Лживые поступки

      Перед отправкой домой к Дурслям Макгонагалл, назвав новый пароль от кабинета, попросила Гарри зайти к директору школы, в которой произошло много событий. Ненависть Снейпа, печальные взгляды Макгонагалл от того, что он не стал гриффиндорцем, восхищённые взгляды Флитвика, нейтралитет с Малфоем, вражда с Уизли, недопонимание со стороны Грейнджер, (ведь она считала, что в учёбе является лучшей), тролль на празднике Хэллоуин, Рон и Гермиона в Больничном крыле, новые знания, появление друзей: Терри Бута, Лайзы Турпин, Ханны Аббот, Сьюзен Боунс и Нимфадоры Тонкс; камень Фламеля, который вскоре оказался у хозяина.       Что же интересного ждёт его на втором курсе? Какие новые знания они получат?       Сейчас же Гарри мучал иной вопрос: по какой причине Дамблдор пригласил его в конце учебного года в свой кабинет? Он вроде ничего такого не сделал, если не считать приколы над Уизли, однако никто так и не сумел найти доказательства его виновности и причастности, поэтому, как бы рыжий не бесился, наказать Поттера никто не сумел.       Назвав пароль, мальчик вошёл в кабинет Дамблдора, не представляя, о чём хотел с ним поговорить старый волшебник.       Оказавшись в кабинете директора, Гарри заворожённо огляделся.       Это была просторная круглая комната со множеством окон, по стенам которой развешены многочисленные портреты, по всей видимости, бывших директоров и директрис школы.       — Мистер Поттер, доброго вам дня, присаживайтесь, — поприветствовал мальчика Альбус, указав на свободное кресло перед его столом.       Гарри тоже поздоровался с директором и, пройдя чуть вперёд, сел в свободное кресло, как и предложил ему старый волшебник.       — Я не отниму у тебя много времени, Гарри. Просто хотел поговорить с самым одарённым первокурсником, — улыбнулся старик, загадочно сверкнув своими очками-половинками.       — Да, разумеется, о чём именно вы хотели со мной поговорить, профессор Дамблдор?       — Гарри, можешь рассказать, как тебе на факультете Когтевран?       — Обжился я хорошо, профессор, нашёл друзей, смог найти общий язык со многими, у нас весьма дружный факультет и прекрасный декан, профессор Флитвик, — с улыбкой произнёс Гарри.       — Это хорошо, Гарри, а как насчёт друзей? Мистер Бут и мисс Турпин, верно?       — Да, верно, профессор, они отличные ребята, всегда помогут и будут готовы поддержать. Думаю, мне с ними очень повезло.       — Рад это слышать, Гарри. До меня дошли слухи, что у тебя некая вражда с мистером Роном Уизли.       — Я не хотел с ним конфликтовать, профессор Дамблдор. Рон отчего-то решил, что если я отклонил его дружбу, то значит, меня можно оскорблять.       — Мальчик мой, дай мистеру Уизли ещё один шанс, уверен, вы найдёте общий язык, и он станет замечательным другом.       — Я понимаю, что, возможно, он и хороший друг для Гермионы Грейнджер, но не для меня, — брюнет постарался не выглядеть изумлённым, услышав "мальчик мой".       — Разве было бы не замечательно объединить факультеты с помощью дружбы? Тебе так не кажется, Гарри?       — Вы безусловно правы, профессор, но у меня есть друзья, и я не хочу их менять на Уизли и Грейнджер, с которыми мне совершенно не получится сблизиться достаточно, чтобы называть их лучшими друзьями.       — Хорошо, решение за тобой, Гарри, но всё же подумай ещё раз. Ребята заслуживают второго шанса, и, возможно, вы станете замечательными друзьями.       — Я подумаю, профессор Дамблдор, а сейчас, с вашего позволения, я пойду? Иначе могу опоздать на поезд.       — Да, конечно, ступай.       Гарри кивнул, вежливо попрощавшись, поднялся со своего места и направился на выход из кабинета директора.

***

      Хогвартс-экспресс, величественный алый паровоз, стартовал с места, начиная везти сидящих в многочисленных вагонах студентов до конечной станции – Кингс-Кросс.       В одном из вагонов сидели трое когтевранцев: Гарри Поттер, Лайза Турпин и Терри Бут. Ребята общались, рассуждали, что их может ожидать на втором курсе. Девушка изъявила особое рвение. Ей очень не хотелось бы, чтобы её черноволосый друг пошёл искать опасные приключения на свою пятую точку, возомнив себя гриффиндорцем. На такое подчёркнутое заявление со стороны подруги Гарри показательно пожал плечами, разведя руки в стороны, как бы говоря, что от него это, по большей части, не зависит.       — Вы будете мне писать летом? — поинтересовалась Лайза у своих друзей, когда поезд спустя несколько часов начал замедлять свой ход.       — Тебе только попробуй не напиши, потом так огреешь по голове, что мало не покажется, — пробурчал Терри, получив хмурый взгляд от подруги.       — Я могу и сейчас огреть по голове.       — Будем мы писать тебе, Лайза. Не переживай, мы всё-таки друзья, — улыбнулся Гарри, отвлекая Лайзу на себя.       — От тебя я буду с нетерпением ждать писем, Гарри.       — А от меня?       — От тебя тоже, Терри. Просто Гарри очень добрый и никогда не обидит такими словами, какими можешь ты.       На слова Лайзы Терри слегка нахмурился. Мальчик призадумался, но промолчал.       Пока ребята общались, поезд въехал на станцию Кингс-Кросс, полностью останавливаясь и выпуская огромные клубы пара.       Как только поезд остановился, и была объявлена остановка, друзья поднялись со своих мест и направились на выход.       Спустившись на платформу, ребята попрощались с Гарри, пожелали хорошенько отдохнуть на летних каникулах и направились к своим родителям. Оставшись один, Гарри улыбнулся, наблюдая, как старшие Буты и Турпин обняли своих чад.       Откинув грустные мысли как можно дальше, мальчик направился к стене, соединяющей магическую и магловскую части Платформы 9¾, тут же оказавшись на десятой платформе вокзала Кингс-Кросс.       Оглядевшись, когтевранец заметил ждущего его дядю Вернона, отчего он тут же с разочарованием вспомнил, что ему вновь придётся жить со своими ненавистными родственниками. Гарри не знал и даже не мог предположить, как к нему будут относиться дядя и тётя после того кавардака, устроенного им два года назад. Его ведь давненько не было дома, возможно, они уже успели успокоиться и "подзабыть", на что способен Гарри, и теперь готовили домашнюю работу для своего племянника. Уж в гнусности своих родственников Поттер не сомневался.       Горестно вздохнув, Гарри направился в сторону дяди. Тот, заметив племянника, нахмурился и скрестил руки, намекая, чтоб он поспешил.       Дядя явно чувствовал себя не в своей тарелке, постоянно озираясь по сторонам, мысленно подгоняя Поттера.       — Здравствуйте, дядя, — вежливо начал было мальчик, как тут же мужчина грубо схватил его за руку и повёл на выход с вокзала к парковке.       — Вечно приходится тебя долго ждать, заморыш, — с ненавистью выплюнул в сторону Гарри Вернон.       — Я никак не мог приехать раньше, дядя. Поезд отправляется строго по времени и уж никак не может ускориться ради вас.       Мужчина на это высказывание племянника ничего не ответил, лишь что-то пробурчал себе под нос. Они как раз подошли к машине, на которой поспешили домой, где Вернона ждала любимая жена и сын, вкусная еда, новости и банка спиртного. А большего мужчина и не хотел. Хотя нет, хотел бы, чтобы племянника не было в его доме, и чтобы не портил настроение одним своим паршивым видом и ошибкой своего существования.

***

      В один из летних вечеров Гарри лежал на своей кровати – от старости она жалобно поскрипывала при любом движении мальчика. Да ещё и Дадли умудрился подпортить её, когда случайно ударился об её ножку, после чего грязно выругался и повторно с силой пнул кровать, из-за чего заорал ещё больше.       Мысли мальчика не задерживались на чём-то конкретном, они плавно витали и сменялись в сознании юного волшебника.       Неожиданно для Гарри братец за такую выходку получил выговор от Вернона. Однако мужчина не стал изменять своим традициям, ведь после он обвинил племянника в использовании Дадли плохого слова. Тётя, разумеется, поддакнула, ну не мог её Дадличек никак знать бранные слова, и обвинила брюнета.       А то, что это чадо гуляет с малолетними хулиганами, её вообще не интересовало, более того, тётя, как и дядя, очень многого не знала о своём Дадличке. Тот, только выйдя за порог родительского дома, "срывал" маску доброжелательного ангелочка и становился отпетым хулиганом, как и его дружки, начиная вместе с ними бесчинствовать, материться и кидать камни в проезжающие мимо них машины.       Так вот, лёжа на своей старенькой кровати, мальчик глядел в потолок и слушал, как работает телевизор в гостиной – дядя вновь смотрел вечерние новости – слушал, как разговаривает по телефону тётя Петунья, в очередной раз слыша, как женщина нагло врала своей собеседнице по линии, заявляя, как у нее всё хорошо: мужа собираются повысить, сыночек подружился с какой-то девочкой – тут единственное, что удивило Гарри, так это какая же девочка решилась познакомиться с таким пузатым боровом? Если это, конечно, правда, а не очередное враньё тёти.       Приехав домой к родственникам, Гарри встретили практически нейтрально, лишь Дадли, завидев кузена, громко хмыкнул, явно недовольный его возвращением. И даже крикнул матери, что-то готовящей на кухне, что прибыл "недоносок", отчего выглянувшая Петунья сказала, что ей абсолютно всё равно, однако при появлении мужа подобралась вся да засветилась, подошла к Вернону, обняла и поцеловала в щёку, говоря, что приготовила его любимые фрикадельки. Мужчина, улыбнувшись, поведал, что с нетерпением хочет отведать её блюдо. К омерзению брюнета, мужчина, как только женщина развернулась, чтобы отправиться обратно на кухню, шлёпнул её по попе. Гарри на это скривился в отвращении, стараясь подавить рвотные позывы. Его родственники и так были далеки от моделей для глянцевого журнала красоты, а тут ещё такое поведение, и это при племяннике и сыне. Хотя Дадли даже не обратил на сие действие никакого внимания, о чём-то усердно размышляя.       Совершенно неожиданно Поттера отвлёк от потока мыслей негромкий хлопок рядом с кроватью. Взглянув в нужном направлении, Гарри увидел необычное существо, одетое в наволочку. Маленький человечек, ушами напоминавший летучую мышь с выпученными зелёными глазами, величиной с теннисный мяч, смотрел прямо на него и словно чего-то ожидал. Мальчик, не веря в происходящие, снял очки, протёр их, надел обратно, но существо никуда не пропало, наоборот, даже заговорило с ним:       — Великому Гарри Поттеру Добби не показался. Добби и в самом деле находится перед вами, Гарри Поттер.       — Мы... мы знакомы? — заикаясь, поинтересовался брюнет, отчего существо подпрыгнуло, издав радостный писк.       — Нет, но Добби наслышан о Великом Гарри Поттере. Как вы, сэр, в младенчестве одолели тёмного волшебника.       — Кхм, ясно. Притормозите, пожалуйста, — постарался приостановить ушастое существо мальчик. — Как вас-то зовут?       — Гарри Поттер поистине Великий и очень добр к недостойному Добби. Сэр, я домовой эльф Добби.       — Добби, не мог бы ты потише себя вести? Просто я живу с такими родственниками, которые малость недолюбливают всё, что связано с волшебством.       — Как скажите, сэр. Добби рад услужить Гарри Поттеру, — пискнул домовик, понижая тональность голоса.       — Добби, с какой целью ты пришёл ко мне?       — Вам нельзя возвращаться в Хогвартс, Гарри Поттер.       От такой новости Гарри ненадолго замолк, лишь глядел на домовика, который залез на его кровать и теперь смотрел на него в ответ.       — Как это нельзя в Хогвартс? — шёпотом возмутился мальчик, собравшись с мыслями.       — В Школе Чародейства и Волшебства в этом году будут твориться кошмарные вещи. Гарри Поттер не имеет права ввергать себя в пучину бедствий. Он всем очень нужен, сэр!       — Какие кошмарные вещи? О чём ты, Добби?       — Вам нельзя в школу, мистер Поттер. Для вас там будет небезопасно.       — Ничего не могу понять, кто-то плетёт заговор? — домовик покачал головой. — А я-то здесь причём?       — Добби не может этого сказать, Гарри Поттер.       Существо уже чуть ли не начало рыдать от своего, казалось бы, бессилия, мальчик старался лихорадочно соображать, чтобы понять Добби.       — Против меня плетут заговор?       Утвердительный кивок головой запутал брюнета ещё сильнее, заставив его так же сесть на кровать, нахмурившись.       — Но по какой причине против меня плетут заговор? Да, я известная личность, но мне даже двенадцати ещё нет. Кому я мог так перейти дорогу? Неужели кто-то так сильно меня ненавидит?       — Добби не может ответить вам на этот вопрос, сэр.       — Добби, я знаю того, кто хочет мне навредить?       — Нет, Гарри Поттер...       Вдруг совершенно неожиданно Букля, его белоснежная, умная сова, ухнула, словно стараясь предупредить своего хозяина, однако Гарри глубоко ушёл в свои мысли, и лишь последовавший крик Вернона Дурсля вернул его в реальность, заставив широко раскрыть глаза. Гарри не мог поверить, что дядя настолько взбесился от какого-то там уханья Букли, она ведь птица, ей тоже хочется, как и другим, на улицу, полетать, но каждый раз, когда мальчик заводил разговор о полёте для его птицы, Дурсли наотрез отказывали ему, угрожая, что расправятся с дрянной птицей.       — Гарри Поттер! — гаркнул Вернон, вскакивая со своего места и тяжёлыми шагами направившись в комнату к Поттеру.       Мальчик быстро повернул голову в сторону домовика, но того уже и след простыл, тогда-то брюнет приказал Аде спрятаться и не высовываться.       И вовремя змейка спряталась, ведь, как только она это сделала, дверь открылась, оглушительно ударяясь о стену. На пороге появился красный от злости Вернон.       — Ещё хоть звук от твоей поганой птицы, и я вышвырну её!       — Дядя, Букле хочется полетать, нельзя же её удерживать насильно в клетке, как невольницу, — встал на защиту любимицы Гарри.       — Я тебя предупредил, мальчишка! — взревел Дурсль.       И громко хлопнул дверью, направившись обратно в гостиную, где его ждало кино с бутылкой спиртного.

***

      Дадли после совместно с друзьями неудачной охоты на дохляка Поттера злой шёл домой, надеясь отомстить недоноску за то, что он в очередной раз ускользнул от него с друзьями. Пацаны уже чуть ли не устроили ему взбучку, отчего-то решив, что он помогает Поттеру. Злой до чёртиков, Дурсль младший зашёл в дом, как и ожидалось, его родители уже спали, и как он предполагал, дохлятина тоже наверняка уже спит, видя десятый сон.       Дадли, поднимаясь по лестнице, подошёл к комнате Гарри, открыв дверь, он увидел спящего двоюродного братца, отчего его руки крепко сжались в кулаки. Оглянувшись, Дурсль младший, не закрывая дверь, шагнул в комнату, направившись по-тихому к спящему Поттеру. Убивать он не собирался, но вот избить очень даже хотел, ведь бежать брюнету будет некуда, и никто его не спасёт. Почти приблизившись к кровати, на которой мирно спал Гарри, Дадли неожиданно услышал шипение, а когда увидел, кто издаёт устрашающие звуки, его глаза широко распахнулись, рот приоткрылся от страха, крик застрял в горле. Прямо перед ним на кровати кузена чуть приподнялась среднего размера змея, раскрывая свою пасть и показывая длинные, острые, как бритва, клыки. От увиденного Дадли прошиб холодной пот, а во рту скопилась вязкая слюна, которую было трудно сглотнуть.       Дурсль младший стал потихоньку отступать, однако ногой почувствовал хоккейную клюшку, недолго думая, Дадли присел и подхватил орудие, которое собрался использовать против змеи. Той самой, от которой он с родителями хотели избавиться, но Гарри защитил её каким-то неведомым для него образом. Крепко взяв в руки клюшку, кузен Поттера принялся размахивать ею направо и налево, едва не попадая по спящему волшебнику. Такое отвратное поведение, однако, вконец змее надоело, и она, издав грозное шипение, чуть вытянувшись назад, сделала резкий рывок вперёд, клыками зацепив ногу наглого нарушителя спокойствия её двуногого защитника. От резкий боли Дадли громко закричал, тряся ногой, по которой прошлась клыками Ада, его стала накрывать паника, ведь кто его знает, может, ненормальный Поттер завёл ядовитую змею?!       — Что за шум, паршивец?!       В комнату вбежали Вернон с Петуньей. Взлохмаченные, а в руках мужчины была алюминиевая бита.       — Что тут творится, чёрт вас дери!       — Вернон, не ругайся при Дадличке!       Гарри от громких криков со стороны своих "многоуважаемых" родственников резко подскочил на своей кровати, стараясь понять, что вообще происходит, и лишь когда увидел злую до чёртиков Аду, мальчик моментально проснулся. Прогнав остатки сна, брюнет увидел ноющего от боли в ноге Дадли, рядом с которым уже стояла Петунья. Гарри принялся лихорадочно соображать, как ему и его подруге выбраться из такой поганой ситуации. Шанс того, что Дурсли спустят ему это с рук, довольно-таки мал, поэтому подхватив и прижав к себе Аду, мальчик схватил волшебную палочку, как только заметил идущего на него с битой Вернона.       — Не советую ко мне подходить, дядя.       — Решил, что можешь мне указывать, щенок?! — злобно прорычал дядя, однако остановился, глядя на племянника, в руках которого была деревяшка.       — Я лишь предупреждаю, дядя. Или вы забыли, что с вами произошло два года назад? — вкрадчиво, как бы невзначай, поинтересовался Гарри.       — Избавься от своей ползучей твари! Живо! — продолжал неистовать мужчина, не видя, чтобы племянник в ту же секунду исполнял его волю.       — Даже не смейте мечтать об этом. Ваш Дадли сам виноват, не нужно было злить Аду, — Дурсль младший от этого напоминания лишь сильнее зарыдал в плечо матери.       — Как ты смеешь нам хамить! Живо избавься от этой мерзости, дрянной мальчишка! — заверещала тётя, параллельно вытирая слёзы сына.       — Нет, и даже не рассчитывайте, что сможете самостоятельно избавиться от Ады, — усмехнулся Поттер, увидев скривившегося от разочарования Вернона.       — Попытаетесь и будете пенять на себя, раньше я сдерживал Аду, но сейчас я ей разрешу напасть на вас, если посмеете навредить ей.       От слов своего двуногого друга змейка грозно зашипела, продемонстрировав мужчине свои острые, длинные клыки, от вида которых тот тяжело сглотнул.       — Вернон, сделай что-нибудь! — с визгом потребовала едва не падающая в обморок Петунья, рядом с которой сидел бледный Дадли.       — Она ядовитая? — вместо этого спросил Вернон у Гарри.       — Да, поэтому не советую злить ни меня, ни её.       От слов про яд Петунья громко вскрикнула, взглянув на бледного от страха Дадличку, отчего заметивший это Гарри взглянул на Аду и подметил её отрицание:       — Нет, Гарри.       — Можете не волноваться, Ада не использовала свой яд, — и перевёл свой взгляд ярко-зелёных глаз на Вернона. — Но это было предупреждением для вас.

***

      С того момента магловские родственники стали вести себя тише воды, ниже травы. И в самом деле, после той ночи Вернон со своей семьей стали чуть ли не стороной обходить комнату своего нерадивого племянника, боясь его ползучую тварь, которая к тому же была ещё и ядовитая. А когда Дадли совершенно случайно увидел, как его двоюродный братец шипел наравне с змеей, которая чудом не отправила его на тот свет, чуть в обморок повторно не упал, в тот же вечер рассказав своим родителям об увиденном. Про себя всё ещё надеясь, что они избавятся от твари, однако те лишь попросили его не трогать Поттера и не приближаться к его комнате. Петунья от известия, что её племянник может говорить со змеями, почувствовала, как по её телу пробежались мурашки от ужаса, и никак не могла вспомнить, могла ли её ненормальная сестрица вытворять нечто подобное.       Казалось бы, ничего плохого уже не должно было случиться.       Однако Судьба решила вновь поиздеваться над Гарри.       Несколько дней спустя тётя отправила его в магазин за покупками. В какой-то момент он заметил, как прямо за ним следуют четверо друзей Дадли, который, к слову, находился дома и явно не подозревал о выходке своих дружков, а может, и знал, уж Гарри бы не удивился, если кузен подговорил своих дружков проучить Поттера.       Ускоряя свой шаг, мальчик подметил, как и его преследователи сделали то же самое. Единственное, что спасало брюнета, так это другие многочисленные пешеходы, спешившие по своим делам. Поэтому брюнет старался как можно быстрее добраться до магазина и, может, тогда попросить помощи, если друзья Дадли не отстанут от него. Добравшись наконец до продуктового магазина, Гарри зашёл внутрь и принялся покупать то, что в приказном тоне наказала ему приобрести тётя. Оплатив покупку, мальчик, повернувшись, чтобы выйти из магазина, подметил, что никто рядом со входом не караулил его.       «Неужто пронесло?» — пронеслась мысль в голове Гарри.       Однако к своей неудачи, как только он вышел из магазина, заметил, как из-за угла выбегают дружки Дадли.       «Да чтоб вас, черти!»       И недолго думая, Поттер рванул, что есть мочи, стараясь оторваться от преследующих его друзей двоюродного брата, которые даже матюкали его по дороге.       — Остановись, ублюдок! — крикнул один из парней.       — Тебе конец, Поттер!       «Скрыться бы от вас!»       Забегая за очередной переулок, Гарри совершенно неожиданно почувствовал рывок в области пупка. Перед глазами заплясали чёрные точки, а живот неприятно скрутило. Секунда-две и он уже стоит на безлюдной и по всей видимости малоизвестной детской заброшенной площадке. Но Гарри прекрасно знал эту площадку, ибо несколько лет назад по чистой случайности обнаружил её, когда убегал от Дадли и его дружков. С тех пор он иногда приходил, чтобы просто посидеть в одиночестве, или когда злость и ненависть Дурслей было невозможно вытерпеть.       Чувствуя тошноту, мальчик присел на скрипучие качели, стараясь привести свой разбушевавшийся организм в порядок, совершая спокойные глубокие вздохи и выдохи. Спустя несколько минут тошнота и головокружения прошли. Гарри попытался подняться с насиженного места и, почувствовав, что сможет без происшествий дойти до дома, направился в строну Тисовой улицы, крепко держа в руках пакет с продуктами.

***

      Проснувшись на следующее утро в своей комнате, Гарри, немного полежав, приподнялся на кровати и сладко потянулся, стряхивая остатки сна.       Подавив зевок, мальчик, взглянув в окно, увидел сову, что явно пыталась прорваться в комнату. Поднявшись с постели, Поттер подошёл к окну и открыл его, впуская пернатого почтальона, в когтях которого было адресованное ему письмо от Терри Бута. Приняв от совы письмецо, черноволосый мальчик надломил печать, открывая его, и принялся читать, присаживаясь на свою кровать.       

«Дружище, поздравляю тебя с Днём Рождения! Я желаю тебе счастья, здоровья, удачи, любви, успехов, понимания, радости, улыбок и позитива. Пусть всё загаданное сбудется, а поставленные цели будут достигнуты. Будь целеустремленным в Хогвартсе и занимайся тем, что тебе приносит удовольствие. Особенно надеюсь, ты продолжишь с прежним рвением подставлять рыжего, находить приключения, отыскивать ценные артефакты, как с Философским камнем».

      От такого искреннего и тёплого письма от друга Терри на лице двенадцатилетнего Гарри появилась счастливая улыбка.       Не успел Гарри отойти от приятных эмоций, вызванных письмом, как тут прилетело ещё несколько сов с письмами, адресованными ему, и. открывая очередное, мальчик увидел, что оно от Лайзы.       

«Хочу тебя по-дружески поздравить, Гарри. И в День Рожденья счастья пожелать. Тебе, как другу, «5» могу поставить. За то, что можешь руку мне подать. За то, что ты плечо готов подставить. Таких друзей немного, я скажу. Всю теплоту хочу тебе направить. Ведь дружбой нашей очень дорожу».

      — Красивый стих у Лайзы получился, — тихо хихикнув, прошептал Гарри.       Последующее письмо было от старосты парней Роберта Хиллиарда:       

«С Днём Рождения, укротитель женских сердец! Желаю сил, успеха, денег, мощных побед, исполнения желаний, быть лучшим всегда и во всём. Достигай поставленных целей, верь в себя. У тебя всё получится!»

      Также были поздравления от знакомых на факультете Когтевран и некоторых преподавателей, от старосты девушек Пенелопы Кристал, а также от Сьюзен Боунс, Ханны Аббот, Нимфадоры Тонкс, Минервы Макгонагалл, Филиуса Флитвика. Получая поздравления, Гарри никак не мог прекратить широко улыбаться – и ему было всё равно, что выглядел, как идиот, по мнению Ады, что к слову тоже поздравила своего двенадцатилетнего защитника. И даже от Букли мальчик получил поздравление, сова ухнула и мягко куснула его за палец, тем самым поздравляя мальчика в своей совиной мере.       И даже дальнейший день с Дурслями никак не мог испортить его праздничное настроение.       Магловские родственники, казалось бы, "забыли" о его Дне Рождении, лишь Дадли с издевательством ляпнул, что даже в его чокнутой школе у него нет друзей, ибо никто его так и не поздравил и подарков не прислал.       — Ты так и не поумнел, Дадличек, — парировал Гарри, усмехнувшись, нарочно прошипев следующее слово на змеином, напугав Дурсля младшего.       «Беги».       И Дадли с превеликим удовольствием выполнил слова своего двоюродного братца, быстро улепётывая от него к родителям в гостиную.       «Не стоило, Гарри».       «И упустить возможность напугать эту свинью?»       «Хорошо, может, это и забавно, но теперь опять те злые двуногие будут рваться в комнату».       «Пусть рискнут, напомню о своём предупреждении, раз они запамятовали».       И взяв с вешалки свою курточку, направился на выход из дома родственников. Его целью была автобусная остановка, с которой он мог доехать до центра Лондона, а оттуда уже на метро в парк аттракционов.       При посещении банка гоблинов с профессором Макгонагалл мальчик обменял немного галлеонов на английские фунты, и теперь мог себе позволить немного отдохнуть в парке развлечений.

***

      Увы, праздники не длятся вечно, так что вскоре жизнь на Тисовой улице 4 снова потекла в привычном ритме.       Гарри нарезал салат аккуратными, ровными кубиками. Да, каким бы придурком не был Снейп, но кое-что полезное из его уроков извлечь было можно. Лето проходило, дни тянулись и тянулись, словно жвачка на подошве, а невесёлые мысли всё чаще и чаще посещали голову мальчика, надолго там задерживаясь. И самая очевидная из них звучала до обидного просто: он слаб. Магический мир оказался сказкой, да. Вот только этой самой сказке позавидовали бы не только братья Гримм, но и те ребята, что в американском Голливуде снимают разные ужастики. Доводилось Гарри посмотреть (а вернее, подсмотреть из укрытия) пару таких шедевров, так вот после тролля, запретного коридора и, самое отвратительное, Снейпа и Рона, киношные монстры как-то совсем не впечатляли.       Да, он слаб. Все его боевые заслуги — по сути результат невероятного везения и собственной паранойи, которую он упорно называл предусмотрительностью. Но паранойей она от этого быть не переставала. Если вдруг в новом учебном году снова будут тролли или, например, вампиры и неадекватные тёмные маги, у Гарри будут все шансы уйти в страну вечной охоты. А этого пока совсем не хочется. И что делать не ясно.       — Ты закончил?       Тётя придирчиво осмотрела результат работы племянника и, видимо, не обнаружив того, к чему можно было бы придраться, выдала новое задание:       — Протри стол в гостиной. И приберись там. Скоро обед.       Гарри раскладывал разбросанные по всей комнате газеты и журналы, думал свои тяжкие думы и одновременно следил за новостями, что сейчас шли по телевизору. Ему так редко удавалось посмотреть этот ящик, что даже банальные прогнозы погоды и навязчивая реклама вызывали неподдельный интерес. Что уж говорить про новости.       — Продолжается разбор завалов на месте взрыва бытового газа в городе…       — «Ну да, мир без магии — тоже не самое безопасное место, но тут хотя бы примерно можно понять, что ожидать и от кого. Хотя…»       — Вчера вечером повстанцы в пригороде Могадишо, Сомали, спровоцировали крушение вертолета миссии ООН…       — «В Сомали? Это же Африка, да?»       Гарри заинтересовался новостью и внимательно всмотрелся в экран. На нечётких, дрожащих кадрах было видно, как в несущий винт тяжёлой летающий машины какой-то чернокожий мужик забрасывает крюк со стальным тросом. И всё. Совсем всё. Для машины и её экипажа. Вот тебе и цивилизация. Вот тебе и техническое превосходство, когда огромную и, наверное, очень дорогую машину можно уничтожить железкой с тросом. В этот момент мозг Гарри буквально прошила простая и очевидная идея: а нельзя ли так же сделать и в его случае? Может быть, простые магловские уловки и ему помогут в борьбе с «великой магией»? Этот вопрос требовал скорейшего рассмотрения, и Гарри, забыв обо всех своих нехитрых планах, уже на следующий день отправился в библиотеку.       Поход в хранилище знаний и долгий поиск ответов позволили Гарри по-новому взглянуть на жизнь вообще и на своё место в ней. Оказывается, с древних времён человек только и делал, что пытался кого-то убить. И чаще всего это были такие же люди. История знает тысячи и тысячи примеров различной кровавости. И чем совершеннее становилось оружие, тем страшнее были войны, тем больше людей на них гибло.       Гарри понимал, что такова природа человека, что именно так люди, по сути, и строят свою цивилизацию. И как только какой-нибудь народ переставал участвовать в этой жуткой гонке, впадал в застой, почивал на лаврах, так почти тут же уничтожался более успешными соседями. Ну да. Луками и мечами против пулеметов не сильно-то повоюешь. Как и, видимо, той же волшебной палочкой против современного огнестрела.       Последняя мысль вполне себе актуальна: Гарри ещё в библиотеке Хогвартса натыкался на интересные данные, что даже сильными физическими щитами практически невозможно остановить арбалетный болт. А время ухода магов «в подполье» подозрительно совпадает со временем массового распространения огнестрельного оружия. Да, кое-где даже упоминалось, что при появлении «воинов простецов с длинными дудками в руках» следует «скрываться сей же момент и поле боя покидать». Это всё, конечно, хорошо, но достать даже самое старое и слабое огнестрельное оружие у Гарри получится только чудом. А на чудеса рассчитывать как раз не хотелось бы.       Ответ нашёлся в фильмах по истории, которые он смог посмотреть в библиотеке. Местная пожилая смотрительница, видя интерес мальчика, сжалилась над ним и организовала индивидуальный просмотр нескольких кассет с нужным содержанием. И вот тут-то и пришло понимание очевидной вещи: для того, чтобы вывести из строя, задержать или легко ранить противника, можно использовать абсолютно примитивные устройства! Особенно Гарри поразился боласу, излюбленному бразильскими индейцами охотничьему средству. Это, по сути, несколько камешков (или крупных гаек со свалки), соединенные тонкими тросами. Грамотный бросок этого девайса гарантированно валил с ног лошадь! И обращаться с ним было до изумления просто, так что более-менее сносно кидать болас Гарри научился за пару дней. Оружие просто необходимо было испытать, но парнокопытных в округе не было. Зато был жирный дружок Дадлика! Подкараулить его в тёмной аллее было несложно, а завалился он очень эффектно! А потом ещё долго не мог распутаться и жалобно ныл.       О втором средстве самообороны Гарри снова узнал из новостей. Передача про работу британского спецназа (SAS) против ирландских террористов шла как раз во время семейного ужина. Тётя по обыкновению шипела на «эти ужасы», а вот все мужчины семейства Дурслей заворожённо любовались слаженной, быстрой и жестокой расправой. Нда… и на что некоторые волшебники вообще надеются, разглагольствуя про «покорение маглов»? Дурачки наивные. Воландеморт, кстати, таковым не был и, несмотря на свои заявления, к маглам особо не лез. В старых подшивках газет, конечно, говорилось про «рейды» по деревням маглов, но ничего конкретного написано не было. А несколько названий этих самых деревень в Британском реестре малых населённых пунктов не обнаружились. Вывод? Вполне очевиден и хорошо известен:

Whatever happens, we have got The Maxim Gun, and they have not.

      И что-то Гарри подсказывало, что в Британии, во Франции, да и вообще везде есть вот такие вот бравые ребята, которые приходят к обнаглевшим магам и… объясняют, что так себя вести нехорошо. Тут почему-то вспомнился фильм про испанскую инквизицию, и Гарри немного побледнел.       В процессе избиения ирландцев (а били их жестоко, не смотря на пол и возраст), спецназовцы несколько раз применили очень интересное изобретение – светошумовую гранату. Этот момент Гарри запомнил, а потом, в библиотеке, пролистав несколько книг (в том числе чудом тут оказавшуюся «The Anarchist Cookbook»), нашёл простой и недорогой рецепт смеси, дающей похожий эффект. Серебрянка была куплена в строительном магазине, а марганцовку удалось найти на мусорке за местной аптекой. Запал легко получился из петард, что часто теряет Дадли. Испытания прошли успешно: приманенные куском мяса коты миссис Фиг потом до вечера тыкались во все углы, истошно орали и не реагировали на громкие звуки, в том числе и отчаянные крики самой миссис Фиг.       Так или иначе, благодаря не самым совершенным, но вполне действенным, чисто магловским уловкам, Гарри готовился ко второму году в Хогвартсе, уже гораздо более уверенный в своих силах.

***

      Приблизительно в это же время трое незнакомцев: мужчина, женщина и мальчик на вид одиннадцати лет, сидели перед столом, за которым восседал Альбус Дамблдор.       — Джеффри Стивенсон пройдёт распределение на первый курс в сентябре. Как и другие первокурсники.       — Я хотел бы попасть в Гриффиндор, как и мои родители, — подал голос мальчик, на что мужчина и женщина улыбнулись.       — А нам нельзя проводить его, Альбус? — поинтересовался отец Джеффри.       — Нет, вам пока рано появляться на людях, иначе у нас будут проблемы, мальчик мой.       — Из-за него? — выделила местоимение женщина.       — Именно, на данный момент нам придётся только выжидать.       — Как скажешь, Альбус.       Старик, глядя на трёх незнакомцев перед собой, загадочно сверкнул своими очками-половинками, добродушно улыбнувшись.

Продолжение следует...