Гора Лаошань.

      Сяо Синчэнь лежал на кровати, даже не пытаясь уснуть. Внутри метались противоречивые чувства. Он был рад, что юноша сможет покинуть это ужасное место, но и чувствовал грусть, потому что не хотел с ним расставаться. Сюэ Чэнмэй сделал его жизнь ярче и интереснее. Он давно не чувствовал себя таким живым и счастливым. Тяжёлые мысли всю ночь не покидали его головы. Тоже чувствовал и Сюэ Ян. Он лежал на софе и смотрел в спину заклинателя, на его чёрные волосы, рассыпанные по кровати со светло-лимонными простынями. Балдахин был подвязан, а комната освещалась несколькими свечами. Сердце юноши сжималось от боли из-за осознания того, что он видит этот чудесный облик в последний раз. Он уже решил, что уйдёт, раз Сяо Синчэнь настаивал на этом, но часть его, кажется, останется здесь навсегда.       — Сяо Си...       Послышался настойчивый стук в дверь. Заклинатель и Сюэ Чэнмэй тихо подошли ко входу, встав по разные стороны с обнажёнными мечами. Они посмотрели друг на друга, и Сяо Синчэнь кивнул. Юноша толкнул дверь, но за ней никого не оказалось. Он с осторожностью вышел на улицу, ожидая удара в любой момент. Сяо Синчэнь последовал за ним. Возле библиотеки спутники увидели чей-то силуэт. Эта тень помахала им рукой и сорвалась с места в противоположную от спуска с горы сторону. Сяо Синчэнь и Сюэ Ян побежали за ним. Каждый раз, когда им казалось, что они почти догнали незнакомца, он резко исчезал из вида, а потом появлялся намного дальше и снова махал рукой, будто звал за собой. Сюэ Ян, не переставая бежать, обратился к заклинателю.       — Как ты думаешь, он ведёт нас в западню?       — Мне так не кажется. Зачем ему это делать? Да и к тому же, как он сюда пробрался?       Преследование продолжалось. Теперь они уже бежали в тёмном лесу, куда не проникал никакой свет. Но владение боевыми искусствами предполагало наличие ловкости, поэтому ни Сюэ Чэнмэй, ни Сяо Синчэнь ни разу не споткнулись о корень дерева, слишком высоко торчащий из земли, и не оступились при резких спусках. Незнакомца в чёрных одеждах невозможно было бы рассмотреть в тёмном тумане, окутавшем лес, если бы не талисманы. Он периодически зажигал один из них ярко-красным светом, привлекая внимание преследователей. И тут слева раздалось пение:

Ленты на ветвях В чащобу заведут. Призраки следят, Тепло моё крадут.

      Звук становился всё громче. Существо, напевавшее жуткую песню, с огромной скоростью приближалось. Сердце Сяо Синчэня зашлось в бешеном ритме. Однажды он встретил это существо, спускавшись с горы...

***

      Конец осени. Деревья стояли голые, жёлтая опавшая листва уже сгнила, а с утра землю покрывал иней. Небо на протяжении недели оставалось мрачным, но прямо сейчас его заволокли серые тучи. Река покрылась тонкой корочкой льда, оставшиеся на горе птицы спрятались в гнёзда, утеплённые сухой травой да кусочками меха. Ветра на улице не было, но зато стукнули первые морозы. Сяо Синчэнь стоял перед лесом, укатанный в чёрный плащ с серым мехом на капюшоне и с мечом в руках. Он очнулся здесь полгода назад, на мягкой кровати с балдахином. Заклинатель помнил своё имя, не потерял боевых навыков и уровня совершенствования. Но в его голове не было ни одного воспоминания. Сяо Синчэнь не знал, где он, кем был до того, как попал в это место. Первые несколько дней его пробирал неописуемый страх, который позже сменился злостью. Заклинатель хотел выбраться отсюда любимыми способами. Вдохнув морозный воздух, заклинатель шагнул в лес. Тяжёлая аура тут же окружила Сяо Синчэня, заставив его съёжится от непривычной, сильной, тёмной энергии.       Он шёл прямо, никуда не сворачивая, веря в то, что лес однажды закончится. Спустя три ши окружающая обстановка не изменилась — деревья обступали его такими же густыми рядами, а тёмная энергия давила на сознание.

Лес стал ещё гуще? Или мне кажется?

      До этого момента вокруг царила тишина, но тут неожиданно справа от заклинателя послышался голос. Он приближался, и вскоре Сяо Синчэнь смог разобрать слова. Это была песня.

Отвергаю жизнь, В ней света больше нет. Обрываю нить И гибну в тишине...

      Заклинатель достал из ножен меч и встал в выжидающую позу, готовый вступить в бой. Всматриваясь в темноту перед собой, он пытался рассмотреть, что же приближалось к нему. Существо было бесшумным — лес вновь погрузился в тишину, когда пение прекратилось, но Сяо Синчэнь знал, что оно приближается. Вдруг песня раздалась позади него, заставив резко обернулся и выставить меч перед собой.

Чтоб к смерти сделать верный шаг — Дыханье задержу. Мне нечего терять — Я лишь страданье оборву.

      Голос вновь затих, а в следующий момент Сяо Синчэнь почувствовал дыхание на своей шее. Он медленно опустил меч, но лишь для того, чтобы сделать шаг вперёд и, развернувшись, нанести удар. Заклинатель опешил, когда меч разрезал воздух, где никого не было. Существо исчезло невероятно быстро и вновь появилось с левой стороны. Сяо Синчэня охватил страх, его тело застыло и отказывалось двигаться. Но это произошло не из-за слабой техники. От существа исходила особая энергия, заставляя неметь ноги и руки, а сердце — забиться в три раза быстрее. Оно стояло среди деревьев в белых траурных одеждах. Длинные волосы были седыми, но когда существо подняло голову, то заклинатель увидел красивые черты лица молодой девушки. Она безэмоционально смотрела на Сяо Синчэня и шептала:       — Очевидно почему... ненавижу жизнь свою... коль свободу обрету... может счастье отыщу...       Тело девушки оказалось полупрозрачным и светилось бледно-белым. Она стояла на месте и смотрела стеклянными глазами будто сквозь заклинателя. Сяо Синчэнь даже не мог думать, испытывая всепоглощающий страх. Существо вдруг заговорило:       — Разве жизнь не ценный дар?       Она задала вопрос и направилась прочь, не дожидаясь ответа. Сяо Синчэнь наконец-то смог сдвинуться с места. На подкашивающихся ногах он бежал, не разбирая дороги, падал, вставал и продолжал бежать. Спустя некоторое время ему удалось добраться до горы. Сяо Синчэнь взобрался на неё по тропинке и упал без сил. Пошёл снег. Крупные хлопья медленно падали на землю, укрывая её белоснежным ковром. Заклинатель лежал и смотрел в серое небо, не в силах встать и зайти в дом. А снежные хлопья таяли, касаясь его разгорячённого после бега тела.