Чутьё Мерлина

      Для Гарри месяц пролетел незаметно. МакГонагалл его в книгах не ограничивала, и любознательный мальчик изучал мир магии. Обучение давалось очень легко, Гарри без проблем понимал написанное и обучался просто с невероятной скоростью. К сожалению, из-за запрета он мог изучать только теорию. Нет, сначала Гарри попытался колдовать незаметно, но МакГоналалл все равно как-то узнала о колдовстве и поставила Поттера в угол. Но такое наказание для Гарри было нипочём — он просто брал с собой книгу и в углу продолжал учиться. Тогда женщина изменила тактику, она отобрала у Гарри волшебную палочку, а поскольку во всех книгах и в инструкциях писалось, что надо было выполнять заклинания только с волшебной палочкой, то это было значительной преградой. Но Поттер решил, что изучать магию можно и без волшебной палочки, это было не так эффективно, но в виду отсутствия инструмента выбирать не приходилось, поэтому МакГонагалл пришлось вновь менять тактику, и теперь она за каждую провинность выгоняла Гарри на улицу, лишая его доступа к книгам.       Бесцельно шататься по Хогсмиду Гарри было скучно, а потому он начал ходить по магазинам, и если в магазин сладостей он заходил редко, то магазин с книгами — совсем другое дело. Практиковать магию Гарри решил за деревней, где его никто не увидит, но МакГонагалл все равно как-то узнала, что он колдовал, и поэтому запретила хозяину магазина продавать мальчику книги. Тогда Гарри стал готовиться к своим наказаниям заранее — спрятал пару книг там, другие — здесь, и пошёл творить магию, но когда он нарвался на очередное наказание, то книг в тайниках не оказалось. Для Гарри это было катастрофой — целый день бесцельно шататься по Хогсмиду было просто ужасно. Нет, сначала Гарри развлекался тем, что по очереди обходил каждое из популярных заведений, правда после первого такого обхода из этой очереди было исключено Кафе мадам Паддифут, но этого хватало чтобы убить время только до обеда, а остальное время, до вечера, для Гарри было настоящей пыткой. Он даже пытался пробраться на территорию Хогвартса, но щиты, окружающие школу, упорно его не пускали. Поэтому он перестал практиковать магию и вернулся к изучению теории. Это было не так увлекательно, но зато МакГонагалл поощряла его тягу к знаниям и иногда приносила книги из школьной библиотеки.       — Привет, Гарри! — вырвал Поттера из размышлений громкий грубый голос.       Гарри посмотрел на обладателя голоса и сразу его узнал. Не узнать его было невозможно, хоть Поттер никогда с ним и не встречался, но МакГонагалл его описывала довольно точно. Он был вдвое выше любого нормального человека и, по крайней мере, в четыре раза шире. С головы свисали длинные спутанные пряди волос, а лицо скрывала огромная клочковатая борода.       — Добрый вечер, мистер Хагрид, — поздоровался Гарри.       — Ну, ну, ну. Ты… это… прекращай ко мне мистерить. Зови меня Хагрид, меня так все зовут. — ответил полувеликан, на что Гарри только кивнул. — Давно тут сидишь?       — Пришёл около десяти минут назад. Скоро поезд должен прибыть. Профессор МакГонагалл сказала, чтобы я в Хогвартс попал вместе с остальными первокурсниками.       — Это правильно. — сказал Хагрид. — Ты поплывёшь на лодке через озеро, оттуда открывается такой вид… Та что я тебе рассказываю, ты скоро сам всё увидишь!       — А вот, кстати, и поезд, — полувеликан указал на приближающийся локомотив.       Вскоре поезд остановился на станции, и с него начали сходить студенты разных возрастов.       — Ты… это… извини, — сказал Хагрид, — но у меня есть работа.       Гарри кивнул, а полувеликан развернулся к студентам и начал громко кричать:       — ПЕРВОКУРСНИКИ! ПЕРВОКУРСНИКИ, ВСЕ СЮДА!       Прогулка по озеру, как и первый вид на Хогвартс не сильно впечатлили Гарри — он не раз бродил по окрестностям школы и уже успел разглядеть замок почти со всех сторон. Не впечатлила его и прогулка по самому замку — когда они с МакГонагалл спускались от директора, Гарри всё это уже видел. Но когда он, вместе с остальными первокурсниками, вошёл в Большой зал, то с открытым ртом рассматривал заколдованный потолок. Он поставил себе задачу разобраться, как эти чары работают и научиться воссоздавать их. Но долго он об этом не думал, так как вскоре профессор МакГонагалл принесла Распределяющую шляпу. Из рассказов декана Гриффиндора он знал, что шляпа каждый год поёт разную песню, поэтому приготовился слушать. Несколько секунд в зале была абсолютная тишина, а затем в шляпе возникла дыра, похожая на рот, и она запела.       Гарри не мог сказать, что шляпа была выдающимся талантом в пении, но слушать её было приятно и довольно интересно. Как только песня закончилась, весь зал единодушно зааплодировал. Шляпа поклонилась всем четырём столам. Рот её исчез, она замолчала и замерла. Профессор МакГонагалл шагнула вперёд, в руках она держала длинный свиток пергамента.       — Когда я назову ваше имя, вы наденете Шляпу и сядете на табурет. — произнесла она. — Начнём. Аббот, Ханна!       Началась длинная церемония распределения, и чем ближе очередь фамилии Поттер приближалась, тем больше Гарри нервничал. В конце концов его очередь наступила, МакГонагалл громко сказала:       — Поттер, Гарри!       Гарри сделал шаг вперёд, и по всему залу вспыхнули огоньки удивления, сопровождаемые громким шёпотом.       — Она сказала Поттер?       — Тот самый Гарри Поттер?       Гарри сел на табурет, и МакГонагалл опустила шляпу на голову, скрывая от него полный зал обращённых к нему лиц.       — О-о-о, — протянул тихий голосок прямо в ухо, — я и не думала, что мне ещё раз придётся распределять кого-то, вроде тебя.       «Кого-то вроде меня?» — подумал Гарри.       — Кого-то с таким-же даром, как у тебя. За всю тысячу лет мне только однажды попался такой ребёнок.       «Кем он был?» — мысленно поинтересовался Гарри.       — Его имя — Мерлин. И у тебя есть всё, чтобы достичь его высот, но сначала мне нужно тебя распределить. Признаюсь, это очень сложно, возможно даже сложнее чем было с Мерлином. У тебя, как и у него, есть качества присущие всем четверым факультетам.       «А куда вы распределили Мерлина?» — стало интересно Поттеру.       — Ему больше всего подошёл Слизерин.       «Значит Слизерин?» — мысленно произнёс Гарри.       — Нет, то, что у тебя такой-же дар, не значит, что ты должен идти по его стопам. Ты должен выбрать свой путь, только так ты станешь великим.       «Я должен выбирать?»       — Я всегда учитываю желания студентов. Если ты желаешь попасть на какой-то определённый факультет, то я выслушаю твоё мнение.       Гарри задумался. Он до сих пор не мог решить, на каком из факультетов хочет обучаться. Тем временем в Большом зале студенты начали шептаться — они не привыкли, чтобы шляпа так долго выбирала факультет. Пытаясь решить на какой факультет пойти, Гарри стал задумываться, а как собственно шляпа определяет, куда распределять студента. Не успела в голове Поттера мелькнуть эта мысль, как шляпа произнесла:       — Решено. РЕЙВЕНКЛО!!! — последнее слово шляпа выкрикнула на весь зал.       Гарри направился к столу, за которым ему аплодировали студенты. Едва он сел, множество человек тут же принялось ему пожимать руки. Поттера это раздражало, но он не мог ничего придумать, чтобы отвлечь студентов, при этом не привлекая к себе ещё большего внимания. Поэтому он терпеливо ждал, пока каждый желающий пожмёт ему руку.       Вскоре церемония распределения закончилась, и столы наполнились едой. Гарри принялся за ужин, не замечая, что из-под очков-половинок за ним наблюдает пара голубых глаз.       Владельца этих глаз очень беспокоили таланты мальчика. Гарри владел магией так, словно у него был не один десяток лет опыта в колдовстве. Альбус знал всего несколько волшебников, способных с такой точностью оперировать магией, и мальчик сталкивался только с одним из них. Том Реддл, или, как он сам назвал себя, Лорд Волдеморт. Это была одна из самых серьёзных и болезненных ошибок Дамблдора. Он видел, во что превращался мальчик, но не остановил его, пока была такая возможность, о чём позже пожалел. Волдеморт залил кровью всю Великобританию, и остановить его было просто невозможно. Во время одной из встреч, Дамблдору удалось ранить Тома, но несмотря на, казалось бы, смертельное ранение, Волдеморт продолжал вести бой, поэтому Альбус ни чуть не сомневался, что, исчезнув при попытке убить Гарри Поттера, Реддлу удалось выжить. Позже директор нашёл подтверждение своим подозрениям и начал искать способ, которым Том мог достичь бессмертия, и не смотря на то, что подтверждения его теории не было, Дамблдор был уверен в её правильности. На то, что Реддл создал Крестраж, указывало много фактов, среди которых была и изменившаяся внешность некогда красивого парня, который превратился в нечто похожее на гибрид змеи и человека.       Ещё во время встречи с Гарри перед началом учебного года, Альбус заметил, что мальчик очень похож на молодого Тома. Тогда у него зародилась ещё одна теория: во время попытки убийства младенца, часть души Волдеморта проскользнула в тело мальчика и начала на него влиять. Отсюда и появились все способности парня, Гарри, сам того не понимая, черпает знания и опыт из осколка души Реддла. А вместе с знаниями он начинает перенимать и его характер. На это свидетельствовало и происшествие, когда мальчик чуть не задушил Вернона, и то как Поттер мастерски избегал неприятных разговоров — каждый раз рядом с волшебником, который пытался завязать разговор со знаменитостью, опрокидывался либо кубок с тыквенным соком, либо тарелка с едой. На первый взгляд все эти случаи выглядели как простая случайность, однако их происходило слишком много рядом с Гарри.       Поттера раздражали все эти любопытные студенты. Он чувствовал себя зверюшкой в зоопарке, которую с любопытством рассматривали посетители. Но, к счастью, он быстро нашёл способ приводить подобных зевак в норму — разлитый тыквенный сок там, перевёрнутый салат здесь, и у студентов есть более серьёзные проблемы, чем обращать внимание на местную знаменитость. Продолжалось это ровно до тех пор, пока десерт не исчез со стола и Дамблдор не поднялся.       В зале мгновенно воцарилась тишина.       — Кхм-м-м! — громко прокашлялся Дамблдор. — Теперь, когда все мы сыты, я хотел бы сказать ещё несколько слов. Прежде чем начнётся семестр, вы должны кое-что усвоить. Первокурсники должны запомнить, что всем ученикам запрещено заходить в лес, находящийся на территории школы. Некоторым старшекурсникам для их же блага тоже следует помнить об этом…       Сияющие глаза Дамблдора на мгновение остановились на гриффиндорском столе, но на кого он точно посмотрел, Гарри не смог сказать.       — По просьбе мистера Филча, нашего школьного смотрителя, напоминаю, что не следует творить чудеса на переменах. А теперь насчёт тренировок по квиддичу — они начнутся через неделю. Все, кто хотел бы играть за сборные своих факультетов, должны обратиться к мадам Хуч. И наконец, я должен сообщить вам, что в этом учебном году правая часть коридора на третьем этаже закрыта для всех, кто не хочет умереть мучительной смертью.       Это заявление Гарри удивило. МакГонагалл не упоминала ни о чём подобном, и мальчику стало любопытно, почему закрыли третий этаж.       — А теперь, прежде чем пойти спать, давайте споём школьный гимн! — прокричал Дамблдор.       Мальчик с любопытством наблюдал, как директор наколдовал золотую ленту, которая, рассыпаясь, изобразила слова.       — Каждый поёт на свой любимый мотив. — сообщил Дамблдор. — Итак, начали!       Было множество звуков, которые выводили Гарри из себя. Самым неприятным, наверное, был звук, когда дядя Вернон распаковывал новый компьютер для Дадли. Шуршание пенопласта было настолько ужасным, что Гарри предпочёл бы целый день обучать кузена математике, а не слышать этот звук. Но сейчас Поттер пересмотрел своё отношение к этому звуку, и должен был признать, что, по сравнению с гимном, который он сейчас слушал, пенопласт был не так уж и плох.       Каждый пел, как хотел, — кто тихо, кто громко, кто весело, кто грустно, кто медленно, кто быстро. Дольше всех пели рыжеволосые близнецы. Наконец песня закончилась, и Дамблдор отправил всех спать.       Дорога до башни Рейвенкло для Гарри была тяжёлой. После настолько сытного ужина, ему очень сложно было держать себя в тонусе. Но детское любопытство заставляло разглядывать множество портретов, на которых изображённые люди двигались, и даже переходили из одной рамы в другую, проплывающие серебристые фигуры призраков и волшебные лестницы, которые меняли своё направление. Но самым интересным оказался вход в гостиную Рейвенкло — поднявшись по винтовой лестнице следом за старостой, Гарри увидел большую деревянную дверь, у которой не было ни ручки ни замочной скважины, только дверной бронзовый молоток в форме орла. Староста постучал молотком и раздался голос:       — Мои кольца не из золота, но с возрастом я получаю их все больше. Что я?       — Обратите внимание, — сказал староста, повернувшись к первокурсникам, — чтобы попасть в гостиную, нужно правильно ответить на загадку. Сначала это довольно сложно, но со временем привыкаешь, да и загадки иногда повторяются. Если вы не можете попасть в гостиную, поскольку не знаете правильного ответа, можете спросить у старшекурсников. Как думаете, какой ответ?       Сейчас Гарри было очень сложно думать, поэтому он растерянно оглянулся и посмотрел, что делают другие первокурсники. Большинство, как и он, растерянно оглядывалось, некоторые шёпотом перебирали разные варианты, но никто не сказал ничего в голос.       — Не знаете? — спросил староста.       Большинство студентов покачало головами.       — Я думаю, что это дерево, — сказал староста, повернувшись к двери.       — Верно, — ответил голос, и дверь открылась.       Староста вошёл внутрь, а первокурсники последовали за ним. Они оказались в круглой комнате, на стенах которой было множество аркоподобных окон, обвешанных голубыми шторами, на куполообразном потолке были изображены звёзды, а рядом со входом стояла статуя волшебницы в натуральную величину. Гарри узнал эту волшебницу, её портрет он встречал в книге «История Хогвартса», это была Ровена Рейвенкло. По всей гостиной стояло множество мягких кресел, обивка на которых также была голубого цвета.       — Меня зовут Дункан Инглби, — обратился староста к первокурсникам, — Я — староста факультета Рейвенкло. Спальни мальчиков слева, девочек — справа. На вашей спальне вы найдете табличку с надписью курса, а на кровати табличку с именем. Разумеется, поменяться кроватями никто не запрещает, — улыбнулся староста, — Главное потом не забыть, куда нужно ложиться.       В гостиной присутствовало несколько рейвенкловцев-старшекурсников, большинство из них засмеялось. Не засмеялся только один парень. Выглядел он приблизительно на тот же возраст, что и староста.       — Дункан! Я же просил тебя не вспоминать об этом! — возмутился он.       Это породило ещё одну волну смеха. Гарри, вместе с тремя мальчиками, поднялся по лестнице и вошёл в спальню, на которой висела надпись «1 курс». Поттер заметил, что его вещи, которые ещё утром забрала МакГонагалл, уже лежали рядом с кроватью. Он переоделся в пижаму и лег в кровать. Магия замка, казалось, играла какую-то мелодию, и стоило только прислушаться, как сон завладел мальчиком.

***

      Когда Гарри думал, что обучение в Хогвартсе будет интересным, он глубоко заблуждался. Травология, несомненно, была полезным предметом, но Поттер вдоволь накопался в земле у Дурслей, и перспектива возиться с магическими растениями его совершенно не привлекала. Всё, что они делали на астрономии — наносили расположение планет и звёзд на схемы, и не было никаких указаний на то, как вообще расположены звёзды и системы, и как движение внеземных объектов может влиять на магию. Защита от тёмных искусств была скорее цирковым представлением, чем полноценным уроком — постоянные заикания профессора Квирелла не только мешали понимать материал урока, но и безумно бесили. Но худшим из всех предметов была история магии. Вёл её призрак, и самым интересным на этом уроке было то, как прозрачное тело профессора Бинса появлялось в кабинете через классную доску, а дальше Гарри одолевала такая скука, что он при всём желании не мог бы понять смысла лекции.       Мальчик безумно ждал Заклинания, ожидая от этого предмета что-то интересное, но за исключением того, как профессор Флитвик продемонстрировал чары левитации (заставив летать жабу мальчика с Гриффиндора), и там не было ничего интересного. Более того, они начали изучать сложные инструкции о том, как правильно держать волшебную палочку, или как ей двигать. Концентрируясь на многочисленных указаниях, Гарри потерял контроль над магией, и случайно отправил комок из слизней в голову девочки с индийской наружностью. Девочка завизжала и начала размахивать руками, в одной из которых всё ещё находилась волшебная палочка, пытаясь стряхнуть с себя мерзких существ. Это спровоцировало эффект, который очень заинтересовал мальчика — палочка девочки выстрелила пурпурным лучом в стену, которая в месте попадания начала плавиться, словно пластик на огне.       Гарри настолько засмотрелся на «плавление стены», пытаясь понять, как воспроизвести этот эффект, что совершенно перестал следить за тем, что творилось в классе. Поэтому он очень удивился, когда стена вдруг перестала плавиться, но, оглянувшись, быстро понял причину — профессор Флитвик как раз убирал свою волшебную палочку, которой, судя по всему, отменил колдовство.       — Мистер Поттер, — обратился Флитвик к студенту.       Гарри сжался — профессор МакГонагалл всегда его наказывала, когда что-то подобное происходило, но он не хотел получить наказание в первую неделю своей учёбы.       — Профессор МакГонагалл уверяла меня, — продолжил преподаватель Заклинаний, — что вы отлично колдуете. Можете мне объяснить, почему ваши движения волшебной палочкой столь неаккуратны, когда меня уверяли, что для вас палочка словно продолжение руки?       — Мне раньше не приходилось задумываться как я двигаю волшебной палочкой. — сказал Гарри, опустив голову, — Очень сложно контролировать магию, когда я пытаюсь удержать в уме все указания из учебника.       — Интересно, — задумчиво протянул Флитвик. — Не могли бы вы продемонстрировать, как вы колдуете, не пытаясь выполнить указания из учебника?       Гарри удивлённо посмотрел на профессора. Тот, казалось, не сердился и рассматривал мальчика с нескрываемым любопытством. Поттеру оставалось только нерешительно кивнуть, но, посмотрев на свою волшебную палочку, он решил задать ещё один вопрос:       — Профессор Флитвик, мне использовать волшебную палочку, или колдовать без неё?       Едва рейвенкловец произнёс этот вопрос, по классу прошёл возбуждённый шёпот.       — Я бы предпочёл увидеть оба варианта, — ответил Флитвик.       Гарри внимательно осмотрел класс. Его взгляд остановился на толстой книге на столе преподавателя. Затем Поттер указал волшебной палочкой на книгу, и стоило ему только направить магию, как книга взлетела в воздух. Лёгкое движение волшебной палочки, и книга начала перелистывать страницы, ещё одно движение, и книга аккуратно легла на то же место, откуда всего несколько секунд назад взлетела в воздух.       — Превосходно!!! — радостно вскрикнул Флитвик, — Даже я не смог бы сделать лучше! Вы необычайно талантливы! Двадцать баллов Рейвенкло за превосходную демонстрацию колдовства.       — Спасибо, профессор, — смущённо поблагодарил Гарри.       — А теперь я бы хотел увидеть как вы колдуете без волшебной палочки.       Мальчик сделал то же самое, что и в прошлый раз, но перед этим демонстративно отложил волшебную палочку на край парты.       — Удивительно!!! В первый раз вижу такой талант к применению заклинаний! Даю вам ещё двадцать баллов за эту демонстрацию, а также советую: колдуйте так, как вам удобнее всего, все эти указания нужны только для того, чтобы упростить колдовство тем, кому оно даётся с большой сложностью, но это, похоже, вас не касается.       Следующую часть урока Гарри, скучая, наблюдал, как Флитвик делал замечания тем или иным студентам, которые делали ошибки в движении волшебной палочкой или неверно её держали. Один рыжий мальчик сказал, что так ему будет лучше колдовать, на что Флитвик заметил:       — Если вы сейчас можете продемонстрировать достаточно сильное заклинание левитации, впредь я и слова вам не скажу.       Демонстрация вышла неудачной, и красному, как варëный рак, Рону Уизли, пришлось вновь вернуться к тренировкам. Когда Гарри уже был готов взвыть от скуки, прозвенел звонок, и он с радостью покинул класс.       Единственным облегчением стал урок трансфигурации. После объяснения техники безопасности МакГонагалл раздала всем спички и велела превратить их в иголки.       Гарри заработал ещё двадцать баллов, благодаря идеальному превращению, поэтому он отложил волшебную палочку и попытался выполнить трансфигурацию без её использования. Благодаря тому, что он ощутил, как работала магия в первый раз, первая попытка была успешной. Но, превратив ещё несколько спичек, Гарри вновь заскучал, и решил превратить спички в нечто иное. Пролистав немного книгу, он прочитал текст, который его заинтересовал: «…При более сложном превращении, рекомендуется сначала научиться изменять только форму (идеально, если объект и цель превращения, состоят из одного и того же материала), и только после нескольких успешных попыток попытаться преобразовать материал.»       Задумавшись, Поттер вспомнил, как однажды видел по телевизору духовые трубки, которые стреляли дротиками. Гарри вновь взял волшебную палочку и превратил одну из спичек в небольшую духовую трубку. Потом он решил, что дротики не слишком отличаются от иголок, и решил ещё пару спичек превратить в дротики. Когда у него на парте было уже около десяти дротиков, мальчика заинтересовало, как именно трубка стреляет. Он зарядил дротик в трубку, прицелился в стену и выдохнул. Дротик пролетел через весь класс, ударился о стену и упал на пол. Гарри зарядил ещё один дротик, вдохнул, поднёс трубку ко рту…       — Мистер Поттер, что вы делаете!!! — раздался громкий крик МакГонагалл за спиной мальчика.       От испуга, Гарри развернулся и выдохнул, всё ещё держа трубку возле рта. Дротик покинул трубку и полетел ровно по прямой точно в нос преподавателю.

***

      Проходя мимо одного из заброшеных кабинетов, Гарри услышал оттуда голос:       — Всё, пора убираться отсюда.       Мальчик остановился и прислушался. Он услышал приближающиеся шаги, и подумал, что лучше продолжить свой путь — если он опоздает, МакГонагалл будет недовольна, но дверь открылась и из класса вышло двое рыжих парней. Увидев Гарри, на их лицах вылезли одинаковые ухмылки.       — Фред, — толкнул один из парней локтем другого, — смотри, кто здесь у нас.       — Я вижу, Джордж. — сказал, судя по всему, Фред, — Куда это первокурсник направляется в такое время?       — Отбывать наказание, — буркнул Гарри.       — В первую неделю?! — Гарри показалось, что Джордж это воскликнул с восхищением, — Что же ты такого натворил?!       — Как будто ты не знаешь, брат, — сказал Фред, — Об этом судачит весь Хогвартс.       — А-а-а, — театрально протянул Джордж, — Это тот первокурсник, который решил сыграть в индейцев на уроке у МакГонагалл и попал дротиком ей прямо в нос?       — Это произошло случайно, — попытался оправдаться Гарри.       Двое братьев подошли ближе и встали с обоих сторон от Поттера.       — Не нужно никаких оправданий, — сказал один из братьев (поскольку они переместились, Гарри не смог с уверенностью сказать, кто из них Фред, а кто Джордж).       — После этой выходки для нас ты словно потерянный брат, — сказал второй близнец.       — Может его просто в больнице с Роном перепутали? — спросил первый рыжеволосый.       — Всё может быть, нужно уточнить это у мамы.       — Лучше у папы. Я после того, как попытался Рону в кровать ночью провести упыря, до сих пор плохо слышу на левое ухо — так мама тогда орала.       — В общем, если что, то обращайся к Фреду и Джорджу Уизли, — обратился один из близнецов к Гарри.       — Третий курс, — добавил второй.       — Факультет Гриффиндор.       — Эм. Спасибо, — сказал Гарри.       — Ах, да, — сказал один из братьев, — Если будешь возвращаться этим путём…       — …и увидишь мыльные пузыри… — продолжил второй.       — …лучше их не касайся. — закончили они вместе, и, подмигнув, пошли в ту сторону, откуда пришёл Гарри.       Мальчик ещё некоторое время смотрел вслед странной компании, пока не сообразил, что его ждёт МакГонагалл.

***

      Возвращаясь в башню Рейвенкло, Гарри растирал правую руку, которую свело от нескольких часов писанины, а фраза: «Я не должен заниматься всякой ерундой на уроках», казалось, теперь будет ему даже сниться. В одном из коридоров он заметил странный отблеск от факела. Присмотревшись, мальчик заметил, что к нему навстречу плывёт мыльный пузырь размером с взрослого человека. Внутри пузыря что-то было, и это что-то крутилось, пытаясь найти выход. Присмотревшись, Гарри узнал миссис Норрис — кошку завхоза Филча. Она кружилась, пыталась взобраться на стены пузыря, но всё было без толку — пузырь просто вращался в противоположую сторону, из-за чего кошка оставалась в исходном положении.       Гарри хотел ей помочь, но услышал шаги, и решил, что здесь справятся и без него.