Дозорная башня

      Адепт Лань как раз спрыгнул с очередного дерева, когда обнаружил, что они достигли небольшой, овальной формы поляны в лесу. Бежали они довольно недолго, — луна едва-едва сместилась с того положения на небосводе, которое им удалось наблюдать несколькими минутами ранее, — но уже успели преодолеть весьма большое расстояние. Стоило Сычжую ступить на поляну, как внезапно слева от него прозвучали спешные шаги и шуршание кустов. Мгновенно достав меч из ножен, Лань Сычжуй принял боевую позу, рефлекторно вставая так, чтобы в случае чего защитить главу Ордена Цзинь. Однако в этом не было нужды; из глубины леса выбежал незнакомый юноша, в узнаваемых при тусклом свете луны золотых одеждах. Неужели один из пропавших адептов Ордена Лань Лин Цзинь? Он, с легко читаемым отчаянием на лице, сделал несколько шагов в сторону Сычжуя, едва не валясь с ног. Тот неуверенно сложил меч обратно в ножны и подошёл ближе. Незнакомец же, таки рухнув на колени, вцепился в подол белоснежных одеяний Ордена Лань и, как не в себя, затараторил:       — О, хвала Небесам! Вы... вы обязаны, — он говорил прерывисто, в нетерпении желая поведать все мучавшие его известия, — обязаны узнать, что произошло... Помогите, прошу вас...       — Для начала успокойтесь, господин, — мягко сказал Лань Сычжуй, слегка наклоняясь к паникующему юноше. — Начните с начала...       — Нет, нет, нет, — резко замотал головой незнакомец, перебивая адепта. — Нельзя! Всё из-за этого...       Ему не удалось договорить. Из глубины леса напротив воздух со свистом рассекла стрела, насквозь пронзившая левую грудь юноши, прямо там, где секундой ранее билось молодое сердце.       Сычжуй не сразу понял, как всё произошло так быстро, но, очнувшись миг спустя и опустив взгляд на свои одежды, он увидел, что теперь они окрасились в багровый цвет чужой крови.       Цзинь Лин, спрыгнув, подбежал прямо к свежему трупу и мигом присел рядом. Лицо накрыла лёгкая тень, и юноша крепко стиснул зубы, процедив сквозь них ругательства.       Резко повернув голову в ту сторону, откуда предположительно летела стрела, Цзинь Лин вскочил на ноги и, крепко сжимая лук, рванул в глубь леса.       Пока есть время. Пока стрелок не убежал далеко.       По правде, юный Глава и думать забыл об убитом адепте — ну умер и умер. Мертвец рассказать ничего не сможет, а вот живая душа, да ещё и для качества запуганная — запросто.       Сычжуй непроизвольно поднял руку в направлении убегающего Цзинь Лина, будто с намерением остановить его, но лишь махнул ею со вздохом, оставив эту затею. Наконец опомнившись, он с сомнением взглянул на труп молодого парня и, тихо произнеся что-то, сорвался с места вслед за главой Ордена и стрелявшей личностью, стараясь догнать их обоих.       В голове пронеслась мимолётная мысль, что, только-только они начали путешествие, а уже умудрились столкнуться с чем-то из ряда вон выходящим. Успев поравняться с Цзинь Лином, Лань Сычжуй, держа ладонь на рукояти меча, в случае чего готовый отразить атаку, прищурился, всматриваясь в темноту перед ними, из которой едва-едва слышно доносилась торопливая поступь.       Однако мгновение спустя их не только окутала непривычная, давящая тишина, да такая, что только их сбитое дыхание и было слышно; стоило Сычжую пробежать ещё немного, как деревья поступились и он вновь оказался на округлой поляне, озаряемой блеклым светом луны. Слева, недалеко от него лежало всё то же окровавленное тело юноши.       А на самой поляне, кроме них самих да трупа поодаль — никого!       Цзинь Лин пустил парочку стрел на ходу, в погоню мелькающим ступням. Впрочем, даже если и попал, этого юноша точно уже не узнает.       А потому вышел из леса он ещё более мрачный, пиная по пути разные камешки да палки.       Однако, стоило только Главе обвести взглядом знакомую поляну, как он тут же возвёл очи к небу и протяжно застонал одно-единое:       — Чё-ё-ё-ё-ёрт... Вы серьёзно?!       Юноша стремительно развернулся к телу, с лица которого ещё не успел сойти румянец, недолго посмотрел, а после развернулся спиной и, заложив руки за спину, стал нарезать по краю поляны круги.       Цзинь Лин старательно хмурил брови, втупившись взглядом в землю под ногами, и словно очень хотел что-то вспомнить, да только, видно, в голову попадались всё не те мысли. На миг юный Глава остановился и посмотрел на Лань Сычжуя.       — Итак, Лань, мы в жопе. Есть варианты, как из неё выбираться? — наконец изрёк он.       Лань Сычжуй, вынырнув из своих мыслей, поднял голову и взглянул на Главу Ордена с привычной терпеливой улыбкой:       — Цзинь Лин, выход найдётся из любого положения, — он внимательно огляделся и, наткнувшись взглядом на всё тот же труп и подойдя к нему, опустился на одно колено рядом. — Для начала давай попытаемся понять, что нам довелось только что наблюдать, — Сычжуй перевернул тело мертвого юноши на спину и пристально оглядел его. — Как можно понять по одеяниям, этот юноша являлся адептом Ордена Цзинь. И, сдаётся мне, как раз таки одним из тех трёх пропавших, которых ты отправил на разведку к дозорной башне. Он выглядел довольно усталым и потрёпанным, из чего можно сделать вывод, что он долго бежал сюда... Смею предположить, ещё из самого Ли Хэна... Если он вообще туда добрался, — его брови сошлись на переносице, он задумчиво коснулся пальцами подбородка. — Что же он пытался сообщить? Его мольбы о помощи наводят на некоторые мысли. Что насчёт этой персоны, которая столь безжалостно убила его? Этот таинственный убийца наверняка не хотел, чтобы сей юноша поведал нам о том, что произошло... А затем скрылся, заманив нас в магическую ловушку, — Лань Сычжуй поднял голову и взглянул на напарника. — Молодой господин Цзинь, у вас есть какие-нибудь догадки на этот счёт?       Цзинь Лин постоял, с пару секунд глядя в спокойное лицо Лань Сычжуя, еще немного понаворачивал круги и наконец вновь остановился.       — С одной стороны, похоже, кто-то точно не хочет, абы мы добрались до башни. И что-то о ней узнали, — взгляд юноши застекленел, всматриваясь в пустоту перед собой. — А с другой... Если это адепт из той троицы, которую наш клан отправил на разведку, то он бежал не менее... — Цзинь Лин ненадолго замолчал. — Семи часов, без перерыва и, скорее всего, пищи. Ближе к месту, где мы сейчас, он должен был выдохнуться. Что мы, к слову, и видели. А потому его легко можно было нагнать и, более того, убить с расстояния. И никаких проблем. Но ему позволили встретить нас и, что ещё удивительно, даже сказать пару слов. И что-то я сомневаюсь, что преследователь просто припозднился.       — Мне тоже это показалось странным, — кивнул Лань Сычжуй. — Если посмотреть на ситуацию с другой точки зрения, можно сказать, что преследователь был намерен пробудить в нас интерес к произошедшему в Ли Хэне, тем самым заставив нас поспешить к самому посёлку. Но, — он непонимающе нахмурился, — что-то не сходится. Мы и так направлялись в Ли Хэн. Зачем лишний раз подстрекать нас идти туда? Да ещё и заманивать в магическую ловушку, тем самым преграждая нам путь к посёлку. Ничего не понимаю! Но, если пересмотреть всё сначала... Мы встретили этого юношу. Он мог бы поведать нам, что случилось, однако его донельзя вовремя убили, при этом неизвестный преследователь предоставил нам сразу две подсказки: тело этого юноши, — он указал пальцем на труп, — свидетельствующее на его принадлежность к Ордену Цзинь, и, хоть и туманные, но, всё же, слова этого человека, и не надо быть чрезвычайно одарённым, чтобы сделать из них кое-какие выводы. Какой неизвестному был толк поступать так? Он мог беспрепятственно убить этого юношу ещё раньше, да так, что мы и не догадывались бы о его существовании, но всё-таки решил намеренно показать нам его. К тому же, есть ещё одно... — Адепт обвёл глазами незнакомую поляну. — Мы продвинулись всего ничего, но уже находимся настолько далеко от Облачных Глубин. Раньше мне если и доводилось видеть это место, то от силы раза два, в нескольких ли от Гу Су. Я не сомневаюсь, что заклинатели из нас неплохие, но за столь короткое время, меньшее горения одной палочки благовоний, мы уж никак не могли добраться так далеко. Значит, нам кто-то помог.       Казалось, голова вот-вот расколется от количества противоречивых мыслей и догадок. Сычжуй глубоко вздохнул и постарался успокоиться, прикрывая глаза.       — Следует подумать ещё раз, — решительно продолжил он, резко подняв веки и устремив взгляд на лежащий рядом труп. — Во-первых, кем был этот юноша? Как мы уже выяснили, скорее всего, одним из тех трёх адептов твоего Ордена. Если не ошибаюсь, ты отправил их две недели назад, ведь так? И всё это время от них не было ни слуху ни духу. Но, раз уж он дожил до сего момента, у него был доступ к провизии. Однако при этом он совершенно ничего не предпринимал — я имею в виду, не посылал сигналы. Соответственно, у него не было такой возможности. Может быть, — Лань Сычжуй пристально оглядел руки мертвеца и слегка усмехнулся — промелькнувшая было догадка подтвердилась. На запястьях почившего юноши виднелись глубокие красные следы, как от верёвки, — может быть, всё это время его держали в заточении. В качестве заложников? Вряд ли. Следовательно, их удерживали для чего-то другого, а этому несчастному юноше повезло сбежать. Он направился в ближайший Орден — то есть, Гу Су Лань, — с целью рассказать обо всём произошедшем. А этот неизвестный, впоследствии застреливший его, направился за ним, узнав о пропаже. И, э-э.. — Сычжуй замешкался, напряжённо раздумывая. И — что дальше? — Если бы юноша смог рассказать нам о том, что произошло, что бы мы сделали? Верно, мы бы отправились бы в Ли Хэн, ведь именно с тем местом, вероятнее всего, и связана была его нерасказанная повесть. При этом мы бы обладали знанием о положении дел и знали бы, чего остерегаться. Если бы юношу убили ещё до того, как мы бы встретили его, и даже в конечном итоге не узнали бы о нём, что бы мы сделали? Верно, продолжили бы как ни в чём ни бывало держать направление в Ли Хэн. Однако повстречали бы мы этого неизвестного? Судя по тому, что он скрылся от нас, он не был намерен выказывать нам своего присутствия, и так же не собирался вредить нам. Значит, вероятнее всего не повстречали бы. Разве что он показался бы нам на глаза только ради того, чтобы заманить нас в ловушку, тоже как вариант. И если бы юноша не успел договорить, но при этом произошло то, что уже, собственно, произошло... Что мы сделаем? — на этом вопросе он поднял взгляд и посмотрел на Цзинь Лина.       — Мы поспешим в Ли Хэн ещё быстрее. И будем ожидать чего-то из ряда вон выходящего, — потопав носком сапога, в свою очередь ответил тот. — Или, если нас таки заманили сюда специально, точно будем искать выход. Которого найти не сможем, скорее всего. И будем мы блуждать в этом лабиринте без нормальной еды несколько дней, пока либо нас не найдут более, — на миг лицо скривилось в досаде, словно юноша признавал чью-то правоту, — ..опытные заклинатели и отсюда выведут, либо найдет кто-то другой, уже не такой великодушный.       Цзинь Лин наконец повесил лук за спину и полноценно сцепил руки сзади в замок, мрачно глядя в немую гущу леса.       — Так что, лучше всего обломить ожидания этого «кого-то» уже сейчас.       И юный Глава снова замолчал.       — Верно, — медленно кивнул Лань Сычжуй, поднимаясь и начиная неторопливо обходить поляну. — По всей видимости, мы попали в одну из тех самых магических ловушек-лабиринтов, как такового выхода из которых не существует. Только способные и опытные заклинатели смогли бы снять само действие этого заклинания. Но, поскольку мы провернуть такое не в силах, остаётся лишь каким-то способом покинуть пределы этого лабиринта, — он направился вглубь леса, и не прошло и минуты, когда он вернулся на поляну с противоположной стороны. Вновь обернувшись к лесу, адепт в задумчивости продолжил: — У каждой ловушки есть свои границы, и эта — не исключение. Если пройти от края поляны около четырех чжанов*, вновь возвращаешься на неё, уже с другой стороны. Соответственно, где-то на расстоянии двух чжанов от пределов поляны и располагаются границы заклинания. Вот бы как-нибудь сломать эту границу или обойти её... — Сычжуй нахмурился, старательно пытаясь отыскать решение проблемы. Но царившая непривычная тишина и атмосфера вокруг совершенно не располагали к удачным мыслям, поэтому юноша лишь тяжело вздохнул.       — Помню, однажды я попадал в такой лабиринт, — небрежно кинул Цзинь Лин и вдруг передёрнулся, едва побледнев. — Около гробницы клана Нэ. Тогда со мной ещё была Фея. Что-то она сделала... простое, но в то же время потратила на это уйму времени. Ещё год, наверное, назад, мы с дядей были на охоте, и он тоже что-то такое говорил, — прояснившийся взгляд заскользил по траве, словно искал там ответ. Палки, листья, мелкие камешки, перья, рыхлая земля, чуть смятая под следами недавних шагов... Земля...       Цзинь Лин потыкал носком сапога маленькую ямочку, сделав её немного больше, и внезапно просветлел в лице, пнув землю с куда большей силой.       — Точно! «Если ты неумелый молодой заклинатель и снимать заклинания не умеешь, то лучше всего найти слабое место...» и копать! И Фея тогда сделала подкоп, — юноша уже было загордился собой, да только быстро сдулся и, снова помрачнев, скрестил руки на груди. — Вот только Феи рядом сейчас нет. — янтарные глаза сомнительно обвели взглядом белые одежды Лань Сычжуя. — Эй, адепт Лань. А не хочешь на час побыть духовной собачкой? — И он криво усмехнулся.       Лань Сычжуй озадаченно поморгал несколько мгновений, затем в привычной манере улыбнулся и беззаботно произнёс:       — Боюсь, вынужден отказаться, молодой господин Цзинь. Сомневаюсь, что от меня будет толку больше, чем от вашей Феи. Но, может, вы хотите попробовать? — он слегка склонил голову набок, не переставая «невинно» улыбаться. Юный адепт так и светился доброжелательностью — вот только искренной ли?       Усмешка Цзинь Лина застыла. Да и он, честно говоря, остолбенел. Медленно уголки губ поползли вниз, и юноша, не моргая, во все глаза уставился на адепта Лань.       Тишина. Абсолютная тишина.       Молчание длилось уже неприлично долго, когда юный Глава немного пришёл в себя. Как раз на столько, чтобы суметь открыть и закрыть рот на подобии рыбы.       — Я... Да ты... Да как ты... — только и смог выдавить он, и его лицо понемногу приобрело красноватый оттенок. — Как... ты... Как ты до. Такого. Мог. Додуматься?! — наконец произнес Цзинь Лин, постепенно набирая высоту интонации. Кулаки юноши крепко сжались, скрежет зубов разрезал пространство вокруг, затрагивая слух. Словно преодолевая парализующий яд, короткими рывками одна рука схватилась за ножны, а вторая — за холодную рукоять.       Сычжуй только улыбнулся ещё шире, весьма довольный собой:       — Цзинь Лин, Цзинь Лин, усмири свой гнев, — он направился в сторону леса, и, проходя мимо юного Главы Ордена, похлопал того по плечу, со всей своей вкрадчивой мягкостью говоря: — Молодой господин Цзинь, не сердитесь. Хорошо? Никто не заставляет вас и впрямь брать на себя роль духовной собаки. Хотя, разве что вы взаправду питаете интерес к подобного рода увлечениям, я не посмею возражать... — глаза Лань Сычжуя озорно блеснули, задержавшись взглядом на слегка покрасневшем лице Цзинь Лина.       «В ярости он кажется ещё более милым», — пронеслась в сознании адепта Лань мимолётная мысль и тотчас исчезла.       — И ты говоришь, чтоб я успокоился? — взревел тот, со звоном доставая меч и вставая в боевую позицию. — Лань Сычжуй, ты сдохнуть хочешь?! Куда ты пошёл?! Я с деревьями разговариваю??! — рука сделала резкий взмах, и полоса духовного света, ведя за собой ветер, врезалась в одно из деревьев, прямо рядом с Ланем.       — Молодой господин Цзинь, спокойно, прошу вас, успокойтесь, помните о ситуации, в которой мы оба оказались! Спокойствие, только спокойствие! — увернувшись от выпада Цзинь Лина, воскликнул Лань Сычжуй, также доставая меч из ножен. Хотя, о каком спокойствии могла идти речь, когда дело касалось «юной госпожи»? Адепт Лань звонко отбивал атаки юноши, но не собирался нападать. Он лишь с непоколебимой улыбкой на устах с лёгкостью удерживал натиск, пока, в конечном счёте, со звоном не убрал оружие обратно в ножны, оттолкнулся ногами от ствола дерева, к которому уже его чуть ли не зажимал юный Глава Ордена, и, сделав сальто в воздухе, приземлился за спиной Цзинь Лина. Ловко и весьма крепко схватив того за плечи, Сычжуй усмехнулся на ухо юноше: — Спокойствие, только спокойствие, хорошо? Если мы потратим все силы на бессмысленное сражение, что же мы будем делать, когда встретимся с настоящей опасностью?       Слишком быстро. Слишком неожиданно.       Только ладони цепко схватили его за плечи, как спина сама по себе выровнялась и дальше тело категорически отказалось шевелиться. Даже лицо окаменело.       Стеклянные глаза уставились перед собой, в голове на миг пролетело, что в чём-то этот Лань прав...       К тому же, это ощущение отсутствия контроля над собой пугало, и Цзинь Лин не придумал ничего лучше, как сдаться. Абы только была возможность отойти подальше.       Снова свободно вдохнуть.       Вздрогнув, сжимающая меч рука тяжело повисла вдоль.       Заметив, что юноша стал каким-то подозрительно молчаливым и покорным, Лань Сычжуй слегка склонил голову и с интересом — а может, беспокойством, — взглянул на него.       — Цзинь Лин? — вопрошающе произнёс он, как вдруг обнаружил, что всё ещё крепко сжимает плечи Главы Ордена, и тут же поспешил убрать свои руки, нечаянно скользнув пальцами по рукавам золотых одеяний. — О! Прошу прощения, — адепт Лань неловко улыбнулся, словно в извинение своих действий. Посчитав их и впрямь несколько непотребными, он ещё более смутился и решил сменить тему: — Вернёмся к обсуждению лабиринта. Вообще, стоит заметить, что способ придумали вы весьма недурно, молодой господин Цзинь. Заклинание барьера распространяется только на поверхность и воздушное пространство, под землёй же оно не имеет толку. И вправду отличная идея! — невольно восхитился Сычжуй. — Где-то здесь предположительно должна быть граница. Вот только... — всполошился вдруг он. — Чем мы собираемся рыть землю?       Единственная мысль, пришедшая ему в голову — мечи, а если точнее, ножны, поскольку это было их единственное оружие, хоть сколько-нибудь пригодное для совершения подкопа. Но всё же... ножны? Сама идея уже казалась абсурдной, так что Сычжуй быстро отвергнул её, задумчиво бормоча:       — Не руками же нам пользоваться…       — М, — коротко бросил юный Глава.       За то время, пока адепт Лань вёл небольшой монолог, Цзинь Лин почти полностью пришёл в себя.       Он быстро передёрнул плечами, словно желая убедиться, насколько его состояние вернулось в норму, на миг прикрыл глаза, глубоко вдохнул.       Меч вернулся в ножны, и юноша неспеша выдохнул, скрестив руки на груди.       Поднялись веки, и более осознанный взгляд задумчиво посмотрел на предполагаемую границу лабиринта.       Так же молчаливо Цзинь Лин простоял не более нескольких секунд. С тихим шуршанием рука переместилась в рукав цянькунь и вытащила пару талисманов, задумчиво повертела их в разные стороны, словно юноша вновь с ними знакомился.       — О, — только и сказал Сычжуй, заприметив действия Цзинь Лина. Логичный ход. Тоже достав талисманы и принявшись за дело, он попутно спросил: — Цзинь Лин, ты упомянул, что год назад ходил с главой Ордена Цзян на охоту. Сейчас, что же, вы перестали столь часто проводить время вместе? — он искоса взглянул на Цзинь Лина.       Юный Глава прикрепил талисман к земле и отошёл на несколько шагов, дабы его не заляпало грязью, и хотел было уже хоть как-то огрызнуться, но промолчал.       — Как сказать, — нарочисто небрежно ответил он, наблюдая за небольшим взрывом. — Сейчас у меня, как нового Главы, полно дел, даже несмотря на то, что прошло уже больше года. У дяди тоже полно работы с зачисткой местности. А он еще взял... заботу над башнями, — неохотно дотянул Цзинь Лин, снова доставая печать. Лицо наконец приобрело более здоровый оттенок и даже немного скривилось. Юноша немного помолчал и вдруг добавил: — А как ваша охота с Вэнь Нином?       — А? — немного растерянно поморгал Лань Сычжуй, на миг погрузившись в свои мысли после слов Цзинь Лина. Но тут же пришёл в себя и ответил, не глядя доставая новый талисман и направляя к уже образовавшейся небольшой яме: — А, Вэнь Нин. В последнее время мы с ним изредка ходим на ночную охоту, и поэтому, когда несколько дней назад мы улучили подходящий момент, так увлеклись, что не заметили, как наступил рассвет, а за ним и раскрытие факта моего отсутствия на должном месте, — он неловко улыбнулся. — С нами ещё были некоторые адепты, но мне удалось убедить Лань Цижэня, что их всех заставил пойти именно я, и в итоге мне пришлось переписать правила Ордена около ста раз, кажется, — Сычжуй произнёс это с долей сомнения в голосе, но на самом деле точно помнил, что переписал каждое правило не менее ста раз, стоя на руках. Иероглифы до сих пор мельтешили у него перед глазами. Он снова было улыбнулся, но уголки его губ опустились, когда он негромко сказал: — Однако без тебя охота уже не совсем та, что раньше. Я имею в виду, так Вэнь Нин сказал, — будто в оправдание добавил адепт и вдруг резко перевёл тему: — Впрочем, судя по всему, дальше одними взрывными печатями нам подкоп не создать. Что будем делать?       Мельком Цзинь Лин удивлённо глянул в его сторону, но тут же услышал последний вопрос, и опустил глаза на землю.       — Думаю, — носок сапога, потыкав в упавшие листья, высоко подбросил одну из упавших веток вверх, и юноша мигом её схватил, продемонстрировав Лань Сычжую. — Это подойдет? Изнашиваются быстро, но их тут полно, — неожиданно юный Глава хмыкнул, глядя на предмет в руке. — До завтрашнего утра, может, и докопаем.