Вдох / Сборник драбблов

– Мицуко? – выдохнул Шото, не веря своим глазам. Казалось, парень остолбенел, удивившись неожиданному появлению бывшей одноклассницы на своём пороге. Он знал её с самого детства, с тех старых времён, когда его мама, будучи ещё в здравом уме, ходила к соседке в гости, чтобы Тодороки мог поиграть с малышкой Мицуко, пока его старшие братья и сестра пребывали в школе. Это были те короткие мгновения, когда его душа успокаивалась, когда он совершенно забывал о том ужасе, что творился в его собственном доме. И вот, она, словно призрак прошлого, стояла перед ним. Яркая улыбка на лице делала её совершенно не похожей на того "гадкого утенка", с которым он учился в начальной и средней школе. Брекеты сделали своё дело, и её зубки стали идеально ровными. Светлые кудряшки, отливающие рыжиной на солнце, больше не торчали в разные стороны, а были аккуратно уложены с помощью кондиционера, аромат которого почувствовал Шото, стоило тому открыть дверь после трели дверного звонка. Круглые очки на резинке исчезли, открыв миру большие зеленые глаза. – Привет, Шото. Я пришла поздравить Фуюми с днём рождения, – подарила она ему свою лучшую улыбку, словно луч, освещающий его серый мир. Шото посторонился, пропуская Мицуко внутрь. Запах её кондиционера для волос и геля для душа смешался с привычным запахом дома, создавая странный, но приятный микс. Он отметил, как уверенно она ступила на порог, совсем не так, как та робкая девочка, которая всегда пряталась за его спиной от хулиганов на детской площадке когда-то очень давно. Словно за распустившимися в саду цветами, он пошёл в след за ней, провожая девушку на кухню, где Нацуо пытался украсить торт сам, хотя у него явно не получалось, но он всеми силами хорохорился, отказываясь от помощи Фуюми. Блондинка повернулась к Мицуко и тут же встала со стула, встречая прибывшую гостью. Тодороки не успел вымолвить ни слова, когда девушки в мгновение покинули кухню под тихий смех. Шото лишь проводил взглядом две исчезнувшие фигуры. Парень остался стоять посреди кухни, чувствуя себя немного потерянным, пока Нацуо продолжал возиться с тортом, сосредоточенно выкладывая клубнику в неровные ряды, роняя её на столешницу рядом. – Как думаешь, она изменилась? – внезапно спросил Нацуо, не поднимая глаз от своего занятия. Шото пожал плечами. Он и сам не понимал, что чувствует от её неожиданного появления. Мицуко всегда была частью его детства, но лишь далеким воспоминанием. А сейчас перед ним стояла совершенно другая девушка, уверенная в себе и излучающая свет. Вечер прошёл для Тодороки незаметно, все попытки его сестры хоть как-то включить того в беседу проваливались, разбиваясь о невидимую каменную стену его мыслей. После чаепития с тортом, который Нацуо с большим трудом донёс до гостиной, опасаясь его падения, Мицуко попрощалась с Фуюми и Нацуо, ограничившись лишь кивком в сторону Шото. Как только за ней закрылась дверь, он внезапно почувствовал острую потребность в чём-то, но опять отнёс это к простому любопытству. Помог убрать со стола на кухне и ушел в комнату, стараясь сосредоточиться на предстоящем выпускном экзамене в Юэй, вместо того, чтобы думать о девушке, прочно засевшей в его мыслях. За прошедшие годы, отмеченные как утратами, так и счастливыми моментами и чередой перемен, Шото Тодороки заметно преобразился, возмужал и стал могущественнее. Однако одно изменение, которое он упорно не желал осознавать, выделялось на фоне всех остальных. Он стал более чувствительным в глубине души. Может, именно поэтому, не смотря на занятость и отсутствие лишнего времени, он то и дело думал о кудрявой девушке, что прочно засела в его голове, сама того не подозревая. Но он упорно продолжал игнорировать это, пока спустя месяц не встретил её образ. Патрулируя одну из главных улиц Токио, молодой человек поднял взгляд на огромный экран билборда, где с экрана всем прохожим как-то неестественно улыбалась она. Её губы спелого оттенка вишни были чуть приоткрыты, а томный взгляд заставлял сердце биться чаще. Реклама Victoria's Secret, где моделью выступала Мицуко, поразила его, заставив такого сильного героя, как Шото, застыть на месте, приковав того к месту, полностью отвлекая того от важного дела. Шото вернулся домой встревоженным и сразу отправился в комнату Фуюми. Он осознал, что больше не может игнорировать свои чувства, выросшие из интереса. Он должен был что-то предпринять, чтобы разобраться в себе и понять, что именно он вообще испытывает. Он постучал в комнату сестры, и, услышав приглашение войти, открыл дверь, застав её за книгой, сидящей на подушке перед столиком. Он не знал, с чего начать, ни как объяснить, и молча сел рядом, впервые в жизни пытаясь подобрать нужные слова. Фуюми сразу заметила его волнение и первым делом коснулась его плеча, предполагая худшее. – Что-то случилось, Шото? – тихо спросила Фуюми, откладывая книгу в сторону. Её заботливый взгляд, полный понимания, подтолкнул его к первому шагу. – Я… не могу перестать думать о ней, – начал он, стараясь не смотреть ей в глаза. Сердце странно защемило, и его щеки покраснели. – Я сегодня во время патруля увидел её на билборде. Фуюми мягко улыбнулась, поняв, о ком идёт речь. Девушка видела, что перед ней уже не тот замкнутый и отстраненный мальчик, которого она знала раньше. – И что ты почувствовал, когда увидел её? – спросила она. – Замешательство, – ответил Шото. – И…что-то еще. Я не знаю, что это, но оно заставляет меня чувствовать себя не так, как обычно. Я должен понять, что это значит, – закончил он, наконец-то посмотрев на сестру. – Я думаю, что она мне небезразлична. Фуюми кивнула и слегка сжала его плечо в знак поддержки. Тепло улыбнувшись, на её лице чуть проскользнули мелкие морщинки, на которых Шото сконцентрировался, лишь бы не смотреть ей в глаза, боясь увидеть там насмешку. Но Фуюми нежно посмотрела на младшего брата и неожиданно даже для себя обняла его. Ей казалось, что это был прогресс, не смотря на то, как много уже времени прошло после всего произошедшего, он только сейчас за всё это время чуть приоткрыл для неё свою душу, и она боялась спугнуть этот миг. Миг, когда из сильного героя он вдруг снова стал обычным младшим братом. Шото почувствовал тепло её объятий и невольно напрягся, но не отстранился. Слова застревали в горле, но он знал, что Фуюми поймет его, даже если он не сможет всё объяснить. – Тебе нужно время, чтобы разобраться в своих чувствах, Шото, – произнесла Фуюми, отстранившись. – Это нормально, когда кто-то вдруг начинает занимать особое место в твоем сердце. Главное – будь честен с собой. Шото кивнул, чувствуя, как напряжение немного отступает. Он знал, что задача не из легких, но теперь у него была поддержка, и это придавало ему сил. Он глубоко вздохнул и посмотрел на Фуюми с благодарностью. – С чего мне начать? – спросил он, ощущая себя потерянным в лабиринте собственных эмоций. – Начни с малого, – ответила девушка. – Проведи с ней больше времени, не в качестве героя, а как человек. Пригласи её куда-нибудь, где вам обоим будет комфортно. И обязательно будь с ней честен. Проведя некоторое время в компании сестры, он незамедлительно направился к дому Мицуко. Он всегда предпочитал действовать сразу, поэтому, несмотря на то, что разум еще не до конца осознал происходящее, тело уже двигалось по знакомому с детства пути. Проходя мимо маленькой, обветшалой детской площадки, служившей им когда-то убежищем, Тодороки вдруг остановился. На старых качелях, прикованных цепями, сидела Мицуко, безмятежно наблюдая за закатным небом. Шото замер, словно боясь спугнуть видение. Мицуко выглядела такой хрупкой и беззащитной в лучах заходящего солнца, что сердце его сжалось от... нежности? Он медленно подошел к ней, стараясь ступать как можно тише, чтобы не нарушить её умиротворение. – Мицуко, – тихо позвал он, когда приблизился достаточно близко. Она обернулась, и на её лице расцвела улыбка, такая искренняя и теплая, что Шото почувствовал, как все его внутренние барьеры начинают рушиться. – Шото? Что ты здесь делаешь? – спросила она, поднимаясь с качелей. – Я… я просто хотел тебя увидеть, – признался он, чувствуя, как щеки слегка краснеют. – Фуюми посоветовала мне проводить с тобой больше времени, как человек. Мицуко, удивленная, приподняла брови, и внезапно её лицо вспыхнуло краской, не уступающей той, что была у Шото. Сердце пропустило удар, а затем заколотилось, разгоняя кровь по венам в бешеном темпе. Превозмогая смущение, она с игривой ухмылкой спросила: – И как тебе? Нравится проводить время в моей компании? Шото внимательно посмотрел на нее своими разноцветными глазами. В их глубине Мицуко увидела что-то новое... Он медленно кивнул, чем вновь вогнал девушку в краску, из-за чего она даже приоткрыла рот, чтобы набрать побольше воздуха. – Тогда, может, прогуляемся? – предложила Мицуко, указывая на парк через дорогу. Шото снова утвердительно кивнул и пошел рядом, чувствуя, как между ними зарождается нечто новое, неописуемое словами, но ощущаемое каждой клеточкой тела. Закат пылал, окрашивая все вокруг в теплые тона, и в этом очаровательном свете Шото осознал, что это – начало чего-то значимого, чего-то, что он пока не в силах объяснить, но что будет оберегать больше всего на свете