Одна причина выжить - месть

Стальная лапища грубо утащила Стеллу в самый центр танцевального круга — туда, где у Стеллы ещё теплилась хоть малейшая надежда, что Люциус не прикончит её на людях. С трудом сдерживаясь от того, чтобы начать вырываться, Стелла покорно последовала за ним. Это было глупо, это было самоубийственно — но сбежать она всё равно не смогла бы, как бы сильно не хотела этого. Люциус упивался своей властью. Она его боялась, и он, как прирождённый хищник, чувствовал это на уровне подсознания, инстинктивно. Прижав её трепещущее тело к себе, отчего вырывающееся от ужаса сердечко застряло где-то под самым горлом, он обманчиво-нежно шепнул Стелле: — Как низко ты пала. Маггловские платья, маггловская косметика, — Люциус весьма сдержанно и спокойно приобнял её и повёл в танце. Вбитые в подкорку рефлексы не давали ей завалиться на едва-едва передвигающихся от ужаса ногах. Стелла ничего не ответила. Мозг отказывался нормально работать, лихорадочно пытаясь придумать путь к побегу. — Ты как-то слишком напряжена, не находишь? — усмехнулся Люциус, касаясь её прямой, как копьё, спины. По спине Стеллы пробежал миллиард мерзких мурашек, в горле пересохло. — Впрочем, ничего страшного в том, что ты решила попробовать ускользнуть в маггловский мир, нет, — продолжил Люциус, не снижая темпа танца. — Я предусмотрел и это тоже, так что, ты не оставалась без моей опеки ни на секунду, Нарцисса. — Я — не Нарцисса, — сказала Стелла излишне громко. Кружившаяся рядом парочка чуть напряглась и отступила на пол шага в сторону от лорда Малфоя. — Как быстро ты успела переобуться, — хмыкнул Люциус, сжимая её тонкие пальчики излишне сильно. Стелла едва сдержалась от того, чтобы вскрикнуть, но вместо этого лишь рвано всхлипнула от боли. По щекам покатились слезинки. — Я понимаю, чего ты пыталась добиться. Чтобы кто-то услышал, что я перепутал тебя со своей женой, и поэтому бы пошли слухи, что я — сумасшедший. Неплохо. Стелла уязвлёно замолчала — Люциус читал её насквозь. — Вот только у тебя всё равно ничего не выйдет, — Люциус вновь мило улыбнулся. — Про твои шашни с Уизли и Снейпом уже знают почти все присутствующие, поэтому, что бы ты не сказала, на тебя будут смотреть, как на прокажённую. — Стелла шумно втянула воздух и с ненавистью поглядела на бывшего мужа. — Ну-ну, меньше злости, ты привлекаешь внимание людей. А нам оно не нужно — пока не нужно. — Надо думать, они не без твоей помощи узнали о твоих фантазиях? — Стелла резким движением высвободила руку из стального захвата Люциуса, искренне надеясь, что он всё-таки не сломал ей пальцы. Вновь. Хотя ладонь отзывалась адской болью, и, что странно, из неё как будто поднималась по всему телу ледяная волна. — Я втопчу твою репутацию в такое дерьмо, что ты от него не отмоешься никогда, — Люциус вновь перехватил её руку, сдавив так, что Стелла аж споткнулась от резкой боли, прострелившей, казалось, насквозь всё её тело. Люциус резко дёрнул её, не давая упасть, тем самым причиняя ещё больше боли. Сознание подёрнулось дымкой, голова закружилась. — Пойдём-ка, передохнём. Выглядишь совсем паршиво. Сознание уплывало, и Стелла почти не понимала, куда её ведёт Люциус. Она ни в коем случае не желала находиться с ним наедине, понимая, что ни к чему хорошему это не приведёт, но и сопротивляться ему сил не было совершенно — и куда только вся энергия пропала? Стелла с трудом приподняла обвисшую руку, которую Люциус больше не сжимал, и с удивлением увидела на ней крошечный кровоподтёк, словно она обо что-то порезалась. Но когда? Она не могла вспомнить. Мысли ускользали из её головы, словно она была сильно пьяна, но она не выпила ни капли. Стелла усталым взглядом нашла среди танцующих пар сестру — мысль тратить драгоценную энергию на такие мелочи казалась глупой — и, внезапно, получила приступ паники в её ответном взгляде. Что-то не так? Белла почти откинула от себя Драко и кинулась вслед закрывающимся перед её носом дверям, за которыми скрывалась неизвестность.

***

Белла вновь погладила трясущуюся сестру по голове, категорически не зная, что ей, собственно, дальше делать. Ну, кроме того, чтобы прямо сейчас попытаться найти в поместье Люциуса и Нотта с Яксли и поочерёдно замучить их с максимальной жестокостью, постаравшись причинить им хотя бы сотую часть боли, которую они причинили сегодня её сестре. Но оставлять Стеллу наедине с собой было бы почти однозначным продолжением её попыток к суициду. С другой стороны, не находящий себе места Драко мог бы сдержать мать, если бы сам не находился в столь взвинченном состоянии. Белла была в панике. Мужчины надругались над её сестрой. Снейп ещё перед выходом посоветовал им ничего не пить и не есть, дабы Люциус им ничего не подсыпал. От него стоило ожидать любых подлостей. И вправду, стоило только Белле отвлечься, Люциус самым подлым образом напал на Стеллу, просто поцарапав её своим перстнем с ядом. Лучше бы это был смертельный яд. Белла всячески пыталась прорваться внутрь комнат, но её, разумеется, никто не пустил. Министерская охрана, нанятая Люциусом, имела очень чёткие приказы, кого пускать, а кого — нет. Белла даже подумывала всерьёз прорываться с боем — благо, палочка у неё теперь с собой была, но поняла вдруг, что не может, так как за каждым её движением следят по меньшей мере трое мужчин в мантиях мракоборцев. Она, скинув чёртовы каблуки, вынырнула в сад, едва избавившись на секунду от их опеки, оббежала поместье до заднего входа для слуг, попутно спугнув обнимавшуюся в кустах парочку, но и там было заперто, а так же стояли двое охранников. Люциус подготовился. Едва не взвыв от отчаяния, Белла вновь вернулась в зал, нашла Драко, который тоже уже был изрядно на взводе, и только вдвоём они умудрились убедить одного охранника пропустить их вовнутрь, но было уже поздно. Яксли, Нотт и Люциус уже закончили и присоединились к праздненству, попутно разнося слухи о том, что юная леди Блэк достаточно неплоха в постели, и, кроме того, сама предложила себя троим почтенным господам. От одной только мысли о том, что их грязные рты просто позволили себе произнести что-то подобное, Беллу бросало в такой гнев, что предметы начинали сами летать по комнате. Она определённо знала, что все трое уже мертвы — осталось только понять, когда и как. Сразу же после того, как Стеллу перестанет колотить в истерике. Сразу же после того, как бледный хромающий Снейп договорится о том, чтобы увести девушек без разговора с Тёмным Лордом. Сразу же после того, как Белла убедится, что её сестра окажется на максимальном расстоянии от всего, чем она может себе повредить. Словно случайно Люциус оставил в комнате, где происходило насилие, длинный острый стилет — тот, что остался из Блэковского приданого и когда-то принадлежал кому-то из родни Беллатрисы или Нарциссы… В комнате, в которой они переодевались перед приёмом, установилась тишина. Белла только успокоила бухающее сердце. Стелла только перестала всхлипывать и задремала тяжёлым сном, укутавшись в ветровку с капюшоном, Драко только перестал наворачивать нервные круги по комнате, сжимая блэковский стилет в бессильной злобе. Дверь в комнату распахнулась, и вошёл он. Повелитель. Драко тут же скользнул к камину, за спинку дивана, перехватывая стилет так, чтобы его спинка скрыла полностью. Стелла вздрогнула и проснулась, и тут же, едва она увидела, кто перед ней, её тело вновь начала бить крупная дрожь. Белла почтительно склонила голову. — Беллатриса, моя верная соратница, отчего же ты не встречаешь меня стоя? — прошипел Повелитель мягко, совсем беззлобно и тут же уставился своим изучающим змеиным взглядом на неё. — Повелитель, — Белла не встала — она не хотела ни на секунду оставлять сестру одну. Кажется, у её Господина сегодня неплохое настроение, значит, можно вновь поискать покровительства. Чувствуя, как у неё трясутся поджилки от страха, она негромко сказала: — Повелитель, прошу права крови. — Что же случилось? — Тёмный Лорд скользнул в кресло напротив и сел, повелительным жестом указав своей змее место подле себя. Белла вздохнула и, не поднимая взгляда, ответила: — Мой Повелитель, трое мужчин совершили насилие над моей сестрой. Так как в роду Блэк нет ни одного взрослого вступившего в наследие мужчины, то я вынуждена защищать честь своей сестры перед лицом Света, Тьмы и Магии. — Беллатриса, — негромко сказал Повелитель спустя секунду. — Ты говоришь неправду. — Что?.. — Белла вскинулась, чувствуя, как почва уходит у неё из-под ног. — Люциус, как муж твоей сестры, может делать с ней всё, что ему заблагорассудится, — от слов Тёмного Лорда у Беллы всё внутри перевернулось. — Но ведь это… ужасно! — выпалила она прежде, чем успела подумать. И тут же пожалела об этом. Внутренности скрутило, из горла вырвался хриплый всхлип, а конечности принялось выворачивать наружу. Стелла на её коленках негромко заплакала, сжимаясь в комочек. Едва пытка «Круцио» прекратилась, и Белла вновь смогла вдохнуть хотя бы немного воздуха, Повелитель гневно прошипел: — Ты ставишь наши древние устои под вопрос? Ты оспариваешь то, как жили наши чистокровные предки тысячи лет? Ты думаешь, что ты умнее, чем древний ритуал делёжки сильного своей женщиной с верными соратниками в честь праздненства? Белла всё ещё пыталась вдохнуть, но её молчание Тёмный Лорд принял по-своему. — Общение с миром магглов не прошло для вас обеих бесследно. Ну ничего, мы это исправим. Стоило всё же доверить вас в руки кого-то менее промаггловского, чем Снейп, и этого бы не произошло. — он поднялся с кресла. — Как низко вы пали в глазах чистокровного сообщества, леди. Вы почему-то обе решили, что можете быть свободны от ваших обязательств, раз вы теперь на задании. Я смею вам напомнить, что вы — всё ещё леди Лестрейндж и леди Малфой, а не две бордельные шлюхи из Лютного Переулка. Хотя, судя по вашим повадкам, я бы принял вас именно за них. Даже не смотря на то, что ваши брачные контракты временно приостановлены до достижения вами семнадцатилетия. — Мой Повелитель… — прохрипела Белла в бесплодной попытке оправдаться. — Я очень вами разочарован, — Тёмный Лорд обошёл своё кресло и встал к девушкам спиной, оперевшись на его спинку. Тишина, прерываемая лишь шуршанием дров в камине, зависла в комнате. Белла осторожно пыталась дышать, Стелла с головой спряталась под маггловскую ветровку, обнажив худые коленки в царапинах и ссадинах, едва прикрытые рваным нежно-розовым платьем. Драко переминался с ноги на ногу, прикидывая, успеет ли он метнуть клинок в спину Тёмного Лорда, или всё-таки его быстрее распылит на атомы по комнате. Разумно решив, что, скорее, второе, он разжал рукоять. Со стуком стилет опустился на спинку дивана, разорвав тягостное молчание. — Я жду от вас беспрекословного повиновения всем приказам и задачам. Не обсуждая. Не оспаривая. Просто — повиновения. — Тёмный Лорд вновь повернулся к девушкам. — Беллатриса, ты должна втереться в доверие к Гарри Поттеру. Он шага не должен ступить без того, чтобы ты об этом не знала. Самым лучшим способом будет поступление на Гриффиндор, как бы не казалась эта мысль отталкивающей и отвратительной. Это нужно для нашего общего дела. — Белла кивнула. Тëмный Лорд перевёл взгляд на Стеллу. — Нарцисса. Твоя основная задача на том же Гриффиндоре создать агентурную сеть с влиянием на остальные факультеты. Не стесняйся подкупать слабых духом и падких на звонкую монету детей, наша задача — усилить антипоттеровские влияния на факультете. Как доносят мои верные клевреты, его репутация сейчас просто ничтожна, так как он смеет утверждать, что я возродился, а у старика Дамблдора нет никаких фактов, кроме слов этого мальчишки. Дальнейшие задачи я буду доносить до вас с помощью Снейпа и Драко. Свободны! Белла не посмела ни слова задать своему Повелителю. Она молча помогла сестре встать, осторожно завернула окровавленный стилет, которым Стелла пыталась резать вены, в свою футболку. Стелла пустым взглядом проводила вышедшего из комнаты сына, натянула ветровку в бурых пятнах на разорванное платье и, не поднимая головы встала рядом с сестрой. — Надеюсь, мне не стоит напоминать вам, что, ещё одна подобного рода выходка, и я лично отзову вас с задания, и на этом всё закончится, в том числе — и ваши жизни. — Тёмный Лорд качнул рукой, и его змея устремилась к выходу. — И ещё, Беллатриса. Я отказываю тебе в праве крови. Я запрещаю тебе мстить.

***

Белла была разбита. Назад дороги больше не было. Пока сестра дремала в кресле, она медленно и планомерно накачивалась вином, закусывая отвратительными на вкус чипсами и слегка переспелым бананом. Не помогало. Не смотря на то, из вытянутой бутылки в её желудок перекочевало чуть меньше половины, а голова уже начинала плохо соображать, Белла всё ещё не могла поверить в то, что её Повелитель её предал. Она не могла поверить в это и в первый раз, тогда, на собрании. В её хмельной голове отказывалось укладываться то, что, едва только она перестала быть ему нужна, он уже готов избавится от неё. Это было больно. Белла привыкла к боли. Белла привыкла к ненависти. Но ту боль, что пробудилась в её каменном сердце сегодня, она просто так сдержать не могла. Когда она увидела сестру, расхристанную с стилетом в руке, она поняла, что в ней что-то окончательно надломилось. Тот стержень невозмутимости и злости, что не давал ей полностью сойти с ума все эти долгие годы в Азкабане, что выступал для неё маяком нравственности и всех её поступков, — он треснул вдоль, рассыпаясь в пыль. Сначала она почти поверила в семью, что даже такая отвратительно милая, как она, может кого-то интересовать, она почти успела поверить, что может просто жить, не убивая врагов, не неся возмездие во имя Повелителя, но, едва только стоило ей почувствовать себя почти счастливой, Люциус Малфой растоптал всё, что они строили, в прах. Белла привыкла к боли. Белла привыкла к ненависти. Но вот её сестрёнка, ах, эта милая белокурая девочка с наивными серыми глазами — нет. Она и так на удивление неплохо держалась этот месяц, ни разу не дав слабину по-настоящему, а ведь она была вырвана из своего тепличного мирка в жестокую реальность самым грубым образом. И вот теперь, Люциус вновь напомнил ей о том, где было её место. На кладбище. Люциус в этот раз был умнее. Девочкам через два дня было в Хогвартс, так что, лупить Стеллу по лицу они не стали. Зато всё её тело было усыпано синяками. На спине красовались пара сигаретных ожогов — за это Нотту, а это именно он курил сигареты, Белла уже отвела особое место в её списке на месть. Запястья Стелла уже расцарапала сама себе — явно осознавая, как сильно её репутация будет запятнана теперь. Платье, то самое, которое они с сестрой так долго выбирали, было во многих местах порвано и теперь никуда не годилось. Белла очень надеялась, что ей удастся как-то вырвать сестру из пучины боли, в которую её погрузили Нотт, Люциус и Яксли. Она пока не представляла, как, уже поклялась сама себе, что положит на это всю свою оставшуюся недолгую жизнь, если надо. И главное, запрет на месть. Белла бы с удовольствием намотала кишки насильников на этот самый стилет, но ведь нет, Тёмный Лорд самолично запретил ей. И от этого было ещё больнее. Белла взяла со стола стилет, которым до этого резала банан и внимательно осмотрела. Нет, туповат. Таким только колоть, а то, что собиралась сделать Белла, лежало несколько в иной плоскости. Она осторожно вытащила из хранилища нож, которым Снейп резал мясо и закатала левый рукав ветровки, в которую она уже переоделась. На предплечье красовалась она — Метка. Чудовищная, страшная. Она словно двигалась в такт её неровному сердцебиению. Белла взяла в зубы полотенце, несколько раз сжала и разжала кулак, борясь с первобытным страхом и, наконец, сжав кулак, коснулась запястья лезвием. Боль затопила её сознание, и на секунду Белла просто потеряла связь с реальностью от того, насколько это оказалось больно. Справившись с онемением, Белла поздно поняла, что сейчас зальёт кровью всю скатерть, и, на секунду отложив нож, подложила второе полотенце под руку. Голова, и без того кружившаяся от выпитого алкоголя, закружилась сильнее, и Белла вновь запоздало поняла, что, для начала, стоило бы обзавестись чем-то кровоостанавливающим. Но отступать было уже поздно, так что, она вновь стиснула зубы и, введя кончик лезвия под кожу, начала плавное движение вверх, с запасом повторяя очертания Метки. Пять минут мучения — и всё было кончено. Белла с омерзением сбросила со стола большой кусок кожи и, борясь с тошнотой, щедро плеснула себе из стакана на руку недопитым вином. От боли она прокусила толстое свёрнутое в валик полотенце насквозь. Едва она только смогла вновь соображать, она тут же осторожно протёрла края раны вымоченным в вине полотенцем и, добравшись до аптечки, сама себе наложила бинт, обычный, маггловский — насколько справилась. Боль в руке не отпускала, и Белла, подумав, хлебнула ещё вина из горла. Когда Снейп вернётся, нужно будет взять у него кроветворного и обезболивающего. Снейп вернулся минут через сорок, когда Белла почти отключилась — не то от кровопотери, не то от выпитого. Он был весьма плох. — Что случилось? — едва державшийся на ногах Северус, едва увидел окровавленную Беллу, подумал самое плохое. Он тут же раскрыл свою аптечку и всучил Белле два пузырька. — Быстро, пей, это остановит кровь. — Я просто разочаровалась в своих… ориентирах, — Белла выпила первый пузырёк, а затем — второй. — Сожги, пожалуйста, — она пнула Снейпу мусорное ведро, в котором на бананьей кожуре покоился кусок кожи. — Ты в своём уме вообще? — прошипел Снейп, заглянув внутрь. — Ты могла… хотя бы со мной посоветоваться? — Зачем? — Белла криво улыбнулась и отсалютовала окровавленным ножом. — Чтобы ты меня отговорил? — Беллатриса, ты неисправима, — закатил глаза Северус. Он качнул палочкой — и мусор из ведра тут же испарился. — Так не достаточно пафосно, — хмыкнула Белла, поёжившись от боли. — Ты победил? — Нет, — Снейп поморщился, потерев здоровенный синяк на лице. — Всё-таки, выстоять в одиночку против троих мерзавцев — это слишком даже для меня. — Жаль, — Белла потянулась было к бутылке, но Снейп её остановил. — Почему нет? — Оставь Нарциссе, ей нужнее. — Что же нам теперь делать? — Назад нет дороги, Белла, назад нет дороги.