Империя на рукояти меча

Начался небольшой пир, после которого гости должны будут покинуть тронный зал. Через день последние войска из столицы отправятся к крепости Бэй. — Ты видел то, что подписал Ли Юань? — сразу же поинтересовался Хе Лунь, как только он и Вэнь Сяо смогли остаться наедине, — неужели это тот самый документ, который нам показывала мадам Ван? Вдали ещё звучали гулкие звуки барабанов. — Я на сто процентов уверен, что это он и есть, — ответил юноша, обеспокоенно посмотрев на друга. — Значит, вот почему учёных пекинского института культурного наследия Китая поставил в тупик этот документ, — проговорил Хе Лунь, смотря на закатывающееся солнце, — потому что, потому что…- юноша пытался подобрать подходящие слова. — Потому что Северная война на самом деле датируется династией Суй, — Вэнь Сяо посмотрел на друга, — ты же понимаешь, что эта информация переворачивает историю Китая? То есть всё на самом деле не так, как мы знаем, — молодой человек нервно потрепал свои волосы, что были собраны на макушке. Лоу Вэнь Сяо глубоко вздохнул, пытаясь собраться с мыслями. Прошло чуть меньше месяца, как молодые люди попали в древний Китай. Но за это время много что поменялось, знания и мировоззрение поменялось. И возникало такое ощущение, что вернуться к прежней жизни будет очень сложно, если они вообще к ней вернутся. — Получается, что император Ян Гуан не последний император династии Суй. Про Мо Ли Ланга ничего не известно, потому что он погиб ещё при освобождении наследной принцессы. А сказки про лжеимператора Цзань Гуй Шеня всё же правдивы, — продолжал Хе Лунь. — Как думаешь, что ещё мы узнаем, если продолжим двигаться дальше? — наконец заговорил Вэнь Сяо. — Даже мы этого знать не можем. Но что-то мне подсказывает, что дальше будет только интереснее. Совсем недавно пока что молодой господин Ли Юань поставил печать на документе, который молодые люди уже видели в своем времени. Эту плохо сохранившуюся бумагу нашли археологи Пекинского национального института культурного наследия Китая. Много противоречивых факторов заставили ведущих учёных направить бумагу в Сианьский музей для дальнейших исследований. Как и говорила мисс Ван, неизвестно почему люди и действия династии Тан стоят под разборчивой печатью с золотым фениксом династии Суй. Хе Лунь и Вэнь Сяо отправились к казармам императорской стражи, чтобы встретиться с начальником Цюй Цзе Линем. — Хе Лунь, Вэнь Сяо, — друзей окликнули, повернувшись, ребята заметили двоих стражников в доспехах. Это были Цзян Фен и Чжао Линь. Не успели молодые люди подойти к двум друзьям, как стражники сели на колени, виновато опуская голову. — Мы бы хотели попросить у вас прощение, — Чжао Линь и Цзян Фен выставили руки перед собой, так что железные манжеты на их доспехах столкнулись друг о друга, а кисточки на шлемах колыхнулись в воздухе. Вэнь Сяо и Хе Лунь переглянулись и поторопились поднять товарищей с колен. — Вставайте, — быстро проговорил Вэнь Сяо, — не смущайте нас. — Мы не должны были сомневаться в вас, — произнёс Чжао Линь, смотря на лица ребят, они были спокойны и улыбчивы. Сомнения и недоверие — это первые вещи, которые приходят, когда ты слышишь что-то, что не поддерживается твоими объяснениями и принципами. — Вы явились, — к четырем стражникам подошёл начальник императорской стражи. Мужчина поправил широкую черную ленту на своем лбу, а затем коснулся своей левой руки, которая пряталась в черной меховой перчатке. Хе Лунь проследил за действием начальника и виновато опустил голову, он и Вэнь Сяо слышали о его руке, которую он потерял в сражении с министром Цзанем. — Приветствуем начальника Цзюй Цзе Лина, — проговорили молодые стражники, мужчина легонько улыбнулся в свои длинные седые усы. Он был рад снова вернуться к своей должности. — Я рад, что вы все живы, — по-отцовски проговорил начальник, но посмотрел в сторону и за спинами своих подопечных увидел молодого господина Ли Юаня и братьев Ванг. — Приветствую, господина…- начал говорить мужчина, как его остановил Ли Юань. — Не будем отвлекаться на формальности, — глубокий голос донёсся от Ли Юаня, что всё ещё был в прекрасных свадебных одеяниях, — я думаю, вы, начальник Цюй, знаете, зачем я пришёл к вам. Я внес ваше имя в список дизертирующих из столицы в скором времени. — Молодой господин, не думаю, что я со своей рукой, пригожусь вам на северной границе, — Цюй Цзе Лин, положил свою левую руку на меховую перчатку. — Вы видимо не так поняли, начальник Цюй, — проговорил Ян Хань, посмотрев на мужчину, — одна треть всей армии у Китайской стены — это новобранцы. — Им нужен наставник, — сказал Ян Вэй, складывая руки на груди, — займете должность цзюнь ши. Вэнь Сяо резко округлил глаза, хватаясь за руку своего друга. Он стал аккуратно, чтобы никто не обратил на ребят внимание, дергать черный рукав своего друга. — Что такое? — прошептал Хе Лунь. — Помнишь, я тебе говорил, что имя Цюй Цзе Лин казалось мне очень знакомым? — Да, помню, — проговорил Хе Лунь, — неужели ты вспомнил? — Цюй Цзе Лин более известен, как инструктор династии Тан, на обязанности которого лежало обучение императорской армии. Фигуру Цюй Цзе Лина знали не так много в Китае, но всё же, он всё равно считается одним из самых уважаемых и мудрых инструкторов династии Тан. Китайская армия под руководством инструктора Цюя и братьев Ванг смогла не только поднять уважение к китайским войскам, но и приумножить. Армия в своих железных доспехах внушала мощь и защиту. Оскорбить воина ботальона значит оскорбить целую империю. Столь велики были воины китайской армии тановского двора. — Тот самый инструктор Цюй из сказки о мудром инструкторе императора? — Хэ Лунь посмотрел на своего друга, что утвердительно кивнул. Эта детская сказка рассказывает о пожилом мужчине, что своим умом и мудростью покорил многих. Ходили даже слухи, что инспектор Цюй вышел из семьи, что имела связи с Сунь Цзы, автором знаменитого трактата о военной стратегии «Искусство войны», что являлся также китайским генералом жившим в период Восточного Чжоу. Молодых людей перебил голос Ян Линя: — Будете обучать их, пока они не вступят в постоянные войска. — Будем надеяться, что мы сможем сдерживать врага без этой части войска, — продолжил за брата Ян Вэй. — Я очень полагаюсь на вас, начальник Цюй, — сказал молодой господин Ли Юань и посмотрел на мужчину. — Если начальник Цюй присоединиться к войскам в качестве цзюнь ши, мы последуем за нашим начальником, — отозвались Цзян Фен и Чжао Линь, садясь на колени перед Ли Юанем и братьями Ванг, — позвольте нам послужить своей родине. — Ваша самоотверженность заслуживает похвалы, — Ли Юань частично развернулся, посмотрев на двоих стражников своими драконьими карими глазами, — но не боитесь ли вы не вернуться с северной границы? — Смерть не должна останавливать воина от защиты земель и народа, — проговорил Чжао Линь. — Тогда завтра с рассветом мы отправляемся к Китайской стене, — Ли Юань сложил руки за спину и вместе с братьями Ванг покинул казармы. Наступило ранее утро. Зимнее солнце пробежалось по керамической плитке одноэтажных построек и остановилось на блестящих доспехах воинов китайской армии. Хе Лунь забрал рукописную легенду из-под своей подушки и оглянулся, посмотрев на свою комнату. — Хе Лунь, поторопимся, — в комнате быстро показался Вэнь Сяо, а затем он также быстро скрылся из виду друга. Молодые люди поспешили и оказались перед большой площадью перед лестницей, что вела к тронному залу. Вэнь Сяо удивлённо ахнул, так как оставшаяся часть императорской армии уже была собрана и обмундирована. Около тысячи солдат ждали команды выдвигаться, ещё в районе девяти тысяч, куда были включены армии Ли, Ванг и Ван, уже ждали у столичных ворот. Мимо ребят прошел начальник городской стражи Гу Хуан Ли, он поправил железный шлем, быстрым движением складывая меч в железные ножны, и пошёл в головную часть войска. Сразу же за Хуан Ли показался начальник, а теперь уже инструктор, Цзе Лин, которого сопровождал старший генерал Сунь Ву Жоу. Мужчина что-то крикнул идущему перед ними начальнику Гу, и они оба поспешили к высокому мужчине. К двум стражникам подошли Цзян Фен и Чжао Линь, они были также полностью обмундированы. — Сколько всего воинов остаётся охранять столицу? — поинтересовался Хе Лунь, посмотрев на молодых людей. — Примерно тристо человек, это почти вся императорская стража, — ответил Цзян Фен. — Начальник Гу сказал, что в столицу прибудет ещё сотня воинов из Лояна, — добавил Чжао Линь. После этого рядом с молодыми людьми показались Ян Линь и Ян Вэй. Их взгляды были серьезными, как никогда раньше. Оба молодых человека были полностью готовы выдвигаться. Их вороты из плотной кожи полностью закрывали шею и подбородок, а дальше прятались за железный корсет, за который держалась яркая алая мантия. На плечах покоялись золотые драконы, что мирно лежали с закрытыми глазами, а железные шлемы закрывали лоб и нависали над бровями. Красно-черные одеяния китайских войск были подстать величественным фигурам братьев Ванг. Хе Лунь и Вэнь Сяо завороженно смотрели, как две фигуры молодых людей приближались к ним, от чего их алые мантии поднимались в воздух, а мечи чуть раскачивались. Теперь братья Ванг всё больше напоминали непобедимых воинов с портретов. Теперь им принадлежали уверенные и серьезные черты лица старших генералов императорской армии династии Тан. — Где Ян Хань? — поинтересовался Вэнь Сяо, смотря на двух братьев Ванг. — Он уже выдвинулся к столичной стене, там он будет ждать нас с войском, — проговорил Ян Вэй, и молодые люди покинули компанию четырёх стражников. Чуть позже на выходе из тронного зала можно было увидеть фигура Ли Юаня в доспехах и белой парчовой накидке с пушистым мехом писца. Его небольшая, с этого взгляда, фигура возвышалась над всем Чанъанем, а полы тяжёлой накидки чуть качались, движимые холодным ветром. Ли Юань смотрел на умиротворённые пейзажи Чанъаня, что были погружены в туман. Его длинные черные волосы были полностью собраны на макушке широким серебряным обручем, в которое вставлялась серебряная шпилька. Молодой господин опустил глаза и осмотрел тысячу воинов, затем повернулся к Сяо Мэй, что также появилась сразу же за своим супругом. — Надеюсь, вы вернётесь в ближайшее время и без больших потерь, — проговорила девушка, кутаясь в свою меховую накидку от ледяного ветра. — Это может затянуться на месяца, — холодно проговорил молодой человек, — ждите от нас хороших новостей. — Ли Юань, — мягко протянула наследница Суй, касаясь ладоней юноши, — вы обязаны вернуться живым. Потому что кто-то должен будет занять престол императора и продолжить династию Суй. Ли Юань молчал, глупо проглатывая все слова, что вырывались наружу. — Надеюсь, когда вы вернётесь с победой, уже зацветёт слива, — мечтательно прошептала девушка, но молодой человек всё равно её услышал. — Возможно ли дать жизнь цветку, что уже завял? И возможно ли продолжить то, что уже ушло безвозвратно? Ли Юань бросил взгляд на Сяо Мэй, а затем пошел вниз по широкой лестнице, что была застлана красным ковром. — Провожаем нашего правителя, да пусть ему сопутствует удача! — слуги упали на колени, преклоняя голову и провожая императорскую армию и Ли Юаня к китайской стене. Вся столица вышла на улицы, чтобы также проводить защитников Китая, молясь за их благополучие. *** Ли Юань и братья Ванг на лошадях шли впереди десятитысячного строя, сразу же за ними шли люди, что занимали высокие военные чины, среди этих людей были старший генерал Сунь Ву Жоу, хозяйка армии Ван, Ван Жо Лань, инструктор Цзю Цзе Лин и советник семьи Ли, Чжан И Цзе. Следом пешком шел один полк, держа красные флаги, этот полк завершал Гу Хуан Ли с двумя младшими генералами. За этим полком ехали Хе Лунь и Вэнь Сяо с главой деревни Ханьюэ, Юн Тянь Чэнем, дальше шёл ещё полк с провиантом, и завершал весь этот большой строй, что тянулся на ли, оставшаяся часть армии. — Почему вы последовали на войну? — поинтересовался у Тянь Чэня Вэнь Сяо, разрывая безмятежную поездку через сосновый лес. Молодой человек повернул голову и мягко улыбнулся, от чего его лисьи глаза превратились в аккуратные полоски, скрываемые пушистыми ресницами. — У меня есть своя небольшая причина, — загадочно и тем не менее мелодично протянул юноша, его лицо с улыбкой стало больше притягивать взгляд своими утонченными чертами. Острые скулы скрывались за мехами, а длинные черные волосы ниспадали на накидку, раскидываясь на спину и плечи. — Разве вы не боитесь смерти? — продолжил беседу Хе Лунь. Молодой человек на секунду задумался, а затем все с такой же обворожительной улыбкой сказал: — Если волею Судьбы нам суждено умереть, значит мы впишем в историю наши имена. Друзья переглянулись между собой, а Тянь Чэнь продолжил говорить, смотря вперёд на строй императорской армии. — Наша жизнь похожа на рассказы, чем интереснее жизнь, тем увлекательнее рассказы. А чем они увлекательнее, тем они ценнее, — мягкий голос Тянь Чэня проглатывался северным ветром, от чего его было плохо слышно, — финал нашей жизни должен быть наполнен философией и событием, что запомнится и будет передаваться поколениями, а от этого моё имя навсегда будет записано в историю. С такими мыслями молодые люди продолжили свой путь до первого перевала. *** Прошла ровно неделя, как императорская армия покинула пределы Чанъаня. Погода с каждым днём и с каждой дюжиной ли ухудшалась. Северные морозы щипали кожу, а снег загораживал пути движения. Ян Хань приспустил тяжёлый платок со своего лица, что до этого открывал лишь глаза. — Вдали виднеется Китайская стена! — прокричал молодой человек, поднимая в воздух свой медный меч в черных ножнах, чтобы привлечь внимание полков. Снег с ветром чуть приутих, и в дали можно было увидеть высокую Китайскую стену, что величественно возвышалась над императорской стражей. Она закрыла собой весь горизонт и пропадала в снегах. К Ли Юаню и братьям Ванг стала приближаться фигура. Когда расстояние между ними сократилось, это оказался мужчина на лошади, что обладал худощавым телосложением и осунувшимся лицом, но весь укатанный в меха. — Приветствую, — крикнул мужчина на северном диалекте, — пройдёмте в наш лагерь у крепости Бэй. После этих слов мужчина развернул лошадь и поспешил к крепости Бэй, Ян Линь кивнул старшему генералу Суню, и тот, скомандовав, направил всех следом за молодыми людьми. Пройдя немного, все могли видеть постройки и землянки, а дальше, через несколько иней пустынно лежащего снега, была возведена Китайская стена. Её высота и толщина была равна двум чжанам (6-7 м), это символ несгибаемой могущественной силы, непреодолимый никем барьер, что простирается вдоль горной цепи Иньшань, огибая все отроги и преодолевая высокие подъемы и глубокие ущелья. Хе Лунь оглядел Китайскую стену и изумлённо ахнул, раньше он и Вэнь Сяо смотрели на неё, просто как на прекрасный архитектурный объект, что сыграл немаловажную роль в истории Китая. Но именно здесь и сейчас стена выглядела особо незыблемой и нерушимой. Сейчас она является одним единственным шансом на то, что Китай выстоит от объединенных вражеских общин. Воины с границы с большим облегчением оглядывали тех, кто наконец явился к крепости Бэй. Пришло спасение. — Генерал Сунь, — вдали, откидывая подол красной накидки, показался старший генерал северной императорской гвардии, Ши Гуо Жи, — рад наконец-то вас видеть, — улыбка аккуратно тронула квадратное лицо с высокими скулами и резкой линией челюсти. Через секунду генерал вновь принял суровое выражение лица, сближая широкие брови у переносицы. — Генерал Ши, — Сунь Ву Жоу быстро поприветствовал военачальника, — прошу познакомьтесь, это господин Ли, — мужчина указал на молодого человека, что стоял в белой парчовой накидке у лошади. Юноша поклонился, приветствуя старшего генерала. — Приветствую господина Ли, — мужчина кивнул в знак вежливости, хоть и не сильно понимал, кто этот юный мужчина такой. — Господин Ли Юань прибыл к границе, как верховный главнокомандующий императорской армии, — Ли Юань аккуратно кивнул, смущаясь от столь громких слов. Старший генерал Ши удивлённо взглянул на молодого господина и сильнее склонился в поклоне, садясь на одно колено. — Ваше величество, — проговорил старший генерал. — Я им не являюсь, — поспешил уточнить Ли Юань. — Вы всё равно им уже являетесь. Верховным главнокомандующим может быть только наш император, — Ши Гуо Жи повернул голову и заметил ещё три высокие фигуры за спиной молодого господина Ли. — Приветствуем старшего генерала Ши, — проговорил за молодых людей старший из братьев Ванг. Мужчина был также в смутение, потому что не знал многих людей, что явились из столицы. — Меня зовут Ванг Ян Хань, это мои братья Ян Линь и Ян Вэй, — молодые люди показались перед глазами старшего генерала гвардии и также поклонились, держа мечи за поясом. — Ванг? — мужчина приложил руку к подбородку, что скрывался за высоким воротом, — вы сыновья Ванг Чао Юна? — Вы знали нашего отца? — быстро поинтересовался Ян Линь, посмотрев на старшего генерала, но в разговор вмешался генерал Сунь Ву Жоу. — Я вынужден вас перебить, — проговорил мужчина, — генерал Ши, давайте разместим наши войска, а затем обсудим насущные вопросы. — Я согласен с вами, генерал Сунь, — мужчина взмахнул красной накидкой и развернулся, — Ли Чжао Цзянь! Через мгновение показался, вышагивая через военные палатки, высокий мужчина. Он отдал свой железный шлем воину-новобранцу и подошёл к людям из столицы. Мужчина всех поприветствовал и пробежался быстрым и скользящим взглядом по присутствующим. — Это же Ли Чжао Цзянь, генерал-инспектор северной императорской гвардии, — воодушевленно прошептал на ухо Хе Луню Вэнь Сяо, оглядывая мужчину с головы до ног, пытаясь запомнить каждую его черту. Молодой человек вообще пытался запомнить всё, что видел здесь. Древний Китай совсем иной, чем на картинах Янь Ли Бэня, знаменитого художника раннего периода династии Тан. — Ли Чжао Цзянь, письма которого хранятся на выставке, посвященной императору Гао Цзу в Сианьском музее? — поинтересовался Хе Лунь, — и тот, что в легенде назван четвертым мастером списка? — Да, один из четырёх самых талантливых мечников упада династии Суй и начала династии Тан, — проговорил Вэнь Сяо, — но он уступал лишь троим. — Приветствую, — своим басом протянул генерал-инспектор. — Генерал Ли, наконец из Чанъаня прибыли верховный главнокомандующий Ли, старший генерал Сунь и сыновья семейства Ванг. — Семейство Ванг? — глаза инспектора неожиданно наполнились добрым огоньком, — неужели сыновья Ванг Чао Юна? Ян Вэй и Ян Линь утвердительно кивнули. — Я очень хорошо знал вашего отца, так жаль, что он был ложно обвинен и умер раньше, чем вы успели повзрослеть и превратиться в столь крепких и статных мужчин, — мужчина быстро вытер слезу с глаза, а затем продолжил: — Я провожу армию к казармам. — Не стоит беспокоиться, генерал Ли, — за спинами молодых людей показался инструктор Цюй Цзе Лин, по его правую руку стоял начальник Гу Хуан Ли, — я сам найду казармы, поскорее проведите собрание. — Тогда мы оставляем армию на вас, инспектор Цюй, — проговорил Ян Хань и поклонился пожилому мужчине. — Раз уж с этим разобрались, тогда пройдёмте в мою палатку. Пройдя в самую гущу военного лагеря, новоприбывшие, в составе Ли Юаня, братьев Ванг, старшего генерала Суня, госпожи Ван, начальника Гу Хуан Ли, генерала Ши и Ли, а также советника семьи Ли и Хе Луня с Вэнь Сяо, которые были назначены охранять вход палатки от лишних ушей, заметили разруху, что царила вокруг. Рядом с лазаретом сидели раненные воины, что держались за окровавленные руки, ожидая перевязки. На их лицах читались боль и отчаяние, из них словно уже выходила жизнь, хоть война только началась. Впереди возможно ещё больше дней безнадеги и апатии. — Разве сражение не миновало чуть менее двух недель назад? — быстро поинтересовался Ян Вэй, оглядывая раненных, вокруг них лежали сломанные пополам стрелы с интересными и незнакомыми наконечниками. — День назад, пока вы добирались до крепости Бэй, враг неожиданно начал обстрел Китайской стены, — проговорил генерал-инспектор Ли Чжао Цзянь, — в основном пострадали сторожевые и пришедшая подмога. — Был ли дан ответный выстрел? — сразу же проговорил Ян Хань и повернулся к Ян Линю, молодой человек быстро закивал, видимо, он тоже сразу же об этом подумал, — сколько людей пострадало у них? — Мы не можем знать наверняка, — ответил Ши Гуо Жи. — Что это значит? — Ли Юань оглядел мужчину, что шел перед ним. — Обстрел произошёл в ночь, стрелков со стены не было видно, поэтому наши стреляли по слепому, — добавил за старшим генералом Ли Чжао Цзянь. — Скажите своим воинам, пусть в следующий раз кидают горящие факелы со стены. Как минимум это поможет им увидеть врага, как максимум поколечит его, — Ян Вэй ещё раз бросил взгляд на раненных сторожевых. Воины, что стояли у палатки старшего генерала Ши Гуо Жи, подняли тяжёлую ткань и пропустили старших военных внутрь. Хе Лунь и Вэнь Сяо остались снаружи, пытаясь прислушиваться к разговорам внутри. — Перейдем к самому главному, — послышался голос Сунь Ву Жоу, — сколько погибло и сколько раненых солдат на данный момент? — Погибло в районе трех сотен людей, а раненных где-то семьсот, — проговорил Ли Чжао Цзянь, пристраиваясь рядом со столом, на котором находилась старая карта, где черными чернилами были показаны очертания Китая. Ли Юань положил свой серебряный меч в белых ножнах на стол и стал осматривать карту. На ней уже были две красные пометки, обозначающие одно сражение и одну перестрелку. — Вы сможете сейчас назвать мне точную цифру? — поинтересовался Ян Хань, посмотрев на генерал-инспектора, — возьмите в привычку всегда называть точные цифры. Старший генерал северной гвардии Ши Гуо Жи вмешался в разговор: — 324 убитых и 760 раненных. — Хватает ли медицинской помощи, чтобы оказать её раненным? — следующим поинтересовался Ян Вэй. — Помощи пока хватает, воины быстро идут на поправку, — быстро отчеканил генерал Ши. — Это очень хорошо, тогда, генерал-инспектор, подробнее расскажите о первом сражение. Откуда напали враги? — Ли Юань вновь прильнул к карте, пытаясь запомнить каждую деталь. — Восточнее крепости Бэй в четырёх ли (~ два километра) враги развели огонь, — Ли Чжао Цзянь указал на карту, — затем они запустили через стену огненные стрелы. — В этой части одна из самых высоких точек Китайской стены, почему их стрелы смогли перелететь через неё? — грустно усмехнулся Ян Вэй. — Плюс зажигательный мешок должен кренить начало стрелы к земле, — подметил Ян Линь, осматривая присутствующих. — Мне как-то лет пять назад удосужилось принимать в своей резиденции правителя из Индии, — неожиданно проговорила Ван Жо Лань, поправляя своими тонкими пальчиками меховую накидку, — король Харша из рода Пушпабхути говорил, что его оружейник смастерил стрелы, что могут летать очень далеко и так высоко, что перелетят даже самую высокую стену. — То есть вы хотите сказать, что мы ещё имеем дело с Индией? — испуганно бросил Чжан И Цзе, советник семьи Ли. — Ну что вы, советник Чжан, — женщина мягко рассмеялась, присаживаясь на укрытый мехами стул. — Госпожа Ван, скорее всего имеет в виду, что эти самые вражеские общины смогли достать стрелу из Индии, и по её образцу сделали точные копии, — проговорил Ли Юань. Он посмотрел на женщину, что утвердительно кивнула. Молодой человек сложил руки на груди, и обвел всех своими драконьими карими глазами, тяжёлый выдох вырвался из уст юноши. — Генерал-инспектор Ли, продолжайте, — попросил Сунь Ву Жоу. Ли Чжао Цзянь как можно подробнее объяснил прибывшим из Чанъаня военнослужащим, как обстоят дела здесь, на севере, после двух сражений. — Видели ли вы того, кто главный с их стороны? — поинтересовался Ян Хань, посмотрев на генералов. Ши Гуо Жи отрицательно покачал головой и заговорил: — Мы видели только солдат, возможно какого-то руководителя роты, не выше. Мы не видели даже старших, не говоря уже о самых главных. — Есть ли предположения, чего они ждут? Какие будут их дальнейшие шаги? — Ян Вэй подал голос, отвлекаясь от карты. — Очевидно, что они хотят пробраться через Китайскую стену, но как, даже и не представляю. Не перелетят же они её, как драконы? — сказал генерал Ши. — Не беспокойтесь, наши люди контролируют каждый чжан стены на расстоянии 40 ли (~20 километров) с каждой стороны, враги не смогут подняться, как минимум не поодиночке, — генерал-инспектор Ли сложил руки на груди. — А что идёт дальше? — поинтересовался Гу Хуан Ли, что до этого молчал. Ему вообще следовало бы идти с инструктором Цзюй Цзе Линем в казармы, но тот отправил его на заседание военных высших чинов. Здесь мужчина чувствовал себя не комфортно, ведь не удивительно, до этого момента Хуан Ли служил императорскому двору лишь как начальник городской стражи. Ли Чжао Цзянь на секунду задумался, а затем уверенно ответил: — Дальше, там где мы уже не контролируем, до другой башни, заросшие снежные горы. Там лишь снег, высокие деревья и дикие звери, там нет даже протоптанных дорог. Целая армия ни за что там не пройдет. Они не смогут добыть там воду или еду, а дикие волки загрызут их раньше, чем они сделают шаг от стены. — Я согласен с генералом Ли, скорее всего враг будет держаться в пределах крепости Бэй, — подтвердил Ши Гуо Жи и кивнул своему человеку, пусть тот несёт горячий чай. Холодает. — Вы уверены? — всё ещё интересовался Хуан Ли, сжимая рукоять меча, что висел на широком поясе. — У вас есть какие-то сомнения, начальник Гу? Если есть, что сказать, говорите сейчас, — поинтересовался Ли Юань, взглянув на мужчину, тот немного замялся, но затем продолжил. Начальник подошёл ближе к столу и указал рукой на точку, что находилась примерно в 60 ли (~30 километров) от крепости Бэй. — Не могу быть уверен, господин, — проговорил Хуан Ли, — но где-то здесь должна быть дорога, ведущая к стене. — Дорога? — советник Чжан И Цзе посмотрел на мужчину, недоверчиво поглаживая свою бороду. — Это правда, начальник Гу? — поинтересовался старший генерал Сунь Ву Жоу. — Моя фамилия Гу исходят из города Лоян провинции Хэнань. Там мой предок служил последнему тринадцатому императору Восточной Хань — Лю Се, как придворный картограф. От моих прадедов и деда шли слова, что после гибели династии Хань, были написаны новые карты, что не соответствовали действительности. — Не соответствовали действительности? Это как? — Ян Линь поднял уголок губ и перевел на мужчину свои круглые карие глаза. — Некоторые небольшие реки и дороги пропали с карты. Прямо как на этой карте. — Начальник Гу, откуда вы уверены, что дорога именно здесь? Вы же карты династии Хань сами не видели? — поинтересовалась госпожа Ван. — Не видел, но мой отец много передавал истории дедушки. Так я запомнил, что в 60 ли от крепости Бэй на востоке есть дорога, которую проложили воины первого императора династии Западной Хань, этот путь должен был быстро довести императорскую армию в Чанъань, когда тот ещё был столицей империи. — Начальник Гу, со всем уважением к вашим предкам, династия Хань пала четыреста лет назад, это слишком большой срок, чтобы верить в слова, что передавались из уст в уста, — проговорил молодой господин Ли Юань, поднимая глаза на мужчину и аккуратно проводя тонкими пальцами по карте, — в скором времени мы отправим людей проверить ваши слова, если они найдут дорогу, значит нам придется расширить границы нашей защиты и отправить людей дальше 40 ли, — после этих слов Ли Юань поставил флажок на место, куда указал начальник городской стражи Гу Хуан Ли. — Молодой господин, — Ян Линь повернулся к юноше в белом ханьфу, — пусть с вами остаётся Ян Хань и Ян Вэй, я с начальником Гу отправимся в лагерь новобранцев. — Хорошая идея, нам нельзя терять такое драгоценное время, — поддержал младшего брата старший Ванг. Ли Юань лишь кивнул, отворачиваясь к карте Китая. — Я провожу вас, — проговорил генерал-инспектор Ли Чжао Цзянь и направился на выход из палатки генерала северной гвардии Ши. Хе Лунь и Вэнь Сяо, услышав то, что трое мужчин готовы покинуть палатку генерала северной гвардии, быстро выпрямились, прижимая оружие к себе. Первым появился Ли Чжао Цзянь, затем показался Ванг Ян Линь, а следом вышел начальник Гу Хуан Ли. — Ребята, идите с нами, вам нужно знать, где будут ваши койки, — проговорил Ян Линь и кивнул молодым людям. Ян Линь шёл прямо сразу же за генералом Ли, смотря по сторонам, вокруг царила атмосфера пустоты, не смотря на то, что везде ходили воины, звеня своими железными доспехами. Вэнь Сяо увидел знакомые лица, это были Цзян Фен и Чжао Линь, что вышли из низкой палатки, молодой человек предположил, что они будут жить в той же палатке. Так и случилось, остановившись поодаль от места, откуда появились двое стражников, Ли Чжао Цзянь указал рукой на вход. — Двое ваших людей могут остановиться здесь, — проговорил мужчина, — начальник Гу, вам приготовили место рядом с инструктором Цзюй Цзе Линем, через десять палаток отсюда, — генерал-инспектор указал рукой в сторону палатки Гу Хуан Ли. — Тогда можете идти, — проговорил Ян Линь, подставляя лицо к утреннему солнцу, которое скрывалось за тяжёлыми свинцовыми тучами, — отдыхайте, путь сюда был долог. — Молодой господин, вас отвести в вашу палатку, или сразу к новобранцам? — поинтересовался генерал-инспектор. — Сразу к новобранцам, думаю стоит сразу их поприветствовать. — Тогда направляйтесь в ту сторону, а я отдам им команду собраться на поле. Я откланююсь первым, — после этих слов генерал-инспектор Ли Чжао Цзянь, поклонился и ушёл в сторону казарм. — Молодой господин, я также в скором времени присоединюсь к вашим учениям, — быстро проговорил Хуан Ли, когда генерал Ли покинул их компанию. — Если вас это не затруднит, всё же я хочу, чтобы вы, начальник Гу, присоединились к старшему генералу Ши и моим братьям, — Ян Линь бросил взгляд на мужчину, — с новобранцами вам нечего будет делать. Я слышал, вы были лучшим в свой год зачисления на императорскую службу. Надеюсь вы и здесь будете служить до последнего. — Я буду предан своим обязанностям и буду защищать страну до последнего вздоха, — Хуан Ли сел на одно колено и выставил свой меч в знак благодарности. Ян Линь положил руку на плечо мужчины, а затем направился в оружейную палату. Гу Хуан Ли после ухода брата Ванг встал с земли и покинул молодых людей. — И что нам делать? — поинтересовался Хе Лунь, смотря на высокую уходящую фигуру мужчины. — Немного отдохнем с дороги, а затем отправимся на поле, где будут учиться новобранцы. Думаю, нам есть чему там поучиться, — ответил Вень Сяо. Молодые люди поспешили зайти в свою палатку, как заметили главу Юн Тянь Чэня, что проходил мимо. — Как мы зашли в лагерь, мы так его больше и не видели, — подметил Хе Лунь и повернулся к другу. — Потому что ему нет смысла отправляться на заседание военных, он к ним не относится. Тянь Чэнь прогуливался рядом, сложив руки за спину и всматриваясь в каждую палатку. Столь красивый мужчина с идеальной не покареженной шрамами кожей, гладкими волосами, что собирались изящной сандаловой заколкой, смотрелся весьма непригодно на таких суровых землях. — Почему он всё же отправился на войну? — проговорил Хе Лунь. Вень Сяо лишь пожал плечами, казалось бы, узнав, кем является загадочная фигура Тянь Чэня, вопросов оставалось немерено. Какую роль Юн Тянь Чэнь сыграет в этой истории, почему именно он стал главным героем Легенды о возвышение Великого императора и кто является автором этого произведения? *** Ян Линь прошёлся по оружейной палате, рассматривая нынешнее состояние оружия. В принципе, генерал-инспектор Ли Чжао Цзянь должен был собрать новобранцев, поэтому можно выдвигаться к полю. По словам старшего генерала Сунь Ву Жоу молодых воинов, которые ещё не прошли обучение, ровна три тысячи людей. Три тысячи неокрепших тел и испуганных лиц. Ванг Ян Линь тяжело выдохнул и вышел на воздух. В нос ударил холод, молодой человек сжал рукоять железного меча и направился по промозглой земле. — Мы тут, — к двум друзьям подошли Цзян Фен и Чжао Линь. — Мы рады вас видеть, — Хе Лунь улыбнулся и поприветствовал ребят, — как начальник Цюй? — С ним всё хорошо, — Чжао Линь посмотрел в сторону, там инструктор Цюй Цзе Лин разговаривал с командиром роты новобранцев. Вдали показалась фигура Ян Линя, который уверено шёл к полю, как только средний из братьев Ванг показался в кругу видимости, послышался громкий голос генерал-инспектора Ли. — Всем построиться! Молодая кровь быстро опустила руки по швам и приготовилась поприветствовать молодого господина. Молодые солдаты переглядывались между собой, ожидая неизвестного из столицы. Кто он такой? Почему этот человек так молод? И почему именно он командует ротой новобранцев? Инструктор Цюй Цзе Лин, завидев Ян Линя, направился прямиком к нему. — Всем поприветствовать молодого господина Ванг Ян Линя, — громко крикнул Ли Чжао Цзянь, — с этого момента он будет отвечать за вас перед нашим новым главнокомандующим из Чанъаня. — Приветствуем молодого господина Ванг Ян Линя! — крикнул воины. Генерал-инспектор кивнул и предоставил слово среднему из братьев. Молодой человек выдержал небольшую паузу, а затем заговорил: — Вы совершенно неожиданно для себя оказались в условиях войны. Это сложно, потому что вы не находите для себя привычные условия, которые были у вас раньше, — Ян Линь говорил уверено, только инструктор Цюй, что стоял по правую руку от молодого человека, слышал нервные вибрации голоса юноши, — я это понимаю. А ещё я понимаю, что у вас нет выбора. Выбора нет ни у кого из нас. Вы должны быстро для себя перестроиться из условий комфорта в условия выживания, и сделать это настолько быстро, чтобы я этого не заметил. Как вам это сделать, я не знаю. Решение лежит только на ваших ещё неокрепших плечах. Их выпрямить вы должны самостоятельно, но у вас будет опора, что поможет держать их прямыми. Молодой человек кивнул старику, что прятал руку в широком рукаве накидки. — Это инструктор Цюй Цзе Лин, что раннее служил при императорской семье, как начальник императорской стражи. Молодые воины переглянулись между собой и старались выглянуть из строя и увидеть уважаемого человека из столицы. — Императорская стража знаменита на весь Китай своей дисциплиной и строгими порядками. Будьте готовы к суровым тренировкам. А также чтите и уважайте господина Цюй Цзе Лина, как своего наставника. Начались дорогие часы тренировки. Ветер стал бушевать ещё сильнее. Облака окрасились в ещё более тяжёлый оттенок свинца, казалось, что небеса падут. Ян Линь наблюдал со стороны, как инструктор Цюй выполнял свою работу. Его манера держаться была впечатляющей. Он смотрел на каждого, замечал ошибки каждого, но при всем этом видел картинку целиком. Иногда одна рука справится лучше чем две. Даже будучи инвалидов, мужчина не растерял свои талант и убеждения. Холодный ветер обдувал бедных новобранцев, что уже долгие три часа находились на холоде. Их лица были полностью открыты морозу и от того они покраснели. — Защита своих земель означает стойкость! Нет стойкости — нет свободы! — проговорил инструктор Цюй, — готовы ли вы стоять до последнего, даже если у вас есть шанс выбора? — Мы будем стоять до последнего! — крикнула в унисон новобранцы, от чего громкий единый голос отражался от железных поверхностей звонкими нотками. — Мы умрём, чтобы защитить наши земли и наших правителей, — проговорил один юноша из четвертого ряда. Ян Линь услышал это и нахмурил свои брови. В несколько мгновений он достал свой железный меч из ножен и подошёл к юноше. Кончик лезвия аккурат находился рядом с его шеей. Новобранцы, что стояли рядом, испуганно сделали несколько шагов от Ян Линя и молодого паренька, что необдуманно ляпнул лишнее. — Ты готов умереть за земли Китая? — спросил молодой господин, смотря в испуганные молодые глаза, — отвечай! — Так точно! — И тебе сейчас не страшно? — Ян Линь сделал ещё один шаг вперёд. — Страшно, — выдавил из себя тихим голосом юноша и закрыл глаза. — Тогда запомни эти слова на всю жизнь. Смерть найти легко, но сможешь ли ты защитить чужие жизни? — молодой господин Ванг быстрым движением руки спрятал меч в тяжёлых ножнах, что покоились в его руке, — не бегите сразу же умирать. Вы должны идти на бой с мыслью, что вы идете выжить любой ценой, а не умереть. Старайтесь жить, сохраняя покой. Придет весна и цветы распустятся сами. Ян Линь быстро пробежался своими глазами, которые искрились серьёзностью, по новобранцам. На поле воцарилась тишина. — Инструктор Цюй, оставляю их на вас. *** В лагере наступил обед, к этому моменту солнце удосужилось немного показаться из-за облаков, которые, кажется, уже осели на холодную северную землю. Хэ Лунь, Вэнь Сяо, Цзян Фен и Чжао Линь сидели вместе и с большим удовольствием уплетали горячий рис, так как по дороге к крепости Бэй, пока еда доставалась всем, она уже на холоде остывала. — Кто вообще эти люди? — поинтересовался кто-то за соседним столом. Молодые люди застыли и немного повернули головы на голоса. — Те, что приехали из столицы? — спросил другой юноша. — Да, — подтвердил предыдущий голос, — они очень молодые, чтобы быть главными. — Я слышал, что старший генерал Ши и генерал-инспектор Ли очень уважительно к ним обращаются. Да кто они такие, чтобы генерал Ши и Ли, имея за спинами такой большой военный опыт, приклонялись перед этими мальчишками из Чанъаня? — ещё один мужчина в военной форме решил высказать свое мнение. — Кто они такие? — усмехнулся четвертый, выпивая воду из блюдца, — вы видели высокого молодого господина в белом ханьфу и песцовой накидке? — Ну видели. — Это наш верховный главнокомандующий. — Верховный главнокомандующий? — подключился пятый, давясь горячим рисом, — тот, что император что ли? — Гм, — утвердительно кивнул четвертый, — я слышал, как разговаривали между собой воины из столицы. Этого молодого господина зовут Ли Юань, родом из Тайюаня, провинции Шаньси. После смерти нашего императора женился на наследной принцессе Сяо Мэй. — То есть он наш следующий правитель? — послышался тихий голос первого воина. — Ну получается. Только, если я правильно понял, он ещё не венчался на империи, — продолжал вещать четвертый за столом мужчина, к общему разговору подключились ещё трое воинов. — Аааа, — резко вздохнули товарищи по столу, — получается, пока, он нам никто? Он даже не принадлежит к семье Суй, чтобы продолжить династию. — Самозванец, не иначе, — откликнулся кто-то не постеснявшись говорить это про человека, чье могущество читалось даже не будучи мужем наследной принцессы, как наследник семьи Ли. — А те трое других, ты знаешь кто они? — поинтересовался у четвертого другой мужчина. — Тут я слышал много, но никто не говорит конкретно, — отозвался четвертый, — говорят, что они прибыли совсем неожиданно даже для старших генералов. — Я слышал, что один из них присутствовал на учениях новобранцев, — проговорил кто-то, — говорят, жестокости и отчуждённости ему не занимать. — А я слышал, что в палатке старшего генерала Ши, один из них поставил на место генерал-инспектора Ли, потребовав взять в привычку, всегда называть точные цифры. Солдаты удивлённо ахнули. — Да кто они такие? — вновь послышались возмущения. — Кто они такие? — возмущенно повторил Хэ Лунь, уже разворачиваясь, но на пол пути его остановил Чжао Линь: — Не нужно, что-то им говорить, — проговорил парень, — это мы знаем всю историю. Для этих ребят они никто. Знаете, последние новости из Чанъаня почти что только слухами разошлись по всем важным чиновникам на территории всего Китая. Это значит, что простой народ с северной границы тем более не знает всех новостей. Со временем они услышат всю историю и тогда другими глазами посмотрят на молодого господина Ли Юаня и молодых братьев Ванг. — Да, когда это произойдет, они больше не забудут их имена, — добавил Цзян Фен. *** Ли Юань только под вечер оказался в своей палатке. Он прикрыл глаза и снял со своих плеч меховую накидку вышитую серебряными нитями. Откинув накидку в сторону, молодой человек вытащил серебряную шпильку из неширокого обруча на макушке и позволил своим шелковистым волосам упасть на плечи и лицо. Внутри было тепло, налив горячий чай из глиняного расписного чайника, Ли Юань сел на плоскую подушки и поднёс блюдце к своим губам. Теплая приятная жидкость протекла по горлу, наполнив организм теплом. «На севере холоднее, чем я думал, » — подумал про себя юноша. — Господин, вам письмо, — послышался голос сторожевого. Ли Юань принял свернутое письмо и отправил гонца по своим делам. «Дорогой господин Ли Юань. Я пишу вам из Чанъаня, дабы успокоить вашу душу. В столице мирно, достаточно мирно для таких земель, которые проводили своего будущего правителя на войну. Вас нет уже неделю, но для меня кажется, что прошла вся вечность. Я каждый день езжу в храм Дасиншань молиться святой Гуаньинь за ваше благополучие и победу Китая. Я буду вам писать, как только смогу, чтобы вы могли знать, что происходит в столице. Генерал семьи Ли, Сяо Лу Вэнь, во многом мне помогает, поэтому я чувствую, что это именно вы контролируете всё в Чанъане. Я не могу желать, что вы будете писать сюда так часто, я прошу вас написать мне лишь одно письмо, что вам там не холодно. Ваша супруга, Суй Сяо Мэй.» Ли Юань сложил письмо и сложил его в деревянную резную шкатулку. В этот момент за палаткой послышался голос Юн Тянь Чэня: — Молодой господин, я войду? — Прошу. В теплую палатку проник холодный студеный воздух. Пар сразу же поднялся наверх, как в палатке показалась высокая фигура мужчины. Юноша аккуратным движением убрал меховой капюшон с головы и огляделся. Его красивые глаза пробежались по палатке, а затем остановились на Ли Юане, что сидел на голубой подушке и в руке держал небольшое блюдце с чаем. Уголки пухлых красноватых губ главы Юн немного поднялись вверх, после чего юноша поспешил сесть напротив молодого господина. — У вас был сегодня тяжелый день, молодой господ Ли, — мягкий голос наполнил палатку, а Тянь Чэнь опустил глаза на свое блюдце, чтобы налить чай. Ли Юань молчал, заполняя рот горячей жидкость, что заварила листья, желая продолжить беседу с оппонентом напротив, но слова не шли. — Командовать и управлять сложнее, чем кажется, не так ли? — Тянь Чэнь взглянул в уставшие и обеспокоенные глаза юноши перед собой, что искал ответы в листочках чая, что медленно плавали в блюдце, — тяжесть у великого императора такова, что никого нет перед ним, зато есть много людей сзади. — Вы также являетесь главой, как вы справляетесь с этим? — наконец заговорил Ли Юань. Тянь Чэнь сначала широко улыбнулся, а затем незлобно рассмеялся, да так, что он продолжал быть невероятно красивым, не смотря на то, что его лицо было искорежено морщинками, что появились от смеха. — Быть главой маленькой деревни, я вам, молодой господин, скажу не тоже самое, что быть императором столь большого государства, которое расстилается на тысячи ли. — Меня отец учил и воспитывал, как его преемника, я должен был занять его место, как глава округа, — проговорил Ли Юань, делая глоток крепкого чая, — я был и буду готов стать главой уезда или даже округа. Но я никогда не буду готов стать императором. На столь красивой короне висит столь непосильная и неподвласная мне ответственность. — Путь в тысячу ли начинается с первого шага, — Юн Тянь Чэнь посмотрел в глубину поникших глаз Ли Юаня и уголок его аккуратных губ поднялся в легкой ухмылке, — смотря в ваши могущественные драконьи глаза, я всегда вспоминаю фразу, что почасту упоминается в местных фольклорах. «Прячущийся дракон непременно взмывает в небо». Тянь Чэнь вновь улыбается и достает из рукава своего ханьфу небольшую записную книжку, подойдя к рабочему столу молодого господина Ли, юноша делает быструю пометку. — Что вы хотите этим сказать? — Почему вы боитесь летать? Какие мысли скребут в вашем сердце? Ли Юань поднялся с пола и также подошёл к своему рабочему столу. В открывающемся ящике лежала небольшая золотая шкатулка инкрустированная зеленым нефритом. — Неужели это императорская печать суйсково двора? — поинтересовался Тянь Чэнь. Молодой господин открыл шкатулку и посмотрел на прямоугольную золотую печать, на которой были с идельной точностью вырезаны из металла тонкие очертания фениксов. — Смотря на печать, я не вижу её своей, — проговорил молодой человек, пряча шкатулку обратно в ящик, — что-то в глубине души отталкивает меня от неё. От этого императорского двора, от того, чтобы меня называли следующим императором династии Суй. Что-то подсказывает мне, что это не то, что мне нужно. Поэтому я разрываюсь, — юноша прошёл в середину комнаты, складывая руки за спиной и пряча их в белых рукавах ханьфу, — отец учил меня быть сильным и принимать то, что дается мне как должное, и мать, что учила меня слушать свое сердце. Тянь Чэнь оглядел спину молодого господина Ли Юаня, здесь не было статной осанки благородного рода семьи Ли, перед ним был испуганный мальчик, что запутался, что потерялся в таком большом лабиринте, называемый императорским престолом. — Тогда послушайте обоих, — быстро проговорил глава Юн, — сделайте так, чтобы вы не имели ничего общего с династией Суй. И исполните свое обещание передо мной, ведь поэтому я отправился за вами. — Молодой господин Ли, вашей аудиенции просит советник Чжан И Цзе, — донесся голос с улицы. — Пусть войдёт, — проговорил Ли Юань и встретился взглядом с невысоким мужчиной. — Тогда я вас оставлю, — Юн Тянь Чэнь слегка кивнул головой и поспешил покинуть палатку. Ли Юань сел на деревянный стол, прибывая глубоко в своих мыслях, из них ему выбраться удалось благодаря настойчивому голосу советника. — Молодой господин, я случайно подслушал часть вашего разговора с молодым главой Юном, — мужчина пригладил бороду, вытирая капли, что до этого легли легкими хлопьями снега, — прошу не сомневайтесь в своей власти. Не отказывайтесь от будущего престола. Китай нуждается в вас, как в будущем императоре. За последний месяц произощло много событий, умер император Ян Гуан, власть захватил и почти что уничтожил министр Цзань, Китай находится в военном статусе, а ещё вы хотите оставить свое место, которое безусловно теперь принадлежит вам. — Советник Чжан, — молодой человек остановил быстрый поток мыслей мужчины, что быстро перевел взгляд на высокую фигуру Ли Юаня, — я попросил вас придти, чтобы вы исполнили мой приказ. — Слушаюсь, молодой господин. — Попросите кузнеца изготовить восемь жетонов, на которых будет восемь имен. Для: Ян Ханя, Ян Линя, Ян Вэя, Ван Жо Лань, Гу Хуан Ли, Ли Чжао Цзяня, Ши Гуо Жи и Юн Тянь Чэня. — Для чего нужны эти жетоны, молодой господин? — Они будут означать, что эти люди входят в Альянс советников.