Империя на рукояти меча

Хе Лунь и Вэнь Сяо стояли у дверей, что вели в покои наследной принцессы. Со дня церемонии поклонения императору и императорской семье были усиленны меры во дворце, а за любой промах тебя могли жестоко наказать. Хе Лунь стоял смирно, лишь его пальцы, что держали железные ножны меча, отстукивали лёгкий и еле уловимый звук. Молодой человек много думал, и в ту ночь он не мог нормально уснуть. Сейчас Хе Лунь отвёл глаза от пола на широкую круглую колонну напротив и закрыл глаза. *** Было раннее утро, когда император Ян Гуан собрал министров, чиновников и начальника императорской стражи Цюй Чже Лина в тронном зале. Его величество яростно постукивал полными пальцами в золотых кольцах по золотому подлокотнику императорского трона. Наследная принцесса Сяо Мэй также присутствовала на этом мероприятии, восседая на малом троне рядом со своим отцом. Вэнь Сяо и Хе Лунь стояли за пределами тронного зала, как резкий и громкий голос разрезал застоявшуюся тишину. — Были ли пойманы преступники, начальник Цюй? — император Ян Гуан поднялся со своего места, так что золотые подвески стали качаться из стороны в сторону. Сяо Мэй украдкой глянула на своего отца, даже наследная принцесса боялась такого голоса мужчины. — Нет, Ваше Величество, преступники смогли уйти от моих людей, — начальник Цюй сел на одно колено и выставил руки перед собой. Император от злости схватил красную подушку, что покоилась на его троне, и кинул в сторону. Сяо Мэй дёрнула плечами от неожиданности. Даже Хе Лунь и Вэнь Сяо могли слышать громкий и надрывающийся голос Ян Гуана. — Хотите, чтобы ваш император или наследная принцесса пострадали? — продолжал свой монолог мужчина, — пусть сюда выйдет глава столичного уезда и окружной магистрат. Син Хао Гэ вышел к начальнику Цюю, что всё ещё сидел на колене. Сразу же за мужчиной показался Цзе Сяо Чан, что был окружным магистратом. Мужчиной он был уважаемым, строгим и занятым, поэтому его не беспокоили без надобности. — Син Хао Гэ слушает Его величество, — садясь на колени, произносит глава Син. — Цзе Сяо Чан слушает Его величество, — также проговаривает магистрат в длинной синей накидке. — Бралась ли Палата уголовных дел за расследование? — император сложил руки за спину, строгим взглядом всматриваясь в фигуру двоих мужчин. Глава Син сделал небольшую паузу, прежде чем заговорить, мужчина дважды обдумывал свои слова, ведь не к добру, когда император был так серьёзен. — Палата уголовных дел в последнее время загружена работой, они ещё не закончили со смертью сановника Цао. — Смерть сановника Цао? Это же был несчастный случай, так почему же дело до сих пор открыто? — бросил император. — Просто дополнительная проверка, — ответил глава Син. — Если Палата уголовных дел не может найти этих наемных убийц, пусть Министерство наказаний этим займётся, — император повернулся в сторону всех министров и чиновников, устремляя свой взгляд на окружного магистрата. Тот кивнул головой и низко поклонился. Сегодня же он лично направит письмо в Министерство наказаний. — Слушаюсь, мой император, — глава Син низко кланяется, встаёт с колен и отходит в сторону, следом уходит магистрат Цзе. — Начальник Цюй, — император Ян Гуан обращается к мужчине, что всё ещё сидел на мраморном полу, — всех стражников, что патрулировали территорию императорского двора, наказать. Наследная принцесса сильно сжала юбку бело-золотого платья в своей руке. Вэнь Сяо и Хе Лунь быстро встретились глазами. Древний Китай — это рассвет жестокости и суровой жизни. Каждый должен помнить это, читая красивые сказки и легенды. — Сорок ударов палкой, — продолжает говорить император, наконец, усаживаясь в свой золотой трон. Хе Лунь низко опускает голову, понимая, что это наказание коснётся их новых знакомых, Чжао Линя и Цзян Фэна, что сторожили главный вход. *** — Ты в порядке? — поинтересовался Вэнь Сяо, поворачивая голову на своего друга, что всё ещё стоял с закрытыми глазами. — Да, конечно, — тихо ответил Хе Лунь, как двери покоев открылись. Перед молодыми людьми предстала наследная принцесса, что была одета в синее платье, а на её плечи была наброшена белая накидка из гусиных перьев высшего сорта. — Мей Нинг, — наследница престола подозвала к себе служанку, что также появилась в дверном проёме, — если кто-то будет искать меня, скажи, что я отправилась в храм Дасиншань, — Сяо Мэй махнула своим стражникам, и все направились на выход из дворцового комплекса. — Если вас будет спрашивать Его величество, также предупреждать, что вы в храме? — поинтересовалась Мей Нинг, как только наследная принцесса покинула пределы малого дворца. — Скажи ему, что я отправилась в храм вместе с молодым господином Ли Юанем. У ворот, за которыми расстилался Чанъань, уже стоял красно-бордовый паланкин и несколько людей, что управляли им. — Приветствую, наследная принцесса Сяо Мэй, — как только принцесса, сопровождаемая Хе Лунем и Вэнь Сяо, собиралась сесть внутрь паланкина, её окликнул громкий голос мужчины. Перед девушкой и стражниками показалась низкая фигура мужчины, что носил на своей голове высокий министерский головной убор, рядом с этим мужчиной вышагивал молодой юноша с аккуратными тонкими бровями и слегка вздёрнутым носом. — Министр Цзань, — наследница слегка кивнула головой, приветствуя неожиданного гостя. Вэнь Сяо чуть поднял голову и посмотрел на своего друга, затем они переглянулись, сталкиваясь с небольшим круглым лицом министра Цзаня. А если быть точным, с министром Цзань Гуй Шенем, что был министром при правлении последнего императора династии Суй, но был лишён своего министерского чина и казнён при правлении Гао Цзу за воровство и присваивания себе части императорской казны. Или, точнее, так утверждает история. — Цзю Линь, поздоровайся с наследной принцессой, — мужчина толкнул юношу, что стоял рядом, в руку. — Приветствую наследную принцессу Сяо Мэй, — молодой человек выставил руки перед собой и поклонился девушке. — Наследная принцесса, куда вы направляетесь? После вчерашних событий, вам лучше ходить с большим количеством охраны, — министр поправил широкие рукава накидки. — Я отправляюсь в храм Дасиншань, помолиться милосердной Гуаньинь, — кротко ответила наследница престола, желая поскорее отправиться в путь. — Тогда пусть мой сын, Цзю Линь, сопроводит вас до храма. Так будет намного безопаснее, — министр Цзань довольно потёр руки, ещё раз толкая своего высокого сына в бок, но наследная принцесса холодно покачала головой. — Я буду не одна, — проговорила девушка, удобнее укладывая накидку из перьев гусей на плечи, — меня сопровождает молодой господин Ли Юань. — Тот, что из Тайюаня? — мужчина недовольно сжал министерскую накидку, — во дворце многие говорят о молодом господине, да вот, не было возможности увидится лично. В этот момент к императорскому паланкину подошёл невысокий молодой человек в коричневой рубахе, повязанной желтым поясом. — Приветствую наследную принцессу Сяо Мэй, — невысокий парень низко поклонился дочери императорской семьи и поспешил доложить вести, — молодой господин Ли Юань просил передать, что он не сможет сопроводить вас до храма Дасиншань. Он искренне просит прощения и желает вам безопасной поездки, — после этих слов слуга с разрешения наследной принцессы покидает компанию. Вэнь Сяо всматривается в невысокую фигуру слуги и задумывается, кажется, происходит всё, чтобы он и Хе Лунь не смогли встретить первого императора династии Тан. Наследная принцесса спешит поправить серебряную заколку на своей голове, чтобы не показать своего расстроенного вида. — Видимо, молодой господин Ли Юань очень занят, — на лице министра Цзаня появляется лёгкая усмешка. — Прошу наследной принцессе разрешить мне проводить её до храма, — Цзю Линь, сын министра, быстро поворачивается в сторону девушки. — Так такому и быть, — тихо проговорила Сяо Мэй и скрылась за красной парчой. Паланкин выдвинулся в путь, прямиком к храму Дасиншань. Перед паланкином шли ещё двое стражников императорской стражи, а в хвосте шли Хе Лунь и Вэнь Сяо, что были на стороже. Они осторожно переговаривались, пока их голоса заглушал вой ветра. — Если действия этой легенды действительно переплетаются с реальными историческими событиями, в которых мы оказались, то, чего нам ожидать? — Вэнь Сяо быстро взглянул на паланкин, что размеренно шёл по широкой дороге, а затем перевел взгляд на друга. — Нужно узнавать не то, что нам нужно ожидать, а то, к чему мы стремимся, — многозначительно прошептал Хе Лунь. — Что ты имеешь в виду? — Мне кажется это перемещение во времени связано с легендой, значит, нам нужно сделать так, чтобы она была дорассказана. Такое возможно? — Вполне вероятно, как минимум, другого объяснения я не вижу, — Вэнь Сяо посмотрел на улицу, которая потихоньку стала заканчиваться, — чем тогда закончилась эта легенда? — На императорский престол взошёл Гао Цзу, великий человек, что построил новую империю. *** Чанъань окружали высокие каменные оборонительные стены, что защищали город от нападений и разбоя. Ворота, что вели в город, открывались только ранним утром, встречая приезжих торговцев и странников. Ночью же попасть в столицу было невозможно, нужно было дожидаться времени, когда солнце поднималось из-за гор и освещало северные земли и Центральную равнину. У высоких ворот был серьёзный караул и ночной дозор. Особенно после нападения наёмных убийц в императорском дворце, меры усилили и на границе города, пытаясь как можно сильнее ограничить пропуск людей, что приезжали без особых причин. Двое стражников, что стояли у ворот, переговаривались между собой, как к ним подъехало три лошади. Послышалось громкое ржание, а лошади, что поднялись на задние копыта, подняли высокую стену дорожной пыли. — Так вот значит, как попадают в столицу, — послышался еле уловимый голос всадника. — Назовите своё имя, род деятельности и цель прибытия, — перед тремя странниками вырастает стражник, что останавливает их. — И зачем же вам нужно знать так много информации? — проговаривает незнакомец, что скрывал лицо от сильного ветра, который преследовал их в дороге. — Это нужно сделать, чтобы попасть в столицу, — проговорил второй стражник, возмущаясь от наглости странника. — Чистые формальности, — голос с тонкой усмешкой слышится с одной из лошадей, — в столице все любят формальности. Так вот значит, что из себя представляет столица. *** Красный паланкин остановился напротив храма Дасиншань, что означал «монастырь прибывающего блага». Молодые люди удивленно ахнули, признавая в этом величественном здании знакомые черты того храма, что они видели дома, около которого они часто проходили, не придавая значение тому, что здесь молилась первая императрица династии Тан. Хоть большая часть этого храмового комплекса и была отремонтирована и реставрирована при династии Мин, облик всё равно был узнаваем. Ребятам он был известен, как один из самых старейших монастырей Китая. Вход в храм был выполнен из серого кирпича, который позволил этим воротам стоять до сих пор. — Прошу, — из паланкина вышел Цзю Линь и подал руку наследной принцессе. Девушка, поддерживая подол синего платья и белую накидку, также вышла из паланкина. Министерский сын, принцесса Сяо Мэй и Хе Лунь с Вэнь Сяо прошли высокие серые ворота и оказались в небольшом дворике. Дальше молиться наследная принцесса и Цзю Линь отправились только вдвоём, оставляя двух стражников снаружи. Молодые люди сняли обувь и оказались в просторной комнате, где напротив золотой статуи Будды стоял столик с подношениями и благовониями. Наследница престола Сяо Мэй зажгла приятные благовония и сложила руки вместе с ними перед лицом. — Гуаньинь милосердная, пожалуйста, благослови и защити…— доносилось из комнаты тихий голос наследной принцессы. Хе Лунь и Вэнь Сяо остались снаружи, оглядываясь вокруг. Монах в оранжевом одеянии на одно плечо подметал мощёную дорогу, когда оказался рядом с молодыми людьми. Монах поднял глаза на ребят и стал внимательно их рассматривать, цепляясь за каждую черту их лица. — Вы что-то хотели? — аккуратно поинтересовался Хе Лунь, так же посмотрев на мужчину, что не остановился в своём деле. — Вижу странную ауру вокруг вас, — наконец, отозвался монах, на что молодые люди переглянулись. — Странную ауру? — Вэнь Сяо так же аккуратно поинтересовался, чувствуя, что что-то колет в его сердце. Эти странные сомнения монаха казались подозрительными и что самое страшное, вполне себе обоснованными. — Вижу, вы не отсюда, — монах отложил соломенную метлу, — откуда вы здесь? — Мы прибыли из императорского дворца, — всё ещё чувствуя подвох, проговорил Вэнь Сяо, на что монах стал обильно махать руками. — Нет, нет, нет. Вы не оттуда, тогда откуда вы? — продолжал своё мужчина, пока из храма не вышла наследная принцесса Сяо Мэй и Цзю Линь. — Какие-то проблемы? — поинтересовалась девушка, всматриваясь в эту картину. После этих слов монах низко поклонился и поспешил покинуть компанию императорской наследницы, всё ещё недобро указывая на молодых людей. — Поспешим во дворец, — прервал эту неловкую паузу Цзю Линь, не желая больше оставаться в храме. Девушка ничего больше не сказала, а, лишь поправив длинные волосы, что лежали на хрупких плечах, направилась к высоким кирпичным стенам. Цзю Линь подал руку наследной принцессе, после чего они оба скрылись в императорском паланкине. Хе Лунь и Вэнь Сяо разместились, как они и шли сюда, сразу же за паланкином. Как только люди, что шли впереди, решили начать двигаться в сторону императорского дворца, как вокруг поднялась пыль. Рядом послышалось ржание коней, после чего паланкин резко затормозил. — Что там такое? — тихо поинтересовался Хе Лунь, пытаясь увидеть что-то через повозку. — Что произошло? — словно бы прочитав мысли, парня, парчовую ткань паланкина отдергивает Цзю Линь и спускается на землю. — Не хотели прерывать ваше движение, — доносится мелодичный голос молодого человека, что словно мёд вливается в уши. — Молодой господин, — слышится второй голос, что был ровным и уверенным, к этому моменту к незнакомцам на лошадях подошёл Цзю Линь, — не подскажете, что это за место. — Что происходит? — из паланкина доносится тихий голос наследной принцессы Сяо Мэй, она тихо отодвигает парчу и всматривается в боковое окно, но незнакомцы были впереди паланкина, поэтому девушка не могла их видеть. — Не хотели мешать столь прекрасной леди, — вновь слышится первый голос. — Кто смеет перегораживать нам путь? — Цзю Линь продолжал возмущаться, складывая руки на пояс. — А, собственно, кто вы такие, чтобы указывать нам на ошибки? — слышится более наглый голос, что самодостаточно прерывает поток слов министерского сына. — Перед вами наследная принцесса императорского престола, — хмыкнул Цзю Линь. — Тогда приносим свои извинения перед наследной принцессой, — голос, что был спокоен, холодно ответил, кажется, он совершенно не был напуган, что перед ним член императорской семьи. Наследная принцесса Сяо Мэй продолжала смотреть в окно, как с головной части паланкина к её окну, вырулили трое молодых людей, что гордо восседали на благородных чёрных лошадях. — Старший сын семьи Ванг, Ян Хань, из Цяньтана округа Ханчжоу приветствует наследную принцессу, — слышится спокойный голос молодого юноши. Хе Лунь и Вэнь Сяо переглядываются, роняя своё оружие, и аккуратно выглядывают из-за паланкина. На высоких лошадях сидело трое молодых людей. Все они были одеты в чёрные ханьфу, а на их плечи были накинуты меховые накидки из песца. Старший из троих братьев подвёл коня напротив окна, выставляя руки перед собой и делая поклон наследнице китайского престола. Средний и младший сыновья повторили за своим братом, преклоняясь перед девушкой. Ванг Ян Вэй быстро поднимает голову, встряхивая длинными чёрными волосами, и оглядывается. Он останавливает свои глаза на двоих стражниках, что дрожащими руками пытались поднять упавшее оружие, не сводя своих глаз с сыновей семейства Ванг. Мужчин, что в истории запомнились, как старшие генералы императорской армии династии Тан. Хе Лунь и Вэнь Сяо сидели за партой, слушая лекцию профессора Ву. Хе Лунь лениво развалился на парте, раскинув длинные волосы вокруг себя, но, всё же улавливая информацию, что поступала до его ушей. Вэнь Сяо же увлечённо делал пометки в своём блокноте, аккуратно выводя иероглифы, что описывали имена трёх великих генералов династии Тан. — Стоит лишь услышать про «Великую троицу династии Тан», на ум всегда приходят имена только троих мужчин. Знаменитые братья Ванг. Те, кто прославил свою фамилию на территории всего Китая, даже не смотря на то, что их отец в народе считался государственным изменником, — профессор Ву включил презентацию, на первом слайде была нефритовая печать, показывающая принадлежность к семье Ванг и три жетона старших генералов императорской армии. Следом шёл портрет уже повзрослевшего мужчины с аккуратной бородой и чистыми глазами. Только слепой не сможет признать в нём главнокомандующего императорской армией — Ян Ханя. — Ванг Ян Хань — символ верности и преданности. Мужчина, что был готов положить свою жизнь за народ своего государства. Среди армии ходила история, небольшая байка, в которой рассказывается об армии, которая почти пала, но встала на ноги от кровавых ударов главнокомандующего Ванг Ян Ханя. Эта история начинается, когда императорская армия была почти разгромлена, а средний и младший брат до последнего сражались, чтобы не пропустить врагов через врата, Ян Хань понимал, что нужно заставить воинов встать на защиту своих границ. Он без колебаний порезал обе свои руки и, схватив две колотушки, стал поочерёдно бить в медный гонг. Гулкий и устрашающий звук дошёл до врагов. Воины китайской армии под постоянные удары стали подниматься с кровавой земли и наступать на врагов. Верить в эту историю или нет, решать вам, но она точно описывает то, кого из себя представлял главнокомандующий Ванг Ян Хань. — Ты думаешь это правда? — Вэнь Сяо аккуратно разместился над ухом Хе Луня, тот лишь дёрнул плечами и проговорил: — Какой полководец бросит свой меч посреди боя? — Вэнь Сяо задумался над словами друга и продолжил слушать профессора Ву. Слайд сменился и на доске был портрет старшего генерала Ванг Ян Линя. Он был изображён на поле боя, что опирался двумя руками на свой железный меч. Его осанка была гордой и непоколебимой, красный плащ развивался на ветру на фоне тановских флагов на поле битвы. Его железный шлем чуть нависал над грозными глазами, а губы были серьёзно поджаты. — Старший генерал Ванг Ян Линь — символ непоколебимой выдержки. Ян Линь был самым талантливым мечником во времена всей династии Тан, что продлилась около трёхсот лет. То есть за эти триста лет никакие военноначальники и полководцы, что служили при других императорах, не могли сравниться с невероятным владением меча Ян Линя. В трактатах династии Тан, сохранились слова старшего генерала: «Меч ты должен чувствовать как продолжение своей руки. Ты не должен думать, какое именно действие ты хотел бы им совершить, ты должен действовать им точно так, как действует белая цапля своим длинным клювом или дракон своими когтями. Действительно хороший меч — это воплощение твоих намерений: он сам делает то, что хочешь ты». Учитель императорской армии говорил, что лично видел, как учил новобранцев Ванг Ян Линь. Он был строг и опасен. Он с хладнокровным выражением лица попросил напасть всех на себя, одновременно. А когда новобранцы исполнили приказ старшего генерала, они напором железных мечей кренили длинный меч генерала к земле, так что он стоял на двух коленях. Его рука дрожала, пытаясь выдержать дюжинную силу новобранцев. Вены на его шее пульсировали, а дыхание сбилось, но он стойко сидел на земле, не давая уронить себя полностью. Через некоторое время новобранцы очень устали, а старший генерал Ян Линь одним ударом разбил напор новичков. После он встал с земли, вытер подступивший пот с лица и проговорил: меч тяжёл на столько, чтобы ты окреп. Меч не терпит нерешительности, он сможет сломаться пополам только от непоколебимой выдержки его владельца. В аудитории была гробовая тишина, все молча продолжали слушать профессора Ву. Слайды сменяли друг друга, и на экране появился портрет младшего из «Великой троицы династии Тан». — Старший генерал императорской армии Ванг Ян Вэй — искусный военный стратег. Его уму мог противостоять только первый император династии Тан, Гао Цзу, хотя в военных стратегиях ему не было равных. Его невероятный ум поставили наравне к знаниям божественным, тем самым приравнивая Ванг Ян Вэя к небожителю. Этот случай записан в истории, как «Божественный бой в монастыре Нефритового источника». Император Гао Цзу и старшие генералы с небольшим количеством людей отправились к подножию горы Суншань уезда Сунъян, нынешний Дэнфэн, в провинции Хэнань. Там в монастыре, что таился в облаках горы Суншань, они встретились с бунтовщиками, что желали разбить небольшой гарнизонный отряд. Так как на них напали в буддийском храме, Ян Вэй использовал свой ум и смекалку, чтобы заставить бунтовщиков отступить. Таким образом, он заставил их испугаться кары небесной, поэтому в тот день не один меч не поднялся в воздух, ни одна капля крови не упала с человеческого тела. Главный монах был поражён умом и мудростью старшего генерала, поэтому он приказал выгравировать на бронзовой табличке и повесить над входом в монастырь слова Ванг Ян Вэя в тот день. И по сей день эта табличка висит в монастыре на горе Суншань. И гласит она: «Искусство победы над врагом состоит в том, чтобы побеждать его там, где он считал себя лучшим.» Профессор Ву встал из-за стола и вышел к студентам. — При старших генералах Ванг китайская армия поднялась на столько, что уже не оборонялась, а сама наступала на противников. Империя стала подниматься от непомерных усилий в ведение военных дел, это доказывалось многократными победами и величием китайской армии в народе. И даже спустя сто лет после смерти старших генералов, полководцы и военноначальники подражали образам генералов, продолжая их дело. Настолько великие братья Ванг были. — Семья Ванг? Звучит очень знакомо, — Цзю Линь оказался рядом с лошадьми братьев Ванг, показываясь в поле зрения наследной принцессы, — вы родственники того самого Ванг Чао Юна? — Не смеем отрицать, — проговорил Ян Вэй, чуть кивая головой. — Отрицать то, что вы сыновья государственного изменника, — хмыкнул Цзю Линь, на что Ян Линь недовольно свёл брови у переносицы. — Довольно, — резко проговорила Сяо Мэй, — мы не имеем право винить детей за поступки их отца. — В провинции Чжецзян многие слагают о мудрости юной наследной принцессы, теперь я лично вижу, что это так, — сказал Ян Хань, чуть улыбаясь. — Я слышала, что семья Ванг всё ещё остаётся одной из самых сильных семей на территории Китая. — Вы правы, наследная принцесса, — проговорил Ян Линь, поправляя поводья на лошади, от чего конь сделал небольшой шаг назад. — Так для чего же братья Ванг посетили столицу? Вы явно потерялись, смогу ли я вам помочь? — поинтересовалась Сяо Мэй. Братья переглянулись между собой, Ян Вэй чуть качнул головой, после чего Ян Хань вновь повернулся и посмотрел в окно, откуда на них смотрела наследница престола в синем платье. — Не думаю, что наследная принцесса сможет нам помочь. Мы ищем в столице известного оружейника, — ответил Ян Хань, на что Цзю Линь невольно покосился, услышав слово оружейник. — Действительно, не думаю, что я вам смогу помочь. Но надеюсь, что вы преуспеете в своих поисках, — после этих слов братья Ванг низко поклонились наследной принцессе и отправились в путь, опережая императорский паланкин, так что пыль поднялась над землей. *** — Вы, наверное, устали? — поинтересовалась наследная принцесса у Хе Луня и Вэнь Сяо, когда стражники проводили девушку до её покоев, — на вас лица нет, после того, как мы отправились в обратный путь. Молодые люди переключились на Сяо Мэй и столкнулись с мягкой улыбкой и обеспокоенными глазами девушки. Именно такой описывали первую императрицу династии Тан. Не смотря на то, что она росла в императорской семье под боком жестокого правителя, девушка выросла в человека, что способен понимать чужую боль и испытывать человеческое сострадание. — С нами всё хорошо, пусть наследная принцесса отдохнёт после долгой поездки, — Вэнь Сяо низко поклонился девушке, после чего та скрылась в своих покоях. Деревянные двери закрылись. Сяо Мэй подозвала к себе Мей Нинг, а сама села напротив зеркала. Внутри приятно пахло смесью фруктов и пряных, но слабых благовоний. — Как ваша поездка, госпожа? — Мей Нинг стала снимать с наследной принцессы серебряные украшения, что держали волосы, освобождая длинные шелковистые локоны, что держались на макушке. — Мей Нинг, как ты думаешь, что меня ждёт в браке с молодым господином Ли Юанем? — неожиданно поинтересовалась девушка, заставляя служанку ненадолго застыть, но после продолжить своё дело. — Вас ждёт прекрасное будущее, моя госпожа. — Как ты можешь быть в этом уверена? — мрачно изрекла девушка, так что её глаза чуть потускнели, а голос сник. — Я верю в это. Молодые люди развернулись на дверь, что закрылась после того, как в покои зашла наследная принцесса. Неожиданно подул ледяной ветер, что Вэнь Сяо чуть поёжился. — В Чанъань прибыли братья Ванг, что это означает? — поинтересовался Хе Лунь, смотря на своего друга, и косясь на деревянную дверь, не хотелось бы, чтобы их услышали лишние уши. — Если опираться на то, что нам говорила мисс Ван, это может означать, что скоро их должен заметить молодой господин Ли Юань, чтобы в дальнейшем они стали служить при нём, как старшие генералы. Это точно означает, что скоро что-то начнётся. Если до становления династии осталось около полугода, возможно, что скоро должны начаться восстания, после которых сменится династическая линия, — последнее предложение молодой человек проговорил шёпотом, — что происходило по легенде или что будет по ней дальше? Не успел Хе Лунь что-либо сказать, как в этот момент в поле зрения молодых людей показался начальник городской стражи Гу Хуан Ли. Он вместе с тремя стражниками подошёл к покоям наследной принцессы и обратился к молодым людям. — Предупредите наследную принцессу, что я явился с срочными новостями. Хе Лунь и Вэнь Сяо переглянулись, смотря на встревоженное лицо мужчины, после они повернулись к покоям наследной принцессы Сяо Мэй. — Госпожа, к вам со срочными новостями начальник городской стражи Гу Хуан Ли, — проговорил громко Хе Лунь. После этого двери открылись, и на пороге показалась наследница, что только что сняла с головы и шеи все украшения, она поправила синюю юбку платья и сложила руки перед собой. — Что же случилось, что начальник Гу лично явился в мои покои? — Беда, наследная принцесса. В своих покоях был найден убитый господин Ли Бин из Тайюаня.