knight & prince

Юнги торопливо наводит порядок в крохотной квартирке, оставив Чонгука за дверью. Конечно, так делать нельзя, но Юнги обычно в гости никого не ждёт и спонтанно не зовет, поэтому иногда он позволяет себе не помыть посуду с утра, не застелить кровать, если опаздывает, и не вытереть пыль, если замечает таковую. Теперь же он в спешке бросает тарелку и кружку в раковину, накидывает плед на кровать, запихивает всякий хлам в шкафы и тумбочки, хмуро оглядывая наспех прибранную квартиру. — Прости! Мне так неудобно, прошу не сердиться, если вдруг что-то будет не так, как ты привык видеть... – Юнги открывает дверь, с порога спешно заговорив, отходя в сторону, пропуская Чонгука внутрь. Парень не может сдержать улыбки, скидывая обувь на входе, снимая пальто, которое тут же забирает Юнги, аккуратно помещая его на вешалку. Одежда Чонгука всегда казалась ему дорогой, а когда он прикоснулся к пальто, то почувствовал его элитное качество, мягкий и в то же время плотный материал. — Все в порядке, не волнуйся. У тебя достаточно уютно и скромно, мне нравится, — Чонгук топчется в коридоре, не решаясь пройти дальше, ожидая указания Мина, и в итоге тот идет на кухню, увлекая парня за собой. — Присаживайся, я поставлю чайник, или...подожди, может ты голодный? — Юнги суетится, заглядывая в холодильник, в котором по-студенчески пусто, — Эм...мы можем заказать что-нибудь, что ты выберешь... Чонгук четко слышит сомневающийся тон Юнги, с которым он говорит последнюю фразу, и понимает, что скорее всего у него не много денег, и сказать об этом ему не очень удобно. Гук достает телефон, открывает приложение с доставкой еды и протягивает Юнги. — Выбери на свой вкус, я хочу отплатить тебе за твое гостеприимство. Юнги тут же отталкивает руку Чонгука и качает головой. Нет, он точно не хочет, чтобы Чонгук догадался, что он живет на таком финансовом минимуме, который не снился даже людям без определённого места жительства. — Гости не платят. Я поставлю воду закипать и помогу тебе обработать раны, подожди пожалуйста, — Юнги занимается своими делами, и Гуку приходится самому оформить заказ, потому что оставить парня голодным он просто не может, тем более, он и сам хочет кушать, так что в этом плохого? Чайник на плите, аптечка на столе. Юнги открывает бутылочку с перекисью и берет в руки вату, которую смачивает, а затем поднимает взгляд на Чонгука, сидящего на стуле, вытянувшего свои длинные ноги, не помещающиеся никуда. Юнги неуклюже обходит их, встает сбоку от парня, и решает начать с ссадин на его лице. Вот одна у виска, другая на скуле, еще одна у корней волос на лбу. Юнги аккуратно касается каждой, а Чонгук чуть морщится или хмурится, поджимая губы. Юнги невольно может разглядеть Чонгука совсем рядом, перед собой. У него аккуратные брови, длинные ресницы, подчеркнутые скулы и нежные губы. Юнги почти не дышит, от чего-то чувствуя робость и некую скованность. Он засматривается на губы Чона, сглотнув, но так и не решается обработать ссадину на их уголке. Он резко отворачивается, чтобы взять новую вату и смочить ее, а затем подхватывает руку парня за запястье, начиная обрабатывать раны на ней. Все это время Юнги напряженно молчит, иногда сопит усердно, даже не замечая, как брови сходятся на переносице. Чонгук чувствует холодные пальцы Юнги на запястье и ему хочется сжать их, крепко схватить, отогреть и не выпускать. Он смотрит на сосредоточенное лицо парня, как будто он работает с опасными взрывными веществами. Впрочем, Чонгук и правда чувствует себя как на пороховой бочке - дай повод, и он просто не сможет сдержать все эти затаенные порывы чувств. Он старается отводить взгляд иногда, но интерьер кухни изучен до мелочей, поэтому он снова и снова разглядывает Юнги, у которого такое изящное лицо, которое хотелось бы держать в ладонях. Чонгук другой рукой тянется к волосам парня, поправляя взлохмаченные пряди. Юнги вздрагивает от неожиданности, пытаясь понять, что делает Гук, а затем перехватывает его руку, чтобы заняться ей. — Мы должны что-то сделать с твоей рубашкой, — Юнги смотрит на грязные рукава и ворот рубашки Чона, где-то на ткани видны затяжки, пара пуговиц болтаются на добром слове. — Да это мелочи, выкину ее потом, будто других рубашек нет, — Чонгук хмыкает, поправляя волосы. Пластыри на его руках выглядят не как жалкое напоминание о ранах, а как геройские знаки отличия, и Юнги ловит себя на мысли, что хотел бы держать парня за руки. — Я найду тебе одежду, чтобы ты сейчас переоделся. Не волнуйся, я обычно покупаю оверсайз, поэтому тебе будет впору. Юнги идет в спальню, а Чонгук, как хвостик, идет следом. — Да ладно тебе, Юнги, правда, мне и так стыдно, что я тут внепланово нахожусь в твоей квартире, и ты еще ухаживаешь за мной и одежду предлагаешь. — Вот, держи и переодевайся. Нечего ходить в грязном, такое в доме не носят, — Юнги вручает Чонгуку черную футболку, которую тот разворачивает и видит принт с Мстителями. — Смотрю, тебе нравятся супергерои, да? — Чон расстегивает рубашку, а Мин в это время уходит на кухню, оставив вопрос без ответа, чтобы найти в аптечке мазь - он точно видел пару синяков на теле парня, которым стоит уделить внимание. — Лучше не торопись примерять на себя образ супергероя, и дай мне нанести мазь на твои синяки и ушибы, — Юнги возвращается в комнату и застывает в дверях, застав Чонгука наполовину натянувшего футболку. Он стоял боком и его крепкие руки напряглись так, что был виден рельеф мышц, тело у него было подкаченным, и проступали очертания пресса. Джинсы сидели немного низко на его бедрах, что даже были видны острые выступающие кости. Юнги бросило в жар. Он отвел взгляд, а на щеках проступил румянец. Сердце его внезапно зашлось резвыми ударами. Чонгук в итоге снял футболку, отложив ее на кровать. Он делает шаг в сторону Юнги, и того охватывает нарастающая паника. Мин врезается в косяк двери, замерев, уставившись на парня, который стремительно сокращал между ними расстояние. Чонгук непозволительно нарушает личное пространство, встав перед Юнги. В комнате свет почему-то так и не был включен, и Чонгук решил, что будет хорошей идеей сделать то, что ему очень хотелось эти пару часов. Он чуть наклоняется и смотрит в глаза парня, словно спрашивая разрешения. Юнги хлопает ресницами, он несколько напуган и озадачен, но не отталкивает Чонгука. Гук чуть поворачивает голову набок, колеблется немного, прежде чем совершенно невинно и мягко коснуться губ Юнги своими губами. — Чонгук, я... — Юнги растерянно бормочет едва слышно, его сердце пропускает удары, от чего голова идет кругом и ноги дрожат, или это все не из-за этого. Тёплое дыхание Чонгука окутывает его губы. Гук теперь несколько плотнее подминает губы Юнги, и тот закрывает глаза, отпуская скрытые чувства на волю. Понимая, что Мин не возражает, Чонгук наконец может обвить его тонкую талию руками и притянуть к себе так крепко, что парень выдыхает в его губы. Чон пользуется моментом, углубляя поцелуй. Его губы жадно и ненасытно скользят поверх губ парня, посасывают их, а язык бесстыдно сплетается с чужим. Юнги плавится в руках Чонгука, он становится теплым золотом, растекающимся по телу, его душа трепещет, как легкая прозрачная бабочка. Мазь падает из рук Юнги, но этого никто не замечает, Мин обвивает шею Чонгука, чуть становясь на носочки, запускает руку в его мягкие волосы, и готов сладостно замычать от наслаждения. Гук поглаживает спину и бедра парня, разум застилают яркие блики, ему не хочется ничего и никого кроме Юнги. И его желание проявляется в покусываниях и терзаниях уже припухших и покрасневших губ, влажные губы проходятся по каждому участку кожи лица Юнги, который жмурится и чуть улыбается, Гук берет его лицо в свои ладони, поглаживает скулы большими пальцами, любуясь мгновением. — Ты что-то хотел сказать? Прости, я немного отвлек тебя. В глазах Чонгука искрится нежность и привязанность, и Юнги чувствует возрастающее тепло в груди. Он накрывает руки парня своими ладонями, проводит пальцами по пластырям, наклеенным на костяшки, и не знает, что хотел или хочет сказать. — У меня совсем нет опыта в отношениях...я боюсь быть тебе обузой и неумехой...тебе может не понравиться, и еще... Чонгук считает милым, что Юнги так переживает о том, чтобы парню было комфортно, но Гук понимает, что все это придёт со временем, как само собой разумеещееся. — Тебе не о чем переживать. Я дорожу тобой, и это большая ценность, что ты доверился мне. Давай пройдем весь этот путь вместе? Юнги берет руки Чонгука за запястья и отводит их от своего лица, но только чтобы переплести их пальцы. — С тобой мне ничего не страшного. С тобой хоть на край света и до самого конца. Чонгук не может удержаться, чтобы не поцеловать снова Юнги, такого трепетно-нежного, очаровательного. И в этот раз Мин более смело отвечает на поцелуй, подаваясь ему навстречу, ощущая вкус чужих губ. Весь оставшийся вечер они проводят в постели, обнимаясь, лениво целуясь, болтая о разных вещах, и им хочется рассказать о многом друг другу, рассказать все свои истории, поэтому они не замечают времени, не засыпая до раннего утра. Еду им все же доставляют, и хотя поначалу Юнги ворчит и возмущается, но все же уплетает за обе щеки вкуснейшую лапшу и курицу под соусом. Чонгук заботливо подкладывает ему кусочки курицы из своей порции, а затем еще кормит парня своей порцией риса.