Pain and Power

Их секрет продолжался уже несколько месяцев, и, честно говоря, Хонджун был самым долгим клиентом, который когда-либо у Пака был. По четвергам они вместе уезжали с работы, как только все работники покидали офис, и Сонхва отвозил их вместе к себе домой. Ким даже ночевать стал по четвергам у парня дома, прижимаясь к чужой груди. Сонхва не понимал, что делает. Он всегда говорил категорически «нет» отношениям, но с этим пареньком, свернувшимся калачиком рядом с ним и выставившим напоказ своё прекрасное тело, он не мог разбудить его и попросить уйти. Постепенно всё это начинало походить на отношения. Особенно когда на следующий день, в спальне для гостей, мужчина обнаружил шкаф, полностью забитый рабочей одеждой Хонджуна. Утро пятницы было таким же, как и большинство до этого: Сонхва вёл машину, положив руку на бедро младшего, когда они въезжал в гараж перед офисом. Пак был безумно рад, что сегодня вечером у него не намечалось никаких клиентов, потому что ему нужно было разобраться с тем, что происходит у него в голове. Каждый раз, когда он видел маленького беловолосого мальчика на коленях, умоляющего его, член старшего дёргался от возбуждения, но это ведь было нормально. Это зрелище было из ряда вон сексуальным для него, так почему же Хва почувствовал жжение в груди, когда готовил завтрак и младший вышел из гостевой комнаты с растрепанными волосами в рубашке Пака, накинутой на плечи? Припарковавшись на своем обычном месте, они оба вышли из машины. Ким слегка кивнул и помахал старшему рукой, а после пошёл в совершенно противоположном направлении, чтобы найти машину Чона, где тот ждал его с кофе. Пара обсудила, что будет лучше как можно меньше проводить время вместе на работе. Единственным человеком, который начал что-то подозревать — был Чон, который (во-первых) видел, как они однажды утром вместе выходили из машины Сонхва, и (во-вторых) прошёл мимо яростно целующихся ночью парней, когда те думали, что все работники уже давно ушли. Тогда Чон предположил, что они либо просто перепихнулись, либо, возможно, ему показалось, и они снова скандалили. Секретарь наблюдает, как Хонджун подходит к машине, а его глаза безмолвно предупреждали Чона не говорить ни слова. Парень, похоже, был в плохом настроении, ещё хуже, чем обычно. Чего Чон не знал точно, так это того, что Мистер Ким прошлой ночью был очень плохим, а Пак не позволял бедному мальчику кончать всю ночь. Именно поэтому он был так возбужден и зол. Хонджун думал, что это была лишь пустая угроза. Сонхва чувствовал гордость, зная, что этот бедный мальчик отчаянно нуждался в разрядке, но не мог ничего с этим сделать, потому что он сказал «нет». Парень разозлился на старшего на работе, отказался извиняться да ещё и плохо перенёс наказание. В целом был очень непослушным. Старший знал, что он должен показать ему, кто здесь главный, и только по этой причине Кима наказали, а потом сказали, что он не может кончить. Ким Хонджун вышел из лифта и направился в свой кабинет. Поскольку никто не знал истинной причины, по которой их босс был так озлоблен, в офисе поползли сплетни о том, что могло так сильно разозлить парня, а другие и вовсе говорили, что они счастливы не иметь сегодня с ним дел. Сонхва ухмылялся, зная, что это он та причина плохого настроения Кима. Но недолго длилось его счастье: мистер Чон подошел с печальным выражением лица и вручил список дел Пака, которые нужно было сделать к концу рабочего дня. Некоторые даже, к слову, не входили в его обязанности. — Вау, Сонхва, что ты такого уже сделал, чтобы так рано разозлить мистера Кима?! Естественно, сплетники в офисе были повсюду, вокруг него, но тот лишь пожал плечами, уже планируя, как отомстить младшему, который сегодня запер дверь своего офиса, обрывая связи со всеми. Джун был наполовину возбуждён весь день и раздраженно топал по офису, крича на бедных женщин, которые, казалось, даже немного сбивались с работы. Сонхва знал, что нужно дать бедному мальчику разрешение, но он отказывался, пока тот не попросит его и не извинится. Пак вышел из кабинета и вернулся к своему столу, собирая вещи, когда почувствовал, как кто-то похлопал его по плечу. Несколько женщин вокруг смотрели на него огромными испуганными глазами, когда он повернулся к боссу. — Мистер Пак, я хотел бы видеть Вас в моем кабинете, как только Вы закончите собирать вещи, — Ким повернулся, закрывая дверь, и Сонхва хотел было рассмеяться над беднягой, но еле сдержался, сохраняя спокойное выражение лица. — Мистер Пак! Мне так жаль, Вы были таким хорошим сотрудником. Если что-то пойдет не так, то запомните, что Вас тут любили, — парень кивнул, зная наперёд, что его точно не уволят. Хонджун, вероятно, просто хотел попросить пойти с ним домой и получить такую отчаянную разрядку, в которой он нуждался весь день. Пак подождал, пока все остальные уйдут, кроме господина Чона, который должен уйти после распоряжения босса. Сонхва постучал в дверь и услышал «войдите» прежде, чем открыть её. — Послушай, Джун, если ты хотел вернуться поскорее домой, то мог бы просто написать мне- Пак замолкает лишь от одного похотливого взгляда Хонджуна, когда тот хватает его галстук, потянув на себя, и их губы сливаются вместе, лихорадочно целуя. — Не могу ждать, хочу Вас сейчас, хозяин, — Сонхва ухмыльнулся, оттягивая волосы Кима назад, наблюдая, как тот морщится. — Скажи Мистеру Чону, чтобы он ушел, а потом я хочу, чтобы ты разделся и встал на колени. Ты меня понял? — Д-да, хозяин. Парень быстро подошел к двери, открыл её, сообщив Чону, что теперь он спокойно может уйти домой, а ему просто нужно закончить кое-какие дела по работе, которую он дал Паку. Дверь молниеносно закрылась. Они стояли и смотрели друг на друга, пока не убедились, что секретарь действительно вышел из офиса и за ним закрылись двери лифта. Как только сигнал оповестил, что кабина поехала вниз, Хонджун запер дверь на замок и, лихорадочно стянув с себя одежду, упал на колени. — Ты был таким плохим мальчиком последние два дня. Где же мой хороший мальчик? — Я хороший мальчик, хозяин. Пожалуйста, я обещаю, что буду хорошим мальчиком только для Вас, — старший снял пиджак и повесил его на стул Кима. — Вчера я дал тебе шанс проявить себя как подобает. Но, знаешь, я сегодня добрый, докажи мне, что ты можешь быть хорошим мальчиком. Ты не казался таковым, когда решил дать мне дополнительную работу, просто потому что был наполовину твердым в штанах, — Хонджун заскулил, стоя на коленях и глядя в пол. Сонхва подошел к нему, поднимая чужую голову за подбородок. — Извините, хозяин, я больше не буду этого делать. Я просто хотел привлечь внимание хозяина, — Пак мельком кивнул, наклоняясь и оставляя на губах краткий поцелуй. — Извинись передо мной, шлюшка, и я подумаю о твоей разрядке, — Хонджун кивнул, наблюдая за тем, как Сонхва расстёгивает рубашку, стягивая её и бросает в кучу одежды, расстегивая ремень. — Я хочу, чтобы ты лёг на свой стол. Ты действительно думаешь, что всё будет так просто? Соблазнить меня в своём офисе и получить то, что ты хочешь? Нет. Последние два дня ты вел себя очень плохо, ты даже кричал на бедных женщин из-за возбуждения. Я думаю, тебе нужно снова узнать, кто здесь главный, и научиться хорошим манерам. Младший почувствовал, как смущение поднимается вверх по его шее, но он всё-таки лёг поперек стола, крепко прижимаясь своим членом к холодному дереву. — Да, хозяин, я исправлюсь, простите. Пак снял свой галстук, туго связав руки младшего, но ему это доставляло неимоверное удовольствие. Затем он посмотрел на черный ремень в своих руках, хлопая им по заднице. Хонджун застонал, прислонившись щекой к столу, когда почувствовал очередь из шлепков по своему, и без того, измученному заду ещё с прошлой ночи. Сегодняшнее наказание было связано не с болью или удовольствием, а со смущением, и Хва уже заметил густой румянец на чужой шее. — Ты сегодня ужасно тихий, чтобы быть хорошим мальчиком, разве ты не знаешь, что хозяин любит слушать твои жалобные стоны? — Да, хозяин, простите. Хонджун замирает в ожидании, когда слышит, как старший снимает свои штаны и отбрасывает их к другой одежде, а потом медленно стягивает боксеры. Младший наблюдает, не сводя глаз с мужчины, пока тот справляется со своей одеждой. Чего он не ожидает в следующий момент, так это того, что Сонхва подхватит его и понесёт к двери, прижимая к ней, держа его за бёдра. — Я не собираюсь облегчать тебе задачу. Ты был таким плохим мальчиком, но сегодня ты так хорошо справился с наказанием, — парень издаёт стоны, когда Сонхва хватает его за волосы, а затем он открывает дверь в офис, зная, что там никого нет. Сердце Хонджуна застряло где-то в горле. — Ч-что ты делаешь, Хва? — он чувствует сильный шлепок по своей заднице. — Разве я говорил, что ты можешь называть меня по имени? Чего ты стесняешься? О, тебе стыдно? Здесь нет никого, кто мог бы услышать твои жалобные стоны или увидеть, как ты прыгаешь на моем члене. Почему ты жалуешься? Я думал, что ты будешь хорошим мальчиком для своего хозяина, — младший ёрзает, когда его кладут на стол Пака. — Простите, хозяин, я буду хорошим, хочу быть хорошим мальчиком для Вас. Сонхва кивнул, ухмыляясь парню, и повернул его так, чтобы он склонился над столом. Пак схватил свою сумку и вытащил смазку. Может быть, старший думал о том, чтобы трахнуть Джуна в офисе или в машине. Мужчина смазал один палец, медленно вводя его, пока Хонджун стонал, сжимая край стола так сильно, как только мог своими связанными руками. — Ты всегда такой тугой. Как ты думаешь, что бы сказали остальные, если бы увидели, как тебя связанного трахают мои пальцы, м? — Ким лишь заскулил, закусив губу. — Я не знаю, хозяин, не хочу об этом думать. Сонхва знал, что тот лжёт. Он зарылся свободной рукой в волосы Хонджуна, слушая стоны, и добавил ещё один палец, растягивая мальчика. — Все в офисе давно заметили, что ты моя маленькая шлюха, разве это не интересная тема для разговора? Как ты думаешь, что сказал бы Мистер Чон из IT отдела, увидев тебя растянувшимся поперек моего стола? Или же парень Чона, Мистер Чхве, м? Что бы они сказали, если бы увидели, как ты лежишь на моём столе, умоляя о моём же члене? Как бы другие отреагировали, узнав, что причина, по которой ты был таким мудаком сегодня, заключалась в том, что я не разрешил тебе кончить прошлой ночью? Младший покраснел от смущения, но всё ещё стонал и истекал по всему столу, пока его трахали пальцами. — Ах, хозяин, пожалуйста, не дразните меня. Мне так хорошо. Пак вытащил свои пальцы, услышав громкий скулёж Кима, но это быстро сменилось стонами, когда тот почувствовал, как Сонхва пристраивается членом к его заднице. — Джун, я предоставлю тебе решать самому. Ты хочешь, чтобы я трахнул тебя на моём столе, где любой может выйти из лифта и услышать твои жалкие всхлипы, или ты хочешь оседлать меня, пока я сижу в твоём кресле, и ты докажешь мне, какой ты хороший мальчик, и что ты знаешь, кто на самом деле тут главный? Младший что-то неразборчиво шептал, пока Пак точно не услышал: — Оба. Я выбираю оба варианта, хозяин. Доминант ухмыльнулся, думая, что мальчик вряд ли будет готов к обоим, ведь он уже и так был на грани. Старший натянул презерватив и проскользнул своим членом, прижимая его к дырочке Хонджуна. — Хорошо. Ты точно этого хочешь? Мы ведь можем остановиться прямо сейчас. — Нет, пожалуйста! Господи, трахни уже меня, я хочу почувствовать тебя в себе! Сонхва вошёл в него резко, в одно движение, зная, что младший уже хорошо подготовлен. Тот громко застонал, когда Пак схватил его за волосы и снова сильно толкнулся в него, проходясь по простате. Старший очень любил стоны Джуна. — Как бы все отреагировали на то, что их босса шлёпает по аппетитной заднице его же сотрудник? А этот босс лишь стонет и чувствует себя наполненным, как дешёвая шлюха, которой он и является. Рука Пака скользнула вверх, очерчивая нежную кожу и схватила чужое горло. Мальчик хватал ртом воздух, стонал громче, положив свою голову на грудь Сонхва, когда тот неожиданно поднял младшего. Он медленно отодвинулся, и Хонджун дёрнул связанными руками, пытаясь заставить старшего толкнуться обратно. — Неужели ты не можешь подождать и минуты, пока член хозяина не окажется внутри тебя? — Ким отрицательно покачал головой, и старший отнёс его в свой кабинет, усаживаясь в кресло, наконец развязывая галстук на запястьях мальчика. — А теперь, я хочу, чтобы ты оседлал меня, пока я сижу в твоём офисном кресле. Разве не стыдно растягиваться на моём члене, пока я вот так сижу за твоим рабочим местом? Это же то самое кресло, в котором ты кричишь на людей, отвечаешь на телефонные звонки и делаешь всю свою работу. Теперь садись на мой член, — Хонджун снова покраснел, сидя на чужих коленях, поднимаясь и твердо садясь обратно на плоть, издавая громкий стон каждый раз, как он толкался в чувствительные стенки. — Мистер Ким, какая же Вы шлюха. Вы скачете на мне, пока я сижу на Вашем месте. На месте своего босса. Вы даже не могли дождаться, когда мы вернемся домой, хотели, чтобы весь офис знал, какая Вы шлюха? — Хозяин, пожалуйста, трахни меня, я такая шлюха, пожалуйста, хозяин, отныне я буду только хорошим мальчиком, пожалуйста… — младший быстро подпрыгивал на чужих бёдрах. Сонхва подхватил его за талию достаточно крепко, чтобы на ней остались очередные синяки и прильнул к шее. Внезапно старший укусил Джуна и он пропустил очередной громкий стон. — Блять, ах, хозяин, пожалуйста, пожалуйста…я хороший мальчик, пожалуйста, хозяин, я не могу больше сдерживаться…пожалуйста, хочу кончить на мой стол, я хочу показать, какая я шлюха на самом деле… Пак подвинул стул поближе к столу младшего и поцеловал его в спину. — Ты был хорошим малышом, ты можешь кончить. Хонджун громко застонал, крепко вцепившись в стол, когда наконец получил долгожданную разрядку, пачкая свое рабочее место. Он понял, что Сонхва тоже жаждал оргазма не меньше, когда его стащили с члена и толкнули на пол. Старший перекинул тонкую ногу Кима через своё плечо, продолжая входить в него, пока младший громко стонал, не заботясь о том, что его тело сильно и быстро терлось о ковёр, оставляя небольшие ожоги. Оргазм накрыл Пака через пару минут. — О боже, блять, Джун. Сонхва тяжело дышал, медленно выходя из тела парня. Он стянул презерватив, кинув его на стол Хонджуна, а тот выглядел до безумия смущенным. Мужчина схватил его за волосы и потащил к столу. — Похоже, ты тут всё испачкал. Убери это. Своим ртом. Я хочу, чтобы ты вылизал, — да, младший был унижен, но всё ещё возбуждён властью Сонхва над ним, поэтому принялся жадно слизывал их сперму со стола. Как только он закончил, Пак притянул его к себе, сходясь губами в глубоком поцелуе, прижимая мужчину ближе, переходя поцелуями на челюсть и шею, пока младший безудержно краснел. — Ты такой хороший, малыш. Такой послушный мальчик. Знаешь, мне так везёт каждый раз, когда я вижу твоё миленькое личико, малыш. Ты заставляешь меня чувствовать себя самым счастливым парнем на свете, Джун. Хонджун широко улыбнулся и захихикал, когда старший поцеловал его в шею, куда-то за ушко, слегка прижимая к себе. — Хва, нам нужно привести себя в порядок и уходить, уборщики будут здесь с минуты на минуту. Сонхва кивнул в ответ, встал и вернулся с несколькими влажными салфетками, которые он достал из своей сумки, помогая вытереть и младшего, и себя. Они беспорядочно одеваются, Хонджун быстро кутается в пиджак Пака. Младший радостно держит его за руку, думая, что их не заметят, но никто из них не знал, что мистер Чон сидит в машине своего парня, который работает в том же здании, пытаясь закончить проект. Он наблюдает за этими двумя, видя, как его босс широко улыбается, хихикает, когда тянет Сонхва за руку к машине старшего. Секретарь замечает чрезмерно большой пиджак, который, явно, не принадлежит мистеру Киму. На младшем слегка растрепанные волосы, и как он мог не заметить новый засос на шее босса? Он наблюдает, как Хва тянет младшего к машине, целует его, а маленькие руки Кима слегка толкают его в грудь. Затем Пак открывает перед ним дверь. Теперь он ещё больше интересуется, каковы их отношения, хотя они, кажется, встречаются. Чон наблюдает, как Сонхва выезжает из гаража, а младший крепко держит его за свободную руку. Он был потрясён, увидев улыбку на лице босса, он был в абсолютном шоке, увидев, что он ведёт себя как стыдливая школьница, но Хонджун здесь, в машине Пак Сонхва, глядит на старшего со всем восхищением, играя с его пальцами.