Не больше, чем волейбол

Кагеяма был в предвкушении. Он не волновался, по крайней мере убеждал себя в этом. К чему волноваться — это была всего лишь встреча с человеком, играющим с ним в одной команде три года. Это был всего лишь Хината Шоё, а Кагеяма хорошо знал его, поэтому и ничего странного происходить не будет. Он очень на это надеялся. Они договорились встретиться в неприметном кафе на краю Токио. Хината не высказался против этого места, поэтому Кагеяма пришёл к выводу, что тому будет не сложно сюда добраться. Какого-то пафоса не хотелось, да было и не в его духе, но и в совсем тухлое место профессиональным спортсменам ходить не комильфо. Тобио уже сидел за столиком в одном из углов кафешки. Он расположился у окна и, смотря на улицу, Кагеяма понемногу успокаивался. На нём была обычная белая футболка, зауженные джинсы, выходные кроссовки. Толстовку он снял и повесил на своё кресло, тут в ней было немного жарко. Людей было немного, как Кагеяма и хотел. Последнее время его все чаще узнавали на улицах и в магазинах фанаты волейбола, просили автографы, но сейчас ему не нужны были лишние глаза и уши. Когда дверь кафе распахнулась, взгляд Тобио непроизвольно впился во входящего. Не заметить, будто пылающие огнём, рыжие волосы в этом сером заведении было невозможно. Хината остановился на секунду, осматриваясь. Он тут же нашёл своего бывшего товарища и замахал ему рукой. Кагеяма широко распахнул глаза и, кажется, даже перестал дышать. Сердце предательски пропустило удар. Шоё приближался, сверкая золотистыми глазами, а его улыбка была такая довольная, что Тобио на секунду показалось, будто этих двух с половиной лет и не было. Хината плюхается на кресло напротив и неотрывно разглядывает собеседника. Его взгляд бегает по лицу, как и глаза Кагеямы. Первое что замечает Тобио — Шоё вырос и, кажется, стал шире, но тяжело об этом судить, пока тот был в спортивной кофте поверх футболки. Он снова излучает потрясающую энергетику, загорелое лицо расслаблено, в глазах невероятная радость, почти восхищение. Кагеяма теряется от нахлынувших давно забытых чувств, он будто вышел на пляж, и солнце окружает его повсюду, обволакивает своими тёплыми лучами. — Давно не виделись, Хината, — голосовые связки предают Кагеяму, его голос кажется звенящим от радости. Тобио не хотел так сразу показывать свои чувства. — Ты не разучился удивлять, Кагеяма, — кажется улыбка Хинаты стала ещё шире, а в глазах заплясали озорные искорки, — Я думал, ты списал меня со счетов. — Не имею права. — Кагеяма неуверенно старается выдавить улыбку в ответ. — Как Бразилия? Оправдала ожидания? Один вопрос и Хинату прорывает. Он без умолку рассказывает о палящем солнце, песке, трудностях с языковым барьером, поиске партнёра для игры. Они заказали по супу, рис, пару напитков, но еда казалась лишней, особенно для не закрывающего рот Шоё. Кагеяма же молча продолжал слушать про соседа по квартире, про людей, которые помогали и поддерживали этого шумного парня. Тобио отмечает про себя, что про волейбол Хината рассказывает общими фразами, ничего конкретного или выдающего его новые приёмы. Он не расстраивается, наоборот, кажется, Шоё по-прежнему вполне серьёзно относится к своей роли соперника, особенно теперь, когда шанс встретиться на одной площадке в Токио возрастает. В порыве диалога (хотя в их случае это был скорее монолог), Хината стягивает с себя спортивную кофту и Кагеяма изо всех сил старается не пялиться на открытые участки кожи. Шоё в футболке без рукавов и это надолго отпечатается в голове у Тобио. Парень действительно стал шире, грудные мышцы слегка выпирают, он, видимо, качался — под кожей на загорелых руках перекатываются небольшие, но выделяющиеся бугры мышц. Кагеяма нервно сглатывает, когда ловит себя на мысли, что ему теперь необходимо заново рассмотреть всё под футболкой. С небес на землю его возвращает коленка Хинаты, которая задевает его икру и медленно проводит снизу вверх. Кагеяма потрясенно переводит глаза и встречает насмешливый взгляд Шое, который слегка соскользнул с кресла, чтобы его нога дотянулась до чужой. Оказывается, тот замолчал и пару минут наблюдал за реакцией притихшего Тобио. — О чём ты думаешь, Кагеяма? — голос Шоё непривычно бархатный и приглушённый, он склоняет голову чуть набок и слегка улыбается. — Ты качался? — Тобио говорит первое, что приходит ему на ум и это не кажется хорошей попыткой. — Чем ты меня слушал, когда я рассказывал о постоянных посещениях фитнес-клубов и правильном питании? — Хината закусывает нижнюю губу, и это заставляет Тобио снова сглотнуть. — Ах, да, ты не слушал, ты пялился на меня. Кагеяма молчит, он понимает, что должен ответить, причем так, чтобы Хината не подумал будто это правда, но в голове каша. Шоё облизывает губы — просто дурная привычка, Тобио знает это, но почему-то сейчас это выглядит совершенно по-другому. Возможно, конечно, с нормальных мыслей его сбивает коленка собеседника, по прежнему поглаживающая, но в голове нет ничего кроме: «Хината пытается флиртовать?». — Пройдёшься со мной до туалета? — Шоё снова первый нарушает тишину. Тобио хмурится, пытаясь разгадать скрытый смысл такого странного приглашения. Видимо Хината принимает его молчание за согласие, потому что он оставляет деньги на столе и медленно встаёт. Кагеяма изо всех сил старается выглядеть непринужденным, когда поднимается и следует за Шоё, но странное чувство внутри не даёт расслабиться. Он что-то упускает, что хотел сказать ему рыжеволосый этим нелепым приглашением? Правда встречает его в туалете, когда Тобио закрывает за собой дверь и входит в небольшое, но чистое помещение. Он поворачивается к Шоё и тут же встречается с его губами. Первый раз Хината целует его быстро, на пробу, чмокает в губы. Брюнет хотел бы, правда, очень хотел хоть как-нибудь отреагировать, но он всё ещё не до конца понимал и верил в происходящее. Не наблюдая никакого отторжения или нежелания, шустрый парень снова припадает к губам Кагеямы, прижимая его к двери. Всё внутри Тобио взрывается, вопит, от нахлынувших ощущений, от яростного языка Хинаты, от его покусываний нижней губы, от его дыхания у себя во рту. Кагеяма отвечает, конечно же он отвечает, он не может не ответить, просто не простит себе этого. Дышать в туалете мгновенно становится нечем, а руки Тобио сами тянутся Шоё под футболку. Он с невероятным трепетом оглаживает чужой пресс, грудь, ему кажется, что это какой-то очередной мокрый сон. Но настоящий Хината тут и уже лезет в джинсы, а значит — это самая что ни на есть реальность. Кагеяма нетерпеливо помогает расстегнуть и приспустить их, а затем он наблюдает что-то совсем фантастическое — Хината тоже опускается перед ним на колени. Он всего лишь на пробу проводит языком по головке толстого, твёрдого члена, а Кагеяма уже готов кончить только от этого. Он два с половиной года не был ни с кем, кроме, разве что, своей правой руки, и сейчас ощущений так много, что Тобио изо всех сил старается не заорать. Он просто тихонько стонет, неотрывно глядя на то, как Хината вбирает в себя сантиметр за сантиметром. Рыжий умудряется при этом кидать вверх затуманенный взгляд, и это заставляет Тобио со стоном задрожать — он уже и забыл какой Хината горячий, когда смотрит на него снизу вверх. Тобио уже, кажется, был на седьмом небе от причмокиваний, доносившихся внизу, но прохладный палец, который медленно полез к его узкому сфинктеру, заставил тут же распахнуть глаза и слегка сердито уставиться на рыжую макушку. — Какого хрена? — хрипло вырывается у Кагеямы. Хината вынимает член изо рта, из-за чего брюнет слегка расстраивается, и приподнимает левую руку с наглой улыбкой. Сначала Тобио не понимает, а потом замечает в его руке небольшой тюбик, до него, наконец, доходит — смазка. Этот придурок притащил с собой смазку на их первую встречу за два грёбаных года. Кагеяма едва не задыхается от накатившего возмущения. Хината, его солнце, его нежный и вечно смущающийся даже после секса мальчик, реально шёл сюда с мыслью, что у них точно что-то будет? И он ни капли не сомневался? Ни капли не сомневался, что, возможно, Тобио не захочет? — Я победил, Бакагеяма, — ухмыляется Хината, и его палец ласково поглаживает вход. Кагеяма снова прикрывает глаза и изо всех сил пытается расслабиться, когда палец продвигается чуть вперёд. Конечно он хочет, ему кажется что такого Хинату — наглого, с похотливым взглядом, доминирующего, не возможно не хотеть. И поэтому принимает поражение, позволяя Шоё делать с ним всё, что угодно. У них опять всё закручивается слишком быстро, но сейчас Тобио и не видит смысла тормозить, они и так потеряли много времени, что в старшей школе, что после неё. Палец медленно двигается, растягивая стенки в такт движениям губ Хинаты. Тобио стонет, ему хочется больше тактильного контакта, он тоже хочет трогать Шоё, он, чёрт возьми, скучал, поэтому хватает его за короткие рыжие волосы и тянет наверх. Их губы наконец снова соприкасаются, а в Кагеяму входит уже второй палец, что заставляет его нервно поморщиться. Хината борется с языком Тобио у него во рту и добавляет третий палец, уже откровенно трахая парня. Кожа под футболкой у Шоё горячая, огненная, Тобио уже не выдерживая, царапает ему спину. Хината отрывается от губ и припадает к шее, покусывая, добирается до уха, облизывает мочку и шепчет: — Ты готов? Кагеяма выгибается, когда пальцы партнёра задевают его простату, его уже всего трясёт, поэтому с трудом набравшись воздуха, он хрипло выпаливает: — Хочу тебя. Шоё понимает его правильно, поэтому разворачивает лицом к двери, слегка наклоняет и медленно входит. Кагеяма шипит от боли, и Хината замирает, зацеловывая любимому плечи и лопатки, в попытке отвлечь от неприятных ощущений. Уперевшись руками в запертую дверь, Кагеяма сам, претерпевая боль, медленно-медленно насаживается на член. Он не хочет ждать, он вообще сейчас ничего кроме этого парня не хочет, поэтому когда боль отходит на второй план, Тобио просит Хинату двигаться. Тот начинает неспешно, входя до упора и выходя полностью, повторяя действие раз за разом. — Придурок, ты издеваешься? — Тобио не выдерживает и оборачивается на Шоё. Тот скалится, видя в глазах партнера нетерпение, и резко входит до упора. Воздух мгновенно вылетает у Кагеямы из легких, вырывая громкий стон. Хината двигается в нём и это так приятно, ощущать его внутри, что Тобио задаётся вопросом, почему они не попробовали поменяться местами ещё тогда. Это кажется таким правильным — он, Хината, Токио, их секс, Кагеяма не хочет, чтобы подобное когда-либо заканчивалось. Шоё наконец-то здесь и сейчас с ним, и только это заставляет его сердце биться чаще, а всегда, казалось бы, ясные мысли сбиваться в мутную кашу. В небольшой туалетной комнате душно, звуки хлопков кожи о кожу и тихие стоны. Хината задевает простату, и Тобио выгибается, его член уже пульсирует от нетерпения и приближающегося оргазма. Когда Шоё берет в свою руку его орган, надрачивая также быстро, как и собственные толчки, Кагеяма чуть поворачивает голову, встречаясь взглядом с Хинатой. В золотых глазах партнёра столько нежности, что страсть почти теряется на её фоне. — Шоё, — выкрикивает Кагеяма непроизвольно и кончает тому в руку. — Тобио, — шепчет Хината и тоже заканчивает, даже не выходя из тела соперника. Это был первый раз, когда они назвали друг друга по именам, да ещё и во время секса. Кагеяма пытается не думать о том, как это непривычно, но до невозможного интимно, и ласкает слух. Хочется попросить Шоё повторить, но он не станет этого делать. Хината, тем временем, аккуратно вышел из Кагеямы и метнулся к держателю с салфетками. Он заботливо протёр вытекающую из партнера сперму, а затем они оба стали приводить свой внешний вид в порядок. Перед тем как выйти из туалета, Кагеяма притянул Шоё к себе, обнимая за талию, и нежно поцеловал. — Может зайдёшь ко мне? У меня квартира в двадцати минутах на такси, — тихо шепчет Кагеяма, будто боясь спугнуть. Шоё на секунду что-то прикидывает, это видно по его отсутствующему взгляду, а потом несколько раз кивает. — Я рад, что ты вернулся, Хината. Это не совсем то, что Кагеяма хотел бы ему сказать. Он определенно рад, счастлив, но куда Хината вернулся? Только в японский волейбол или Тобио тоже входит в его планы? Всё повторяется как после их первого раза в клубной комнате Карасуно, им снова нужно поговорить, обсудить произошедшее и решить, что делать дальше, но Тобио не хочет нарушать временную идиллию между ними. Он боится снова услышать те слова, он боится, что обстоятельства снова разделят их, а чтобы это не было так болезненно, лучше не привязываться слишком сильно и не обещать ничего друг другу. Поэтому брюнет просто молча наблюдает: после его слов лицо Хинаты вспыхивает, как восходящее солнце над горизонтом, губы складываются в ласковую улыбку и он отвечает, не колеблясь ни секунды: — Я тоже рад, Кагеяма. Они выходят из туалета и быстро движутся к выходу, стараясь не смотреть на официантов и присутствующих, всё-таки прошло довольно много времени, когда они оба ушли туда и оба вышли, не хотелось ловить взгляды людей — вдруг кто-то о чём-то догадается. Они уже почти вышли, как обслуживающая их официантка, кричит им вслед: — Извините, постойте, пожалуйста! Кагеяма мельком кинул взгляд на Хинату, который весь покраснел и медленно отворачивался от двери. — Твоё лицо выдаст нас с потрохами, просто не думай об этом, идиот, — тихонько шипит Кагеяма, наблюдая, как официантка быстро подходит к ним. Хината злобно зыркает на парня, прежде чем лучезарно улыбнуться подходящей девушке и дрожащим голосом выдать: — Что-то случилось? — Вы чуть не оставили тут свои кофты. Дамочка протягивает им руку, в которой держит толстовку Тобио и спортивку Шое. Кагеяма молча забирает обе, с бесстрастным лицом кивает официантке, разворачивается и выходит из кафе. Хината с шумом выдыхает от облегчения, но недовольно оглядывается на выходящего брюнета. И где его манеры? — Спасибо Вам! — он неуклюже кланяется девушке, прощается и выбегает за партнёром.