Пепел

Концерт подошёл к концу. Слушатели с замиранием дыхания проникались последней песней, посвященной друзьям и верности. Это были лучшие треки. Ощущение, будто всё наше время общения смогли влить в текста. Грамотно и последовательно. Я стояла у края сцены, улыбаясь глазами, смотрела на блондина, который терялся среди самых терпеливых и настойчивых фанатов. Одна девочка как могла висла на шею Глеба, стягивая своим телом с него куртку. Её массивные пальца плотно сжали кожу, оттягивая её. Вспышка. Фанатка сразу слезла, но на этот раз ненадолго сжала кумира, который растерянно и с лёгкой улыбкой смотрел на меня. Его губы что-то шептали. Я прищурилась, машинально спрятав непослушную прядь волос за ухо. Почти поняла. «Спаси…» — Извините! — резко замахав рукой, обратился мой голос к толпе, — Через пять минут мы забираем Глеба. Нам нужна его помощь. Все засуетились, кидаясь на Глеба. Первый, второй, третий… Герман спрыгнул со сцены, пробираясь через толпу. Его пальцы нащупали плечо брата. Некоторые фанаты одобрительно запищали, увидев схожесть братьев. Меня же не покидала мысль, что Герману не стоило спускаться.

***

Мы сели кругом в большом зале, выставив на стол огромный чайный набор, который вручил Глебу внимательный фанат. — Даже не знаю, — выдохнул Ден, пытаясь выбрать вкус. Молочный, с мятой, вишней, клубникой, карамелью, жасмином, перцем, шоколадом… Моя рука потянулась к фруктовому зелёному чаю. Герман следом взял такой же пакетик. Мы мило переглянулись. Он слегка порозовел, понимая, как часто наши движение похожи. Денис взял чай с корицей и апельсином. Открыв упаковку, принялся тщательно нюхать заварку. — Я тебе клянусь, что если будешь такие речи толкать, то начну в наушниках стоять, — притянув к себе чайник, сказал Ден, чуть щурась на Глеба, который сделал свой выбор на зелёном с мятой. Блондин спокойно улыбнулся. Денис периодически защищается от таких тёплых поступков друзей. Все привыкли. — Ребят, мне нужно наконец-то сказать, — опустив голову, заговорил Ярослав, неуверенно потирая красную шею. Мы чуть перевели на него внимание, но весь акцент оставался на чайнике, который перескакивал из рук в руки, оставляя след густого пара. — Меня пригласили в Штаты, где будет, не сказать что учеба, но типа того. Я как-то не могу гореть душой к своим трекам. Мне больше заходят биты. Да и времени на них куда больше трачу, — сглотнув, закончил Яр, глядя на свою кружку. Мёртвая тишина. Денис слегка поперхнулся, закрыв ладонью рот. Большие глаза задрожали от таких слов, что капилляры быстро напитались кровью, окрашивая белки. — Я не понял. В смысле, ты уезжаешь? Когда? Чего же вас тянет куда-то, — глухо заговорил Ден, слабо ударяя кулаком в грудь. Я посмотрела на лицо Глеба. Он крайне спокойной это воспринял, потому что сам часто пропадает. Это нормально. Образ жизни. Мало кто может быть привязан к чему-то. Если только это не касается семьи. А вот Герман хотел что-то добавить. Сразу же начал ютиться на месте, активно заламывая пальцы. Брата сверлил взглядом Ярослав. — Я тоже поеду, — тихо отозвался Герман, сломавшись от глаз Ярослава. Не понимаю. — Езжайте. Что не так? Все возьмём перерыв, — Глеб спокойно попытался удалить нарастающее напряжение. Денис упёрся локтями в стол, скатываясь лбом по ладоням, впившись пальцами в волосы. — Как скажете. Я спорить не стану. Вы не маленькие, — ответил парень, не сдвигая глаз с маленькой соринки на столе. Молчание снова наполнило комнату. Понимание пришло быстро. Мы научились куда сильнее чувствовать друг друга. Никто не хочет бить по этой теме, пытаясь ругаться с Яром и Германом. Младший брат сразу потух, перебирая тонкими пальцами дряхлую салфетку.