Belle patiente

Парень отодвинул подальше термос, чтобы не мешал, и забегал глазами по строчкам, прыгая по цифрам с завидной скоростью. Однако, ему приходилось делать это по несколько раз, потому что голова была забита совсем другим. Несколько дней к ряду он задерживался на работе, из-за чего Адель пыталась его наругать, но, конечно, делала это мягко, а потому совсем неэффективно. И он делал это отнюдь не из-за просьб Дракона, а потому что стеснялся Матиса. Не просто слегка смущался, а по-настоящему, очень сильно, только видя его, он начинал краснеть и не мог смотреть в глаза. Хотя в тот же день он ещё держался молодцом, пока они возились на кухне и Матис спорил с Адель по поводу того, чей сок вкуснее, хотя делали они его из одного арбуза. К тому же Претрье, как оказалось, отлично готовит, и все его новые вкусовые предпочтения они с Адель отлично удовлетворяли и окучивали его с двух сторон. И пока они были с подругой, Шанталь, конечно, смеялся, ему нравилось, было весело и интересно, но наедине с ним он не мог выдавить ни слова, как девственница во время первого секса. А он не целомудренный давно, это во-первых, а во-вторых, это даже не секс был. Но ведь его так никто и не ласкал ещё в жизни. Или это из-за беременности у него все нервы стали в десять раз чувствительнее?.. Из-за этих мыслей он стал растеряннее, раздражительнее и работа шла медленно. Потому что больше сил уходило на то, чтобы держать себя в руках, а ему никогда не нравилось в чем-то себя ограничивать, такой он человек. — Черт... — Раздражённо фыркнув, он оттолкнул стопку бумаг на край стола и та свалилась на пол. Сжав руки в кулаки он вздохнул и аккуратно склонился, пытаясь сгрести их в кучу. — Я соберу. Омега вздрогнул и поднял голову. Шарпе присел рядом и улыбнулся ему. Как может человек, что работал несколько ночей подряд почти без сна — он знает, он составляет его график, переносит и назначает встречи — из-за работы с партнёрами из Сиднея, где другой часовой пояс, а это десять часов разницы, и они не хотят приспосабливаться к другому ритму жизни, выглядеть так же хорошо и блистать, как будто он с отпуска? Шанталь завидовал этой магии, подвластной только начальнику, поэтому-то он и сказочное, даже легендарное существо. Дракон встал и аккуратно поправил неровные края и торчащие уголки, делая стопку, как и все остальное, безупречной. Улыбнувшись омеге, он опустил их на стол и вальяжно присел на его край, не сводя взгляда с секретаря. — В последнее время ты часто задерживаешься на работе. — Шарпе склонил голову к плечу. — Что-то произошло? — Нет. — Шанталь чуть улыбнулся, заправляя прядь волос за ухо. — Просто не успеваю сделать все запланированное, вот и... — Ничего страшного. — Дракон хмыкнул и скрестил пальцы на колене. — Тебе разве не нужно больше гулять? А ты все засиживаешься, это вредно для ребенка. Омега удивлённо вскинул брови и его лицо затопил нежный румянец. Отведя взгляд, он покрутил в пальцах ручку, просто чтобы чем-нибудь заняться. Ущипнуть себя духу не хватило, потому что если это таки не сон, то он явно покажется начальнику дурачком, а не хотелось. Это о нем сейчас заботился Шарпе на глазах у половины штата сотрудников? А слухи тут, как и в любом коллективе, расходятся молниеносно, завтра их уже поженят. Хотя было бы неплохо... — Оставь это, пойдем со мной. — Жан протянул ему ладонь, встав со стола. Шанталь неуверенно взглянул на него, потом на его руку и все же принял его предложение. Теплая сильная ладонь сжала его, показавшуюся крошечной в чужих тисках. Его начало знобить. И по большей мере потому, что он не понимал перемены этой погоды, резкой смены отношения; раньше Дракон требовал от него не невозможного и неподъемного, но довольно многого: скорость, достоверность, эффективность. И он это выдавал, за что получал похвалу и плюшки в виде премий и, что мотивировало его куда больше, похвалы. Но чтобы его начальник среди дня сам увел его с рабочего места? — С тобой все хорошо? — Шарпе нажал на кнопку вызова лифта и убрал пальцами волосы с его щеки. — Что-то болит? Не молчи. — Нет, не болит. — Омега смущённо качнул головой, одергивая низ лёгкой кофты. — Ничего, что рабочий день ещё не закончился, а мы?.. — У меня ведь нет никаких встреч, ты знаешь, так что и ты можешь отдохнуть, пока нет ничего хоть сколько-то срочного. — Шарпе пригладил волосы на виске, глядя на наручные часы. Лифт раззявил свой рот и из толпы протиснулся один единственный человек на их этаже. Шарпе поставил ногу так, чтобы двери не съехались и окинул взглядом людей, настолько холодно и повелительно, что без лишних слов из толпы вышло ещё трое. Шанталь давно отвык от подобного, приезжая на работу позже, но и позже уезжая домой, людей в это время, как правило, было немного. Но было смешно смотреть, как самые слабонервные отсеиваются без лишних слов. Однако, это не слишком уж помогло, уже внутри, где смешались чужие запахи, омега почувствовал себя дурно и прижался спиной к стенке. Язык не ворочался, он не мог попросить начальника, что внимательно читал что-то в смартфоне, вывести его. — Зачари? — Жан удивлённо опустил голову, когда парень взял его за большой палец, что занял всю его по-детски миниатюрную ладонь. — Запах. — Омега прикрыл рот другой ладонью, пытаясь показать, что его тошнит. Дракон оперся о стену у его лица, придвигаясь ближе и усилил свой, морозный аромат. И это было действенно. Зачари сразу отпустило, он стал дышать полными лёгкими и успокаиваться. За это альфа даже погладил его по волосам, что Шанталь принял куда спокойнее, устав удивляться. Уже выйдя из лифта он наконец выпустил руку мужчины и вспомнил о смущении. — У тебя давно такой приятный запах? — Шарпе опустил ладонь на его поясницу, будто боялся, что он сейчас даст заднюю и убежит. Попробуй побегай с таким животом! — Разве он не такой же, как раньше? — Нет, совсем нет. Шанталь промолчал, хотя, как говорит Адель «у глистов случился праздник». Это же чувство нормальные люди в эквиваленте называют «бабочками в животе», но подруга не отличается особой романтической натурой. Жан Шарпе помнит его запах? После беременности, и непосредственно после родов у омеги, конечно, меняется гормональный фон, это влияет на запах, хотя не у всех он меняется, у него это было не так уж значительно. Но начальник запомнил? Да, конечно, пять лет работы бок о бок, но даже его папа не почувствовал особой разницы до и после. Только Жан, и это уже было много. Выйдя из офиса, по лицу сразу прошёлся влажный прохладный ветер, что явно должен пригнать дождевых туч. Облака, ходящие в небе, только начинали сереть, значит, время до ливня ещё было. Шанталь не любил дождь, от этого явления осенью на него нападала тоска из-за не самых приятных воспоминаний. Сейчас его эмоции и без того могли меняться с ужасающей скоростью, он и сам этому был не рад. А потом рад. Как-то так это и происходило. Они неспеша вышли к парку, что находился совсем рядом, утыканный по краям маленькими палатками и ларьками, от которых исходили запахи, спасаясь от которых, Шанталь пытался быть ближе к блондину, чтобы чувствовать исключительно его запах. И тому это льстило. — На этих выходных в Марэ открывается новая выставка, не хотел бы сходить со мной? — Шарпе расстегнул пуговицы на пиджаке, чтобы выглядеть более неофициально, хотя Шанталь казалось, что он и в пижаме выглядит представительно и по-деловому. — А мисс Соер? — Парень посмотрел на мужчину, для чего пришлось задрать голову. — При чем тут она? — Дракон нахмурился, хотя его брови настолько же светлые, как и волосы, сливаются с белой кожей и разглядеть это можно только по складочкам кожи над переносицей. Он заботливо убрал с лица омеги прядь волос, что задул на него ветер, и провел большим пальцем над скулой. — Это ведь не по работе. Я хочу пригласить тебя на свидание. — Вы заметили, что я беременный? — Зачари нервно хихикнул и опустил взгляд на свой живот, будто лишний раз убеждаясь. — Вы не обращали на меня внимания больше пяти лет. Это прозвучало так по-детски, будто обидели мальчика, и Шанталь это понял, но с опозданием, потому просто отмахнулся и решил сесть, потому что ноги разболелись, кроссовки вдруг начали натирать. Видимо, ноги отекли. Опустившись на разогретую слабым солнцем скамейку, омега вздохнул и вздрогнул от неожиданности, когда Альфа опустился перед ним на корточки. — Зачари, буду с тобой откровенным. — Альфа взял его за ладонь и прикоснулся к пальцам губами, отчего, если бы Шанталь стоял, то упал бы, вот какое чувство возникло. — Раньше меня не привлекал твой запах. Но после того, как ты оказался в таком чудесном положении, твой запах для меня стал, пожалуй, самым притягательным. Но, конечно, общеизвестно, откуда берутся дети, я думал, у тебя есть альфа. — Вы нравились мне. — Просто чтобы не молчать зачем-то выдал омега, терзая ногтем крошечную ранку на костяшке. Но Жан остановил это и прижал его ладонь к своей щеке. — А сейчас? — И сейчас. — Омега кивнул, съежившись от ветра, что показался ему более холодным, хотя прогулки прошло всего-ничего, полчаса от силы. Шарпе снял свой пиджак... Нет, не так, он снял свой стильный, дорогой, стоимостью в годовую зарплату Шанталь пиджак, чтобы набросить на его плечи, как плед из ширпотреба, типа из магазина «все по десять евро». Его запах и тепло тела отпечаталось на подкладке, и теперь покалывали кожу омеги через его кофту. — Значит, ты согласишься пойти со мной на свидание? Шанталь прикусил губу и кивнул, пытаясь скрыть счастливую улыбку. О том, что это может вылиться дурными последствиями и волнением, он попытался не думать. Ну, справится, раньше же как-то получалось, и вообще, малыш как раз таки заставляет его помнить, что он — самое главное, а остальное как-нибудь да рассосётся. — Спасибо, я буду ждать. — Дракон сел рядом и, обняв его за плечи, поцеловал в висок, чувствуя, как под кожей быстро пульсирует.

***

Футболка прилипла к телу: на спине, и под руками взмокло, вся кожа, от лба и, кажется, до самих пяток, покрылась потом. Вот теперь его знобило в самом широком смысле этого слова, весь спектр оттенков и чувств. — Твой девизион, Талли. — Адель, пытаясь возмутиться, смотрела на циферки электронного градусника. Она и хотела бы психануть, как делала это всегда, когда он болел по неосторожности, но ее уменьшительно ласкательное обращение с головой выдавало ее искренние чувство: переживает как не в себя. — Как тебя так продуло? — Надуло. — Шанталь засмеялся и чихнул в бумажный платок. — Отставить хиханьки, — командным тоном шикнула девушка, откладывая градусник на тумбочку, — поспи, я приготовлю покушать и приду. Омега кивнул, бросив платок в корзинку, стоящую на полу, и тнулся носом в подушку. Под дождь он не попал, несколько капель не в счёт. Видимо, его то морозило, то в жар бросало, вчера в офисе, не просто так. Он то думал, это все из-за влияния Шарпе, наивный простачок, но это одна из сторон его характера, вполне в его стиле. Теперь то, как болело у него тело раньше, казалось цветочками. Каждое движение отдавалось тянущей болью, будто у него все мышцы заржавели. К счастью, Адель сказала, что для беременных простуда опасна больше на раннем сроке, когда закладываются органы и формируются ткани малыша, у которого нет ещё и задатков иммунитета. Но даже так, особо лекарств нельзя принимать, разве только капли в нос, которые он с детства терпеть не может. Всегда, когда он болел, папа заливал эту дрянь ему в нос, из лучших побуждений, конечно. Но она всегда стекала в носоглотку и во рту появлялся горьчайший вкус, ничего более противного он в своей жизни не помнит. Привередничать не приходилось, у него особо не из чего выбирать. — Адди. — Шанталь простонал болезненно скривившись. — Иди уже, я сам справлюсь, не маленький. — Ты хуже маленького. — Девушка поставила на тумбочку самую большую обнаруженную в квартире кружку и стёрла пот со лба парня. — Не могу я оставить тебя одного. — Пасхаль мне голову открутит, у вас же годовщина. Я знаю, что ты ждала ее. Претензию в ответ прервал звонок в дверь. Шанталь болезненно скривился и замычал, выражая, куда стоит отправить гостя. Адель пригладила волосы парня, убирая их с лица и направилась открывать. Потому что точно знала, кто пришел, не прошло и двадцати минут после ее звонка. — Ты быстро. — За мной погоня. — Матис хмыкнул, проходя внутрь. Конечно он быстро, чуть штраф за превышение скорости не получил. Хотя шел пешком. А если серьезно, то ему был обязан коллега, а потому быстро нашлась замена, чтобы он мог быстро свинтить с работы без мук совести. Все равно, узнав, что Шанталь болен, у него не получалось думать о чем-либо другом. — Слушай, у меня сегодня свидание с мужем, так вышло, что он об этом знал заранее, а чувство вины у него гипертрофированное, так что мне лучше уйти. — Девушка вздохнула и сунула ногу в кроссовок, затем принялась завязывать шнурки. — Так что тебе лучше сказать, что у тебя сегодня выходной или ещё что, так что ты можешь побыть с ним, мне оставить его некому, а тебе, вроде, можно доверять. — А его родители? — У него только папа, он сейчас на отдыхе, Сицилия несколько дохрена отсюда, так что ему никто не говорит, чтобы не волновать. Матис кивнул. Тогда, он сможет вдоволь побыть с Шанталь, милым Шанталь, что не сможет наконец от него убежать. Подарок судьбы, не иначе. — Если решишь остаться на ночь, ложись в гостиной, постельное белье и полотенца в шкафу, найдешь. — Хорошо. — Альфа удивлённо взглянул на девушку. Бета закинула на плечо сумочку и бесшумно вышла за дверь. Даже не попрощалась, эталонная темпераментная француженка. Матис глубоко вдохнул, и вошёл в спальню. Шанталь укутался в бежевое одеяло с головой, из-под которого торчала одна только нога. Пальцы на ступне поджались и Претрье улыбнулся, глядя на нее, такая крошечная и розовая, в самом деле, как у ребенка, будто он всю жизнь не ходил. А он мог бы в самом деле носить этого омегу на руках, сколько тому захочется. Мужчина опустился на край постели рядом и натянул одеяло ниже, скрывая симпатичную ступню. Шанталь завозился и скинул одеяло с лица. Розового и слегка отекшего, отчего оно стало круглее. — Теперь я твоя нянька. — Матис улыбнулся подтыкая одеяло под его бок. — Адель уже ушла, звать на помощь бесполезно. — Какой ужас. — Шанталь шмыгнул носом, хрипло смеясь. Поднявшись на подушках выше, он удобнее устроился с помощью альфы. Матис пригладил его волосы, следя за каждым его движением. Медленным, будто он полностью покрыт клеем, что засыхает и сковывает его. Претрье задумался, глядя на то, как парень чередует глотки чая из термоса с хлюпаньем носа. Он уже видел, как он спит, болеет, возбуждается, смеётся, ест, а делает он это как хомяк, с таким аппетитом, и это так же симпатично. Но ему хотелось ещё, он что-то упускал, и не мог понять, что именно. — То, что было, тогда... Это же ничего? — Шанталь потёр пальцем нарисованный на крышке термоса цветок, а потом вовсе начал долбить краску ногтем, будто тот лично в чем-то провинился. — Я читал, что многим омегам во время беременности не хватает секса, а у меня его и до этого не было в обилии. Зачари хлюпал носом, с трудом ворочая языком, ему хотелось скорее оправдаться перед самим собой за то, что произошло, прекратить испытывать неловкость перед альфой, с которым вел себя как идиот всю последнюю неделю. Подумаешь, случайно... Не многие альфы устоят перед намокшим полуголым омегой, чтобы не прикоснуться к нему. Они были близко, их феромоны перебивали друг друга, а потом смешались, вот и вышло, что вышло. Но Шанталь не наивный ребенок, который обязывает кого-то брать ответственность за такие вещи. Но сказать все это нет сил, ни физических, ни моральных. Он ждал ответа, которого все не было, и опасался поднять взгляд. — Да, я знаю. — Матис улыбнулся, только после этого их взгляды столкнулись. — Не переживай. — Мне было так стыдно и неловко перед тобой, извини, я обычно не такой... Развязный. — Не волнуйся. — Матис опустил ладонь на одеяло сверху, улыбаясь. — В этом нет ничего плохого. Шанталь кивнул, отставив термос. Неловко смахнув с тумбы салфетки, он вздохнул, но Матис поднял их сам, тем самым оказавшись близко к его лицу. Омега сглотнул, сжимая в пальцах одеяло. К счастью, из-за забитого носа, он не чувствовал запаха. Но прекрасно видел взгляд альфы на своих приоткрытых потресканных губах. Претрье чуть склонил голову на бок и так и завис. Черт, черт... Нет. Дьявол! Как же он хотел поцеловать его, но он только что прямым текстом сказал, что он ничего не значит, а против его воли не попрешь. На самом деле, Шанталь не хотелось углубляться в то, что между ними случилось, потому что это закончится, как только он родит. Нужда в том, чтобы встречаться, отпадет сама собой, а секс и прочие приятные события привязывают его к людям, так что потом станет сложно. Почему-то в отношении Шарпе все было диаметрально противоположно. Потому что он, наверное, понимал, что тот более ветреный и уйдет, стоит ему нервы пощекотать. Но он не готов был отказаться от мечты хоть немного побыть близко к Дракону, по которому так долго сох. И он ведь сам проявил инициативу, этого даже в самых влажных и смелых мечтах было трудно представить. Претрье встал и прочистил горло, которое придушило невидимой веревкой. Ну что ж, он и раньше не мог носить титул соблазнителя, тем более героя-любовника. Ничего удивительного, и все же неприятно, нет, даже не так, он злился на того другого альфу, которому отдал предпочтение его омега. — Поспи, я буду рядом, если что-то понадобится, у меня выходной. — Ты не должен, Адель слишком беспокойная... — Я хочу. — Не глядя на парня, альфа перебил его и шумно вздохнул. — Спи. Зачари нахмурился, проводив взглядом мужчину, что вышел из спальни и опустил руки на свой живот. Интуитивно он, конечно, ощущал симпатию Матиса, но списывал ее на беременность, такая у него работа, заботиться о одиноких и брюхатых. А потому и воспринимать это надо проще.