Onsra

- Какого черта, блять, происходит?! - Гарри захлопнул за Снейпом дверь и наложил звукоизоляционные чары. Нацелив кончик волшебной палочки на Снейпа он с подозрительным прищуром уставился на незваного гостя. – Кто ты, и почему ты выглядишь как Северус Снейп? - Я и есть Северус Снейп, мистер Поттер, – бывший профессор сложил на груди руки в защитном жесте. – Опустите палочку. - И не подумаю, - Гарри не шевельнулся. Его поза с широко расставленными ногами, уверенным разворотом плеч и напряженной челюстью была угрожающей. Он не спускал мужчину с прицела. – Ты не можешь быть Снейпом, он умер на моих руках! Кто тебя прислал и зачем? И как ты добился такой поразительной схожести? Оборотное зелье? Иллюзионные чары? Или ты метаморфомаг? - Прекратите истерику, мистер Поттер, - холодный резкий голос однозначно принадлежал Снейпу. - Не будьте смешным. Это действительно я. - С чего я должен в это поверить? - Я могу пересказать все ситуации, которые нас связывали в школе, но я поступлю проще. "Посмотри на меня"- моя последняя фраза в Визжащей хижине, которую слышали только Вы. Гарри медленно опустил палочку. По его лицу пробежала мелкая дрожь. - Но как ты выжил? – голос Гарри был глух и надломлен. Он с недоверием рассматривал внезапно воскресшего Снейпа, отмечая метаморфозы, которые произошли с ним за это время. Снейп стал более худым; скулы заострились, острые ключицы выбивались из V-образного выреза поло, а коленки могли в любую секунду прорвать ткань джинсов. Теперь он собирал волосы на затылке, перевязывая их черной лентой, а его тонкие запястья украшали многочисленные браслеты. И вроде бы всё было также, но в то же время Гарри не мог понять, что так колоссально изменилось в бывшем профессоре. - Это очень долгая история, - уклончиво ответил Снейп. - У нас масса времени, - Гарри театрально развел руками. - Устраивайся поудобнее, потому что ты отсюда не уйдешь, пока не ответишь на все мои вопросы! Снейп вскинул бровь и сложил руки на груди. - А не слишком ли самоуверенно, мистер Поттер? - Если нужно - я применю силу, и поверь, мне это доставит необычайное удовольствие, - Гарри зло сверкнул глазами. – Хочешь рискнуть? Снейп промолчал, продолжая стоять в дверях спальни. Возникшая ситуация его явно не радовала. - Поверить не могу, - Гарри по привычке спрятал волшебную палочку в задний карман джинсов и стал мерить комнату шагами, время от времени кидая на Снейпа удивленные взгляды. - Три года прошло, а у меня до сих пор перед глазами твоя смерть. Ты умирал на моих руках, и я все это время чувствовал вину за твою смерть. А ты вот, жив, живешь среди маглов, да ещё и стал художником, - Гарри невесело хохотнул. - Так сложились обстоятельства… - Вот не надо про обстоятельства, - Гарри нетерпеливо махнул рукой, резко остановился, складывая руки на груди и принимая зеркальную позу Снейпа. – Я был организатором твоей погребальной церемонии. Хочешь знать, как это было? Красивый темно-зеленый гроб, усыпанный белыми лилиями, которые, все до единой, создал я. В дань уважения, к человеку, который, как оказалось, всех наебал, - Гарри зло сверкал глазами, с презрением выплевывая каждое слово. Он видел, как лицо Снейпа отображает внутренние страдания, но ему этого было мало. Он хотел, чтобы бывший профессор полностью ощутил ту безграничную боль и отчаяние, которые он пережил. – Я должен был обо всем догадаться, когда мы не нашли твое тело. Должен был! Но посчитал, что ты слишком благородный для такой аферы. Блять, да я же оплакивал тебя три года! Ты вообще можешь себе представить, как это много? Насколько это большой срок? - Мистер Поттер… - Хватит меня так называть! - Гарри нервно зарылся пятерней в свои отросшие черные волосы. - Хватит, - уже спокойнее добавил он отворачиваясь от Снейпа. Смотреть на него было больно. - У меня есть имя, а ситуация в которой мы оказались не подразумевает формальности. - Видишь, я не настолько благороден, как ты думал, и не настолько честен. Хорошо, Гарри, - Снейп, не решаясь подойти к нестабильному Поттеру, уселся в кресло. - Что ты хочешь знать? - Я хочу знать всё: как ты всё это провернул, где ты был, и кто ты есть сейчас, - Гарри трясущимися руками выбил из помятой пачки сигарету и, не спрашивая у Снейпа разрешения, закурил. Табачный дым насмешливо поднялся к потолку. - Начнем с того, что эта игра была для меня провальной вне зависимости от того, как выпали бы кости. Победа Волан-де-Морта означала бы для меня смерть или от его рук, или от рук его приспешников. Да и продолжать вести двойную игру я бы просто не смог - слишком много времени я потратил на великий план Дамблдора, отодвинув свою жизнь и желания на задний план. Но что, если добро побеждает зло? Прекраснейший из раскладов, не так ли? Но не для меня. Меня бы отдали на поцелуй дементорам, за убийство Дамблдора, за то, что я был пожирателем и за, Мерлин его знает, что еще. Без суда и следствия, конечно же – слишком много свидетелей и людей, которые бы с удовольствием насладились моей смертью. Никто, кроме тебя, не видел мое истинное лицо и не знал мои мотивы. Но мы знаем, как правосудие относится к словам несовершеннолетних волшебников. Да к тому же, после всего, через что ты прошел, боюсь твои слова не имели бы никакого значения, - Снейп перевел дыхание и продолжил. - Вывод был прост - каким бы ни был исход войны - мне уже не было места в этом мире. Великолепно сыграв свою роль Ладья должна была покинуть шахматную доску. Но я не готов был отдать свою жизнь без боя - я давно искупил ошибки своей молодости, и заслужил хотя бы на покой, - Снейп замолчал на пару секунд, рассматривая профиль нервно курящего Гарри. - И тогда я разработал план. Не забывай, я без преувеличения лучший легилимент, из ныне существующих. Я закрывал свой разум от Волан-де-Морта, и вселял ему в сознание единственную идею, которая могла меня спасти. Он должен был меня убить. Но не Авадой, а змеей. От Авады я бы не уклонился, но Нагайна... Это был мой единственный шанс. Волан-де-Морт должен был видеть, что я умираю в агонии - тогда бы он, даже одержав победу, не стал бы меня искать. План был отчаянным – выжить после укуса возможно, что подтвердил своим примером Артур, но крайне сложно. Я на протяжение нескольких месяцев часто и дробно отравлял себя малыми порциями яда Нагайны, вырабатывая в организме резистентность, и когда она на меня напала - эффект от ее яда был мизерным. Настолько, что я выжил. Гарри стряхнул пепел в подлетевшую пепельницу. - Ты мог мне сказать. Тогда, в хижине. Ты мог со мной поделиться своим планом. - Нет, Гарри, не мог. По многим причинам. Во-первых – я не хотел тебя в это втягивать. Никто не должен был знать о том, что я жив, если я действительно рассчитывал начать новую жизнь. К тому же твой разум - это открытая книга для любого, кто умеет хоть немного читать. Про мой план не знал никто, кроме Дамблдора, и даже он унес его с собой в могилу. Гарри прикурил третью сигарету, выдыхая клубы сизого дыма. - И ты просто сбежал? - Просто? – Снейп сдавленно хохотнул. – Простого в моем плане не было ничего. Даже учитывая мою относительную устойчивость к яду, Нагайна меня сильно ранила, и я мог умереть от кровотечения. - Но не умер же, - язвительно протянул Гарри, стряхивая пепел. - Нет, но я был слаб, и мне хватило сил только чтобы аппарировать в заранее подготовленное логово. Я на долгие месяцы залег на дно, зализывать раны. Из газет, принесенных совами, я узнавал о ситуации в стране, и был рад, что ты опять выжил, что Волан-де-Морт свержен и его террор окончен. Это значило, что я не потратил большую часть своей жизни зря. Ну а дальше, - Снейп задумчиво наблюдал за ситцевой шторой, танцующей под порывами ветра, - а дальше началась моя новая жизнь. - Ян Ларсен? Более уродливого имени нельзя было выбрать? – Гарри все еще был зол, хотя и понимал мотивацию Снейпа. Ему просто нужно было время, чтобы осознать и принять это. - И это мне говорит Невилл Лонгботтом? Что за странные фетиши, Поттер? - Старые привычки, - Гарри улыбнулся краешком губ и бросил оценивающий взгляд на Снейпа. – Ты очень изменился за это время. - Ты тоже, - Снейп изучающе гулял по телу Гарри, отмечая его подтянутость и рельефы мышц, перекатывающихся под тонкой тканью футболки. – И эта мерзкая привычка, тоже часть твоего нового образа, Невилл? - Это часть моей новой жизни, - Гарри открыл панорамное французское окно, впуская в комнату сладость ночного воздуха. За окном призывно пели цикады. - Ты выглядишь значительно моложе, чем я тебя помню. Это воздух Италии так на тебя влияет? - насмешливо спросил Гарри. Он наконец-то осознал, что его подсознательно смущало все это время - Снейп выглядел на десяток лет моложе. Морщин на его лице поубавилось, кожа стала более гладкой, а волосы были вымыты и вычесаны. Последнее для Гарри вообще стало стресс-фактором. - Я же зельевар, Гарри. Думаешь я не нашел бы зелье, которое добавило мне десяток лет жизни? Я считаю это достойной наградой за то, что свои лучшие годы я посвятил общему делу, - Гарри согласно кивнул, не отводя взгляда от окна. - Почему ты не назвал свое настоящее имя? - Потому что я тут тоже инкогнито. Никто не знает меня в этом городе, и я могу быть собой, а не идолом прошедшей войны. Иначе все газеты, включая Ежедневный пророк, пестрели бы заголовками, как отдыхает и с кем спит гордость Магической Британии. - Неужели твои вкусы в постели настолько своеобразны, что им можно посвятить отдельную колонку воскресной газеты? – иронично протянул Снейп не способный оторвать глаз от силуэта Гарри, четко прорисованного на фоне панорамного окна. - Тебе и не снилось, - Гарри облокотился на железные перила балкона, вглядываясь в безгранично-глубокое небо с россыпью звёзд. – Что ты делаешь в Италии? Почему среди маглов? - В магический мир я стараюсь не высовываться - все же я был достаточно популярной личностью не так давно. Не хочу, чтобы меня кто-то узнал. А на оборотных зельях долго не проживешь, так что выбор у меня был невелик. В Италию я приехал целенаправленно - колыбель искусства нельзя обделить вниманием. - Откуда ты приехал? - Из Америки, я там был некоторое время. До Америки была Германия, а до нее Дания. Я много путешествую. - Ты больше не возвращался в Англию? - Нет, и не планирую. Конечно, дом в Паучьем переулке я не продал – за ним присматривает соседка, которая уверена, что какой-то мой дальний родственник платит ей ежемесячный гонорар, - Снейп улыбнулся и потянулся, разминая затекшие плечи. - И чем ты все это время занимался? - Путешествовал, читал книги, познавал мир. Научился недурно писать маслом. Даже провел несколько выставок. Гарри бросил на него удивленный взгляд через плечо. - Жизнь слишком непредсказуема. Никогда бы не подумал, что ты сможешь получать удовольствие от чего-то помимо тонкого искусства зельеварения. - Мало кто находился достаточно близко, чтобы знать про мои истинные увлечения и желания, - Снейп хмыкнул. – Но, кажется, я ответил на все твои вопросы, и могу идти. - Можешь, - Гарри повернулся к Снейпу, встречаясь с ним взглядом. Что-то странное происходило в этой комнате. Гарри чувствовал себя оголённым проводом, готовым в любую секунду взорваться. Он буквально ощущал откуда-то появившееся напряжение между ними, чего никогда не было раньше. - Или можешь остаться и провести эту летнюю ночь на моем балконе, с бутылочкой вина, в моей скромной компании. Я могу рассказать, что происходило после битвы. Расскажу, как стал аврором, если тебе это интересно. А ты бы поделился подробностями истории о превращении профессора зельеварения, с гадким нравом в талантливого бродячего художника. Снейп слегка опешил от такого предложения. Он никогда не воспринимал Поттера, как отдельную разумную единицу. И сейчас, когда мужчина видел перед собой молодого, красивого и уверенного в себе волшебника, к тому же далеко не глупого, он был в замешательстве. Такой Поттер не вписывался в его понимание мира. - Красное? - Не наглей, - Гарри призвал из шкафа бутылку вина, и пробка вылетела из тонкого горлышка. - Прошу, - он жестом пригласил Снейпа к себе. Места было немного, и им пришлось сесть на пол, лицом друг к другу, облокотившись спинами об раму французского окна. Они передавали друг другу бутылку вина, прикладываясь губами к тонкому горлышку и бесконечно долго разговаривали. Снейп рассказал, как долго путешествовал по миру, в поисках себя и смысла жизни. Как стал художником, однажды попробовав себя в этом и осознав, что это то, чего ему не хватало в жизни. Гарри же ловил каждое его слово, боясь пропустить что-то важное, что-то, что подсказало бы ему, почему этот новый Снейп перестал быть отталкивающим. Почему он стал интересным и даже притягательным. Безусловно, свободная жизнь, без вечно нависающей угрозы и без надобности вести двойную игру очень положительно повлияли на бывшего профессора. Он стал более расслабленным, морщины на его лице разгладились, движения стали более плавными, а взгляд менее затравленным. Хотя, именно эти глаза - глубокие, черные с серебряными искрами, недоверчиво выглядывающие из-под кустистых черных бровей - выдавали в нем того, кем он был раньше. Да и непропорциональный крючковатый нос остался тем же. Но кожа перестала быть бледной - она приобрела лёгкий золотистый оттенок в тех местах, где ее касалось солнце. Он больше не был похож на большую старую летучую мышь. Единственное, что выдавало в нем бывшего зельевара - пожелтевшие ногтевые пластины. Эту особенность не смыло даже время. Гарри гулял взглядом по Снейпу, не стесняясь того, что тот может подумать. Ему нравилось его тело, сухое и подтянутое, с россыпью мелких родинок, как будто кто-то сдул их с ладошки. Снейпу до ужаса шла его новая прическа и новый образ. - Черт тебя подери, Северус, как у тебя получается выглядеть, как попсовая кинозвезда? Снейп, который как раз делал глоток вина поперхнулся и закашлялся. - Это же как? - он задумчиво осмотрел свое простое белое поло и голубые джинсы. - Я просто одеваюсь как типичный магл. - Слишком сексуально, - Гарри отобрал у пораженного Снейпа бутылку и сделал пару глотков. - Так не должны одеваться профессора Хогвартса, дабы не развращать студентов. - Я давно не профессор. - А я давно не студент. Повисло молчание, которое прерывали только трели ночных цикад. Воздух между ними наэлектризовался. Они сидели, касаясь друг друга коленями, разделенные расстоянием вытянутой руки, освещенные только призрачным светом звёзд. В глазах Снейпа – огромных обсидиановых омутах - плескалось что-то невысказанное, что-то терпкое и волнительное. Едва уловимый намек или обещание. - Какая странная случайность. - У Вселенной нет случайностей, - Гарри откинул голову назад, прикрывая глаза, и наслаждаясь новым незнакомым чувством, зарождающимся глубоко внутри. Где-то под рёбрами. - И мы в ней тоже не случайны. Когда ночь посерела, и скрылась за горизонтом, уступая место рассвету, Снейп покинул комнату Гарри.