Вторая директива

Как только накачка воздуха завершилась, Атлас снял шлем скафандра и перчатки. Металлическая обшивка шлюза исчезла, приняв вид тупика пещерного хода. Неудивительно, что конструкторы не боялись, что местные случайно найдут аварийный люк. Гладкий слоистый камень стен и свисающие с потолка сталактиты выглядели весьма естественно, а где-то вдалеке слышался звук капающей воды. Кроме того сорвать заводскую печать и разгерметизировать камеру изнутри все равно было невозможно. Оставшаяся видимой панель управления медленно мигала красным. Атлас ввел код для ее разблокировки, пароль доступа и, наконец, свой матричный отпечаток — аналог ДНК-верификации для людей. Незадолго до его выхода в открытый космос механики сделали анализ остаточного сигнала телепортации и очертили примерную область, куда Ви могло занести. В ее границах находился один из крупных городов под названием Ротервик, появившийся около века назад по местному времени, и с тех пор являвшийся важным центром торговли. Можно было ожидать, что если Ви жива и в сознании, то она направится именно туда. Основная проблема состояла в том, что от аварийного люка до точки назначения дойти пешком в срок не представлялось возможным даже для андроида, поэтому Атласу предстояло воспользоваться локальной системой телепортации. Он ввел команду — компьютер подтвердил ее, но ничего не произошло. Озадаченный, Атлас попробовал снова — тот же результат. «Уж конечно, не могло все быть так гладко», — с досадой подумал он и подключился к системе для диагностики неполадок. Тщетно — система регистрировала наличие узловой точки по заданным координатам, но и только. Не выходило даже связаться с ней или просмотреть реестр последних изменений. Надежды перепрограммировать претерпевшую замыкание систему на перемещение по близким координатам не было никакой. «Возможно, будь на моем месте Оранго со своей гениальной головой и ящиком инструментов, он бы и смог что-то придумать... Но, опять же, Оранго бы и не потребовалось лезть в камеру мини-мира через открытый космос!» Ощущая себя совершенно бесполезным, Атлас открыл карту, которую компьютер считал актуальной на данный момент. Согласно ей на месте Ротервика расстилалась непроходимая пустыня без следов хозяйственной деятельности или хотя бы руин на много километров вокруг. При этом узловая точка все еще числилась в сети как населенный пункт, и это казалось в высшей степени странным. Города не исчезают просто так, тем более в герметичной исследовательской камере! Оставалось лишь рассчитывать на местные слухи. При учете того, как медленно путешествуют новости на данной стадии развития цивилизации, вероятность, что жители ближайшей области что-то знают, была весьма невелика. Но когда речь идет о жизни и смерти, даже самые малые шансы не стоило сбрасывать со счетов. Атлас разоблачился из скафандра и с сомнением глянул на него — придется оставить здесь. По-хорошему, такую неподходящую эпохе вещь полагалось бы уничтожить, но его беспокоила небольшая вероятность того, что скафандр может еще понадобиться. Если лаборатория не успеет открыть портал, он может пригодиться для эвакуации Ви — сейчас для нее даже открытый космос безопаснее. — Найти бы ее только для начала, не говоря уж о том, чтобы доставить к шлюзу, — пробормотал он, разбирая скафандр на части. Он сложил их в углу, присыпал камнями и крошкой, а затем направился к выходу. Туннель сделал поворот и привел его к полости с узким входом. Пейзаж снаружи ослеплял — шлюз находился среди заснеженных склонов гор, на опасном выступе. Ближе к подножию склона белый постепенно уступал ржаво-коричневому и хвойно-зеленому — было сложно поверить, что все это помещалось в камеру диаметром пару сотен метров. Налетел холодный ветер. Атлас поплотнее запахнул плащ из тяжелого грубого материала, мысленно поблагодарив лаборанта Тинаша. Именно он, несмотря на протесты завлаба Васеры о том, что такая объемная вещь не влезет в скафандр, догадался скатать его валиком на плечах. Холод, конечно, не убьет электронику сразу, но может нарушить нормальную работу системы. Атлас двинулся вперед, проваливаясь в снег по щиколотку, а в некоторых местах и по колено — температурные сенсоры очень скоро пришлось отключить, чтобы не отвлекаться на дискомфорт. Он то и дело останавливался, набирал снега и растапливал его: пополнять запас жидкости требовалось регулярно. Под конец пятого часа пути солнце, а точнее, его имитация, выглядящая, как и все вокруг, невероятно реальным, перевалило за зенитную точку. Спуск стал более пологим, все чаще попадались участки земли без снега, а среди устланного ковром иголок прозрачного хвойника начали появляться признаки тропинок. Атлас перешел на быстрый шаг, преодолевая участки без видимых препятствий бегом: он надеялся попасть в ближайший населенный пункт до заката. Меньше всего ему хотелось оказаться в глуши ночью, как раз под время ужина для хищников и охоты для разбойников. Дорога петляла среди отрогов гор, а снег и лед сходили на нет. Холодный ветер все еще иногда налетал неприятными порывами, распахивая плащ и швыряя сухую пыль в лицо, но чем дальше Атлас продвигался, тем благосклоннее становилась погода, а горы превращались в холмы. Он ускорился до размеренного бега. Вскоре на горизонте показался лес, а с ним и шпили замка. Рядом кучковались фермы с редкими пашнями, окружающими крупную лесопилку. За ней начинался пологий склон, по которому вился проторенный тракт со свежими следами колес — согласно сохраненной в памяти карте, Атлас был близок к цели. В небольшой и довольно грязный город он вошел уже на закате. Атлас вглядывался в каждую вывеску, пытаясь найти трактир или другое место скопления народа, в котором можно было бы поспрашивать о каких-нибудь таинственных событиях. Редкие прохожие оборачивались на него и смотрели с удивлением — голубокожая раса не входила в ДНК-фонд Семени Жизни, из которого был пророщен этот мини-мир. Если бы у лаборатории было больше времени, внешность Атласа замаскировали бы во избежание возможных конфликтов. «Есть в этом и положительная сторона, — подумал он, замечая на себе очередной взгляд. — Больше шансов, что появление Ви с ее голубой кожей не прошло незамеченным». Большой трактир обнаружился прямо за площадью с эшафотом, наглядно демонстрируя поговорку «хлеба и зрелищ». Общий зал полнился народом, отдыхающим после тяжелого трудового дня. Чтобы не привлекать внимания раньше времени, прежде чем войти Атлас накинул капюшон плаща. Он прошагал к барной стойке и занял свободный стул. Пока обстоятельства благоволили ему: трактирщица была занята обслуживанием других посетителей, так что ему выдалась возможность послушать местный диалект. Любой язык всегда строится по более-менее одинаковым лекалам, так что андроиды могут за сравнительно небольшое время выучить его. Вероятно, местные будут слышать его акцент, но по крайней мере Атлас сможет эффективно общаться. К тому моменту, как трактирщица с влажными глазами и широким усталым лицом повернулась к нему, Атлас был готов. — Ужин, пожалуйста, — коротко сказал он, прикидывая, что ему может потребоваться много энергии. — Три порции. Женщина изумленно подняла брови. — Выпить? — осторожно предложила она. — Простой воды. В надежде на будущий продуктивный диалог Атлас заплатил щедрые чаевые из реплицированных лаборантами монет. Он заканчивал вторую тарелку, когда отчетливо услышал яростный шепот за спиной — кажется, один из прохожих, заметивших его на улице, что-то рассказывал своим друзьям. Атлас мысленно пожал плечами, быстро расправился с остатками ужина, и, наконец, спросил трактирщицу о Ротервике. К его удивлению, этот невинный вопрос спровоцировал весьма стремительное развитие событий. Тот самый обсуждавший его прохожий вдруг выкрикнул: — Я говорил вам, что он из диктрисов! Они там все чертовы колдуны — вон какая рожа синяя! Еще и издевается! Ротервик ему понадобился! Мужчина достал нож и бросился на Атласа. «И где же этот разговор свернул не туда?» — философски подумал тот, перехватывая руку нападающего и ударяя его головой в голову. Тот вскрикнул и отшатнулся, растеряв свой пыл. Атлас положил его нож плашмя на стойку, показывая, что не собирается продолжать драку, и только потом заметил, что капюшон плаща слетел, открывая его лицо. Трактир затих, ожидая развязки. Очевидно, его приняли за вассала одного из местных лордов, владетелей замка Диктрис на другой стороне горного хребта, которого здесь по какой-то причине недолюбливали. Атлас обвел взглядом публику, а затем глянул на побледневшую трактирщицу. Ее губы были сжаты, а в руке она держала монеты, готовая вернуть их Атласу. Не желая вдаваться в подробности местных политико-экономических отношений, тот поднял руки в примирительном жесте и сказал: — Не знаю, что вы обо мне вообразили, но я не имею отношения к роду Диктрисов. Мое имя Атлас, а мои намерения мирные. Я здесь проездом и держу путь в Ротервик. — Ты так не шути, — пробормотала трактирщица. — И не собирался, — Атлас покачал головой. — Мне действительно нужно туда. Трактирщица промокнула фартуком уголок глаза. В ее взгляде читалось недоверие. — До вас там совсем, что ли, новости не доходят? В Ротервик нельзя попасть. Он исчез вместе со всеми жителями. Его не существует уж как несколько лет. Видимо, удивленное лицо Атласа рассеяло все сомнения в искренности его вопроса. Казалось, воздух перестал звенеть от напряжения, а публика заметно успокоилась. «Похоже, замыкание было масштабнее, чем мы думали, — Атлас судорожно сопоставлял факты с информацией из компьютера. — Могло ли случиться, что в момент открытия портала целая область дефазировалась с последующим временным разрывом?» В его голове наконец-то начала складываться полная картина. Вот почему компьютер не хотел телепортировать его — это все равно что пытаться путешествовать в альтернативную реальность! «Чертов дедушкин парадокс, — мысленно выругался Атлас. — Что ж, хорошо, что Ви не забросило куда-нибудь в глушь. По крайней мере, исчезновение крупного города сложно не заметить». Время неумолимо истекало. Ему просто необходимо было посетить ту область, где когда-то находился Ротервик, но ни собственные ноги, ни доступный транспорт не смогли бы доставить его туда в срок. «У камеры мини-мира есть вторичная система телепортации, связывающая некоторые значимые точки. Насколько я помню, она не требует аппаратного подключения, а значит, есть шанс, что она не повреждена замыканием», — подумал он. Игнорируя взгляды зевак, он быстро заплатил за все необходимое и стремительно вышел из трактира. Он собирался как можно быстрее найти выход панели управления компьютером — невидимые для местных жителей, они отчетливо считывались андроидом по электромагнитному отпечатку. Ближайший находился в предместьях этого города, в одном из заброшенных строений — по крайней мере Атласу не нужно было снова лезть на вершину горы к шлюзу. И хотя шататься в темноте было опасно, он предпочел не терять времени и направился прямо к цели. Несколько часов ушло на сопоставление карты с узлами вторичной сети телепортации и проверку их надежности. Самый быстрый и безопасный маршрут включал в себя посещение одного из приморских городов, запутанной сети пещер и, наконец, замка одного из местных лордов — по иронии того самого, за прихлебателя которого Атласа и приняли. Оттуда он надеялся дойти до Ротервика пешком. Розовая заря едва занималась над горизонтом, когда Атлас, наскоро проверив крепления фляги с водой и ножа, ввел команду телепортации в первое место назначения. Его немного приподняло, мир на секунду померк, и он обнаружил себя невдалеке от широкой дороги, выложенной цветной морской галькой. Атлас огляделся, чтобы удостовериться, что никто не заметил его внезапного появления, но было слишком рано, и окрестности еще пустовали, а городские ворота были наглухо закрыты. Он направился прочь от города. Вскоре дорога превратилась в проселочную, идущую близ рыбацких домов с пришвартованными к самодельным мосткам лодками. Обжитая местность осталась позади: чем дальше Атлас уклонялся от занятого городом мыса, тем более диким и скалистым становилось побережье. Море, у города тихое, здесь с шумом накатывало на берег, белыми бурунами закручиваясь на каменистом и усеянном рифами дне, а испещренные полостями горные склоны подступали к самой воде. К полудню дорога исчезла среди колючих кустов, цепляющихся изогнутыми корнями за каждую выбоину. Пока Атласу везло: из местной фауны ему повстречались только пугливая газель, да заливающиеся трелями птицы в верхушках сосен и кипарисов. Он приблизился к пещере с вытоптанной возле входа растительностью — было похоже, что здесь когда-то велась разработка шахты, но сейчас место казалось покинутым. Энергетическим разрядом Атлас поджег один из купленных в трактире факелов и ступил во влажный мрак, показавшийся ему приятно-прохладным после залитого солнцем побережья. Он точно знал, куда идти, поэтому долго петлять не пришлось. За это время он пару раз увидел каких-то похожих на крыс животных, благоразумно бросившихся наутек при его приближении, стаю здоровенных летучих мышей и обглоданный скелет копытного животного. Атлас прибавил ходу и вскоре оказался в большом тупиковом зале. Его слух уловил тонкий звон портальных частиц — вполне возможно, что энергетические возмущения и стали причиной того, что суеверные рабочие забросили пещеры. Потребовалось всего несколько минут, чтобы найти эпицентр, и вот реальность вновь сменилась. Однако прежде чем он успел понять, что происходит, послышался вскрик, а Атлас оказался с головы до ног окачен ледяной водой. Жестяной стук обозначил ударившееся о землю ведро, и упавший в лужу факел с жалобным шипением погас. Атлас огляделся — он находился во внутреннем дворе замка, а прямо перед ним стояла перепуганная его внезапным появлением пожилая женщина в простом платье и косынке. — Не бойтесь, — быстро сказал он. — Я не причиню вам вреда. Последующий разговор стал настолько важным, что Атлас даже забыл о своем насквозь промокшем плаще. Женщина, оказавшаяся экономкой, а также кухаркой и личной служанкой лорда, рассказала ему, что замок Диктрис переживает не лучшее время. С тех пор как исчез Ротервик, торговля практически остановилась, и замок превратился в медленно засыхающий посреди пустыни оазис. Вместе с городом исчезла часть ландшафта, прежде закрывавшая местность от суровых песчаных штормов, и с каждым годом почва родила все меньше, а население сокращалось. — Наследники старого лорда Диктриса все еще пытаются что-то сделать — нанимают людей, ищут объяснение случившемуся. Но караваны не хотят сворачивать к нам — думают, что место проклято, — закончила свой рассказ женщина. — И что мы виноваты. «Что ж, это несколько объясняет нелюбовь к роду Диктрисов», — подумал Атлас. Он помог служанке вновь наполнить ведро, с легкостью крутя лебедку колодца, и наудачу спросил: — А кто-нибудь видел исчезновение города? И, услышав положительный ответ, чуть снова не разлил воду — кажется, ему улыбнулась удача. Женщина оказалась очевидицей. Она возвращалась на торговом обозе как раз в момент временного разрыва. Из рассказанных подробностей Атлас быстро составил картину неполадки: по-видимому, произошел положительный невыпуклый пространственно-временной загиб с эпицентром внутри. «Просто великолепно, — с сарказмом подумал он. — Удача, как же. Починить такую штуку можно только из лаборатории». Тем не менее, он не собирался сдаваться и, быстро поблагодарив служанку, продолжил путь. Он добрался до пустыря, на котором когда-то был Ротервик, только к закату. Фляга давно опустела. Атлас чувствовал, как от жары и усталости в его контурах проскакивали ошибки. Движения становились смазанными, неточными, а вычислительные операции занимали больше времени, чем обычно. Пока диск светила становился краснее и клонился ниже над бескрайней высохшей равниной, Атлас ходил туда-сюда, делал замеры, выпускал короткие пробные разряды энергии и пытался найти точку наименьшего дефазирования, чтобы как-то подступиться к аномалии. К тому моменту, как солнце скрылось, он почти полностью обессилел. Чем темнее становилось вокруг, тем яснее была картина: чтобы вывернуть подобный загиб, потребовалась бы целая армия таких, как он. Оставалось только одно — попытаться дефазировать самого себя в надежде проникнуть в аномалию. Атлас сконцентрировался и соединил кончики пальцев. Меж его ладоней нарастала сфера холодного белого сияния, расширяясь и поглощая его. Он почувствовал покалывание во всем теле, а затем удар в грудь, выбивший из него остатки энергии. Его ноги подкосились, и он упал, но вместо земли его встретил дощатый пол. Чьи-то прохладные руки перевернули его и заботливо отбросили пряди волос с его лица. Атлас попытался сфокусировать взгляд — по пышной гриве волос, обрамляющих неразличимое сейчас лицо, он понял, что это Ви. — Ох, Атлас... — проговорила она. — Как же я рада... — ее речь прерывалась шумом и помехами, а громкость то нарастала, то уменьшалась — слуховые контуры не справлялись. — Я надеялась, что... но теперь мы оба... С пугающим отсутствием эмоций обычной вычислительной машины Атлас отметил свой успех в поисках коллеги — так отмечают галочку в регистре. В следующий момент его система отключилась, уходя в аварийную перезагрузку.