Из кошмара в реальность. Том 1.

В мире кошмаров Темнота окутывала всё вокруг, пронизывающий холод витал в воздушной пустоте. Монстры скрывались в каждом углу, их шепот заполнял пространство, где, казалось, не могло быть и капли надежды. Парень несся на полной скорости, пытаясь укрыться от огромного чудовища, напоминающего крокодила, его ненасытные глаза светились ярким голодом. В руках у тёмно-волосого парня был лишь крюк — едва ли подходящее оружие против такого чудища. Монстр не оставлял ему шанса, преследуя неотступно, словно призрак, пришедший забрать свою жертву. Мысли Джима стремительно метались: — Почему это чудовище не устает? Где найти укрытие, где скрыться? Вдали, сквозь густые завесы тумана и высохшую растительность, вырисовывался силуэт особняка. Это выглядело как единственное спасение — но лишь временное. Когда он достиг парадной двери, Джим совершил отвлекающий манёвр, ухватился за окно второго этажа. Внезапно на мгновение ему показалось, что он обрел свободу. Однако это было лишь иллюзией — на самом деле, он просто прятался, устал от бесконечного бегства, устал от жизни в этом неправдоподобном мире. Внутри царила тишина, пронизанная жуткой атмосферой безысходности. Тёмный полумрак постепенно рассеивался, открывая обзор на детали заброшенного дома: пропахшие старостью стены, паутина, которая запуталась во всём, и рваные занавески, словно забытые крики отчаяния. Впечатление было, будто какой-то свирепый зверь, полон ярости, разрушил этот дом, оставив лишь пепел надежды. Постепенно силы Джима стали возвращаться, но впереди его ждало нечто, к чему он оказался совершенно не готов… Из глубины коридора вдруг пробивался яркий свет, как будто обещая спасение. Но рядом пронеслась огромная тень; Джим инстинктивно отшатнулся, осознав: надеяться на безопасность в этом месте — значит верить в обман. Это была его карма, его проклятие… Из этого мира кошмаров ему не уйти. Не раздумывая, Джим бросился к свету. Дверь в светлую комнату захлопывалась. Ещё чуть-чуть, и… Да! Он успел. Но за ним всё ещё тянулись зловещие тени его преследователя. Нестерпимый дневной свет ослепил его на мгновение, заставив инстинктивно заслониться руками. Когда полуслепота отступила, парень смог разглядеть комнату. Она была обычной, ничем не примечательной. В ней стояла громоздкая кровать, заваленная чем-то бесформенным, стол с мутным зеркалом, тумбочка с заедающими ящиками, неказистая ширма, скрипучий шкаф с потускневшим отражением и большое окно, через которое пробивался назойливый, давящий солнечный свет. Комната казалась смутно знакомой, словно выхваченная из самых темных уголков памяти. Джиму было неуютно, но он никак не мог объяснить почему. Он начал подозревать, что находится не в реальности, а в чьем-то чужом, прогнившем от времени сне. Но чьем? Или это ловушка, сотканная его собственным рассудком? Дверь распахнулась с глухим стуком, и в проеме показался расплывчатый силуэт рыжеволосой девушки. Ее лицо, повернутое к нему, было искажено, а глаза, цвета мутной воды, смотрели с какой-то нечеловеческой пустотой. — Блум? — его голос сорвался в хриплый шепот, и он отшатнулся. Девушка медленно подняла руки, прикрывая искаженное лицо. Нет, этого не может быть! — Это всего лишь сон! — раздался голос, словно изнутри его головы, чужой и властный. Джим не мог понять, откуда он исходит. Отчаяние сдавило горло. Он отвернул голову, не в силах смотреть на нее. Блум, или то, что ею было, подошла и обняла его за шею, прижимаясь ледяным телом. Как же ему отчаянно недоставало этого прикосновения, этого призрачного подобия тепла… — Я просто хотел жить… нормальной жизнью. Ее руки сжимались, будто пытались выдавить из него жизнь, пока ее образ начал таять, плавясь, как огарок свечи, обращаясь в черную, пульсирующую массу, что неумолимо затягивала его в бездонную тьму. Все вокруг поплыло, растворяясь в небытии. Любой намек на свет, на смысл — всё исчезло, поглощенное забвением. Остались только первозданная тьма, всепроникающий холод и липкий, парализующий страх, сплетенный с безумной паникой. Наконец, этот пронзительный, чужой голос вновь материализовался в гулкой пустоте. Джим узнал его. Сердце пропустило удар, потому что он понял: «Они» пришли снова. За тем, что им нужно, за тем, что они неустанно вырывали из него. В памяти вспыхнули образы: сковывающие цепи, разъедающая плоть боль, знакомые, проклятые шрамы. Бесконечные циклы, через которые он здесь проходил, теперь срывали последние остатки его рассудка. Сколько времени прошло? Он давно потерял счет. Каждая итерация была столкновением с некой темной сущностью, демоном из глубины его собственного страха. Существо либо разрывало его на части, возвращая на исходную точку, лишь для того, чтобы мука началась вновь, либо оставляло его корчиться в агонии, пока, наконец, не позволяло умереть, чтобы он мог возродиться и испытать всё заново. Тело, казалось, адаптировалось к боли, смирилось с ее постоянным присутствием, но глубоко внутри, в самой преисподней его существа, теплилась наивная, отчаянная надежда на спасение. И это, он теперь знал, лишь притягивало её. — Мы позволим сопротивляться… — Сделка. — прошелестел голос, словно выдыхая морозный воздух. — Ч-что? — выдохнул Джим, не веря собственным ушам. В нем вспыхнула призрачная вера — любая возможность выбраться из этого живого ада, даже не задумываясь, без задней мысли. Эти муки прекратятся. Этот договор с сущностью станет его единственным спасением. — Я могу сделать всё, что угодно, всё, что вы захотите! В обмен на… — Свободу… — голос стал едва слышным шепотом, скользящим по краю сознания, словно насмешка, но при этом дарующий крохотную, почти неуловимую искру веры в освобождение от этих гнетущих кошмаров. — Да, тебе давно хочется выбраться отсюда. Понимаю… Хм, хочешь взять на себя ответственность за задание, которое обойдется тебе дороже, чем ты можешь представить? — Да. — слова сорвались с губ, прежде чем он успел осознать их вес. — Я согласен на всё! Существо, обретавшее форму огромной тени, росло, разрасталось. Его завитки тьмы, казалось, не просто клубились, а пылали внутренним, холодным огнем, а затем оно рассмеялось. Смех, от которого стыла кровь в жилах, пронзал насквозь, вызывая всепоглощающий, животный страх и неконтролируемую дрожь. Его безмерная, искаженная пасть приблизилась к избитому и израненному парню. Два ярких, алых глаза, словно раскаленные угли, вперились прямо в душу, вызывая непреодолимое, парализующее желание сбежать, исчезнуть. Но Джим знал — он не мог позволить себе показать этот первобытный страх. Сейчас решался выбор: либо страдать здесь бесконечно, умирая бесчисленным множеством отвратительных способов, либо принять то, что обещало дать ему свободу из этого проклятого мира кошмаров. — Прошу, пожалуйста!» — вырвалось у него, голос сорвался в хриплый стон. — Я уже достаточно всего этого вытерпел и хочу выбраться отсюда! Я сделаю все, что вы хотите! — он умолял, исчерпав последние крупицы своей воли. Он больше не мог терпеть этот ужас. Сколько бы он ни пытался бороться со своими страхами самостоятельно, всегда находились новые, которые проникали еще глубже, вскрывая старые, незаживающие шрамы. — Хорошо, — усмехнулась сущность, и тени вокруг парня словно сгустились, сковав его тело, лишив возможности дышать. — Это будет крайне интересно наблюдать, как ты будешь пытаться всё исправить. Но сначала… Что-то невообразимо сильное ударило его, отшвырнув в сторону. Боль была привычной, знакомой. Парень предположил, что сейчас ему придется еще тяжелее, чем обычно. Но он должен выстоять. Он помнил, ради чего идет на эту сделку, на эти унижения. Он терпел уже множество болей, и теперь мысленно настраивал себя перетерпеть вновь, даже если придется остаться со сломанными костями, с разорванной плотью. — Эта свобода — у нее есть цена, — приблизилась сущность, ее голос, словно шепот сквозь толщу могильной земли, проник в его сознание. — «Это не избавит тебя от других болей. Ты ведь знаешь? С каждым новым завитком тьмы она сковывала тело раненого, вызывая нестерпимое жжение, новую волну мучений, от которой до нее доносились лишь приглушенные, захлебывающиеся стоны. — Найди меня, — пророкотал голос, превращаясь в низкий, могильный рокот. — Давай, исправляй свои ошибки! Но помни, твое время не вечно, пока тот, кто тебе дорог, не погибнет. В голове сильно гудело, тело болело от всех причиненных ран и ссадин, ожогов и других увечий. Голос становился сильнее и гудел. Джим зажмурился, судорожно дыша, когда последний завиток стремился его задушить, погружая во тьму. — И пока ты дышишь и жив, я буду наблюдать за твоими жалкими попытками получить истинную свободу от оков этого мира кошмаров. Глаза парня медленно закрывались, пока легкие горели от нехватки воздуха. Последний удар, подобный пронзенной молнией внутри и тот потанул в небытие.

***

Тело ныло от боли, и глаза боялись раскрыться, предчувствуя серо-мрачные пейзажи, предвещающие скорое возвращение преследующих теней. Ощущалась усталость, но и что-то еще… Что-то… иное. Правая рука, преодолевая сопротивление, скользнула по прохладной, влажной росе травы, и Джим, вздрогнув, распахнул веки. Вокруг, возносясь к небу, стояли деревья, усыпанные невиданными цветами. Небо сияло чистым, лазурным полотном, расчерченным легкими, невесомыми облаками. Дивные звуки природы, насыщенный аромат, сладостный запах воздуха — всё это казалось до боли знакомым. Что-то, что он уже когда-то переживал, что-то, что могло быть самым лучшим в его жизни. Поднявшись на ноги, Джим с трудом осознал: он больше не в мире Кошмаров. Но тогда — где? Голова гудела, отказываясь быстро соображать. Местность казалась странно знакомой. Он не верил, что ему удалось вырваться, что его не обманули. Но… почему это остров? — Нетландия… — выдохнул Джим, и ему на миг почудилось, что его вот-вот вывернет наизнанку. — Нет, не может быть! В кустах, что-то хрустнуло, выдавая присутствие. Кто-то следил за ним? «Тень Королевы?» — пронеслась в голове молниеносная догадка. — «Нет, она ведь отреклась от темного искусства, от магии. Кто бы ни был — стоит проверить!» Всплыли старые, смутные воспоминания, как пала Королева, как и его самого затянуло в портал. Сжав руку в кармане, на рукояти своего оружия, Джим поспешно отогнал эти болезненные картины. Слишком уж они мучительны сейчас. Он решительно шагнул вперед, крепко сжимая крюк. Внезапно что-то сбило его с ног. Обернувшись, он увидел огромную лапу, вырвавшуюся из темного портала. Чудище, казалось, вот-вот выберется из него полностью! Но портал начал стремительно захлопываться, затягивая монстра обратно, в мир Кошмаров. Это ошеломило Джима. Теперь он уже не сомневался: он действительно вырвался из кошмара. — Так, значит, Они сказали правду? — он глубоко задумался, пытаясь совладать с нахлынувшим чувством неверия. — И я… свободен? Поднявшись с земли, Джим приблизительно знал, куда ему идти. Но стоит ли? Нетландия, конечно, получше мира Кошмаров, но всё же, он, по крайней мере, тут не радушный гость. Хоть и не стоит забывать, что вся его команда переметнулась на сторону Динь-Динь. И не только они! Самым ужасным станет момент, когда они узнают: Капитан Крюк вернулся. Ему несдобровать, если он встретит кого-либо из них — вся его сделка окажется напрасной! И тогда придется вновь погружаться в эти изматывающие циклы смерти и возрождения. Эта перспектива пугала больше, чем любая другая участь, что могла бы прийти на ум светловолосой Королеве. Парень тяжко вздохнул, не находя себе места от беспокойства. — Как мне их найти? — размышлял он, пытаясь ухватить ускользающий темный силуэт сущности. Но ничего, кроме пугающих красных глаз, не приходило на ум. Воспоминания о существе словно были намеренно стерты. — Я даже не знаю, кто со мной говорил! Мужчина? Женщина? Это… На что я вообще согласился! Он ходил кругами, пытаясь выстроить хоть какой-то план. Времени — неизвестно. Кто “Это” — тоже неизвестно. Как попасть отсюда на Землю?.. — Часы! Ну конечно, почему я сразу не догадался?.. — в голове мелькнула мысль, которая принесла с собой не столько радость, сколько новую проблему. Дело в том, что в последний раз Джим потерял их где-то в мире Кошмаров. А других у него не было! Однако, у старого предателя Сми они точно должны быть! Джим вспомнил, как он и Блум сражались с зомби-пиратами. Тогда Сми, проворный, как крыса, смог схватить их обоих; отдельное спасибо за это команде пиратов! Тогда он использовал эти магические часы, способные открыть портал в Нетландию (или, возможно, на Землю). От этих воспоминаний стало тошно. Предали однажды, предадут и еще раз. В преданности обычного пса больше, чем в них. Сплюнув на землю, пират стал обдумывать, как ему поступить. Теперь нужно было продумать, как достать эти часы у пиратов. Их корабль? Возможно, там будут все! Это было слишком рискованно, да и в глубине души он вообще не хотел, чтобы его видели или узнали. “Лучше бы я потерпел еще одну боль и рискнул спросить про часы”. От множества раздумий Джим устал ходить, и он присел отдохнуть под раскидистым, огромным деревом. Оказавшись посреди леса, который казался настоящим райским уголком. Кругом цвели дивные цветы, пели птицы, шумела листва, убаюкивая и придавая умиротворение. От этого состояния парень невольно погрузился в сон. Впервые за долгое время он смог немного отдохнуть от всех ужасных кошмаров, что преследовали его почти в каждом сне. Спустя минуты его разбудил едва уловимый звук. Тик-тик. Тик-тик. Парень, совершенно не ожидая такого, вскочил на ноги. Рядом, у второго дерева, на массивных корнях лежали магические часы! — Что? Откуда они? — ему стало не по себе. Похоже, кто-то все же помогает ему. Но как? И главное — зачем? Джим взял часы в руку, они были как новые! В любом случае, ему стоило их использовать! Времени пока было неограниченно, но что-то подсказывало парню: нужно торопиться. Поторопиться, пока есть возможность…