Семейные ценности

Гостиницы на окраине города всегда привлекают меньше внимания, поэтому я сняла номер именно здесь. Придорожный мотель "Прощание" словно смеялся надо мной, мигая красной вывеской. Обшарпанные стены, бывшие когда-то белыми, крыша, покрытая грязной черепицей. Всё отталкивало меня, но я уверенно припарковала свой автомобиль на его парковке, где было всего две машины. Разбитый асфальт нагрелся под лучами жаркого солнца и казалось, мои каблуки утопали в нём, когда я делала шаг. Не уверена, что смогу выспаться здесь, но покой и тишину я найду точно. Колокольчик противно звякнул, оповещая хозяев, что у них посетитель и за стойкой моментально показался тучный мужчина неопределенного возраста с кудрявыми бакенбардами. Он сложил волосатые руки на огромном животе, спрятанном за салатовой рубашкой с жирными пятнами, от которой рябило в глазах. Где люди вообще покупают такие безвкусные вещи? - Добрый день, прошу, проходите, - вежливо произнёс мужчина и слегка поклонился, отчего пуговицы на рубашке натянулись, грозя разлететься по фойе. - Я бы хотела снять номер на сутки. После моих слов хозяин мотеля просиял и улыбнулся, показывая неровные жёлтые зубы, покрытые чёрным камнем. От всего его вида меня подташнивало и я мечтала быстрее взять ключи и окунуться в прохладу номера, закрыть глаза и отдаться покою. - Мне нужна ваша кредитка, - ответил мужчина и протянул сальную ладонь, в которую я вложила карту, сделанную Ганнибалом во Флоренции. - Лидия Фелл, - добавил он, прочитав на ней имя. - Да, это я. - Какой этаж предпочитаете? Сегодня много свободных номеров. Есть отличный на втором этаже. Свежий ремонт и новая душевая кабина. - Хорошо, - согласилась я, беззвучно моля его ускориться. Наконец, хозяин протянул мне ключ с брелоком в виде красной машинки, на которой нацарапан номер "27". Я буквально выхватила его и выскочила за дверь, подставляя лицо горячему солнцу. Хозяин мотеля не обманул, в комнате действительно был сделан свежий ремонт и до сих пор отвратительно пахло краской и клеем, которым поклеили дешёвые обои. Обои эти имели вульгарный красный цвет и бордовые нарисованные лилии. Кровать стояла в центре, занимая большую часть номера. Её застилало линялое розовое покрывало, бывшее когда-то красивым и дорогим. Я кинула сумку на одеяло и вошла в уборную, отметив неожиданную чистоту. Душевая кабина и правда была новая, блестела хромированными ручками и приглашала принять душ. - В другой раз, возможно, - прошептала я. Сейчас мне просто нужен отдых. Я открыла свою сумку и извлекла бутылку виски. Сегодня, как никогда, мне нужен крепкий напиток, способный помочь мне забыться. Ночь пришла быстро и неожиданно. Ещё недавно я лежала на кровати и смотрела старый хрипящий телевизор, а сейчас смотрю в окно, на блеклые звёзды, усыпавшие небо. За городом они кажутся ярче и ближе, и я рассматриваю их, будто вижу впервые. Стоит лечь спать, но я жду звонка от Ганнибала, уверена, он просмотрел фото. Мне стыдно за моё поведение, стыдно подглядывать за чужой жизнью, не имея своей. Знаете, что я видела, глядя на Грэма и его жену? Себя. Я видела под широкой спиной Уилла себя. Раздевшись, я легла в холодную кровать и закрыла глаза. Алкоголь не даст мне думать долго, он принесет мне покой и сон. Звонок телефона разбудил меня ночью, раздавшись у самого уха. - Алло. - Полагаю, тебе нужно официальное предложение? - услышала я спокойный голос Ганнибала. - Беделия, ты выйдешь за меня замуж?