The Manipulation of Time and Matter (Манипуляция временем и материей)

      Приземление было мягко говоря неудачным. Гермиона сильно ударилась о пол. На мгновение она растерялась, пытаясь отдышаться. Вернулась. Кабинет Дамблдора выглядел тепло и гостеприимно, как и тогда, когда она отправлялась в путешествие, и ей казалось, что директор, профессора Макгонагалл и Снейп, а также Гарри и Рон не двигались с тех пор, как она исчезла.       Провожая её, все они стояли с улыбками на лицах, а сейчас явно были шокированы.       О, она, должно быть, очень красива. Обнажённая, с кровью и его белым, липким семенем, покрывающим её бёдра, волосы ужасно взлохмачены, синяки на бёдрах.       Но это было не самое главное.       — Я сделала это, я сделала это!       Вскочив на ноги, она активировала отслеживающее заклинание, тщательно и точно выполняя движения палочкой, прошептала:       — Investigo!       В воздухе появился свиток, три маленькие точки ярко мерцали на карте, одна точка в Хогвартсе, а две указывали на места в Лондоне. Она вздохнула с облегчением, что ни один из предметов, не был в недоступных для Ордена местах, таких как Малфой-Мэнор или где-то за границей. Её миссия завершена.       — Боже мой, что с вами произошло, мисс Грейнджер? — воскликнула Макгонагалл. Ведьма быстро наколдовала плед, обернув его вокруг тела Гермионы. Остальные продолжали глазеть на неё. Гермиона, стараясь не обращать внимание на взгляды, сунула свиток в руки Дамблдора, крепко прижимая плед к своему телу. Если повезёт, она сможет объяснить это как несчастный случай, связанный с неизвестным волшебником, хотя она едва ли могла скрыть тот факт, что у неё только что был секс.       Взглянув на Рона, она увидела, как его челюсть судорожно сжалась, словно он боролся с желанием что-то сказать или даже пытался не зарыдать.       «Это, конечно, плохой знак для наших только зарождающихся отношений», — уныло подумала она, мысленно посылая не слишком хорошие слова ублюдку, который отправил её обратно, даже не позволив одеться после секса.       Затем на подоконник опустилась сова и постучала по стеклу. Директор открыл окно, чтобы впустить её, и птица расправив крылья, пролетела небольшой круг по комнате, кинув письмо на голову Гермионы, прежде чем вылетела в окно.       — Оно адресовано мне, — пробормотала Гермиона, уставившись на печать с тёмной меткой.       «Тёмная Метка? Кто мог послать письмо с тёмной меткой? Ох, ерунда какая-то...» — Она почувствовала, как паника сдавила горло, мешая дышать.       — Позвольте мне проверить, нет ли на нём заклятий, — поспешно сказал Снейп, бросив на девушку настороженный взгляд и наклонившись к ней. Он помахал палочкой над письмом и покачал головой. — Как ни странно, всё в порядке, — сказал он.       Дрожащими руками она попыталась открыть письмо.       «Почему он отправил мне письмо? Он хочет рассказать всем о произошедшем? Что он лишил меня девственности в 1955 году? Это что, какой-то шантаж?»       Открыв письмо, она несколько мгновений тупо смотрела на содержимое, прежде чем Снейп нетерпеливо вырвал его из её рук, читая вслух:       Я помню. Л. В.       — Гермиона, что ты сделала? — спросил Дамблдор, и в то же время Снейп воскликнул:       — Я же говорил, что что-то случится!       Повернувшись к ней, Снейп немного остыл, прежде чем спросил:       — Он причинил вам боль, мисс Грейнджер?       — Нет... не совсем, — уклончиво ответила она. Насколько же она глупа, если думала, что никто ничего не узнает?       Макгонагалл прикрыла руками рот и в ужасе уставилась на неё, когда Снейп заметил:       — Вы голая, и если я не ошибаюсь, на ваших... э-э... ногах... это сперма. Плюс это письмо... мисс Грейнджер, вы занимались сексом с Тёмным Лордом?       — Как ты могла! — Гарри уставился на неё своими зелёными глазами, на его лице отразились боль и ярость. Лицо Рона побагровело, грудь выпятилась от возмущения, но он молчал. Но она знала, что он готовится выплеснуть свои эмоции.       Дамблдор устало провёл рукой по лицу и покачал головой.       — По крайней мере, — пробормотал он, — по крайней мере, вы установили отслеживающее заклинание. Хотя какой ценой? Скажите, мисс Грейнджер, какие тайны вы открыли Тому Риддлу?       — Я ничего не рассказала, — с вызовом произнесла она, чувствуя разочарование, гнев и печаль, исходящие от её друзей и преподавателей.       — Пожалуйста, расскажите нам, что произошло в прошлом. — В голосе директора был отчётливо слышен приказ «пожалуйста» было просто формальностью.       Дрожащей рукой она нащупала в сумочке двенадцать пузырьков, наполненных воспоминаниями. Вытащив пробку и палочку, она объяснила:       — Я извлекла свои воспоминания после того, как моя задача была выполнена. Если я должна вам что-то рассказать, мне нужно вернуть воспоминания.       Дамблдор и Макгонагалл выглядели озадаченными, но Снейп одобрительно кивнул ей.       Потребовалось несколько минут, чтобы вернуть воспоминания, а затем она быстро рассказала, что произошло с ней в прошлом, замалчивая любые детали ритуала.       Гарри и Рон сидели, скрестив руки на груди, и смотрели на неё так, словно никогда раньше её не видели, а Макгонагалл плакала, бормоча:       — Бедная девушка. Я знала, что это слишком опасно.       В конце её рассказа Дамблдор тяжело вздохнул.       — Дорогая мисс Грейнджер, — ласково произнёс он, — я ценю вашу жертву. Но вы должны понимать, что теперь вы — обуза, хотя Северус был прав, посоветовав извлечь воспоминания. Том ничего не узнал о крестражах и Гарри, но он, очевидно, читал ваши мысли. Мы не можем знать, что он узнал. Тот факт, что вы не заметили его Легилименции, говорит мне, что вы не можете знать, сколько раз он вторгался в вас.       Эта формулировка заставила её густо покраснеть, а Рон закатил глаза.       Её друг встал, наконец-то обретя дар речи, и гневно произнёс:       — И всё же ты отдалась Волан-де-Морту. Ты... Гермиона, я был о тебе лучшего мнения.       — Мистер Уизли! Нет! — запротестовала Макгонагалл, но парень со слезами на глазах отшатнулся и с грохотом захлопнул за собой дверь. Гарри встал, бросив на неё быстрый взгляд, полный отвращения, ужаса и неохотного уважения, прежде чем побежать за Роном, но осторожно прикрыв за собой дверь.       Стояла звенящая тишина, и какое-то мгновение она сидела неподвижно, со слезами на глазах, беспомощно покусывая губы. Она полагала, что, имея дело с Волан-де-Мортом, ей следовало ожидать худшего.       — Мисс Грейнджер, это ещё не конец света, — произнёс Снейп почти лишённым насмешки и сарказма голосом. — Вы хорошо справились, выполнив свою миссию, хотя ваше возвращение было более опасным, чем нам всем хотелось бы. Я снова спрошу вас: он причинил вам боль? Он ведь славится своей жестокостью, это уж точно.       Макгонагалл, казалось, всё ещё пребывала в шоке, вцепившись в края стула, костяшки её пальцев почти побелели, на лице застыло опустошённое выражение.       Гермиона покачала головой и сказала:       — Я не хочу об этом говорить. — До самой смерти она будет яростно отрицать тот факт, что у неё внутри находился член Волан-де-Морта. Хотя она была вся в синяках и ссадинах, и, вероятно, к утру ей понадобится обезболивающее.       Снейп пожал плечами:       — Как хотите. Но приходите ко мне, если вам понадобятся какие-нибудь зелья. Любые.       Вскинув голову, она прошептала:       — Боже, мне кое-что нужно. Не было ни заклинания, ни контрацептива...       Снейп скривил рот, как будто думал: «я же говорил», но Макгонагалл выглядела так, будто её сейчас стошнит прямо на ковёр.       — Я распоряжусь, чтобы зелье доставили в вашу комнату, — спокойно сказал Снейп. — И, может быть, обезболивающее зелье или два?       Она кивнула в знак благодарности.       Дамблдор откашлялся.       — Мисс Грейнджер, — ласково произнёс он, — я знаю, что вам пришлось нелегко. Я хочу, чтобы вы сейчас отдохнули, а утром мы поговорим. Но сначала я должен проинформировать вас. В связи с этим... неожиданным событием... я вынужден временно запретить вам посещать любые собрания Ордена. Вы свободны, мисс Грейнджер.       Она медленно поднялась, решив не плакать перед этими людьми.       Встретившись взглядом со Снейпом, она увидела неприкрытое сочувствие в его чёрных, обычно бесстрастных глазах и быстро отвела взгляд, чтобы её не одолело чувство несправедливости.       — Спокойной ночи, профессора, — спокойно сказала она, прежде чем выйти, всё ещё завёрнутая в плед, сжимая в руке расшитую бисером сумочку.       Закрывая дверь, она услышала, как Дамблдор сказал:       — Нам нужно поговорить, Северус. Это может нам...       Дверь закрылась и больше она ничего не услышала.

***

      В ванной старост она вымылась, особенно тщательно вытирая бёдра от теперь уже высохшего семени. Она даже попыталась очистить себя изнутри, но засунуть палец во влагалище оказалось не лучшей идеей, она всхлипнула и поспешно убрала палец. Нет ничего удивительного в том, что Волан-де-Морт грубый любовник. Любовник! От этой мысли её чуть не стошнило. Он был её любовником не больше, чем она... её внутренний голос подсказал: членом Ордена.       Всё, что она сделала, — это сориентировалась в безвыходной ситуации, сделав всё возможное, когда всё пошло наперекосяк. И это сработало, Волан-де-Морт отправил её назад, помог ей на пути к собственному падению. Она должна убедить себя, что её жертва не была напрасна, иначе она не знала, как сможет жить с тем, что ей пришлось совершить.       Вытираясь полотенцем, она внимательно оглядела себя в зеркале. Она провела тринадцать дней в прошлом и постарела на семь лет. Её новый возраст — двадцать четыре года.       Да, её фигура изменилась. Бёдра стали шире, грудь больше, хотя она всё ещё оставалась стройной. Лицо выглядело старше, всё ещё молодым, но просто... старше, чем раньше. Однако её волосы, казалось, были точно такой же густой гривой. Внутри она чувствовала себя намного старше, но полагала, что это может быть просто стресс, потому что никто не говорил что путешествия во времени влияют на ментальный возраст.       Выйдя из ванной старост и медленно направляясь к Гриффиндорской башне, она столкнулась в коридоре с профессором Снейпом. Он выглядел так, словно только пришёл с улицы, его лицо слегка покраснело, а зимняя мантия развевалась вокруг.       Он почти остановился, глядя на неё. Затем кивнул ей и быстро прошёл вперёд. Если она не ошибалась, Дамблдор послал бы своего шпиона к Волан-де-Морту, чтобы получить больше информации о намерениях Тёмного Лорда. Судя по тому, как он посмотрел на неё, хороших новостей не было.

***

      Обезболивающее зелье, которое передал ей Снейп, оказалось благословением. Он дал не два, как говорил, а четыре. На следующее утро она едва смогла сесть и приняла два последних обезболивающих зелья, почувствовав мгновенное облегчение.       «Интересно, знает ли профессор, что Тёмный Лорд занимался лю... нет! Что он раньше трахался, а не занимался любовью, это был абсолютно точно, просто жесткий трах!»       Дрожащими руками она приняла ещё одну дозу противозачаточного зелья. Содрогнувшись, она представила, как было бы ужасно забеременеть от Волан-де-Морта.       Пропустив завтрак, не желая видеть ни Гарри, ни Рона, ни счастливых, беззаботных улыбок своих однокурсников-гриффиндорцев, наслаждающихся воскресным завтраком, она направилась прямо в библиотеку.       Она заметила странные взгляды студентов, мимо которых проходила в коридоре, подозревая, что они, вероятно, удивляются её внезапному изменению внешности. В библиотеке она собиралась найти заклинание из ритуала, но ей запретили входить в запретную секцию.       Кипя от злости, она немного прогулялась вокруг озера, пытаясь успокоиться. Её назвали обузой. Её убрали из Ордена. Её не пустили в запретную секцию. Ясно, что ей нельзя доверять ничего: ни магии, ни секретов, ни участия в военных действиях. Она не удивится, если её вышвырнут из Хогвартса за то, что она представляет угрозу.       Когда прилетела сова с приглашением в кабинет директора, её снова обуял гнев.

***

      И снова она сидела перед директором, Макгонагалл и Снейпом.       — О, вы очень красивая девушка, — сказала ей Макгонагалл с тёплым сочувствием в глазах, — хотя, осмелюсь заметить, нелегко повзрослеть за одну ночь.       Она благодарно кивнула, одарив декана факультета лёгкой натянутой улыбкой.       «Обуздай свой гнев, Гермиона», — сказала она себе.       — Мисс Грейнджер, — устало произнёс директор. Его лицо осунулось, а вокруг покрасневших глаз залегли тёмные круги. — Профессор Снейп посетил Тома вчера вечером, чтобы узнать от него всё о вас и о письме, которое он прислал.       Она кивнула, догадавшись об этом, и перевела взгляд на профессора Снейпа.       — Тёмный Лорд жаждет снова встретиться с вами, но я не знаю почему.       Её охватил шок.       — Он хочет со мной встретиться? — этого она точно ожидала. Она думала, что он будет смеяться над тем, как он представил её перед Дамблдором, или злорадствовать, получив информацию из её воспоминаний. Но не... это.       — Это правда, — сказал Дамблдор. — Но это также возможность, которую мы не должны упускать. Мисс Грейнджер, вместо того чтобы ходить вокруг да около, я скажу вам прямо: я хочу, чтобы вы были нашим новым шпионом.       — Шпионом? — она повысила голос, уставившись на Дамблдора. Наклонившись вперёд, она ударила кулаком по его столу. — Вам не кажется, что я уже достаточно сделала? Я вынуждена была... сделать это... с этим монстром, чтобы вернуться сюда!       — Да, я имею в виду шпионаж, чтобы помочь Гарри, ради общего блага, — спокойно сказал Дамблдор. — Ведь вы всё ещё хотите помогать, верно, после всего, что вам пришлось пережить?       Чёрт возьми. Это ловушка. Если она скажет «нет», её вышвырнут отсюда, возможно, даже сотрут память. Если она согласится, то, вероятно, её убьёт Волан-де-Морт, но, возможно, она успеет что-то сделать, как то помочь Ордену.       — Тогда, наверное, я должна согласиться, — злобно процедила она.       Снейп дёрнул рукой, как будто хотел похлопать её по руке или дать пощёчину.       — Это опасно, мисс Грейнджер. Весьма опасно. Вы должны выслушать нас, прежде чем принимать какое-либо решение. Одно можно сказать наверняка: нам придётся извлечь ваши воспоминания о крестражах до тех пор, пока вы не усовершенствуете окклюменцию.       — Хорошо, — произнёс директор. — После моего ухода Минерва будет приглядывать за вами. Возможно также, — он снова взглянул на Снейпа, — Минерва будет единственной, кому будет известно о вашей истиной преданности.       — Поверят ли люди, что я, магглорождённая, добровольно присоединилась к Сами-Знаете-Кому? — спросила она.       — О да, — сказал Дамблдор, — вы притворитесь, что вас соблазнила тёмная сторона, в самом буквальном смысле.       Она поморщилась, подумав, что её сделка с Волан-де-Мортом была очень далека от соблазна.       — Вы будете работать в паре с профессором Снейпом, и он проинструктирует вас. Вы будете в апартаментах Северуса... — сказал волшебник, заставив и её, и Снейпа, и Макгонагалл приподнять брови. — ...притворитесь его любовницей, — продолжал Дамблдор.       Снейп сердито вздохнул, Макгонагалл повернулась к нему и угрожающе прошипела:       — Если ты прикоснёшься к девушке...       Как ни странно, Снейп только пожал плечами.       — Девушка только что заставила Тёмного Лорда помочь ей вернуться в её временную шкалу. Я думаю, она может сама о себе позаботиться.       Как ни странно, Макгонагалл кивнула, прежде чем спросила:       — Альбус, кто же поверит, что Северус и мисс Грейнджер вместе? Хотя сейчас она выглядит старше, люди всё равно узнают её настоящий возраст. И что насчёт попечительского совета?       — Думаю, мне придётся несколько раз прикоснуться к ней на публике, — с невозмутимым видом произнёс Снейп. — Тогда все поверят.       И Гермиона, и Макгонагалл заморгали от нелепой мысли о Северусе Снейпе, прикасающимся к Гермионе. Но, наконец, Макгонагалл сказала:       — Я полагаю, что это сработает.       Директор поморщился и кивнул Северусу.       — Вам придётся попросить Тома занять положение в совете. Я не могу поспособствовать этому.       «Лицемер», — подумала Гермиона, и по взглядам двух профессоров, сидевших рядом с ней, ей показалось, что они думают то же самое.       — Чуть раньше мисс Грейнджер указала на кое-что важное. Она магглорождённая. Откуда нам знать, что Сами-Знаете-Кто не убьёт её? Или использует как пешку, чтобы шантажировать Гарри?       — Я не думаю, что он убьёт её, — медленно произнёс Снейп. — Просто... не поднимайте эту тему, не провоцируйте. И, кажется, вы произвели на него впечатление, — добавил он, с любопытством глядя на Гермиону.       — Если она будет втянута на тёмную сторону, её ценность как пешки значительно уменьшится, — бесстрастно заявил директор. — Гарри и пальцем не пошевелит, чтобы спасти её, если поверит, что она на стороне Тома.       Гермиона почувствовала, как по спине прошла дрожь. Все будут думать, что она злая. Сумасшедшая магглорождённая присоединилась к Сами-Знаете-Кому. Так и будет. Ужасно. Очень похоже на то, с чем профессор Снейп сталкивается каждый день. И почему она чувствовала, что на её стороне профессор Снейп, а не великий, добрый и прославленный Альбус Дамблдор?       Прочистив горло и внезапно почувствовав, что у неё перехватило дыхание, она спросила:       — А как же моё образование.       Директор пожал плечами.       — Учитесь, как обычно.       — Тогда я хочу обратно свой допуск в запретную секцию, — твёрдо сказала она.       Снейп закатил глаза.       — Ваша учёба это не только допуск в запретную секцию, — протянул он, а потом насмешливо пробормотал: — Мисс всезнайка.       Она фыркнула, прежде чем спросила:       — Есть ли среди женщин Пожиратели смерти? — на ум приходила только Беллатрикс Лестрейндж, и она искренне задавалась вопросом, есть ли другие.       — Конечно, — ответил Снейп. — Да, волшебников больше, но я бы предположил, что меньше половины — женщины. Где-то тридцать восемь процентов.       Гермиона подумала о том, что, может быть, это просто излишняя дотошность.       Отогнав от себя эту мысль, она спросила:       — Мне придётся получить тёмную метку? — её вопрос был адресован профессору Снейпу, но ответил директор:       — Понятия не имею, потому что, насколько нам известно, он не принял в свои ряды никого, кто хотя бы на четверть не был бы волшебником.       — Сколько воспоминаний придётся изъять?       — Хороший вопрос, — пробормотал директор. Он на мгновение задумался, прежде чем ответил: — О крестражах и то, что мы их ищем. Он поймёт, что что-то не так, если большинство ваших воспоминаний будут отсутствовать.       — Верно, — согласилась Макгонагалл.       — Но... тогда он узнает о Гриммо, о членах Ордена, о Гарри и... — она растерялась.       Дамблдор вздохнул.       — Он уже многое знает. Главное в шпионаже, знаете ли, — правда. Северус, к сожалению, должен рассказывать Тёмному Лорду некоторые вещи, которые мы предпочли бы скрыть, просто чтобы завоевать его доверие. Точно так же мы вынуждены не действовать по всем крупицам и кусочкам информации, которую Северус предоставляет нам. С такой информацией нужно обращаться осторожно, чтобы не разоблачить нашего ценного шпиона.       К её удивлению, Макгонагалл и Снейп кивнули.       — Благодаря благоразумию Альбуса, — тихо сказал Снейп, — я всё ещё жив. Но то, во что мы были вынуждены не вмешиваться, всё ещё причиняет мне боль. Смерти, нападения, другие преступления... — он замолчал, его лицо исказила гримаса боли.       — И мы сделаем всё возможное, чтобы не потерять ничего, когда Альбус покинет нас, Северус... а теперь ещё и Гермиона.       Гермиона вертела в руках волшебную палочку, и сердце её обливалось кровью при мысли о том, что она предоставит информацию, которая могла бы спасти кого-то, а потом... этих людей всё равно придётся принести в жертву, чтобы сохранить себе жизнь. Она взглянула на Снейпа, в некотором смысле радуясь, что он не настолько жестокий, чтобы не чувствовать боли из-за этого.       Но был ещё один момент, который тоже беспокоил её.       — До меня доходили слухи о пирушках, — сказала она. — Мне обязательно заниматься сексом с Пожирателями смерти?       Снейп приподнял бровь.       — Из того, что я узнал, вы должны больше беспокоиться о нём.       — Что? — воскликнула она, прекрасно понимая, кого он имеет ввиду.       — Он же старый! Ему больше семидесяти лет! Разве он не импотент или, по крайней мере, уже неспособен? — она замолчала, не желая открыто говорить об этом перед своими профессорами.       «Опять же, они не могут ожидать этого от меня! Только не сейчас, когда он выглядит так... так!»       К её удивлению, и Снейп, и Дамблдор хихикнули. С возмущением уставившись на двух стариков — хотя она и допускала, что Снейп, возможно, и не стар, но он определённо слишком стар для такого поведения, не говоря уже о Дамблдоре.       Затем Снейп придал своему лицу обычное, бесстрастное выражение.       — Я не могу сказать вам, как часто он ощущает желание, но я могу подтвердить, что он может, если захочет. Не факт, что он захочет этого с вами. Однако я не могу полностью исключить возможность того, что вы понадобитесь ему в этом плане. Может быть, он просто хочет завербовать вас. Единственное, что я пока знаю, так это то, что вы интересны ему.       — О Мерлин, — простонала она, прикрывая голову руками. — Вместе с другими Пожирателями смерти?       — Нет! — Снейп на мгновение растерялся. — Это очень маловероятно, по крайней мере, если у вас нет такого желания, — объяснил он, прежде чем выражение его лица смягчилось, будто он внезапно вспомнил, что перед ним молодая девушка. — В слухах о пирушках есть доля правды, — осторожно продолжил он, — но всё не так плохо. Да, могут быть пытки и смерти, хотя и не всегда, и да, бывает публичный секс, но не часто. Возможно, вам придётся наблюдать за изнасилованиями. Но не с его последователями. Он ведь не дурак, вы же знаете. Если он будет пытать и насиловать своих, никто не согласиться прислуживать ему. Обычно на пирушках просто пьют, рассказывают анекдоты и истории. Хотя некоторые принимают зелья, меняющие сознание.       Взглянув на мужчину, она вдруг выпалила:       — Вы же дилер!       — Прошу прощения?       — Вы снабжаете их этими зельями!       — Конечно, — сказал он небрежно, как будто это ничего не значило. Заметив её удивлённое выражение лица, он добавил: — Это едва ли самое худшее, что я делаю. Поверьте мне, мисс Грейнджер, если вы примете миссию, вам придётся делать гораздо худшее, чем варка нескольких сомнительных зелий. Скажите нам, вы правда готовы пытать или даже убивать людей, чтобы доказать свою ценность и преданность Тёмному Лорду?       Она пожала плечами.       — Наверное, нет, но что это изменит?       «Боже, я превращусь в монстра». Она с трудом сглотнула, снова сдерживая слёзы.       — Верно, — ответил Снейп. — Я просто хочу, чтобы вы знали, с чем — и кем — вы имеете дело. Вы должны быть готовы, к тому, что вас ждёт.       Она сжала губы, и взглянула на директора.       — Но есть одно условие. Мои родители должны быть в безопасности. Я хочу, чтобы вы отправили их в безопасное место. Полагаю, я не смогу ни навестить их, ни защитить.       Дамблдор кивнул.       — Мисс Грейнджер, я вам очень благодарен за то, что согласились на это. Даю вам слово, что ваши родители будут в безопасности, и я думаю, что вы правы, полагая, что вам нужно держаться от них подальше.       Снейп усмехнулся.       — Я надеюсь, что вы выполните своё обещание — на этот раз.       К её удивлению, Дамблдор выглядел пристыженным.       — Я обещаю, Северус, — тихо сказал он. Повернувшись к девушке, он продолжил: — Для нас очень важно, если нам удастся внедрить в ряды Тома двух шпионов. Северус замечательно выполняет свою работу, но он состоит во внутреннем кругу и занимается в основном стратегией, вербовкой и тому подобным.       Она мрачно уставилась на директора, гадая, что именно означает «работа» на Волан-де-Морта.