Безмолвие

Те кто завтракают вместе, обычно и спят вместе. «Сага о Форсайтах» Джон Голсуорси

***

       Долли привыкла спать по-долгу. Обычно, не в школьное время, она редко выползает из комнаты раньше обеда, в отличие от Морганы, для которой слово «режим» — не пустой звук. К тому же сейчас, когда ее часто ставят в утренние смены, вопреки просьбам. Так что неудивительно, что Моргана встает первой и, видя беззащитное и умиротворенное лицо спящей Долли, на которое упали кудряшки, она ничего не говорит, аккуратно вылезает из постели, чтобы не разбудить Долли и идет на кухню, готовить завтрак.        На часах едва стукнуло семь часов, Моргана спала всего-ничего, а вчерашнее вино дает о себе знать в виде небольшой тошноты и легкого головокружения.        — Долли? — Моргана слышит позади себя шорохи, но не оборачивается, сосредоточенная чисткой зубов.        — С удовольствием бы побыл ей, однако увы, это всего лишь я, — Моргана, услышав хриплый голос Джеймса, вздрагивает и оборачивается. Он выглядит помятым: волосы растрепанные, заспанные глаза, помятая одежда. — Твоя овечка спит, я в гостинную пошел, хотел найти тебя, но…        — Ты давно пришел? — интересуется Моргана, делая воду чуть теплее, чтобы умыться. — Мы вроде бы ближе к пяти легли, но я тебя не слышала. Ты где был-то? Надеюсь, не у своих шлюх.        — Господи, не начинай с утра. Я пришел к шести, сразу в спальню пошел, тебя там не оказалось, а я буквально на секунду глаза закрыл. На работу к девяти, так что будильник на семь сработал. Я у Лео был, мы выпили немного, поиграли в игры, а после я домой пошел. Ничего такого, Моргана. С таким же успехом я могу думать, что ты мне с Долли изменяешь.        — Не неси чепухи и говори тише, она еще спит, — Моргана выключает воду и достает две щетки, — на, — с легким смешком говорит она, — целовать тебя, пока не почистишь зубы, не собираюсь. Вообще тебя бы по-хорошему на порог не пускать, но раз уж с Лео был… — Моргана шутливо ударяет Джеймса в плечо.        — С чего ты вообще все это заладила «изменяет, изменяет». Мне твоя Брайт мозги проела, — пожаловался Джеймс, подходя ближе к раковине, заставляя Моргану подвинуться. — Несколько раз написала, что я гад и подонок и вообще о тебе не думаю. Серьезно, я же вообще повода не даю. Идеал мужчины, а ты…        — Лучше заткнись, — Моргана засунула ему в рот зубную щетку, — и вообще говори тише, Долли еще разбудишь, а она поспать любит, так зачем ребенка этого счастья лишать?        Однако Долли, разбуженная трезвоном будильников, уже не спала. Она стояла в нескольких сантиметрах от парочки, про себя умиляясь им. Все же Моргана Джеймса любила очень, как и он ее. Чтобы привлечь к себе внимание, Долли постучала по стенке.        — Или нет, — выдохнула Моргана, — ты чего не спишь, мелочь? — не поворачивая головы, спросила Моргана. Долли стояла почти напротив зеркала, если бы она сделала два шага вправо, то оказалась бы в поле зрения Морганы. Однако Долли терпеливо дожидалась, пока Моргана не выйдет из ванны. — Голову мыть не надо? — проведя пальцами по волосам, спросила она у Долли. Та наклонила голову, посмотрела на волосы и собрала свои в хвост. — Хвост? — Долли кивнула. — А помыть вечером, — еще один кивок. — Замечательно. Так и сделаю. И ты чего в такую рань подскочила? Я бы на твоем месте спала и спала, брось, всего два часа сна — не дело, особенно такой соне, как ты. К тому же ты ведь тоже сегодня не работаешь, так в чем проблема?        — Курсы, — жесты Долли ужасно медленные и неаккуратные. Хотя за пятнадцать лет жизни, которые она пользуется ими, большинство слов Долли отработала до автоматизма, после пробуждения жесты все равно выходили смазанными и тяжелыми для восприятия. — Мама ведь меня записала, а мне посещать надо. Но там интересный парень, не совсем парень, мужчина скорее, есть. Я люблю с ним разговаривать, он жесты знает.        — Курсы? Ты не рассказывала про них, а может и рассказывала. Черт, голова пухнет, ничего не соображаю. Джеймс, пожарь яичницу, я есть хочу, — Моргана зашагала на кухню, взяв Долли за руку. — И Долли тоже голодная, мы вчера только одну пиццу заказали, она довольно быстро закончилась. Я говорила ей две надо, она мне «одной хватит, одной, я много не съем». В итоге пять кусков умяла, надо было грибную брать.        — Она ж грибы не любит, — усомнился Джеймс, так же выходя из ванны, — почему я о твоей подруге больше твоего знаю? И не обижайся, Долли, что я про тебя в третьем лице.        — В этом и смысл, дурень. Нет, серьезно, я занимаюсь спортом, ограничиваю себя в питании, чтобы поддерживать нормальный вес, а она может хомячить как не в себя и выглядеть, как дистрофичка. Это нечестно.        — Зато ты можешь говорить, — парировала Долли. Моргана повторила для Джеймса, который на языке жестов знал всего пару фраз.        — Да-да, от слов одни плюсы, конечно. Этому объясни это, быть может, хоть тебя послушает. А-то все «Моргана, я занят, Моргана, дорогая, давай потом». Зато говорящий, ничего не скажу. Ой, ладно, черт с ним. Зубы чистить пойдешь? Твоя щетка в левом ящичке, паста в стаканчике, если захочешь помыться, полотенца в шкафу в гостиной лежат. — Долли эта идея понравилась. Она прошла мимо Джеймса, который встал возле плиты, и направилась в гостиную за полотенцем. Да и одеться стоило, потому что Долли только сейчас поняла, что спала она в трусах и короткой футболке.        — Только не утони в ванне! — предостерегла ее Моргана, зная любовь Долли к долгим ваннам. — Джеймс, ты в состоянии водить? — уточнила Моргана. Парень кивнул. — Отлично, сгоняешь в магазин сегодня? У нас моющих средств нет и порошок заканчивается, а мне ужасно лень куда-то идти. Я просто хочу спать, наверное, сейчас и пойду это делать. Не представляю, как Долли выдержит.        — Господи, я с тобой веду себя, как баба. Завтрак готовлю, в магазин хожу, отчитываю за посиделки с друзьями, а ты еще мне на мозги капаешь, мол, изменяю. Ты кофе будешь? — интересуется он. Моргана кивает.        — Ты ж моя зайка, спасибо, Джейми. Боже, совсем не соображаю, — Моргана однако замечает, что на краю стола лежит телефон Долли и замолкает. Любопытство пересиливает ее, и под осуждающий взгляд Джеймса, она разблокировала его. — Пф, встала она рано, конечно. Я же знаю, что не проснулась бы…        — Чего там? — Джеймс поставил турку на плиту и, залив туда воду, подошел к Моргане.        — Моя малышка растет, — Моргана опрокидывает голову, встречаясь взглядом с Джеймсом, — до семи переписывалась с Питером, — Моргана быстро пролистала вверх, пытаясь найти начало переписки. — Черт, а здесь много сообщений. Она мне так активно не отвечает, конечно, мужики дороже друзей. Все с ней понятно.        — Я надеюсь ты сейчас шутишь. В последнее время ты меня пугаешь, Моргана. То я изменяю, то, вот, Долли на парней тебя меняет. Хотя бы свою сестру обвинять в том, что она тебя на ребенка променяла, не будешь?        — Нет, господи, за кого ты меня принимаешь? Я просто переживаю за Долли, сам подумай, парень, который пишет «чем занята?)» априори не может вызывать доверия.        — Эй, — Джеймс забирает у Морганы телефон Долли и кладет его на край стола, — я ведь пишу тебе тоже самое. В мой огород попал камень, не видела, кто бросил? — Моргана смеется, прикрывая глаза. Джеймс наклоняется, целует ее в лоб, после чего вновь вернулся к плите. — Долли, ты есть будешь? — Джеймс слышит шум воды и кричит уж очень громко. Долли выключает воду, пытаясь понять, как ей ответить. На помощь приходит Моргана.        — Спорим, есть она не будет, но от кофе не откажется? — перед тем, как предложить решение, говорит она.        — На что спорим? — тут же интересуется Джеймс. — Давай на поход в магазин? Если ты права — я иду, нет — ты. — Моргана зловеще смеется, после чего кричит.        — Если будешь воду один раз включи, если нет — два. — Долли прислушалась к себе и включила воду два раза, ответив на вопрос Джеймса. — Отлично. А кофе? — в этот раз вода включилась и больше не отключилась. — Так и думала. Она ужасно предсказуемая. Ну и мы знакомы достаточно давно. Я понимаю, что после пяти кусочков сырной пиццы завтракать она точно не будет. Хотя, возможно, это только потому, что наша фамилия не Паркер. За имя не говорю, все же ее брата зовут так же.        — Я даже это комментировать не буду, и так знал, что мне в магазин идти придется. Я после работы заскочу, ничего?        — Да нет, мне как раз над курсовой поработать нужно. Я уже миллион раз пожалела, что на менеджмент пошла. Серьезно, если после обучения я не смогу занять место Смита, а я не особо на его место мечу, чтобы ты понимал, то даже не знаю, что сделаю. Учеба — отстой. Кофе! — крикнула Моргана, заметив, что Джеймс отвлекся от турки. — Не забывай, что не только официант, но и бариста. Я хочу на завтрак вкусное кофе.        — Давай я тебе тестик куплю, а? — Джеймс включает вторую конфорку, чтобы пожарить яичницу, и поворачивает голову, дружелюбно смотря на Моргану. — Ты нервная в последнее время…        В это же время Долли вышла из ванной, замотав на голову полотенце и переодевшись в обычную одежду. Долли последнюю фразу Джеймса услышала и потому с осуждением смотрела на Моргану.        — Беременна? — поинтересовалась она, садясь рядом за стол.        — Господи, нет! Сплюньте оба! Долли, кстати, тебе тут твой Паркер написывает. Я утром вставала, думала, ты спала, а нет, а вот как.        — Опять мои переписки без спроса читаешь, когда уже перестанешь? Там может что-то личное, не думала? — Долли была ужасно возмущена наглостью Морганы. В основном ее злило то, что она даже не скрывала своего поступка. — У меня по-твоему совсем чувств нет? Это обидно, очень обидно. Даже он, — указала на Джеймса Долли, — с осуждением на тебя смотрит.        — Я забочусь, — утверждает Моргана, ни капли не смутившись, — к тому же мне казалось, что ты спала. Ты когда с ним вообще переписываться успевала? То есть, нет, не так вопрос поставила. Почему ты вместо того, чтобы спать, переписывалась с ним?        — Я не собиралась… — Долли останавливается, потому что Джеймс перебивает ее. Он ставит на стол две тарелки с яичницей, а после вновь поворачивается лицом к плите и, разливая кофе в кружки и разбавляя его молоком, так же ставит их на стол.        — Переводи, что она говорит, — просит Джеймс, садясь по середине. — Мне интересно все же. Я тоже часть вашего дамского кружка, — Моргана бьет Джеймса в ребро и злобно смотрит, — да пошутил я, пошутил. Но все же интересно. У тебя же парней еще не было? — Долли кивает. — Вот, к тому же за развитием первых отношений интереснее всего наблюдать. Эти смущения, недомолвки, себя юным вспоминаю…        — Твоей первой девушкой была школьная учительница. Сколько ей там, тридцать было? — Моргана с интересом разглядывает маникюр правой руки и говорит с легким раздражением в голосе. — Ты мне долго этими отношениями хвастался.        — Не дольше, чем ты, дорогая, — развалившись на стуле, Джеймс расставляет ноги и ставит руки между ними, — но мы не туда пошли. Ну-ка, Долли, рассказывай. Только помедленнее, Моргане еще переводить.        — Поесть не дадут, — жалуется она, — но действительно, Долли, рассказывай уже. Интересно до жути.        — Просто вчера, когда ты уже уснула, пить захотела. Пошла на кухню, подсвечивала себе дорогу телефоном, не так хорошо в вашей квартире ориентируюсь, думала просто попью и лягу спать, но мне Питер написал. Он просто спросил, сплю я или нет, я сказала, что нет. Логично, если я ответила, — Моргана усмехнулась, — и мы разговорились. Часа полтора переписывались, потом он вроде как спать пошел, я тоже хотела, но вспомнила про курсы. Он меня с них встретит. Я ему сообщила о том, что вчера совсем не думала о курсах, — конечно, «курсами» назвать группу психологической поддержки было сложно, но так Долли было проще, — а он сказал, что с радостью встретит меня. К тому же у него дела на Манхеттене, никаких проблем не будет.        — Эй, а мне нравится этот парень, — Джеймс говорит с набитым ртом, вызывая осуждение во взгляде Долли, привыкшей к идеальному поведению за столом. В ее семье совместными были только ужины, во время которых они почти не разговаривали, а если и говорили то только официальным тоном, а Долли всегда молчала, потому что ее «махание руками» выходит за грани приличия. — То есть он довольно милый, нет? Ладно, я молчу, понял.        — Он правда милый, — согласилась с ним Моргана, — к тому же девушки у него нет, да и интерес на лицо. И Долли им вообще первая заинтересовалась. — Долли опустила голову, делая вид, что смотрит в кружку. Все же Моргана говорила правду, которая ужасно смущала. — И как мы вообще к этому пришли? Вроде бы прост позавтракать хотели. Кстати, Долли, твои курсы во сколько начинаются?        — Одиннадцать, а что?        — Джеймсу к девяти на работу, думала, подкинет тебя. После вчерашнего вообще отпускать тебя куда-то, даже днем, страшно. Нарвешься на кого-нибудь и даже ответить не сможешь. Закричать элементарно, помощи попросить.        — А что вчера было? — не понял Джеймс, откладывая вилку и отодвигая пустую тарелку.        — Долли ко мне уже ночью пришла, потому что моя смена достаточно рано закончилась. Ну, я пока все купила, пока отдохнула немного, подремав, она мне ночью пишет, мол, иду одна, слышу странные звуки, некомфортно. Я естественно рванула туда, слышал же, что Человек-паук патрулировать перестал? — уточнила Моргана. Джеймс кивнул. — Так вот, я подумала, а если что случится, а вдруг что произойдет. И произошло, вот только Человек-паук там был, вместе с Железным человеком, кстати, что меня удивило. Я виду не подала, на Долли кричала, а вот сейчас задумываюсь… Не с проста все это, ох не с проста.        — Думаешь, за этим что-то кроется? — понял ее Джеймс.        — Да, вероятнее. Сперва Человек-паук не появляется на конференции, нет, сперва он перестает патрулировать, позволяя ограбить банк, хотя раньше такого не было. После не появляется на конференции, где четверть вопросов ему посвящена. А вы ведь понимаете, что вопросы известны заранее… А теперь они вместе в Куинсе. Мне кажется, все не просто так.        — Все может быть, — ответил Джеймс.        Дальнейший завтрак прошел в тишине.

***

       Долли заходит в помещение, уже по привычке осматривая его. Все те же светло-зеленые стены, плакаты, гласящие, что жизнь всегда полноценна. Красноречивая вывеска «Поддержка для людей с ограниченными возможностями» вот только стульев было одиннадцать, а не двенадцать, как обычно. Это Долли смутило. Она садится на свой стул, стоящий около правой стенки, и достает телефон, думая, что все равно заняться нечем. Она вновь пришла слишком рано.        — Ох, мисс Брайт, это вы, — Долли поднимает глаза, когда женщина, миссис Саммерс, заходить внутрь. Долли опускает глаза в телефон, чтобы посмотреть время. Десять двадцать, гласят часы. — Вы как обычно пунктуальны.        — Здравствуйте, — Долли машет свободной рукой, другой продолжает листать ленту в инстаграме. Однако чувство тревожности не покидает ее. Кладя телефон в карман, Долли привлекает к себе внимание, хлопая в ладоши, и, увидев, что мисс Саммерс смотрит на нее, спрашивает. — Почему стульев одиннадцать?        — Наша группа в полном составе, — мгновенно отвечает она, — просто мистер Николсон сегодня будет на коляске. Переживаете за мистер Барнса? — Долли кивает, потому что отрицать то, что они с ним сдружились, по крайней мере так думает сама Долли, смысла нет. — Он обязательно будет. Все же для него прохождение этих «курсов», — миссис Саммерс показывает кавычки и закатывает глаза. Ее саму это название откровенно бесит, — это билет в нормальную жизнь. Вот например вам такого условия не поставят, а ему да. Хотя связано все не с рукой, но если общество считает, что такая как я могу помочь ему, то, почему нет?        — Да, вы правы, — Долли очень быстро показывает нужные жесты, после чего достает телефон, который, не переставая, пиликает в кармане. Миссис Саммерс никак не реагирует на нее, в основном потому, что из-за скорости не успела разобрать слов Долли, и уходит в небольшую комнату, служащую ей кабинетом.        Долли же ее уход мало волнует. Она открывает социальную сеть* и видит пять новых сообщений от Питера. Это ее немного шокирует, но она почти мгновенно открывает диалог, в котором почему-то видно только одно длинное голосовое сообщение.        «Удалил остальные», — осознает Долли. Она достает наушники из рюкзака, вставляет их в уши и ждет, пока они подключатся к телефону. Проходит несколько секунд, прежде чем она включает пятиминутное сообщение.        — Эй, Долли, я тут понял, что не спросил, во сколько у тебя все заканчивается. То есть, нет, не подумай, что я тут весь такой… Эм, нет, немного не так. Ну… Вообщем не подумай, что. Ладно, сделаем вид, что я не говорил этого. У тебя ведь эти курсы в одиннадцать, они до скольких? Не хотел бы, чтобы ты ждала меня. И как тебе идея потом зайти выпить кофе? Можем даже пообедать, если ты голодна будешь.        — Это звучит ужасно, чел, — Долли слышит незнакомый голос, который явно осуждает Питера.        — Нед! — шикает Питер. — Я же еще записываю. Это был мой друг, Нед, у которого я и ночевал сегодня. Ладно, вообщем, я жду от тебя ответа, а еще не скинешь мне точный адрес? А-то «Центральный парк» звучит уж очень расплывчато. Он же огромен.        От кого: Долли Брайт Кому: Работа Паркер Я вышлю тебе геолокацию. Надеюсь, по ней ты сможешь ориентироваться, потому что сама я слабо понимаю, как это делают люди. Нет, конечно, вбить все в гугл-карты и просто идти по построенному маршруту — легко, но я все равно путаюсь. Мы заканчиваем в час. Два часа пустой болтовни — не лучшее занятие, вот честно. И я не против выпить кофе, я знаю недалеко от центрального парка одну кофейню, она мне нравится очень, так что сможем туда зайти.        Долли отправляет сообщение, после почти сразу высылает геолокацию, надеясь, что Питер все же разберет. Конечно, дураком он не выглядел, но сама Долли ориентировалась по ним слабо, поэтому и думала о чем-то подобном. Помещение по прежнему оставалось пустым, хотя на часах было уже тридцать пять минут. Долли начинала переживать, потому что находиться одной было некомфортно. Она положила телефон в карман, вытащив один наушник, включила музыку и, подхватив портфель, направилась на улицу, решив, что лучше немного погулять, нежели сидеть на одном месте.        Погода сегодня была замечательной. Не было палящего солнца, которое могло бы обжечь открытые участки кожи, дул небольшой ветерок, да и настроение самой Долли было хорошим, так что даже плохая погода не помешала бы ей. Как уже было сказано, помещение, в котором проходили «занятия», располагалось в Центральном парке, вернее недалеко от него, на 86-й стрит.**        — Долли? — девушка слышит знакомый голос и разворачивается. Грубый, низкий мужской голос точно принадлежит Барнсу. — Добрый день, не ожидал встретить тебя здесь.        Долли машет рукой, вытаскивает второй наушник. Баки стоит недалеко от пешеходного перехода, Долли чуть поодаль. Делая несколько больших шагов, Баки смотрит на время, понимая, что до начала десять минут и они могут пойти длинным путем, проходящим через сам парк.        — Рада тебя видеть, — Долли не лукавит. Она правда рада, что Баки все же пришел. Потому что, увидев одиннадцать стульев, она испугалась. И даже слова миссис Саммерс не успокоили. — Как ты?        — На самом деле не хочу верить, что говорю это, но эти курсы действительно помогают. У меня начали пропадать навязчивые мысли, что я не заслуживаю того, что со мной происходит. Это здорово. Ты сегодня счастливее обычного, — подмечает Баки, смотря на Долли. Она идет почти в припрыжку, улыбается. — Помирилась с родителями?        Конечно, Долли понимает, что Баки Барнс — не тот человек, которого стоит грузить своими проблемами, однако поделать с собой ничего не может. С ним спокойно, он не осуждает, потому что сам пережил многое. Да и его поступки, которые осуждаются в обществе, похожи на поведение подростка. Так что Долли со спокойной душой отвечает.        — Нет, — правая рука находится на уровне груди и машет ей Долли уж слишком активно. — Я не ссорилась с ними. Да и язык жестов по немного перестаю при Питере использовать, все наладилось. Мне недавно наушники для синтезатора подарили, теперь могу хоть ночью играть. Я не спала толком сегодня, около получаса, наверное.        — И поэтому ты такая счастливая? — интересуется Баки.        — Ты про это. Помнишь я тебе про Питера говорила? Не тот, который мой брат, а Питер-работа, — Долли тратит много времени, показывая имена полностью, потому что боится, что опознавательных знаков Баки не поймет. Баки кивает. —  Он за мной сегодня зайдет после наших курсов. Здорово, правда?        — Да, здорово. Перестанешь рассказывать мне о том, как редко вы видитесь. Когда меня в Башне Стив спросил, смог ли я адаптироваться к группе, я рассказал про тебя и этого Питера. Мол, настолько хорошо адаптировался, что стал лучшей подружкой одной девчонки.        — Моя лучшая подружка — Моргана,  — Долли представила уверенную в себе от этого заявления Моргану с выставленной грудью. — Как он отреагировал?        — Не только он. В гостиной были еще Старк и Романофф, у меня такое чувство, что они — Стив, Наташа, Тони, — как сиамские близнецы, где один, там и другой. В последнее время по крайней мере. Когда я сказал это, Старк ответил что-то вроде: «надеюсь, по крайней мере после общения с тобой ей не потребуются еще одни курсы психотерапии», Наташа просто усмехнулась, мол, она тебе еще косички не заплетает, ну, а Стив просто рад, что я прихожу в норму.        — А ты мне дашь заплести себе косички? — удивилась Долли, которая ни о чем подобном раньше не думала. Но эта идея показалась ей интересной.        — А ты этого хочешь? — Долли закивала, как болванчик. — Я могу прийти пораньше завтра, у нас вроде бы миссий не планировалось… — Глаза Долли просияли.        «Главное чтобы об этом не узнала Наташа», — подумал Баки.        В помещение они зашли ровно в одиннадцать.

***

       — Думаю, на сегодня мы с вами закончим. Благодарю всех за то, что пришли, — миссис Саммерс похлопала в ладоши, призывая остальных делать тоже, после чего поднялась со стула. Многие последовали ее примеру и, защебетав, начали уходить. — Мистер Барнс, — неожиданно сказала она, — документация, которую меня просили заполнить готова. Прошу прощения, что не сделала этого сразу. Необходимо несколько ваших подписей, — она протягивает Баки стопку бумажек и дружелюбно улыбается. Баки кивает, благодаря.       Конечно, ни о какой просьбе Баки не знал, но виду не подал. Понимает, что сделал это скорее всего Старк, который как никто другой понимает, как важна документация, особенно для журналистов, так и нравящихся залезть в грязное белье всех Мстителей.        —Все хорошо? — интересуется Баки, замечая, что Долли как-то нервно собирается.        — Да, конечно, просто… Непривычно, как-то… Я с тобой привыкла так ходить, а тут…        — Ты можешь послать своего Питера, — шуточно предлагает он, засовывая бумаги в пакет, любезно предложенный миссис Саммерс. — Не вариант?        — Конечно, а потом сплетня номер один — Баки Бранс, более известный как Зимний солдат, совращает несовершеннолетних, — Долли потратила много времени, чтобы показать эти четыре слова полностью, — оно тебе надо?        — Кто знает? Быть может, я считаю, что принес еще не так много проблем. Или во мне проснулись педофильские наклонности, насколько ты меня младше? На девяносто, нет, даже на девяносто шесть лет. Несмотря на то, что большую часть я провел в крио-заморозке, с юридической точки зрения мне сто тринадцать. Так что…        — Не шути так, — Долли побледнела и, если бы могла, начала заикаться. Баки открыл перед ней дверь, пропуская девушку вперед.        — Может, я не шучу… Кто знает, — Баки прижал палец к губам, Долли от этого замерла в недоумении. Она бы и стояла так, опустив руки, от шока даже не находя, что сказать, открывая и закрывая рот, как золотая рыбка, пытаясь выдавить из себя хотя бы звук, забывая, что сделать этого не может, если бы Баки не громко и звонко не рассмеялся. — Я шучу, Долли, господи, не надумай себе что-то.        — Напугал, — не скрывает Долли, думая, сможет ли она ударить Барнса с его комплекцией. — Я уже подумала…  — Долли резко останавливается. Она смотрит куда-то в сторону и неожиданно начинает улыбаться. Баки прослеживает, куда направлен ее взгляд, и тоже смотрит туда.        Возле одного из деревьев он замечает парня, переминающегося с ноги на ногу и нервно оглядывающегося вокруг. Он одет в простые джинсы и футболку, на которой изображена какая-то химическая формула, а в его руках держатель для кофе, с двумя стаканчиками.        — Это твой Питер? — догадывается Баки. Долли тут же опускает взгляд, делая вид, что вообще не смотрела туда и начинает насвистывать мелодию. — Он довольно худой, мне кажется я в полтора раза толще его.        — У него очень рельефное тело, — тут же защитила парня Долли. Баки усмехнулся, незаданный вопрос, «откуда ты это знаешь», повис в воздухе. — Я видела, как он в форму переодевался… У него рельефное тело, так что…        — Я даже не буду спрашивать. И это не минус, черт, я сражался с Человеком-пауком, с виду он кажется безобидным, но этот парень способен остановить меня чуть ли не одной рукой. Ему бы больше практики, но тебе, наверно, это не интересно.        — Я вчера его видела, — ошарашивает Долли Баки, — он действительно не выглядит сильным. Я бы его, наверное, не воспринимала серьезно, если бы не знала, кто он такой. Я к подруге шла, на меня какой-то стремный тип почти напал, но Человек-паук спас. И я свое уже получила, честно. Мне почти час говорили о том, какая я дура. Тебе идти надо? — Долли замечает уже знакомую черную машину, стоящую неподалеку. Баки кивает. Он все же один из команды Мстителей, так что общественным транспортом он пользоваться не может, поэтому Стив, получивший водительские права ради этого, забирает его. Иногда вместе с Тони, якобы переживающему за свои машины. — До завтра?        — До завтра, Долли. Я приду немного раньше, — Долли вспоминает утренний разговор и, засияв еще ярче, кивает, после чего быстро направляется к пешеходному переходу.        — Эй, Баки, — Стив выглядывает из машины, привлекая внимание друга к себе, — ты идешь? — Барнс кивает и достаточно быстро подходит к машине, после чего садится на переднее сиденье. — Как прошло?        — Мне отдали нужные бумаги, так что Старк может больше не беспокоиться. Еще две недели и я — полноценный, в некотором смысле, член общества. Сегодня нам промывали мозги, пытаясь залезть в душу, мол, откуда у вас неприязнь к себе, почему вы считаете, что если с вами что-то не так, то и другие должны страдать. Во-первых, я не понимаю, каким образом это относится к группе, в которой я нахожусь. Серьезно, у нас немая девчонка, думающая в основном о парнях и музыке, две старушки, одна потеряла зрение, другая слух. Человек без ног, сегодня первый раз был, или я его не замечал раннее. Короче, злобой не пахнет ни от кого. Да даже я со всей своей историей не причинял людям боль только потому, что у меня что-то не так. Серьезно, это тупо.        — У них есть программа, Баки, — нажимая на педаль, объясняет ему Стив, — ты сегодня снова был с этой девчонкой? Она выглядела смущенной, когда вы говорили, ты ведь…        — После этих курсов она пошла на свидание с парнем, — нахмурив брови, говорит Баки, — не причисляй меня к кому-то вроде Гумберта со своими нимфетками***. А что?        — Нет, все в порядке… Кстати, ты пропустил довольно интересный монолог Старка по поводу Человека-паука, кажется, вчера вечером он его послал. Не прямо, но, судя по всему, именно так все и было.        — Этот парень нравится мне все больше… И что теперь, мы устраиваем охоту на этого парнишку?        — Ты невероятно проницателен, — Баки раскрывает глаза, пытаясь понять, пошутил ли Стив. Однако по его серьезному лицу Баки понимает — не пошутил.        И это с одной стороны веселит, а с другой пугает. Но в любом случае он думает, что это будет забавно. К тому же, он давно не посещал миссии из-за общественного резонанса. Так что в этом он видит одни плюсы.