Глава 3
28 декабря 2020 г., 09:31
После вспышки гнева на Шэнь Юаня накатывает усталость. Отсутствие эмоций напоминает снегопад. Усталость укутывает тяжёлым покрывалом и убаюкивает. Хрупкое равновесие, достигнутое ранее под её давлением, исчезает, и игнорировать симптомы ранения больше не получается.
Мигрень возвращается, с новой силой вгрызаясь в голову, и постепенно перерастает в давящую, гудящую головную боль, от которой больно глазам. Боль делает Шэнь Юаня невероятно податливым. Он не сопротивляется, когда его подхватывают под локоть и ведут обратно в комнату. Он не возражает, когда чужие руки помогают сесть, поджав колени, за стол. Эти руки ловят его, когда он начинает заваливаться набок, и помогают опереться о диван. Руки исчезают только на секунду, а после подносят Шэнь Юаню ложку и что-то керамическое.
Шэнь Юань открывает глаза. Перед самым носом плещется конджи, а в руках, оказывается, миска. Собственные пальцы кажутся ему ватными и неуклюжими. Они предсказуемо не могут удержать миску, но чужие руки, стоит блюду с едой начать выскальзывать, подхватывают и возвращают его в устойчивое положение.
Проследив взглядом эти руки от кончиков пальцев вверх по плечу, Шэнь Юань смотрит в лицо Ло Бинхэ.
– Спасибо, – с губ срывается шёпот. Кажется, что стоит позволить словам прозвучать чуть громче, и голова расколется надвое. – Вторая порция и… и весь бульон… Для Ло Бинхэ… Постарайся есть медленно.
Неужели, когда он ранее очнулся в постели, было так же плохо? Или стало хуже? Боже, как он раньше не замечал? Шичэнь назад он своими руками готовил еду, на которую теперь тошно смотреть.
Руки дрожат. Ложка в них ходит ходуном. Шэнь Юань совершенно не голоден, и потому еда остаётся нетронутой. Вместо этого он выравнивает дыхание и пропускает по телу волну Ци. Он внимательно наблюдает за действиями Ло Бинхэ. Несмотря на гул в голове и белое марево перед глазами, Шэнь Юань хочет быть уверен, что полудемон действительно будет есть медленно и осторожно.
К счастью, так он и поступает. Немного поколебавшись, мужчина разливает чай и подталкивает к Шэнь Юаню его чашку.
Что же, кажется, постный рисовый отвар и слабый бульон пришлись августейшей особе по вкусу. Ло Бинхэ поглощает простую, почти безвкусную пищу, не проронив ни единого возражения. Ест он медленно и постоянно прислушивается к себе – не станет ли плохо. Похоже, катастрофа в пещере его чему-то да научила.
«Это определённо что-то новенькое», – отстранённо отмечает про себя Шэнь Юань и тянется к чашке.
Ложка Ло Бинхэ громко клацает о стенки миски. Шэнь Юань старается игнорировать эти резкие звуки, но всякий раз непроизвольно вздрагивает. Пригубив чай, он обхватывает тёплый фарфор чашки холодными, вспотевшими руками и со вздохом облокачивается о диван. Ничего ведь страшного не случится, если этот Шэнь немного вздремнёт? Но… Кто тогда проследит, чтобы один беспокойный мужчина не довёл себя до беды? Ох… Этот Шэнь совсем не уверен, что сумеет не уснуть.
– Этот Господин должен извиниться, – в разгар приёма пищи вдруг заявляет Ло Бинхэ.
Шэнь Юань едва ли понимает, о чём ему только что сказали. Не до обид сейчас. Не тогда, когда голова кружится с такой силой, что оставаться в сидячем положении – великий подвиг. Но тон Ло Бинхэ настолько непререкаем, что Шэнь Юань находит в себе силы, чтобы отозваться.
– Да?
Ло Бинхэ кивает. И судя по его виду, полудемон несколько устыдился своих действий, но сколько в том правды, а сколько фальши – не ясно.
– Этот Господин проявил неблагодарность. Этот Господин увидел лицо Шэнь Юаня и… поспешил с выводами. За поспешность этот Господин приносит свои извинения.
Слова Ло Бинхэ произносит тихо. Он будто выталкивает их из себя, словно признать неправоту – это так трудно.
Шэнь Юаню хочется истерически рассмеяться. К горлу подкатывает ком. Ло Бинхэ! Устроил сцену с гнетущей аурой и буквальным выкручиванием рук только… только потому… что ему, видите ли, не понравилось лицо этого Шэня? Этот Повелитель Демонов что, думает, что каждый в мире обязан выглядеть, как одна из 3000 красавиц его гарема?
Внезапно голову пронзает странная мысль. Ло Бинхэ десятилетиями правил Империей Людей и Демонов. Он… Ему, вероятно… давно не приходилось ни перед кем извиняться, но только за сегодняшний день он сделал это аж дважды. Пусть неуклюжие, но слова признания неправоты потребовали от Ло Бинхэ гораздо больше усилий, чем полудемон показывает.
Приняв этот факт, Шэнь Юань изо всех сил старается подавить подступающую вплотную истерику. От этих усилий становится ещё более тошно. От вспышки боли сводит скулы.
– Что не так с моим лицом? – всё ещё шёпотом интересуется Шэнь Юань.
Ло Бинхэ на секунду опускает голову. На что он смотрит? На руки этого Шэня? На чашку?
– Этому Господину знакомо лицо мастера Шэня, – отвечает он, снова подняв взгляд.
Эм? «Мастера Шэня»?
Не такого ответа ждал Шэнь Юань. Но, боже, откуда же ему знать было, что Повелитель Демонов, у которого был многотысячный гарем, оказывается, оскорбится не просто внешностью этого Шэня, а чем-то иным? Да кто угодно рассудил бы точно так же.
Если бы не головная боль, Шэнь Юань непременно устыдился бы своих необоснованных инсинуаций.
Ло Бинхэ продолжает говорить, а всё, о чём может думать Шэнь Юань, это тишина. Он очень хочет тишины. Пожалуйста…
«Происходящее сейчас очень важно», – заявляет внутренний голос, и Шэнь Юань напрягает слух.
– … благодарен за помощь, любезно оказанную мастером Шэнем, и хотел загладить вину за свою ошибку в Водной Тюрьме, перевязав раны мастера. Но сняв шлем, этот Господин узрел лик старого врага и… – на мгновение Ло Бинхэ замолкает и качает головой. – Этот Господин обознался. У этого Господина всегда было много врагов. Многие из них могут быть ещё живы, но тот, кого напомнил этому Господину Шэнь Юань, давно мёртв, а его школа разрушена. Больше подобной ошибки этот Господин не совершит.
Чтобы осознать сказанное, Шэнь Юаню требуется время, но в конце концов он издаёт согласный звук.
В голове эхом отдаются чужие слова…
Снял шлем… Узрел лик старого врага…
Но этот Шэнь прекрасно помнит и корку крови под пальцами, и то, что его рана на голове была перевязана, когда он проснулся.
«В чём же дело?» – мысль не даёт покоя.
– … Если достопочтенный думал, что этот – его враг, то зачем было перевязывать раны? – вслух, ни к кому конкретно не обращаясь, задаётся вопросом Шэнь Юань.
Ло Бинхэ молчит. Высказавшись, он вернулся к еде.
Шэнь Юань продолжает думать. Раз за разом он прокручивает в голове слова полудемона, дожидаясь, пока затуманенный разум не осознает каждое и… не признает объяснение сносным.
Что же, чем быстрее этот Шэнь разберётся со сложившейся ситуацией, тем быстрее сможет отправиться спать.
– Я приму извинения, – медленно говорит он. Каждое слово даётся с большим трудом. – Но при одном условии.
– Каком? – голос Ло Бинхэ звучит настороженно, если не сказать встревоженно.
Нет, это просто невозможно. Гудящая голова, подкатывающая к горлу тошнота, тремор в правой руке, вызванный спазмом шейных мышц – всего этого слишком много.
– Перестань… – просит Шэнь Юань, всё-таки закрывая глаза. – Перестань называть этого мастером. Я никогда… не был… и не буду чьим-либо мастером…
– … Этот Господин учтёт твоё пожелание, – отвечает Ло Бинхэ. Голос его доносится, будто откуда-то издалека. Он похож на шум вод большой реки. Рокот воды подхватывает слова и уносит их вниз по течению, и Шэнь Юаню приходится напрягать слух, чтобы разобрать каждое.
«Я просил не о том. Ну да и ладно. Сойдёт и так», – думает Шэнь Юань, а после поскальзывается на краю, и бурный речной поток утягивает его под толщу воды.
***
Сознание возвращается постепенно. Сквозь золотое ядро струится мягкий поток тёплой энергии. Он унимает головную боль. Подчиняясь инстинкту, Шэнь Юань прослеживает поток силы своей Ци, и чужая неуклюжая попытка помочь постепенно начинает приносить облегчение, когда два потока Ци сливаются в один. Рука Шэнь Юаня покоится в чьей-то мозолистой ладони. От неё тепло по венам стремится к пальцам ног. Ноги укрыты невесомым шёлковым одеялом. В уши Шэнь Юаня вливаются звуки: чужое дыхание, шелест ткани, скрип дерева, скрежет камней и вездесущий рокот бездны. Глубоко вздохнув, Шэнь Юань наконец открывает глаза. Над собой он видит золото и красное дерево. Расшитые занавески в этот раз не скрывают золочёную комнату. Рядом с кроватью на коленях стоит мужчина. От него едва заметно пахнет серой. Ло Бинхэ горько кривит губы, глаза его полны странных эмоций. Запястье Шэнь Юаня в его ладони кажется очень маленьким. Ло Бинхэ держит его так бережно, будто оно – хрупкий фарфор. Пальцы мужчины почти не оказывают давления, но поток Ци – плавный и уверенный. – Я… Что произошло? – бросив на своего друга смущённый взгляд, спрашивает Шэнь Юань. Всепоглощающая боль ушла, но тёплая Ци Ло Бинхэ ничуть не хуже неё превращает ослабленный сотрясением разум в студёный кисель. Ло Бинхэ смотрит долго и пристально. Чувства его скрыты под непроницаемой маской отстранённости. Шэнь Юань почти уверяется, что не дождётся ответа, но в глазах Повелителя Демонов вдруг что-то мелькает. – Этот Господин в своей самоуверенности слишком сильно давил на Шэнь Юаня, – мягко и тихо произносит он. Несмотря на то, что голова Шэнь Юаня больше не раскалывается от боли, связно говорить весьма затруднительно. Тепло убаюкивает, и разум снова стремится погрузиться в сон. – О… – лениво отвечает он, переводя взгляд с лица Ло Бинхэ на его волосы. Пока Шэнь Юань был без сознания, мужчина успел взять нож и укоротить свою длинную гриву. Волосы его всё ещё выглядят ломкими и тусклыми, что неудивительно после столетия заточения. Вряд ли удастся в скором времени привести их в порядок без масел и притираний. Кроме того, Ло Бинхэ ещё предстоит вернуть свою былую физическую форму. Но хотя бы он стал выглядеть более опрятно. Вокруг тела полудемона вьются пылинки. Они серебром сверкают в свете пламени ламп и оседают звёздной пылью на его смоляных кудрях. Рука Шэнь Юаня, покоящаяся на груди, непроизвольно дёргается. Ему очень хочется коснуться… Отдельное внимание привлекает какой-то тёмный клубок сбоку, у виска. Когда-то это, наверное, была коса. Теперь она спутана до состояния мочала, но по какой-то причине Ло Бинхэ решил её оставить, а не отрезать или хотя бы переплести. – Почему…? – хмурит брови Шэнь Юань. – Ты проспал три шичэня, – поняв по-своему, отвечает Ло Бинхэ, и Шэнь Юань снова переводит взгляд на его лицо. – Я… я… что? Неужели так долго? Воздух в комнате много теплее, чем во время первого пробуждения. И… Погодите! Сколько времени Ло Бинхэ просидел у постели, передавая этому Шэню духовную энергию? Должно быть, этот вопрос оказывается написан на лице Шэнь Юаня. – Этот Господин питал тебя силой только во время первого и последнего шичэней, – отвечает Ло Бинхэ. Он просидел два шичэня, выравнивая духовную энергию в теле Шэнь Юаня?! Да насколько же силён этот полудемон?! – Правителю не стоило… утруждаться… – бормочет он и пытается отнять руку, но хватка вокруг его запястья становится крепче. – Помочь Шэнь Юаню в обмен на его помощь не составляет труда, – тихо, но настойчиво отвечает Ло Бинхэ, заставляя Шэнь Юаня сильнее хмуриться. – Я… Этот помогает Ло Бинхэ не для того, чтобы после взыскать с него долг! В глазах Ло Бинхэ при этих словах вспыхивает нечто, чему Шэнь Юань никак не может подобрать название. На миг его пальцы сжимаются, наверняка оставят синяк. Шэнь Юань вздрагивает, и полудемон отдёргивает руку и резко встаёт. Он будто обжёгся. На такое резкое прекращение передачи Ци тело отзывается дискомфортом. Вниз по позвоночнику устремляется волна покалывания, зато рассеивается поволока, которая до того окутывала разум. Свет становится ярче, а тени глубже. Это болезненно. Шэнь Юань жмурится и судорожно втягивает в лёгкие воздух. Чужие руки немедленно возвращаются на запястье, и боль опять отступает. Когда у Шэнь Юаня получается открыть глаза, его взгляду предстаёт донельзя взволнованное лицо Ло Бинхэ. – Этот Господин извиняется… – начинает было он, но Шэнь Юань взмахом руки прерывает его. Он не понимает, за что этот невозможный мужчина снова просит прощения. – Это обычное недоразумение, – вздыхает Шэнь Юань. Голос его даже ему самому кажется излишне дрожащим, но, по крайней мере, после встряски вернулась способность говорить цельными предложениями. – Очевидно, Ло Бинхэ слишком давно практиковал передачу Ци. Неудивительно, что забыл, как следует делать это правильно. Сказав это, Шэнь Юань закрывает глаза и не видит, как искажается лицо Ло Бинхэ на слове «забыл». До самого конца процесса выравнивания циркуляции Ци Ло Бинхэ хранит молчание, а после осторожно избавляет меридианы Шэнь Юаня от своей силы. На этот раз всё сделано правильно. Немного неуклюже, но правильно. «Неудивительно. За столетие без практики кто угодно растеряет навык», – думает Шэнь Юань. После завершения процедуры не следует никаких неприятных ощущений, и потому это можно считать победой. Выпустив руку Шэнь Юаня, Ло Бинхэ поспешно поднимается и отступает от кровати. – Шэнь Юаню следует отдыхать. Есть ли у Шэнь Юаня какие-нибудь продукты? Резкая смена темы non sequitur, не логична, но Шэнь Юаня заботит не совсем это. – Ло Бинхэ тоже следует отдыхать, – поправляет он и внезапно чувствует себя неуютно. Он лежит, раскинувшись на кровати, будто немощный инвалид. Снова. Чтобы придать словам солидности, он старательно приподнимается на локтях. Быстрые движения не приносят с собой ни боли, ни головокружения, и Шэнь Юань записывает на свой счёт ещё одну победу. – Господин Ло пережил великое испытание, – говорит он, но Ло Бинхэ молчит, и потому приходится настоять. – Я не прав? Всё время, пока этот Шэнь спал, Лорд Ло провёл, заботясь о нём, когда должен был о себе. Запоздало ему приходит в голову, что он несколько несправедлив. Мужчина перед тем, как переодеться в ханьфу Чжун-гэ, явно смыл с лица пыль и грязь, а также немного прибрал волосы. Но это вовсе не извиняет его безалаберное обращение со своей духовной энергией! И кто только научил его так беспечно относиться к искажениям Ци?! Так недолго и следующее схлопотать сразу! И что Ло Бинхэ будет делать, когда рядом не окажется этого Шэня? Ло Бинхэ темнеет лицом и хмурится. – Этот Господин не станет отвечать на этот вопрос, – мрачно отвечает он, только Шэнь Юаню, у которого от злости отключился инстинкт самосохранения, всё равно. – Да? – рявкает он, повысив голос. – А потом этому придётся снова спасать Господина от очередного искажения Ци? Которое непременно последует, если Ло Бинхэ переусердствует? Так что ли?! Ло Бинхэ замирает, и Шэнь Юаню приходит в голову, что, вероятно, не следовало упоминать искажение Ци, настигшее полудемона в Тронном Зале. Искажения Ци сами собой не случаются. Им всегда есть причина – что-то, что вывело совершенствующего из душевного равновесия и запустило программу самоуничтожения. Внезапно Шэнь Юань с болезненной ясностью вспоминает, в каком скверном состоянии были духовные меридианы Ло Бинхэ в самом начале. Тёмная Ци полудемона разрушала их. Часть ущерба действительно можно списать на воздействие цепей, но остальное… Неужели итог прошлых, застарелых ран и множественных искажений Ци? Когда Шэнь Юань протягивает руку и сжимает запястье Ло Бинхэ, полудемон замирает и, кажется, даже перестаёт дышать. Его рука в ладони Шэнь Юаня не дрожит, что уже хороший знак. Чтобы убедиться, что небрежность не спровоцировала очередное искажение Ци, Шэнь Юань посылает по телу мужчины диагностический импульс. Повелитель Демонов дёргается, но прервать контакт не пытается. Он поворачивает голову и внимательно наблюдает за действиями Шэнь Юаня. В глазах полудемона всё тот же дикий коктейль непонятных эмоций, с которым он смотрит всякий раз, когда Шэнь Юань делает… да, в общем-то, что угодно! Духовные меридианы Ло Бинхэ в порядке. Немного слабы из-за пережитого недавно искажения Ци, но в целом всё совсем не плохо. Вздохнув с облегчением, Шэнь Юань убирает руку. – Этот Шэнь приносит свои извинения. Этому не стоило говорить подобного, – опускает он голову. Боже, кажется, пока что они только и могут, что ранить друг друга да извиняться. – На подносе лежит Цянькунь с припасами. Внутри есть готовый бульон и рисовый отвар. Ло Бинхэ может брать из сумки всё, что захочет, но этот не уверен, что остальная пища сможет усвоиться нормально… Кажется, у Ло Бинхэ наконец получается успокоиться. Странное выражение исчезает с его лица. – Хорошо, – ровно отзывается он. – Тогда этот господин приготовит что-нибудь для Шэнь Юаня. Э-э-э… Что? Ло Бинхэ собирается готовить для этого Шэня? Прежде чем Шэнь Юань успевает ответить, Ло Бинхэ выбегает из комнаты, сжимая Цянькунь в руках. Единственное, что остаётся Шэнь Юаню – откинуться на подушки и надеяться, что и в этот раз новый «друг» не решит сбежать с его вещами.***
Состояние лёгкой дремоты проходит, стоит Шэнь Юаню услышать шум открывающейся двери, вместе с которым по комнате начинает плыть запах конджи. Он всё ещё не до конца оправился, и внутренние часы не слишком точны, но времени вроде как прошло совсем немного. Воздух в комнате всё ещё теплее, чем был несколько шичэней назад, когда он потерял сознание. И это довольно-таки хороший признак – это значит, что один из субуровней сдвинулся, принеся с собой более тёплый климат. Так что если этот Шэнь всё ещё находится на своём месте, то можно быть уверенным, что он снова не лишился чувств. Запах конджи усиливается, и Шэнь Юань открывает глаза. Ло Бинхэ водружает на стол поднос, давеча принесённый с кухни. Должно быть, полудемон вернулся за ним, пока этот Шэнь спал. На подносе стоят две миски с самой невероятной рисовой кашей, которую Шэнь Юань когда-либо видел. Она блестящая от масла, с цветочным ароматом и гарниром из тушёных овощей. Ло Бинхэ осторожно помогает Шэнь Юаню сесть, поддерживая под локоть. В этом нет совершенно никакой необходимости – этот Шэнь чувствует себя хорошо, и подобное обращение, будто с больным пациентом, заставляет губы недовольно кривиться. Вообще, с чего вдруг этот Император так осторожничает? У него наверняка ведь есть дела поважнее, чем возиться с жалким маленьким картографом. Когда Шэнь Юань оказывается в вертикальном положении, Ло Бинхэ вручает ему одну из мисок и ложку. – Спасибо, – бормочет в ответ Шэнь Юань, мысленно вознося хвалу богам за то, что мужчина не пытается кормить его с ложечки. В этот раз Шэнь Юань держит миску крепко, а желудок при мысли о еде не делает попыток скрутиться в узел. Конджи пахнет просто изумительно, потому, отбросив сомнения относительно того, чтобы съесть еду, приготовленную незнакомцем, Шэнь Юань решается попробовать. Зачерпнув ароматной каши, он кладёт ложку в рот и замирает. Почти сразу он спешит прожевать и проглотить её. – Ты… Неужели это действительно приготовил ты? – ошеломлённо спрашивает он. Ло Бинхэ, сидящий подле стола на коленях, с интересом наблюдает за его реакцией. – Да. За основу этот взял отвар, приготовленный Шэнь Юанем, – кивает он и тоже принимается за еду. Ответ звучит так беззаботно, будто полудемон не сотворил чудо, превратив сносную стряпню Шэнь Юаня в кулинарный шедевр. Этот мужчина вообще настоящий?! – Что ты туда положил? – не может не спросить Шэнь Юань. Интерес, разумеется, носит исключительно исследовательский характер! – Ничего, кроме продуктов из Цянькунь Шэнь Юаня, – отзывается Ло Бинхэ, рассеянно постукивая по фарфоровому боку миски обломанными ногтями. – Сладкий картофель, зимний редис, немного имбиря. Но ничего тяжёлого или пряного. – О? Признаться, Шэнь Юань вообще забыл, что у него в сумке есть эти овощи. Как же хорошо, что боги надоумили кого-то изобрести стазис-талисманы для Цянькунь. В противном случае вся еда, которую он туда положил, испортилась бы много лет назад. Сунув в рот ложку с конджи, Шэнь Юань жмурится от удовольствия, ощущая на языке нежный вкус сладкого картофеля. Ненадолго разговоры стихают. Шэнь Юань отдаёт должное вкуснейшей пище, но останавливается раньше, чем его сотрапезник – желудок вряд ли сейчас сможет усвоить многое. Остаток времени он проводит, коршуном следя, чтобы Ло Бинхэ не ел слишком быстро. «Тебе тоже не помешало бы есть помедленнее», – ехидно замечает подсознание, но Шэнь Юань отмахивается от не вовремя вылезшего внутреннего голоса. Ведь с ним уже всё в порядке. А сотрясение мозга? Что вы, какое такое сотрясение? Этот Шэнь такого не помнит! Ожидая, пока Повелитель Демонов закончит есть, он мыслями возвращается к вопросам, которые тот задавал вчера. «Какая из школ праведных заклинателей тебя послала?» – вспоминает он. – Их больше нет, – вслух говорит Шэнь Юань, нарушая повисшее молчание. Ло Бинхэ выгибает бровь, и он поясняет: – Школ заклинателей больше не существует. Глаза Ло Бинхэ расширяются, но затем он криво усмехается, будто Шэнь Юань только что рассказал совершенно не смешную шутку. – Этому Господину с трудом верится в это. Что же, кажется, за время, пока этот Шэнь спал, Повелитель Демонов окончательно вернул себе самообладание. Шэнь Юаню отрадно знать, что его замечание не принято близко к сердцу, но вместе с этим он испытывает и прилив необъяснимого смущения. Стараясь скрыть это, Шэнь Юань хмурится и спрашивает: – Почему так трудно поверить в правду? – Когда этот Господин был Императором, стоило ему уничтожить одну школу, на её месте немедленно возникало три новых, – отзывается Ло Бинхэ, принимаясь за чай. У полудемона, несмотря на привычку засыпать в совершенно неподобающих позах, безупречные манеры. – Кроме того, если больше нет школ, то как Шэнь Юань обучился совершенствованию? – По книгам в основном, – охотно сознаётся Шэнь Юань, лениво размешивая остатки конджи в миске. – Я родился одарённым, и мой брат, кстати, именно его ханьфу сейчас на тебе надето, отдал мне некоторые семейные рукописи и руководства. Велел никому не говорить о том, что я могу заклинать, до того, как я не научусь постоять за себя… Наш мир… его состояние не очень хорошее, Ло Бинхэ, – переводит он тему, поскольку сейчас нет ни сил, ни желания углубляться в семейные дрязги. – Этот не лукавит. Школы заклинателей остались в далёком прошлом. – «Не очень хорошее»? – беззаботно смеётся Ло Бинхэ. – Мир, в котором нет прогнивших школ и заклинателей с их лицемерными идеалами – это ведь рай. Как на взгляд Шэнь Юаня – постоянные нападения чудовищ, которые иной раз могут сравнять с землёй целые поселения, не имеют с раем ничего общего, но сил возражать нет, тем более, что в ушах снова начинает слышаться звон. – Разумеется, ты так думаешь, ведь ты и сделал мир таким, Ло Бинхэ, – тихо бормочет он себе под нос и громче произносит: – Каким мир был, когда Ло Бинхэ был ребёнком? С одной стороны, Шэнь Юань просто пытается сменить тему. С другой, ему и правда любопытно. Какой была жизнь в школе заклинателей? Каков распорядок дня учеников? С какими чудовищами сражались заклинатели? А с какими ученики? Каким был мир до слияния трёх Царств? О некоторых из этих вещей Шэнь Юань, конечно, читал, но услышать из первоисточника, это… это совсем другое! Ло Бинхэ, сделавший ещё глоток пищи, опускает ложку обратно в миску и бросает на Шэнь Юаня подозрительный взгляд. – Почему Шэнь Юань спрашивает? Шэнь Юань пропускает подозрение, звучащее в голосе полудемона, мимо ушей. – Люди прошлой эпохи, обучавшиеся в настоящей школе заклинателей, знаешь ли, по улицам теперь не ходят! Уж Ло Бинхэ-то должен знать! Большинство заклинателей выследили и убили наёмники и демоны по его приказу! – Те, кто помнят, каким мир был до слияния, либо были врагами школ, либо являются жёнами Ло Бинхэ. Но и те, и другие не особенно горят желанием общаться с народом, в частности с любопытными картографами. Взгляд Ло Бинхэ вспыхивает. – Мои жёны? Как они поживают? В голосе полудемона звучит любопытство, но отнюдь не беспокойство, которого можно было бы ожидать от мужчины, интересующегося судьбой своих потерянных супруг. – Разбрелись кто куда, – честно отвечает Шэнь Юань. Слушать о судьбе своей семьи Ло Бинхэ должно быть больно, хотя он и делает вид, что его это ничуть не расстраивает. Возможно, всё дело в том, что полудемон знает, что большинство девушек могут постоять за себя? Или просто не желает демонстрировать слабость? Если последнее, то не стоит! Этот Шэнь и Ло Бинхэ за последние два дня видели друг друга в самом неприглядном состоянии. И быть сильным, когда плохо, при этом Шэне совершенно нет необходимости! – Заклинательницы всё ещё живы. Как и многие демонессы, – продолжает Шэнь Юань, тактично умалчивая о том, что ходят слухи, будто большая часть девушек вступила в повторные браки. Некоторые переженились между собой. В конце концов, это могут быть просто досужие домыслы толпы. А может, и нет. Но, как бы то ни было, с этим Ло Бинхэ будет разбираться сам, после того, как они вернутся в нормальный мир, и каждый пойдёт своей дорогой. Тем не менее неправильным было бы давать ложную надежду, и потому… – … Этот слышал, что многие из жён Ло Бинхэ после его исчезновения начали жизнь с чистого листа, – произносит он и внутренне кривится оттого, что своей неуклюжей фразой невольно напомнил полудемону о страшном плене. Впрочем, этого, кажется, должно хватить, чтобы несколько усмирить гнев Ло Бинхэ в будущем, не так ли? – Понятно, – отзывается Ло Бинхэ и делает ещё глоток чая. Удивлённым или сердитым он совершенно не выглядит. Это хорошо… Наверное… – Отвечая на вопрос Шэнь Юаня о школе, в которой учился этот Господин… – невесело хмыкает Ло Бинхэ. Он ставит чашку на стол. Взгляд его устремлён куда-то вдаль. – Школа Цанцюн была ужасным местом. Она кишела подхалимами, убийцами и растлителями детей. Мой милый Учитель был худшим из них. На этих словах он бросает на Шэнь Юаня быстрый взгляд, и с этим приходит понимание. «Сняв шлем, этот Господин узрел лик старого врага», – так, кажется, ранее сказал Ло Бинхэ? Что же, теперь этому Шэню хочется, чтобы на голову того Учителя, который разделяет с ним одно лицо, обрушились все возможные кары небесные. Как мог тот давно мёртвый старый болван допустить, чтобы столетия спустя из-за его ошибок страдал он, ни в чём неповинный Шэнь Юань?! – По мере того, как этот Господин рос, – продолжает Ло Бинхэ, – он обнаружил, что все так называемые «праведные» школы совершенно одинаковы. Главенствующие должности в них заняты исключительно злодеями, насильниками, предателями и педофилами. Эти похотливые старики…! – губы полудемона кривятся, будто он лично знаком с таковыми. – Все они горазды только использовать в своих целях тех, кому не повезло родиться в семье ниже по статусу. Если моё наследие разрушило ту систему, при которой власть была сосредоточена в их руках, то этот Господин рад. … – Понятно… – настаёт черёд Шэнь Юаня отвечать отстранённо, хотя внутри он кипит от возмущения. Информация оказалась чуть более, чем полностью бесполезна! Она не несёт никакой научно-практической ценности, но… Впрочем, стоит ли удивляться? Напротив, этому Шэню следовало ожидать подобного ответа от того, кто сделал всё, чтобы стереть школы заклинателей с лица мира. И всё-таки… Прошлое Ло Бинхэ оставило на нём неизгладимые шрамы. Полагать, что описанные им люди перестали существовать только потому, что школ заклинателей больше нет – ребячество чистой воды. Шэнь Юань едва сдерживает смех. Или уже время плакать? Что же, он и Ло Бинхэ, кажется, не так уж и сильно друг от друга отличаются. Предпочтя промолчать, он опускает полупустую чашку на поднос и поднимается. Мир немедленно предпринимает попытку обернуться вокруг своей оси. Шэнь Юань делает глубокий вдох и, восстановив равновесие, идёт к своей броне. Он изо всех сил стремится скрыть от своего предприимчивого компаньона, насколько его обескуражили сказанные слова. – Что ты делаешь? – закономерно следует вопрос Ло Бинхэ, когда Шэнь Юань начинает надевать кирасу. В голосе полудемона звучат странные нотки, но Шэнь Юань слишком занят завязыванием узелков и не пытается задумываться над этим. Пальцы отказываются повиноваться. Они путаются в шнуровке и только несколько попыток спустя удаётся как следует зафиксировать все детали. Когда доспех правильно закреплён, Шэнь Юань осознаёт, что вопрос Ло Бинхэ вообще-то обращён к нему. На этот раз полудемон не давит и не требует ответа, но отчего-то возникает ощущение, что он снова решил учинить допрос. Ощущение необоснованное и ничем не подтверждённое, но Шэнь Юань не может сдержать раздражение, стальной щёткой прошедшееся по коже. – А на что похоже? – огрызается он. Слова срываются с губ прежде, чем он успевает прикусить язык. На секунду Ло Бинхэ выглядит ошеломлённым, после чего его лицо снова скрывает непроницаемая маска отчуждения. Шэнь Юаню немедленно становится стыдно. – Прости, – вздыхает он и снова принимается возиться с доспехом. – Это было грубо с моей стороны. Этот собирается выйти на улицу и осмотреть окрестности. Если мы хотим убраться отсюда, то для начала нужно вычислить положение этого Уровня Бездны относительно других. Ло Бинхэ рассеянно моргает, после чего непререкаемым тоном произносит: – Шэнь Юань должен отдыхать. Он ещё не полностью оправился после сотрясения мозга. «О, поверь мне, я знаю», – мысленно хмыкает Шэнь Юань, но вслух произносит: – Этот Шэнь будет отдыхать только тогда, когда решит отдохнуть Ло Бинхэ. – Тогда этот Господин пойдёт с тобой, – решает мужчина и начинает вставать. – Этот Господин останется доедать обед и пить чай, – пресекает его действия Шэнь Юань, и на лицо Повелителя Демонов будто набегает грозовая туча. – Ло Бинхэ нужно восстанавливать силы, – спешит закончить мысль Шэнь Юань, прежде чем мужчина успевает снова устроить сцену. – Этот Шэнь не сможет успокоить свою совесть, если потащит Ло Бинхэ в поход в таком истощённом состоянии. Потому Ло Бинхэ следует поесть, а после, если к тому времени этот ещё не успеет вернуться, Ло Бинхэ может присоединиться ко мне. Ло Бинхэ выглядит не слишком довольным сложившейся ситуацией. Шэнь Юань спешит отвернуться. Чтобы сохранить хоть немного лицо, он делает вид, что проверяет крепление наручей на запястьях и, не оборачиваюсь, сознаётся: – … Этому Шэню будет спокойнее на душе, если Ло Бинхэ поест как следует. Клацанье ложки о фарфор свидетельствует о том, что полудемон всё-таки решил уступить, но… – … Пусть Шэнь Юань не думает, что раз он заслужил извинения этого Господина, то теперь может этим Господином командовать! Только не это, опять! Разумеется, Ло Бинхэ не может не оставить за собой последнее слово. – Даже мечтать о таком не смел, – возведя очи горе, бросает через плечо Шэнь Юань. Сунув под мышку шлем, он уходит, плотно прикрыв за собой дверь.***
В хаосе последних двух дней Шэнь Юань уже почти успел позабыть об оранжевом тумане, который клубами стелется по всей территории Хуаньхуа. Стоя на площадке перед разрушенной площадью, он рассеянно осматривается. Невидящий взгляд скользит по полотну кислотного марева. Из-за этого марева трещин в крышах почти не видно. Шэнь Юань предпочёл бы, чтобы Ло Бинхэ пока что оставался в комнатах – полудемон всё-таки ещё слишком слаб, и его здоровье следует поберечь. Кроме того, так этот Шэнь с меньшей вероятностью ляпнет вслух то, о чём потом пожалеет. Теперь, когда у Шэнь Юаня есть время собраться с силами и облегчить надвигающуюся мигрень при помощи циркуляции Ци, он чувствует себя намного комфортнее и спокойнее. Сосредоточенность на работе помогает не думать о чувстве вины и смущении, вызванными нехарактерной для него раздражительностью. Пусть она всего лишь следствие сотрясения мозга, но, в конце концов, нужно держать себя в руках, а не зубоскалить без повода. Ло Бинхэ, конечно, тоже хорош, но Шэнь Юань слишком несправедлив к нему. Ло Бинхэ ведь Император, а не ясновидящий. Читать мысли он не умеет, так откуда бы ему знать? Удерживая вниманием поток духовной энергии, циркулирующий по телу, Шэнь Юань сосредотачивается на внешнем мире. Изначальная Сфера и Вулканическая Тундра давно исчезли из виду, поэтому пункт «слияние с другим субуровнем» можно вычёркивать. Следовательно, Хуаньхуа либо является якорной точкой, либо превратился в независимый субуровень. Что из этого предпочтительнее – тот ещё вопрос. К сожалению, сейчас Дворец окружают слишком хаотичные области, и узнать точно, какой из вариантов правильный, не представляется возможным. Юго-восток горизонта покрыт пепельной хмарью и клубами ядовитого тумана, извергающимися из пастей глубоких каньонов. Эти провалы начинаются сразу за оградой Хуаньхуа, и над ними не выходит разглядеть даже кусочка Бездны. Не зная точно, в какой момент каньоны заняли место Изначальной Сферы, нельзя сказать сколько кэ, а может, даже шичэней придётся просидеть, дожидаясь, когда смог и гарь сменятся чистым небосводом другого субуровня. Шэнь Юань всё ещё задумчиво созерцает горизонт, когда сзади доносится звук чужих приближающихся шагов. – Итак, каков вердикт? – раздаётся голос Ло Бинхэ. – Мы… ЭЙ!! – бросив взгляд через плечо, Шэнь Юань не может не возмутиться. Полудемон выглядит куда более здоровым, чем раньше, но боги, дайте этому Шэнь терпения! Почему Ло Бинхэ стоит в парах кислотного тумана абсолютно без защиты?! Он не взял даже тряпку, чтобы прикрыть нос и рот. – Ло Бинхэ! Почему ты вышел сюда в таком виде?! Шэнь Юань спешно закапывается в Цянькунь в поисках хоть какой-нибудь маски с вшитым талисманом фильтрации воздуха. Получив в своё распоряжение броню, он перестал брать с собой подобные вещи, но наверняка ведь в сумке завалялась хотя бы одна прихваченная с собой на всякий случай вуаль! Он совершенно не видит, как глаза Ло Бинхэ гневно сужаются. – Шэнь Юань звал этого Господина прийти сюда. – Но мне и в голову не пришло, что ты выскочишь на улицу без какой-либо защиты! – И где, по-твоему этот, Господин должен был её раздобыть? – интересуется Ло Бинхэ, и Шэнь Юань замирает. – А… Я… Об этом я как-то не подумал… – смущённо сознаётся он и, протянув Ло Бинхэ вуаль, спешит отвернуться. Полудемон, однако, не торопится брать маску. Некоторое время он смотрит на предмет с видимым отвращением, отчего кожу Шэнь Юаня начинает неприятно покалывать. – Этому Господину защита не требуется, – наконец заявляет Ло Бинхэ. Ну что за ребячество, право слово?! Шэнь Юань склоняет голову. – Даже Небесные Демоны не могут вечно противостоять ядовитым испарениям, Ло Бинхэ. – В Водной Тюрьме этот Господин вполне с этим справлялся, – отвечает полудемон с вызовом. Шэнь Юань изо всех сил старается скрыть своё изумление тому, как небрежно и легко Ло Бинхэ говорит о своём пленении и пытках. – Это другое, – хмурится он, вспоминая свои наблюдения. – Я не могу сказать точно, пока снова не побываю в Водной Тюрьме, но почти уверен, что печать была разработана таким образом, чтобы не дать тебе умереть от естественных причин. Кровь Небесного Демона предотвращает старение, но, не будь в ловушке заложено этих условий, Ло Бинхэ наверняка умер бы от голода или воздействия кислоты. И если этот Шэнь в своих выводах прав, то смерть к Ло Бинхэ должна была прийти из-за взрыва золотого ядра, вызванного иссушением даньтяня и схлопыванием духовных меридианов. Теперь, когда мысли об этом пришли Шэнь Юаню в голову, он уже не может от них избавиться. Тот, кто запер полудемона там, должно быть, был переполнен ненавистью, раз решил вмешаться в естественный ход жизни, растянув пытки на века. Потерявшись в собственных мыслях, Шэнь Юань не замечает, как напрягся Ло Бинхэ, услышав его откровения. Он возвращается к реальности, только когда защитную вуаль вырывают из его рук. Ни слова не говоря, Ло Бинхэ надевает маску и скрещивает руки на груди. – И всё же, – говорит он, – удалось ли Шэнь Юаню определить наше местоположение? Шэнь Юань качает головой. Он благодарен полудемону за смену темы. – Чтобы выяснить, где конкретно мы находимся, придётся остаться здесь ещё на некоторое время. – О? Зачем? – несмотря на снисходительный тон, в голосе Ло Бинхэ звучит искренне любопытство, и Шэнь Юань решается пуститься в объяснения. – Полагаю, тебе известна река, что протекает сквозь Бездну? – менторским тоном говорит он. Ло Бинхэ кивает, и он продолжает: – У нас её называют Рекой Заблудших Душ. Она течёт на всех Уровнях Бездны. Водопады и пороги спускаются от верхней области в самые недра, затем снова поднимаются в верхние слои. Полагаю, что когда-то эта река текла в Царстве Людей. Должно быть, тысячи лет назад… – Шэнь Юань замолкает, обрывая себя. Не время отвлекаться на предположения и старые легенды. – В любом случае, те водопады – ступени между Уровнями. Они являются якорями. Оказавшись близко к любому из них, можно сориентироваться и понять своё местоположение. – Якоря? – приподнимает бровь Ло Бинхэ. Моргнув, Шэнь Юань пускается в объяснения, посвящая Императора Трёх Царств в современные теории географии Бесконечной Бездны.***
Половину шичэня спустя они перемещаются на груду обломков, которая, вероятно, когда-то была каменной скамейкой. Теперь она почти погребена под скрученными ветками сухого кустарника. Первую треть лекции Ло Бинхэ проводит в молчании. Только изредка он задумчиво что-то мычит себе под нос. Затем, с мягкого, но настойчивого одобрения Шэнь Юаня, он начинает говорить. Постепенно напряжение спадает, плечи полудемона расслабляются, а скрещённые в защитном жесте руки свободно ложатся на колени. Полудемон задаёт вопросы – сначала несмело просит уточнить тот или иной термин, потом даже начинает делать выводы и строить теории, приводя в доказательство собственный опыт блуждания по Бездне. Шэнь Юань не может нарадоваться – ему достался очень благодарный слушатель и способный ученик. – Уровни Бездны дрейфуют не хаотично, – рассказывает он, внимательно наблюдая за лицом Ло Бинхэ. – Они перемещаются по определённым путям. Скорость движения различна для каждого Уровня. Зная точное время полного цикла оборота субуровня, можно рассчитать, где какой Уровень будет находиться в то или иное время. – … … Перемещаются по определённым путям… Как Ци по меридианам? – спрашивает Ло Бинхэ. – Да, – соглашается Шэнь Юань. – Принцип похож. Основное отличие тока Ци в меридианах от дрейфа Уровней бездны в том, что духовная энергия в теле течёт в одном направлении, тогда как Уровни движутся во многих. Направление движения некоторых зависит от того, какие субуровни их окружают. – … Этот ученик не уверен, что понял, – сознаётся Ло Бинхэ. Что? «Этот ученик»? Бросив на полудемона растерянный взгляд, Шэнь Юань продолжает. – Представь себе, – говорит он, доставая из Цянькунь альбом и уголь, – две точки. Точки привязки. Если они расположены близко друг к другу, то путь вокруг них будет выглядеть вот так… – ловким движением он берёт уголёк и восьмёркой очерчивает две точки. – Далее предположим, что субуровни обычно следуют по этому пути вокруг контура, не пересекаясь в центре. Тогда получается, что субуровень может пересечь их путь в самом узком месте только в случае, если два соседних субуровня его вытесняют. К восьмёрке добавляется несколько стрелок, которые Шэнь Юань рисует для наглядности. – Вот здесь, – уголёк тыкает в точку пересечения двух противоположных стрелок, – при таком условии возникает обратный ток. Такой субуровень будет дрейфовать против общего течения. Для несведущего наблюдателя подобные изменения Бездны кажутся случайными, но на самом деле до узких мест всё можно проследить. – … Поэтому всегда считалось, что Бесконечную Бездну нельзя нанести на карту, – задумчиво кивает Ло Бинхэ. – Эти области обратного тока затрудняют определение нормального порядка дрейфа субуровней. – Именно! – искренне улыбается в ответ Шэнь Юань. Словно вторя ему, лёгкий ветерок треплет Ло Бинхэ по голове, высвобождая из причёски несколько локонов. Упругие завитки падают полудемону на лоб и красиво обрамляют высокие скулы. Все слова, которые Шэнь Юань собирался сказать, вдруг куда-то разом пропадают. – Господин Ло… Господин Ло очень способный ученик… – Всё потому, что шицзунь – очень хороший учитель, – отвечает Ло Бинхэ. К счастью, он, кажется, происходящего с Шэнь Юанем не замечает. От слов мужчины Шэнь Юань вздрагивает. Рука (предательница!) сама собой тянется потрепать Правителя Демонов по макушке, но он вовремя спохватывается – Ло Бинхэ ведь не щенок какой-то! – Я… – Шэнь Юань маскирует свой порыв тем, что захлопывает альбом и прижимает его к груди. – Я… разве может этот зваться учителем? В ответ он получает удивлённый взгляд. – Шэнь Юань за один разговор научил этого ученика большему, чем мой бывший учитель за всю мою жизнь. Так что, в таком случае, странного в том, что этот ученик называет Шэнь Юаня Учителем? – с выражением святой невинности на лице заявляет Ло Бинхэ. – Я… Кхм… – невнятно бормочет себе под нос Шэнь Юань. Первоначальная мысль: «Этот Шэнь не хочет, чтобы Ло Бинхэ звал его учителем, потому что тогда между мной и тем, другим, будет ещё больше сходства, чем общее лицо» умирает, так и не сорвавшись с губ. Она звучала бы как жалкое оправдание, что неприемлемо. Поэтому Шэнь Юань вздыхает и, склонив голову, признаёт поражение. – Если Ло Бинхэ хочет того, то этому Шэню только и остаётся, что подчиниться. Ло Бинхэ зубасто и как-то дико улыбается в ответ. С удивлением Шэнь Юань замечает, что тоже подхватывает его бесшабашное настроение. Не желая думать об этом, он встаёт, потягивается и переводит взгляд на горизонт. На небе всё ещё темным-темно. Повернувшись к Ло Бинхэ, Шэнь Юань улыбается. – Раз уж Ло Бинхэ здесь, не хочет ли он составить компанию этому Шэню? – предлагает он. – Здесь неподалёку есть библиотека, которую этот очень хотел бы увидеть.
