Сумасшедший мир и люди в нём все психи. Нелюди, кстати, не исключение.

Вывалившись из портала уже в Ассии, троица была какое-то время дезориентирована. — МЯ-Я-Я-Я-ЯУ-У! — раздался душераздирающий крик Черныша из-под достаточно тяжёлой тушки Рина, на которого, вдобавок, упал Узумаки. Поспешно встав, Окумура хотел что-то сказать, но послышались звуки выстрелов. Крики, после которых скорее всего сорван голос и грохот, моментально привлекавший к себе внимание. В панике, граничащей с каким-то азартом и возбуждением от хорошей битвы, вглядевшись, парни увидели огромное… нечто. Оно было похоже на плотное скопление пузырей в форме человеческой фигуры, у которой было целых две головы, а также семь рук. В Наруто сразу зажёгся исследовательский дух. — Твою мать, это что за хуёвина?! — Это демон. Видимо, его кто-то призвал. Смотри, там мои на крыше общежития! И правда, на крыше немного обрушенного здания столпились с десяток человеческих фигур, одна из которых была в черной форме экзорциста. — Юкио… Им нужно помочь! — Рин, стой! Вспомни, чему тебя учил Итачи: в бою нужна холодная голова. Поэтому успокойся и возьми своё пламя под контроль. Я помогу тебе. «Я тоже не останусь в стороне! — Черныш воинственно распушил шерсть и вырос в несколько десятков раз, — Запрыгивайте!» Забравшись на Кат Ши, они помчались к месту битвы.

***

Юные эксвайеры выбивались из сил. У многих уже были многочисленные раны в то время, как демон регенерировал снова и снова. Где-то забились мысль, что всё — конец. Они тут прямо сейчас умрут. Демон никогда не отпускает свою жертву. Это конец. — Отступайте! — крикнул Юкио, когда одна из рук чуть не расплющила Идзумо. — Мы не можем бросить вас, сенсей! — ответ был единогласным. Хоть ситуация и не была подходящей, но Окумура все равно гордился своими учениками. Они сражались с отчаянием, выкладывались на полную, но даже этого было мало. Свет закатного солнца, которое обычно слепило своим мягким светом, закрыла гигантская рука. Юкио уже отчаялся вновь встретиться с братом, перед глазами появились все новые и новые воспоминания, связанные именно с этим брюнетом. Внезапно демон отчаянно заревел, а его отрубленная рука упала на землю, продавив асфальт и вызвав небольшое землетрясение. На крышу приземлился Черныш, и два его пассажира тут же спрыгнули вниз, пытаясь не упасть от громкого грохота и волны, последовавший за ней. Один, тот кого ни разу не видели в академии, был блондин с одинаковыми полосками на щеках. На нем был одет черный плащ с красными облаками. Второй был смутно знаком. В его руках была очень знакомая катана, объятая синим мистическим пламенем. — Рин… Оба только что прибывших сорвались с места. Запрыгнули на демона, вызывая ещё один болезненный крик, заставляющий затыкать уши. Незнакомец оставлял за собой какие-то листки, а Рин, будто играючи, отрубал одну конечность за другой. Демон пытался поймать подростков, но они каким-то неведомым образом всегда уходили с траектории полета его конечностей. Они одновременно приземлились на бетон крыши, и блондин сложил пальцами странную фигуру. Секунда и раздалось множество взрывов, после которых оставалось синее пламя, не дающее демону регенерировать. Останки его догорали на земле перед общежитием. — Спасибо за идею, Рин. Запечатать твое пламя во взрывные печати было гениальным решением. — Да ладно. Ты ранен? — спросил он, снимая капюшон. Юкио подошёл к брату. Тот внимательно следил за выражением его лица, но оно оставалось ничего не выражающим. Подойдя совсем близко, младший Окумура резко дёрнул Рина на себя и крепко обнял. — Где ты пропадал, бестолочь бессовестная?! Ты хоть понимаешь, как я перепугался, когда вернулся, а тебя нет? Ладно хоть записку оставил, я не волновался, что тебя мог Сатана похитить! Старший расслабился и, наконец, обнял брата в ответ. — Я не мог больше терпеть ваше отношение к себе. — Так, ладно, вы пока тут милуйтесь, а я пойду помогу раненым, — раздался весёлый голос незнакомца за спиной. — Знакомься, это Наруто, мой друг. У него я провел эти две недели. Юкио смотрел, как блондин подходил к каждому эксвайеру и прикладывал к самым серьезным ранам руку, ладонь которой светилась зелёным светом. — Все, я закончил, — подошёл к ним Наруто через несколько минут, которые братья обнимались, снимая весь накопившийся стресс. — Останешься на ночь? Я могу чего-нибудь приготовить. — Спасибо, но нет. Чакра восстановилась, а вам будет чем заняться, — голубые глаза сверкнули хитринкой. — Ой, а сам-то? Пиздуй давай к своему ненаглядному. — Тьфу ты, язва. Наруто положил листок с печатью на бетон и создал четыре ручные печати. Открывшийся портал блестел радужными переливами. — Пока, Рин. Обещаю приходить время от времени. — Хорошо, — друзья обнялись напоследок. Отстранившись, джинчурики прыгнул в портал, который тут же схлопнулся. — Пойдем домой, Юкио? Я устал. — Хорошо. — Эй, Рин! — позвала светловолосая девушка. — Чего тебе, Шиеми? — голос Рина немного понизился, грубея, а брови нахмурились. — Спасибо тебе за то, что спас нас всех и… извини меня, пожалуйста! — Можешь не извиняться. Мне все равно. Старший Окумура развернулся и ушел с крыши. — Никто не ранен? — Нет, пара синяков не в счёт. Мы пойдем. Хотя бы отоспимся, — ответил за всех Рюдзи. — Хорошо, до завтра, ребята. Юкио спустился в их с Рином комнату. Тот сидел на коленях на полу, гладя огромного пса, созданного из его пламени. — Рин, эт-то… — Это моя овещественная сила. Ты подходи, не бойся. Тебя она не тронет. Юкио остался на месте, не в силах сделать и шага. — Боишься, — констатировал старший, вставая и развеивая животное, — Скажи: тогда ты меня тоже боялся? Ты ведь не просто так начал меня игнорировать. Юкио, ты прекрасно знал, кто наш отец, так почему? Рин снял плащ, повесив его на стул. — Молчишь… Знаешь, если бы не Наруто, то меня бы здесь уже не было. — В каком смысле? — Перед своим уходом, я задумался: «А почему я должен жить? Если я умру, всем будет лучше?» Я впервые задумался о суициде. Уверен, скоро я накрутил бы себя так, что мысль умереть была бы единственной. Ты этого хочешь? Чтобы я сдох? — Что ты такое говоришь?! Как ты можешь вообще думать о таком?! — А как ты мог назвать меня тварью, которая никогда человеком не станет?! — в глазах Рина стояли злые слёзы, когда он повернулся к брату. — Я… я… не знаю. Я даже не задумывался, о чем говорю. Рин сел на кровать, обхватив себя руками. — Мне было очень больно, Юкио. Мне и сейчас больно. Но я должен спросить тебя, и от твоего ответа зависят мои дальнейшие действия. Я люблю тебя, Ю. Люблю не как брата. Это заявление настолько потрясло младшего, что он застыл, обдумывая всё. Неправильно поняв его заторможенность, Рин решил, что противен брату, и стал собирать вещи. У него была печать с экстренным порталом в мир Наруто. Нужно было только капнуть на листок несколько капель своей крови. В дверях его остановила крепкая рука Юкио. — Куда ты собрался? — Ухожу. Не хочу, чтобы тебе было противно жить с таким испорченным братом. — А кто сказал, что мне противно? Младший Окумура притянул Рина к себе и, одной рукой обхватив талию, а второй затылок — поцеловал. Мягкие губы юноши нежно коснулись немного обкусанных губ брата, отчего те приоткрылись, и Юкио не упустил возможности этим воспользоваться. Он ненавязчиво провел языком сначала по нижней губе, потом по ряду зубов и, наконец, по розовому языку брата. Посасывая его, Юкио медленно забрался под растянутую домашнюю футболку. Кожа задыхающегося подростка горела и была очень чувствительной, поэтому от одного прикосновения к ней Рина выгнуло дугой. Он протяжно застонал и вплёл пальцы в волосы на затылке любимого. В это время всё та же рука переместилась под лёгкие брюки и сжала мягкую ягодицу. — Юкио, я больше… не могу! Трахни меня, братик, – воскликнул полудемон, умоляя. Юкио зарычал и толкнул старшего на свою кровать, попутно избавляя его от футболки, а после — от брюк и белья. Рин недовольно захныкал: — Так нечестно! Ты ещё одетый! Черный хвост метался из стороны в сторону, и младший сделал резкий выпад, наматывая его на кулак. Рин задохнулся от прострелившего вместе с болью удовольствия. — Тогда раздень меня, малыш. Словно заворожённый, полудемон начал расстёгивать многочисленные пуговицы на одежде брата. Только оголившаяся кожа ключиц была тут же атакована горячим ртом, после контакта с которым на ней появлялись яркие засосы. Через несколько томительных минут оба брата остались без одежды. Юкио мягко толкнул Рина на спину, прежде чем достать бутылочку лубриканта и упаковку презерватива из тумбочки. Налив прохладную субстанцию на пальцы, младший ввел в желанное тело один палец, отчего тот сжался и машинально попытался вытолкнуть инородный предмет из себя. — Тш-ш-ш, тише, детка. Сейчас всё пройдет. — Холодно, — захныкав, пожаловался Рин. — Я знаю, малыш, потерпи, — через некоторое время Юкио осторожно ввел второй палец и начал раздвигать их на манер ножниц. Рин протяжно стонал всякий раз, когда длинные умелые пальцы давили на комочек нервов. Вскоре к двум пальцам добавился третий. Старший нетерпеливо елозил на простыни, насаживаясь на них. — Ю-у-у… давай уже… войди в меня! Юкио навис над братом и, помогая себе рукой, толкнулся в заветную тесноту чужого тела. Рин, закатив глаза от небольшой боли и удовольствия, вцепился пальцами в неширокие плечи младшего, притягивая его ближе и почти укладывая на себя. — Стой. Подожди минутку, тебе же больно. Юкио навис над братом, оперевшись на локти, и ласково сцеловывал маленькие слезинки, что появлялись в уголках синих глаз. Татуировка, которая притягивала к себе внимание, также не была обделена вниманием. Наконец, старший нетерпеливо заёрзал, поскуливая от возбуждения. Его налившийся кровью член, пачкал предъэякуларом плоский животик. Юкио, просунув руку под поясницу брата и приподняв его, сладко толкнулся в горячем теле. Потом ещё раз и ещё. Раз за разом увеличивая амплитуду фрикций. Младший вбивал Рина в матрас под аккомпанемент его нежных вскриков наслаждения. Обхватив чужую голень под коленом и подняв ее, немного отведя в сторону, Юкио трахал брата. Неожиданно в его голову пришла шальная мысль, и он поспешил реализовать ее, укусив Рина за внутреннюю сторону бедра. Громко вскрикнув, тот выгнулся до хруста в спине и обильно кончил себе на живот и грудь, даже не касаясь себя. Младший, не выдержав тесноты, обхватившей его член, последовал за братом. Выйдя из него, Юкио снял наполненный белёсой жидкостью презерватив и, завязав его, выкинул его куда-то на пол, не волнуясь о его дальнейшей судьбе. Чуть не упав на обессиленного полудемона, он лёг рядом, притянув любимого поближе. Отдышавшись от охренительного оргазма, Рин уткнулся носом в мокрую от пота шею. Младший Окумура же, взяв бледную худую руку в свою, разглядывал выкрашенные в темно-темно-синий цвет ногти. — Знаешь, тебе идёт твой новый имидж. Мне нравится. Рин хмыкнул. — Я люблю тебя, Ю. — Я тебя тоже, малыш. — Тебя не смущает то, что я старше? — Нет. А теперь спи. Завтра ты расскажешь мне всё. — Хорошо, — просунув руку подмышкой и обхватив ею братика, Рин положил голову на его руку и закрыл глаза, сразу же проваливаясь в сон. — Вот так-то лучше, — самодовольно произнёс Мефисто, стоя у порога мужского общежития.