Семейные ценности

Мой дом больше не моя крепость. С тех пор, как Белла ушла, мой дом стал для меня местом скорби и печали. Я пытался задерживаться на работе, отдаваясь ей полностью, но каждую ночь я вынужден возвращаться домой. Иногда мне хотелось повернуть время вспять и сесть за широкий стол Ганнибала, смотреть на мою Беллу, сидящую напротив меня. Чудное было время. И даже понимание того, что доктор Лектер оказался Потрошителем не умаляет моего желания, ведь все, что осталось у меня сегодня - виски и работа. Я радуюсь каждый раз, когда понимаю, что Уилл Грэм выжил. Пусть он не приходит в отдел бихевиористики, я знаю, что у него сейчас всё хорошо. Жена, ребёнок, дом. Я рад. Я выхожу из здания ФБР, чтобы отправиться домой. Эти месяцы подозрительно тихи, никаких убийств и преступлений. Пикнула сигнализация и я сел в свой Додж, ласково огладив баранку руля. Люблю я свою машину, пусть она и капризничает всё чаще. В бардачке лежит стальная фляжка с гравировкой "Джеку Кроуфорду", которую я сразу достал. Она блеснула мне синим боком и приветливо открыла крышку. Замечательный виски! Я сделал глоток и почувствовал, как огонь стекает по пищеводу вниз, оставляя после себя горячий след. Запищал телефон и я отложил виски в сторону. Время позднее, кому я нужен? - Кроуфорд, - грубо рявкнул я в трубку. - Здравствуй, Джек. - Уилл? Я не ожидал услышать его голос, слишком много времени прошло. Но, сказать честно, я был рад. - Алана Блум вернулась в Балтимор. - Что ж. Я рад за неё. - Они с Чилтоном пишут книгу о Ганнибале. - Что? - я не сразу понял о чём речь. Психиатры всегда пишут книги, а потом публикуют свои труды. Но книга о Лектере... - Джек, я не хочу больше иметь дело с подражателями. Ганнибал привлёк к себе достаточно внимания. Такие люди как Фрэнсис Долархайд есть всегда и эта книга - ступенька к пониманию и подражанию. - Я понимаю. - Да. Всё утихло за четыре года и не стоит это вновь ворошить, иначе кто-нибудь посчитает себя достойным преемником. Я вздохнул. Уилл абсолютно прав. - Ты знаешь, где Алана? - Нет, Джек. Но ведь ты знаешь, где Чилтон? Я кивнул, глядя в зеркало заднего вида и, спохватившись, добавил: - Знаю. - Поговоришь с ним? - Да, Уилл. Не беспокойся. - Спасибо. Гудки резанули мне слух и я отбросил телефон. Вижу Фредерик никак не угомонится. Зубная фея и Гидеон мало потрепали его несчастное тело, превратив его в жаркое. Неужели жажда славы настолько застилает его глаза? Я завёл двигатель и решил навестить Чилтона прямо сейчас. В конце концов, кто он такой, чтобы я беспокоился о его режиме? После того, как Фредерик нашёл в своём доме Абеля Гидеона, он категорически не захотел туда возвращаться и купил себе шикарную квартиру в центре. Многоэтажное здание переливалось жёлтыми квадратиками окон, когда я подъехал к нему. Был двенадцатый час ночи, но жители явно не собирались спать. Войдя в фойе здания, я осмотрелся. Никогда не любил и не понимал стиль лофт. Войдя в лифт, я нажал кнопку десятого этажа и замер, ожидая. Чилтон открыл не сразу и было видно, что он уже готовился ко сну. Он был одет в шёлковую фиолетовую пижаму и такого же цвета махровые тапки. Прихрамывая сильнее обычного и опираясь на дорогую трость, он проводил меня в просторную залу. - Кхм - кхм, кофе? - Нет, спасибо, доктор Чилтон. Это не дружеский визит. - Я догадываюсь, Джек. Он поморщился, говорить ему неудобно до сих пор. Кожа слишком сильно натянута на лице, отчего оно выглядит нереальным и неприятным. Сейчас он чем-то похож на Мейсона Вёрджера. Фредерик указал рукой, одетой в тончайшую хлопковую перчатку на кресло и я сел, благодарно кивнув. - Я слышал, - начал я, - приезжала Алана Блум. - Правда. Чилтон сел напротив и налил себе виски на два пальца, мне он не предложил, намекая на моё нежеланное присутствие. - Вы пишете книгу? - Да. Это будет труд всей моей жизни. - И как вы её назовёте? - "Семейные ценности." - У вас нет семьи, Фредерик. - Она была у Ганнибала и посмотрите, каков итог. - Прошу, не надо. - Мистер Кроуфорд, вам не удастся меня переубедить. В моей жизни должно быть что-то хорошее, маленький кусочек славы. - Тогда пишите о себе. Как вы манипулировали Гидеоном и лишились почки, как играли с Зубной феей и приобрели своеобразный опыт и красоту. - Я усмехнулся, Чилтону явно не нравился наш разговор. - Уходите, - просто отмахнулся он. - Вы потворствуете им! - Вы знаете где выход. Я вздохнул, Фредерик всегда был глуп. Глуп и высокомерен. - Хорошо, прощайте, доктор Чилтон. Я поднялся и вышел в коридор, глядя на стены, увешанные лицензиями и грамотами, чтобы каждый вошедший видел к кому он пришёл. Хотелось поднять руку и смахнуть эти грамоты к чертям собачьим и смотреть, как лакированные рамочки разлетаются на куски.