Семейные ценности

В Аннаполис мы приехали рано утром, проведя ночь в дороге. Я предупредил Уилла, чтобы он называл меня Томасом, именно так я представился хозяину. Грэм кивнул, принимая моё имя. Цессна величаво стояла у края взлетной полосы, приковывая внимание. - Нужно улететь как можно скорее, - сказал я, выходя из машины. Уилл выпустил Уинстона и замер, глядя на подходившую к нам японку. Чио гордо вышагивала, вздернув острый подбородок, она не рада Уиллу и всем видом показывает это. - Сэмюэл накрыл на стол, - вместо приветствия сказала девушка и посмотрела прямо на Грэма. - Здравствуй, Чио. - Уилл Грэм. Они посверлили друг друга взглядами, а затем оба посмотрели на меня. - Идёмте в дом. Сэмюэл раскладывал яичницу с беконом по тарелкам, когда мы вошли в дом. Он что-то насвистывал, благодушно улыбаясь Такеши, а тот сидел на углу стола, нарезая свежий хлеб на тонкие куски. В кухне витал аромат выпечки и жареного бекона, вызывавший обильное слюноотделение. - Доброе утро, - поздоровался я и хозяин мигом подскочил к нам. - Томас, - протяжно провозгласил он, тряся мою руку. - Как славно, что ваш друг с вами. Действительно. В этом ты прав, Сэмюэл. Грэм так же протянул руку и хозяин искренне потряс и её. - Такеши, твой самолёт увезет нас сегодня? - спросил я после завтрака. - Разумеется. Я уже получил разрешение на полёт, как только вы позвонили из Виргинии. - Нужно улететь как можно скорее, мне нетерпится попасть домой. - Понимаю! - воскликнул Такеши. Полагаю, он соскучился по детям. Я смотрел на маленького японца, всеми способами растившего своих детей и понимал, что должен оставить ему жизнь, хоть и не планировал это вначале. - Такеши, ты хочешь заработать ещё? - Не откажусь. - Через несколько дней мы с Уиллом планируем улететь в Германию. В Дрезден. - У меня там нет друзей, господин Смит. Я не смогу посадить Цессну незаметно. - Такеши нахмурился, пытаясь придумать выход из положения. - Не волнуйся. Там есть мои друзья, - я похлопал его по спине и поймал благодарную улыбку. Я вошёл в комнату, где Уилл отдыхал после дороги. Он вытянул ногу на кровати и прикрыл глаза, ожидая когда подействует обезболивающее. Его ресницы подрагивали, а меж бровей залегла глубокая морщина, прибавив ему возраста и усталости. Моя спина после дороги болела не меньше, но желание сесть в самолёт точило изнутри и причиняло душевный дискомфорт. Я присел на край кровати и взял руку Грэма в свою. Его пальцы ещё хранили аромат ржаного хлеба, что он ел недавно. - Уилл? - Пять минут, Ганнибал. Я улыбнулся и поцеловал его пальцы, вдыхая запах кожи и хлеба. - Мы ждём тебя внизу. Я хотел встать, но Грэм неожиданно крепко схватил меня за локоть и, распахнув глаза, посмотрел на меня, пытаясь скрыть раздражение. - Не хочу её видеть! - Уилл... - Не хочу, Ганнибал. Это сильнее меня! - Я должен кое в чём признаться. Как сказать ему, что Беделия беременна? Точнее была, я уверен, ведь дал ей намного больше трав для аборта, чем было нужно. - Беделия была беременна. - Что ты сказал? - прошептал Уилл. Его лицо побелело, как простынь, на которой он лежал. - Послушай, - ровным голосом начал я, но он отмахнулся, скрипнул зубами и толкнул меня в плечо. - Проваливай! - Уилл! - Ничего не хочу слышать...Уходи. Грэм продолжал выталкивать меня с кровати, ударяя кулаком в предплечье, пока я не поднялся. - Уилл... - Садись в самолёт и лети домой, Ганнибал. - Красивое лицо Уилла перекосило от злости. - Беделия тебя явно заждалась. - Ты не слушаешь! - я повысил голос и зло посмотрел на него. - Снова! Снова! Я выскочил в коридор и, найдя взглядом Чио, кивнул ей на мою комнату, приглашая зайти. - Чио, я уже отнёс свой чемодан в самолёт. Принеси мне аптечку, мне нужно снотворное. - Не обращайте внимание, Сэмюэл, мой друг очень боится летать. Я улыбнулся хозяину, который с интересом смотрел, как я и Такеши волокли Уилла к самолёту. Его ноги собирали носками грязный снег, а кудрявая голова свесилась на грудь, ударяясь подбородком о пуговицы куртки. - Чио, ты посадила Уинстона? - спросил я, когда Грэм был усажен в самолёт. - Да, вон он, в хвосте. Кобель действительно беспокойно металася по клетке, поскуливая от неизвестности. Такеши ласково разговаривал с ним на японском, вероятно прося успокоиться и лечь. Он уже попрощался с хозяином и ждал только нас. - Большое спасибо за тёплый приём, Сэмюэл, - сказал я пожимая пухлую руку. - Рад знакомству, Томас, - ответил он. - Счастливого полёта, берегите друга! Чио улыбнулась на это замечание и посмотрела на меня. - Сбережёт. До свидания и спасибо. Девушка впоследний раз окинула взглядом ферму и, следом за мной, села в самолёт.