Ответы Хроме Докуро

США, Италия, Япония, Франция...Наступила пандемия. Кроатон – вирус, передающийся через кровь или укус. Однако, заражение даёт о себе знать не сразу. Носитель будет медленно, мучительно терять нотки разума и совсем скоро превратится в монстра, который будет заражать других. Весь мир погребён под страхом и паникой. Вакцины нет. Есть лишь только вылазки из бункера, обстрел заражённых и эвакуация здоровых людей. Мукуро сейчас находился в Японии. Увы, пришлось помогать в борьбе с вирусом, потому как у него были отличные навыки ближнего и дальнего боя. И вот, очередная вылазка. Цели: сбор крови, поимка заражённого и возврат в оборудованный штаб живыми. – Сегодня очередная вылазка, Хроме. Лучше останься тут и продолжай оказывать помощь другим, а я скоро вернусь с новой поставкой крови. До встречи, – даже как-то бодро произносит мужчина, чтобы не волновать девушку слишком сильно. Рокудо поправляет перчатки, тепло улыбаясь давней знакомой. Всё готово к вылазке. Солдат проходит по коридорам бункера, наконец выходя к машинам. Приевшийся гудок, который открывает ворота для выезда, заставляет нажать на педаль газа. Тяжело выезжать из цивилизации в оккупированные, малонаселённые районы. Вскоре машину окружила пустота, от которой болезненно звенело в ушах. Слишком тихо. Полуразрушенные, разграбленные дома, дороги без единой пробки, трупный запах разложения тел. Как мило, не правда ли? Обычная поездка на автомобиле кажется такой громкой, но так нужно. Нужно привлекать внимание, чтобы достигнуть поставленной задачи. – Помогите! Пожалуйста, помогите! Кто-нибудь? – хриплые детские голоса прорывались сквозь опустелые улочки. Мукуро останавливает машину неподалёку и выходит вместе с ещё одной девушкой из транспорта. – М-М, не стреляй, – короткий приказ заставляет девушку напыщенно хмыкнуть. Оба человека медленно подошли к заплаканным детям, что сидели во дворе у дома. Увидев вооружённых людей, они без опаски и страха подбежали к ним. –Офицер, офицер... наши родители пропали. Их уже нет дома три дня. Мы не знаем где они и что нам делать, – незнакомцы перекрикивали друг друга, лишь бы донести информацию до взрослых. М.М. без разбору прицелилась в детей, давая им понять, что не стоит подходить близко. – Мы не знаем, заражены ли вы. Стойте на месте, – раздражённо проговорила девушка, поглядывая на Мукуро, который начал расспрашивать мальчишек, задавая тем стандартные вопросы, чтобы уменьшить панику. Им нельзя было так долго оставаться на открытом пространстве, да и брать детей с собой в машину очень сомнительная затея. – Хорошо, хорошо. Успокойтесь, пожалуйста. Давайте мы зайдем в дом и там все обсудим? – предложил Мукуро, медленно кивнув напарнице. Дети вели себя вполне обычно, с радостью забежав к себе домой, зазывая туда взрослых. Но стоило девушке зайти на порог, как раздался выстрел сзади. –Мукуро! Что ты делаешь? Это было слишком громко, – прошипела девушка, не понимая причин для стрельбы. – Там наверху кто-то был. Осторожно! – крикнул Рокудо, рефлекторно нацелившись на заражённого мужчину, которому итак осталось не долго. Чёрного цвета вены почти украсили всё его тело. Выстрел, затем ещё один. Напарница успела убежать из дома, но совершенно сбила Мукуро с ног. Через пару секунд послышались истошные детские крики. Оба мальчика, будто два хищных зверька, накинулись на взрослых. Всё произошло быстро. Два точных выстрела снова лишили жизни бедных детишек. – Вот чёрт... – Мукуро отстранил от себя девушку, только сейчас ощущая боль в ноге. Штанина разорвана. Рокудо отчетливо ощущает каждый след от детского зуба. – Мукуро! Что с тобой? Ты... теперь тоже...Вставай! Нам надо уходить. На такое я не подписывалась! – наёмница отшатнулась от Рокудо. Схватившись за оружие, приставила дуло почти что к голове Мукуро. – Сворачиваемся, едем обратно. Хроме нужна кровь для анализов и новый подопытный. Теперь он у неё есть. М-М, это приказ. До первых симптомов у нас есть три часа. Если нужно, надень наручники. Живее! – процедил сквозь привычную улыбку мужчина, медленно поднимаясь на ноги. Он прошел до машины, объясняя ситуацию напарникам, который с ужасом воспринимали информацию. Теперь же Рокудо сидел в отсеке для ловли заражённых, даже как-то смиренно осознавая свою дальнейшую учесть. Машина направилась в скором режиме обратно на базу. К вечеру все были на месте. Под шёпот солдат, Мукуро привели медики в лабораторию, где была Докуро. – Хроме, милая, вылазка прошла успешно. Теперь я смог доставить тебе то, что обещал. Я ощущаю это в себе, первые симптомы появились, – Мукуро слабо улыбнулся, весьма спокойно поставив девушку перед фактом. Девушка посмотрела на Мукуро, как на полоумного. Его слова прошли сквозь неё, ни на минуту не задержавшись в голове. Она глупо улыбнулась и, по привычке, коснувшись чужого плеча, спросила, как будто действительно не услышала того, что он сказал. – Рада, что всё обошлось. Тебе, как обычно, с молоком и двумя ложками сахара? Опешившие сотрудники проводили Докуро недоумёнными взглядами, онемевшие от реакции лаборантки. Та спокойно прошла мимо стола со шприцами, растворами и валявшейся под ногами железной цепью. Набрала из кулера в металлический чайник воды и включила грелку, поставив на него полную посудину. Пока вода медленно нагревалась, пуская мелкие пузырьки, Хроме стояла над ней, не поворачиваясь ни к кому лицом, словно медитируя. Прикосновение Мукуро заставило девушку вздрогнуть. Почти вплотную прижавшись к ней, он наклонился к её уху и тихо, только ей одной, сказал то, от чего лиловый глаз моментально наполнился слезами. Докуро резко развернулась, умоляюще посмотрев в разноцветные глаза. Он был спокоен. Даже слишком для того, кто заражён неизлечимой болезнью, не теряя при этом своей обворожительной улыбки. – Но как же... Ты обещал мне, что будешь осторожен! Обещал! Обещал! – с каждым выкрикнутым словом Хроме со всей силы, как ей казалось, била по груди исследователя. Обида, страх и злость захлестнули худое тельце. Её всегда тихий голос снова начал срываться на крик. Физической силы не хватило бы даже для того, что бы подняться на собственных руках, поэтому для Мукуро они не причиняли ни малейшей боли. В отличии от той, что начала пожирать его изнутри. Ласково перехватив тонкие запястья, он рывком прижал её к себе, заключив в объятья. Хроме обмякла, лишь трясясь от неконтролируемых всхлипов в сильных, державших её руках. От эмоций ноги подкосились, и Рокудо пришлось её подхватить, не дав упасть. Держал он крепко, и от этого Докуро стало ещё больнее. – Ну же, лаборант, возьмите себя в руки. Время не ждет, сама знаешь, – шутливо пропел Мукуро. Нехотя оторвавшись от человека, что дороже ей жизни, Хроме стыдливо вытерла слёзы. Действительно, она – лаборант. Один из разработчиков вакцины. Её основная задача – найти лекарство, что спасёт жизни многих, ценой других... Слёзы продолжали предательски стекать по щекам, но слова Мукуро, как обычно, вернули её в чувство. Поднявшись, она отдала привычный приказ, который теперь ей звучал чем-то не реальным. – Отведите его в лабораторию, – голос дрожал, но она старалась вложить в эту фразу всю свою силу. Нервы Хроме были на пределе, как и закипевший чайник, горланивший на всю комнату. Запах препаратов, крови и смерти обволок всех присутствующих, как только они вступили за границу лаборатории. Даже через респираторы люди слышали этот зловонный смрад. Однако для Хроме он был привычен. Она привыкла работать и видеть кровь каждый день. Мукуро посадили в медицинское кресло. Пока не привязывая, ибо с момента заражения прошло меньше двух часов. Его сознание находилось под его контролем. Докуро пыталась собраться, однако руки предательски дрожали. Игла никак не желала насаживаться даже в таких опытных руках, как у неё. Сколько же людей погибло на этом кресле? Сколько боли и страданий они пережили, а вместе с ними – она. Теперь настал его черёд, отдающийся не только его, но и её концом. Когда-нибудь это должно было случиться. Как бы не был опытен Мукуро – он всего лишь человек. Такой же подверженный заражению, как они все. Взяв чужую руку, Хроме, как новичок, пыталась попасть по постепенно чернеющей вене, чтобы не причинить боли, но из-за дрожи это было невозможно. Тогда же, мужская рука легла на её, немного сжав, словно помогая унять волнение. – Всё будет в порядке. Нервно кивнув, девушка в глубине души кричала. «Уже ничего не будет в порядке! Прекрати, замолчи!» Когда Мукуро убрал руку, дрожь девушки, как по волшебству, унялась. Игла легко вошла в плоть и кровь удачно была взята на анализ. Дальше – вопрос жизни и смерти. Стрелки часов эхом отбивались в сердце Хроме, считавшую и записывающую каждую секунду. Тело Мукуро было сразу же связано цепями особой крепости. Всё-таки он лучший из лучших бойцов, за плечами которого тяжёлый опыт боёв и разработок многочисленных тактических планов. На дно колбы, где была кровь, начал опускаться серный осадок. Оповестив об этом, учёные настроили камеры и вытащили блокноты, а солдаты приготовили пистолеты. Так всегда происходило спустя три-четыре часа после заражения. С опасением и грустью Хроме подняла голову на старого знакомого. Она единственная, кто находился в ближайшем контакте с заражённым, подвергая, таким образом и себя опасности тоже. И несмотря на то, что она была частью операции, одним из важных шурупов, она не могла относиться к Рокудо так же, как и к другим подопытным. Даже создав на него дело, выписала немного дрожащим почерком имя «Рокудо Мукуро», вместо правильного «Испытуемый №». Решительность прибавилась и отразилась искрой в её глазе, когда Мукуро начал корячиться от боли и гнева, пытаясь сорвать с себя цепи и разрывая тонкие женские перепонки криками и проклятьями в её сторону. Головная боль тупыми ударами била по вискам, мешая Хроме концентрироваться. В отражении зрачков пробегали миллионы цифр и непонятных, для большинства, слов – формулы вычисления состава крови. Ей нужно было подобрать эквивалент противоположного полюса, который бы перекрыл и предотвратил заражение. Быстро и кратко объяснив лаборантам, что нужно делать – она поспешила обратно к заражённому. Другие медики испытывали тело электричеством, однако это только усугубляло и злило ещё больше. Цепи давали трещину, не способные выдержать такой силы, что раскрывал гнев. – Всем, быстро покинуть комнату! – властно скомандовала Хроме, пропуская всех через двери. Оно подоспела вовремя. В самую последнюю минуту цепи сломались и заражённый Рокудо, пытаясь догнать сотрудников, только врезался в захлопнувшуюся дверь. – Сценарий повторяется, лаборант. У нас больше не осталось способов и идей, как можно победить болезнь! Мы уже все испробовали: психоанализ, переливание крови, шокотерапию, – на пальцах перечислял перепуганный помощник. – Даже вскрытия и операции не помогли! Осталось, разве что, лоботомия или просто расстреливать всех зараженных, как скот! Послышался звонкий шлепок пощёчины, от чего до этого стоявший гул моментально прекратился. Все застыли в изумлении, когда женская, покрасневшая ладонь обессиленно опустилась. – Не смей так говорить! – прошипела Докуро. – Мы спасём Мукуро чего бы нам этого не стоило! Ещё не просохшие глаза вновь начали обливать немного впавшие от тяжёлой работы и бессонных ночей, щёки. Но от этого серьезность и целеустремленность никуда не испарились. – Наполнить комнату газом! – выкрикнула очередной приказ Хроме. Со всех щелей в отдельной комнате для заражённых начал выпускаться усыпляющий газ. Это на долго не успокоит, но так они, хотя бы, немного выиграют времени. – Госпожа Докуро, вот результаты вакцины, сделанные по вашим вычислениям. Молодой помощник протянул девушке планшет с несколькими листами. Вытерев слезы, Хроме взяла его и начала внимательно изучать. – Когда будет готова сыворотка? – Где-то через два дня. Ей нужно будет настояться, иначе никакого эффекта не будет. Кровь не сможет впитать в себя чистый концентрат. Это просто убьет его. – Два дня… Этого недостаточно! Он не продержится так долго! – ошарашенно повторила девушка, повернувшись в сторону Мукуро. На заднем фоне начались одобрительные возгласы. К Хроме хотели было подойти, чтобы высказать свое восхищение, однако та со всей злостью ударила кулаком по толстому стеклу, что разделяло её и Рокудо. – Но лекарство, в любом случае, уже есть, – осторожно, подбирая слова, начал один из лаборантов. – Мукуро помог разработать вакцину и… мы со всей благодарностью наградим его званием героя. Хроме хотела было снова замахнуться, но одумалась, вновь повернувшись к стеклу. – Прости меня… Мукуро… В последующие два дня пациент плохо помнил визиты Хроме к нему. Его перевели в более надежную камеру, ведь он был на последней стадии прощания со своей жизнью. Мужчина пару тройку раз терял сознание, перед этим давясь безудержными криками до потери голоса. В какой-то момент ремни предательски хрустнули, разрываясь. Мукуро сломал себе пару костей на запястьях. Однако, это не помешало ему выбраться из кресла полностью. Тот кидался на клетку, раз за разом получая разряд тока. Очередной бессмысленный толчок о прутья, а после глухой удар о пол. – Это закончится... сейчас закончится. Выходи же, выходи... – утробное мычание отозвалось эхом от громадных стен. Заключённый мутно посмотрел на обуглившиеся, дрожащие руки, которые расплывались двумя потемневшими пятнами во взгляде. Полопавшиеся капилляры глаз явно слепили мужчину. Тот неестественно изогнулся до хруста в спине, ловя судороги от боли. Безумный смех распространялся по пространству, бился о стены и возвращался к его обладателю. На этот раз боль поглотила не только его разум, но и самого заражённого окончательно. На лице прибывала всё такая же привычная улыбка. Наверное, это всё, что он может подарить Хроме. Боль ушла, наконец-то даря телу долгожданный покой. Конечности больше не дергаются, свет не слепит глаза. Такой желанный, заслуженный сон заботливо укрывает Мукуро вечностью. Так даже лучше. Для всех. И вот, снова эта легкая походка, стук каблуков. Кажется, девушка опять бежала к нему с проверкой. – Мукуро! Вакцина готова. Она поможет... тебе... – бодрость в голосе сменяется на шёпот, ведь из камеры больше не доносятся душераздирающие, звериные возгласы. Колба с вакциной чуть ли не падает из рук вслед за девушкой, когда та замечает изуродованное бледное тело. Теперь же кричит она. Наверное, от такой же сильной боли. Жаль, что Рокудо больше не слышит её. Он только улыбается. Жизнь с утратой Мукуро тоже может быть сравнима с инфекцией, которая надолго поселится в хрупком сердце и будет возвращаться раз за разом, пока не настанет момент долгожданной встречи с дорогим человеком. Вакцина спасёт много жизней, вернёт былое, долгожданное прошлое. И мир запомнит всех тех, кто отдал жизни за него.