь посмотрев в ее глаза, полные уверенности, люди соглашались на сделки, делали все, что Мэриан прикажет. Надо ли говорить, что внушать свои идеи они могли обе с равным успехом? — Ох и противные они все, — сказала Нарцисса, как только за ними захлопнулась дверь. — Терпеть их не могу. Но вы держитесь очень хорошо, Мэриан. Вот только… — женщина поджала губы, немного подумав, а затем продолжила. — Будьте собой. Ни к чему эти напыщенные речи. Чем проще, тем лучше. В вас им это и нужно. Ищи они какого-нибудь балбеса с известным лицом, то взяли бы на эту должность чьего-нибудь безмозглого сынка. — Они опустились на небольшую софу рядом с зеркалом. — Очень хорошо, что вы заказали пирог. Мне приходится есть эти мерзкие устрицы, так что я бы сама не отказалась от вашего блюда. — А ваш муж перед ужином сказал мне не вести себя так, как я веду себя обычно. — Мой муж просто сам не понимает ни черта. — Нарцисса мягко улыбнулась. — Хотя он и повёл себя грубо, но Люциус был прав по поводу того, почему вы им нужны. Но не сомневайтесь, что дело не только в рекламе фонда. Они рассчитывают на ваш креативный подход к ведению дел. Они верят в вас, в этом я уверена.  Двери в холл открылись, и в зал вошёл высокий мужчина в дорогом черном фраке. Его длинные светлые волосы были собраны в аккуратный низкий хвост и перетянуты атласной лентой, что казалось немного забавным на взгляд Мэриан, но на самом деле так волшебник выглядел весьма благородно. В его взгляде, походке и жестах читалась уверенность. Манеры были безупречны, но даже несмотря на это, он с лёгкостью мог унизить и оскорбить человека, не проронив при этом ни одного ругательного слова. Как он сделал с Мэриан некоторое время назад. О, разумеется он сказал все это намеренно. И, конечно, он говорил от чистого сердца, если оно у него вообще было. Малфой в самом деле считал девчонку на несколько уровней ниже их всех, но разве это было не так? Но он говорил только о денежной составляющей. Только о социальном статусе. Люциус верил в ее талант, в ее интеллект, в ее моральные ценности. Даже не верил, это было не то слово — он не мог поспорить с этим. Мэриан была особенной. Она отличалась от остальных, даже от тех, кто находился на вершине денежной лестницы. У нее была яркая индивидуальность. Девчонка была из тех, кто плевал на общество. Она жила для себя и для своих близких. Только вот этих близких было не так много. И Люциус Малфой не входил в их число. Быть может когда-то, до третьего сентября, но точно не теперь. Да и Мэриан явно не была в его фаворитах. Да, он позволил себе слабость и переспал с ней, но то был мимолетный порыв, вызванный воспоминаниями. Он больше не хотел этого. Он верил в то, что больше ее не хотел. И Аболитис верила в то, что чувства прошли. Но так ли это было? — Вот вы где, — сказал Люциус, подойдя к Нарциссе и Мэриан. — Что-то интересное обсуждаете? — спросил он с любопытством, стараясь не выдать панику. — Женские разговоры, — отмахнулась миссис Малфой. — Да, давайте вернёмся за стол. — Мэриан с насмешливой улыбкой посмотрела на Люциуса. — Настало время десерта. Малфой одарил ее подозрительным взглядом, но вовремя опомнился и вновь сделался невозмутимым. Втроём они вошли в зал ресторана и, проходя мимо чужих столов, стали свидетелем ссоры молодых волшебников, сидящих около балкона. Увидев это место — точно такой же круглый стол, как и все в этом зале, — Люциус и Мэриан вспомнили еще один фрагмент из прошлого. / Брюнетка, сидящая за столом возле балкона, неотрывно смотрела на своего спутника — молодого мужчину, одетого в светлый льняной костюм. Глаза девушки были наполнены любовью и какой-то детской радостью, она находилась в ожидании какого-то чуда, вроде рождественского. Молодой человек смотрел на нее такими же глазами, но только он не ждал чуда, а сам хотел его сотворить. Он протянул руку и нежно взял пальцы девушки, медленно их поглаживая. — Мне очень жаль, что я не могу видеть тебя настоящую, Мэриан, — произнес он. — Мне тоже, Люциус. Но ты знаешь, что вместе мы можем появляться в обществе только под оборотным зельем. — В следующий раз найдём кого-нибудь посимпатичнее. — Он хмыкнул. — Почему я какой-то грязный мальчуган? А ты вообще похожа на престарелую Пэнси Паркинсон. — Это все причёска. —  Она пригладила рукой короткую стрижку. — И никакой ты не грязный мальчуган. Это был волос моего коллеги. Ему за тридцать, и он достаточно симпатичный. Но с тобой, конечно, ему не сравниться. — Мэриан рассмеялась. Люциус тоже улыбнулся. Он оторвал руку от пальцев спутницы и полез во внутренний карман пиджака. Достав оттуда небольшую бархатную коробочку синего цвета, он поставил ее на стол перед девушкой. — С днем рождения, ma chérie. [С днем рождения, моя дорогая — фр.] Девушка улыбнулась уголками губ. Она с любопытством посмотрела на коробку, а затем раскрыла ее. Внутри небольшой упаковки были серьги-полукольца из розового золота. На каждой было по четырнадцать бриллиантов, а по обе стороны от камней находились выступы, будто шипы. Украшения были невероятно красивыми, и весьма дорогими, до этого было не трудно догадаться. — Люциус, они прекрасны. — Она оторвала взгляд от коробки и посмотрела на Малфоя, который совсем не выглядел как Малфой. — Надень их, пожалуйста. / Мэриан сразу посмотрела на Нарциссу. На ней были эти серьги. Те самые, которые Люциус подарил ей на день рождения. Но как они оказались у нее? И знает ли сама миссис Малфой, что достались они ей от Мэриан? Или же она знала об этом, до того как кто-то стер им троим память. Воспоминаний становилось все больше, но они лишь сильнее запутывали. Каждый раз появлялось лишь больше новых оборотов. Мэриан взглянула на Люциуса, который тоже уже обратил внимание на серьги своей жены, и произнесла одними лишь губами, чтобы Нарцисса не услышала: — Поговорим об этом позже.

***

Дуэль

Ужин они закончили в девятом часу. По итогу все остались довольны: Мэриан новой высокооплачиваемой должностью, а учредители фонда —  новым работником. Они еще раз обменялись любезностями, а затем все по очереди начали трансгрессировать по домам. Люциус, Нарцисса и Мэриан стояли в холле и одевались в верхнюю одежду, когда к ним подошёл Уильям Браун — высокий лысый мужчина в очках-половинках, о возрасте которого было сложно судить: выглядел он не старше пятидесяти, но судя по его почетному прошлому, ему было не меньше шестидесяти пяти. — Можно вас на минутку, мисс Аболитис? — спросил мужчина. — Да, конечно. Извините, я отойду, — сказала Мэриан, обратившись к чете Малфоев. Вдвоем они отошли на несколько метров от Люциуса и Нарциссы, чтобы те не могли услышать их разговор. Мужчина сложил руки за спиной и выпрямился, он посмотрел своим фирменным строгим взглядом на волшебницу, а затем начал разговор: — Я очень рад, что вы согласились на должность. Нам нужны такие сотрудники. — На вашем месте я бы не забегала так далеко вперед, мистер Браун. Вы еще не знаете, какой вредной я могу быть, так что работа со мной не такая уж и приятная. — Она негромко посмеялась. — Мои подчинённые тоже про меня хорошего мало скажут. Для них я слишком строгий, злой. Вы знаете, как относятся к начальству. — На лице мужчины заиграла улыбка. — Но раз мы теперь с вами в одной лодке, то, может, вы не откажете мне в ужине? — Что, простите? — Мэриан слегка подалась вперед, будто пыталась расслышать собеседника. — В ужине, мисс Аболитис. — Он вновь улыбнулся. Пару секунд она не моргая смотрела на Уильяма, анализируя его слова. Когда смысл их дошёл до нее, она начала быстро думать, что же ответить. Это явно было приглашение на свидание. Но как поступить? Мистер Браун был весьма красивым, привлекательным человеком. Пусть он и был строг, но зато по уму он превосходил всех в Министерстве. К тому же он достаточно уважаем в обществе, быть может даже больше, чем Люциус Малфой. Да и Мэриан слишком давно не была на свиданиях. Последний раз отношения были, видимо, с Малфоем, но она о них даже не помнит. От одного свидания хуже не станет, ведь так? — Да, разумеется, — ответила девушка. — Я пришлю сову с приглашением. — Мужчина легонько кивнул, как бы попрощавшись с Мэриан. Через секунду он уже трансгрессировал, оставив Аболитис стоять с задумчивой улыбкой на лице посреди холла. Волшебница вернулась к своим друзьям, которые непринуждённо разговаривали о чем-то. Они заметили, что она вернулась, и прекратили свою беседу. — Мэриан, не хотите зайти к нам на чашку чая? — спросила Нарцисса, надевая перчатки. Люциус предупреждал ее тем утром, после того как они переспали. Он говорил, что его жена хочет пригласить Мэриан в гости, так что сюрпризом это не было. Но волнение не спало. Как же ей побороть эту неловкость? Малфой изменил Нарциссе с ней, а теперь придется делать вид, будто они вообще практически не знакомы. Но Мэриан никогда не поддавалась страху, так что и в этой ситуации сумеет удержать себя в руках. — Конечно, если ваш муж не будет против. — Она перевела взгляд на Люциуса и лукаво улыбнулась. — Что вы, мы же теперь коллеги, мисс Аболитис, так что рад видеть вас в своем доме. — Он посильнее сжал трость. — Сразу в Уилтшир? — он взглянул на жену. — Да, только надеюсь эти старики со своими ненаглядными не отправились туда же? — спросила Нарцисса с надеждой. — Упаси Господь, я бы сам больше не выдержал их компании. — Он поморщился. — Мисс Аболитис, за нами. — После этих слов он сразу трансгрессировал, а за ним и Нарцисса. Мэриан последовала их примеру и оказалась перед воротами в Малфой-Мэнор. На улице уже было темно, на небе было видно огромное количество звёзд, собранных в различные созвездия. Природа в Уилтшире была неописуемо красивой. Мэриан хотела бы здесь прогуляться при свете дня, желательно летом. Сейчас же листья уже опадали, трава тускнела, а птицы пели все тише. Осенний ландшафт тоже был чудесен, но наверняка в весеннюю пору он выглядел гораздо уютнее. Ворота открылись, и все трое прошли в передний двор. По обеим сторонам дорожки были высажены прекрасные растения, за которыми ухаживала сама Нарцисса. Сад был огромен, даже удивительно, что за ним приглядывает лишь один человек. Да еще и так старательно. Двери в дом открылись по взмаху палочки Люциуса. Внутри везде горел свет, а воздух был невероятно тёплым. Вероятно, камины разожгли во всех комнатах, но иначе такой огромный дом не протопишь. «Зимой здесь наверняка невероятно холодно», — подумала Мэриан. Как только волшебники зашли, перед ними сразу появился домовик, которого Мэриан видела в тот раз, когда проснулась в постели Малфоя. Она испугалась, что он вспомнит ее, начнёт что-то говорить, и тогда Нарцисса все узнает. Но он даже не посмотрел на нее. Эльф глядел в пол, перебирая пальцами края своей порванной одежды, ожидая приказа хозяина. — Приготовь нам чай, Вэнни. Три порции. И чтобы без фокусов, понял? Если еще раз гость останется недовольным, то простой поркой это не закончится, — грубо выплюнул Люциус, пока снимал с себя пальто. Мэриан просто терпеть не могла такого отношения к домовым эльфам, но говорить ничего не стала. Лишь с осуждением взглянула в спину Малфою, а затем покачала головой. Нарцисса это заметила, но никак не отреагировала. Женщина не имела ничего против грубого тона в сторону домовиков, но сама всегда старалась говорить не в таком повелительном тоне, как ее муж. Она не была и за то, чтобы дать свободу эльфам, быть может только вознаградить их какими-либо поблажками. Так уж ее воспитали. Волшебник сильнее — волшебник главнее. — Пройдемте в библиотеку, — сказал Малфой и вытянул руку в приглашающем жесте. Дамы прошли через узкий коридор, который весь был увешан семейными портретами Малфоев. Здесь были картины и с самыми далёкими предками, и картины с нынешним семейством. Многие, однако, были завешаны тёмной тканью, будто никто не хотел даже видеть некоторых членов семьи. На Мэриан со всех портретов смотрели недовольные лица, ведь она была полукровкой в доме чистого рода Малфоев! Некоторые волшебники с картин даже шептались друг с другом, обсуждая гостью поместья. Но ей было все равно, она могла рявкнуть на них в ответ и сказать, что в отличие от них, она живая. Но делать этого она, конечно, не стала. В библиотеке Мэнора Мэриан уже была, но она вновь испытала восторг, войдя сюда. Количество книг было просто невероятным, она завидовала Малфою чёрной завистью. Имей она такую роскошную библиотеку, то проводила бы в ней часы напролёт. Хотя вероятно, Люциус так и делал. Чем же еще заняться богатею, которому даже не нужно работать? Аболитис была уверена, что Малфой появлялся в Министерстве лишь ради приличия, зарабатывал себе репутацию. Что вообще могло входить в его обязанности? Работая в отделе международного магического сотрудничества, он вряд ли действительно занимался развитием отношений Англии с другими странами. Только если в его прерогативе была вербовка в Пожиратели Смерти, не более. Ведь конечно, если бы армия Волдеморта выходила за пределы Лондона, а еще лучше за пределы Великобритании, то одержать победу над ним было бы просто невозможно. Просто понадеяться на Гарри Поттера было бы глупо. Но если верить Люциусу, а точнее — пьяному Люциусу, то он не хотел этим заниматься. Не хотел, чтобы появлялись новые сторонники Темного Лорда. Не хотел его победы. И уж тем более не хотел ему служить. Подписав смертный приговор много лет назад, он больше не мог отказать Волдеморту, Тому Риддлу в прошлом. Приходилось идти на все, о чем бы тот ни попросил. Когда-то Люциус ведь правда разделял его взгляды, хотя он и до сих пор не проявлял любви к маглам и тем волшебникам, которые считали их равными себе. Но жестокость никогда не была его методом. Ему не доставляло никакого удовольствия пытать людей, кем бы они ни были. На убийство он тем более пойти был не готов. Пусть он частенько громко говорил о таком страшном преступлении, пусть рука его поднималась, но вовремя останавливалась. Он не мог произнести те два страшных слова, которые могли отнять жизнь у людей. Каждый раз, когда он был свидетелем убийства несчастных маглорожденных, его сердце уходило в пятки. Он даже не мог представить, что забирает у кого-то жизнь. Люциус Малфой не был жесток. Его угрозы были пустыми. Он бы с бо́льшим удовольствием разрушил репутацию человека, оскорбил его, унизил при всех, показал свое превосходство, а мстил бы любым другим способом, только не убийством. Такова была правда о Люциусе Малфое. Мэриан вспомнила тот разговор с ним, когда он выпивший ворвался к ней в дом. Лицо Люциуса было спокойным, но в глазах прятался тот страх за семью, который преследовал его вот уже много лет. Он переживал за Драко, за Нарциссу. Беспокоился, что за его проступок в первую очередь пострадают они. И это было его самым страшным кошмаром. Мэриан было знакомо это чувство. Ее тоже уже долгое время тревожит страх за ее родителей. Она боялась, что с ними может что-то случиться. И случись самый страшный исход событий, она бы винила себя, даже если бы это была не ее вина, ведь всю ответственность она почему-то брала на себя. В этом они с Люциусом были схожи. После мыслей об их с Малфоем судьбах, Мэриан взглянула каким-то задумчивым взглядом на Люциуса. Она будто жалела его, будто хотела помочь, хоть он и был почти чужим человеком для нее (в настоящем). Хоть он и был порою груб с ней, пусть не считал ее за достойного человека, ей хотелось спасти судьбу семьи Малфоев. Так бы она смогла успокоить свой внутренний голос, который твердил о том, что виновата во многих страшных вещах именно она, Мэриан. Она бы хотела помочь хотя бы одной семье, и, может тогда, Люциус помог бы защитить ее семью. — Восхитительная библиотека, — сказала девушка, когда они прошли внутрь. — Да, моя гордость. — Люциус оглядел книжные полки и довольно улыбнулся. — Может, хотите чего-то покрепче чая, Мэриан? Я могу называть вас Мэриан? — Мужчина поднял брови. — Разумеется. — Девушка мягко улыбнулась и присела на небольшой зеленый диван. — Чай подойдет, спасибо. — Волшебница развязала шнурки на туфлях, а затем сняла обувь, оказавшись босиком. Она пошевелила ступнями, разминая их, а затем опустила их на холодный мраморный пол. Люциус сдержался, чтобы не закатить глаза, когда увидел это. Девчонка опять за свое. Но вот Нарциссе, кажется, понравилось поведение Мэриан. Поначалу она немного напряглась, но затем расплылась в улыбке. Женщина решила последовать примеру подруги и тоже разулась. Она оставила свои белые туфли у дивана и уселась рядом с Мэриан. На столике перед ними появился поднос с чаем, тремя маленькими кружками на блюдцах, сахар и небольшая миска с печеньем и джемом. Нарцисса подалась вперед, разлила чай по кружкам и подала одну Мэриан, а другую Люциусу. Тот сел рядом в кресло и положил в свой напиток ложку сахара. — О чем с вами говорил Уильям Браун? — поинтересовалась Нарцисса. — Он так много улыбался, мне даже показалось, что он смеялся. Очень редко такое видела. — О, — Мэриан отодвинула чашку от губ и поставила ее на блюдце. — Он пригласил меня на ужин. Не уверена, но мне кажется, что это свидание. Люциус подавился чаем, но быстро пришел в норму. — Что вас так удивило, Люциус? — Просто Уильям Браун и вы… Не думал, что в его вкусе кто-то вроде вас. Вы, скажем так, не на том уровне. Да и разница в возрасте у вас не маленькая. — Люциус! — остановила его Нарцисса. — Вот как вы считаете? — Волшебница улыбнулась. — Знаете, моя знакомая как-то тоже встречалась с мужчиной из ваших кругов, хотя была обычным сотрудником отдела, э-э-э, магического транспорта. И разница в возрасте у них была где-то лет десять или больше.  — Да? Не думаю, что у них все хорошо закончилось. — Малфой втянулся в эту игру с Мэриан. — Вы правы. Не помню, по какой причине, но они расстались. Но потом каким-то образом снова… — Может включим музыку? — резко перебил он ее, потому что испугался, что Нарцисса может все понять. Люциус достал палочку и резким жестом заколдовал пластинку. Из огромного граммофона заиграла спокойная классическая музыка, которая заставила всех отвлечься от разговора. — Я предлагаю устроить дуэль. — Мэриан поднялась с дивана и немного размяла шею и руки. — Мне хочется внести немного веселья в этот вечер, а то мы все от скуки помрем. — Что значит дуэль? — спросила Нарцисса, немного подавшись вперед. — Просто бой. Думаю, что и Люциусу не помешает практика. Мало ли, что может случиться. — Она сняла с себя пиджак и аккуратно положила его на спинку дивана. — Заодно я отыграюсь на нем за все оскорбления, которые услышала в свой адрес. Давайте Люциус, просто дружеская дуэль веселья ради, поднимайтесь. — Не собираюсь я участвовать в ваших глупых играх. — Люциус, ну пожалуйста. Правда ведь скучно. — Нарцисса посмотрела на него жалобными глазами. Со вздохом мужчина поднялся с большого кожаного кресла и встал напротив Мэриан. Они решили соблюсти все правила дуэли: поклон, шаги и правильная позиция. Люциус направил палочку на волшебницу, но не стал нападать первым. — Инкарцеро, — отчётливо произнесла девушка и сделала взмах палочкой. Люциус мягко отразил заклинание, делая это без особого усилия. Он двигался изящно, манерно. На настоящей дуэли так бы не вышло, там нужна резкость движений, быстрота. Никто не будет смотреть на то, как красиво он управляется с палочкой. Эти аккуратные движения были ни к чему. — Эверте Статум, — громко сказал он и пустил заклинание. Мэриан пригнулась и спряталась за креслом, чтобы луч заклятия не смог в нее попасть. Сев на корточки, она выглянула из-за кресла, а затем незаметно пустила в Люциуса Экспеллиармус и вновь спряталась за спинкой. Палочка Малфоя отлетела в сторону, что означало его поражение. Слишком быстро. Мэриан очень просто далась победа над Пожирателем Смерти. Ей хотелось настоящей битвы, хорошей дуэли, выброса адреналина. Чтобы заклинания так и сыпались, чтобы было трудно. Конечно, она обрадовалась победе, но хотелось бы видеть Люциуса более сильным соперником. Но на самом деле он был достойным соперником. Быть может самым достойным, с которым Мэриан приходилось биться. Дело было лишь в том, что он не собирался калечить ее. Люциус не собирался сражаться в полную силу веселья ради, да даже вполсилы. Он поддавался ей. Если бы Малфоя можно было так легко победить, то он был бы паршивым Пожирателем Смерти. В живых бы его точно уже не было. Заклинания всегда были его коньком, сразу после дара убеждения, конечно. Но стоило ли ему тратить свой дар на эту девчонку? — Люциус, вы бьетесь, как первокурсница. И что это за бальные движения? На поле боя некогда будет так церемониться. Нужно быть резче. — Мэриан повернулась к его жене, которая все это время с интересом наблюдала. — Нарцисса, не присоединитесь? Вашему мужу надо устроить хорошую тренировку. — Хотите, чтобы мы обе на него нападали? — Это будет нечестно, — вмешался Малфой. — Ну ничего, я думаю, что вы прекрасно справитесь с двумя. Да, Люциус? — На лице девушки появилась любезная улыбка, но в глазах горел азарт. Весь вечер она игралась с Малфоем, почти все слова в его адрес были наполнены двояким смыслом. Она ходила по краю, в любой момент ее слова могли понять неправильно. Но Мэриан не боялась. Теперь она контролировала ситуацию. В ее руках были все козыри против Малфоя. Узнай кто-то из ее друзей, что она переспала с этим засранцем, то никто бы не поверил, но вот если узнает Нарцисса… — Я в деле, — сказала миссис Малфой и встала с дивана. Втроём они стояли посреди библиотеки и следили взглядом друг за другом. Глаза Нарциссы и Мэриан встретились. Битва началась.