ГЛАВА 3.
14 декабря 2020 г., 06:00
Когда я просыпаюсь — потому что, конечно, я нахрен уснул (ну, или потерял сознание) — солнце заходит, пёс сидит у меня на груди и чешет ухо, а Джек стоит рядом с наполненной чем-то миской и вилкой в руках. Не знаю, что в ней, и не желаю знать, но я голоден, так что я спихиваю эту тупую собаку на пол и ем. Псина, похоже, думает, что может вылизать миску, когда я закончу. Подозреваю, он обычно так и делает. Отвратительно.
Для справки — я не думаю, что у парня есть посудомойка. Быстрая экскурсия: слева от входа у вас комната с диваном, груда коробок, коробка побольше вместо кофейного столика, стена с полками, нечто, возможно являющееся шкафом, и каркас кровати на шлакоблоках вместо ножек. Справа у вас комната с линолеумным полом, которая являет собой комбинацию кухни, столовой, кладовки, мастерской, ванной комнаты (за минусом туалета — он снаружи, посреди ебучей дикой природы), подсобки и гаража. Это тот «потёртый шик», про который гонят во всех этих тупых журналах о стиле, столь любимых агентом Симмсом, только ещё с дробовиком впридачу.
На какое-то время я снова уплываю — никаких грёбаных часов в этом месте конечно нет — и когда прихожу в себя, Джек сидит рядом, с ведром и губкой. Я говорю ему, что лучше бы ему, блять, прикалываться. Оказалось — не прикалывается. Ладно, к тому времени я наверно был уже довольно вонючим, плюс грязь и раны, но всё же… По шкале от единицы до того турецкого массажиста, случившегося у меня пару лет назад, когда мы преследовали одного чувака за дело с подземкой, «обтирание губкой от долговязого психа из Пустоши» где-то минус четыре. Он снимает с меня одежду, как кожуру с банана и приступает. Ну, хотя бы водичка тёплая, да? Я смотрю в сторону, потому что не хочу смотреть ему в глаза — глаз — какой бы из них не смотрел на меня, и пытаюсь снова отключиться. Это не работает (хотя агент Вестфал, похоже, может это делать по запросу. Напомните мне потом проверить эту тему). Пёс жрет что-то из мусорки.
Я матерюсь на него (Джека, а не пса), когда он отмывает самые мерзкие порезы и ссадины, но он походу не замечает, так что я его пинаю. Он упирается в мои ключицы, удерживая, и я вполне таки, мать вашу, уверен, что он нарочно тянется к моим причиндалам, и ещё я вполне таки, мать вашу, уверен, что это не губка для тела, а одна из тех, которыми машины моют. Иными словами — отсосно это. Что я ему и говорю, и он не отвечает, что уже привычно, так что я его снова пинаю. Бля буду — он сгребает мои яйца одной своей огромной ладонью и спрашивает, и я цитирую: «Хочешь прекратить, приятель?»
Ясно, что я перестаю его пинать. Должны же быть у человека приоритеты.
После этого он уходит и, слава богу, псина тоже. Темнеет, я устраиваюсь поудобнее на диване, так что, разумеется, он возвращается и перекидывает меня на чёртову кровать. Где я снова отключаюсь. Кажется, на этот раз в моей отключке было немного сна, но я бы не поручился.
Примечания:
Если вы лайкнули перевод, лайкните и автора. Регистрации не надо, просто ткните на сердечко.
https://archiveofourown.org/works/10780329/chapters/23911764
