Одна причина выжить - месть

— Одевайтесь, мисс Вальтер, — выдохнула мадам Помфри. Она макнула перо в чернильницу и, пока Стелла спешно натягивала на себя рубашку, поёживаясь от боли в только что перевязанных запястьях, что-то спешно начертала в пустой больничной карточке. — Эти шрамы… — она подняла голову от записей и пристально глянула на Стеллу; девушка смутилась и опустила взгляд. Этот вечно понимающий взгляд её смущал. — Профессор Снейп предупредил меня, что вам понадобится психологическая помощь. — Мне не нужна ничья помощь, — Стелла дрожащими пальчиками застёгивала пуговки рубашки, не в силах поднять взгляд на медведьму. Жгучий стыд заставил её щёки вспыхнуть. — Я справлюсь сама. — Вот так? — мадам Помфри кивнула на лежащий на столе бинт, которым она только что замотала Стелле запястья. — Это делу не поможет, я вас уверяю. — Я больше не буду, — твёрдо сказала Стелла. Она оправила рубашку и, расправив рукава, подняла взгляд. — Я… испугалась и смалодушничала. Сон не шёл к ней всю ночь, несмотря на то что она жутко устала; в голову лезли дурные мысли, жгучая боль стягивала раненые руки в мясорубке. Жуткие тени отступили, отказавшись от своей затеи по превращению её в одну из них. Или же нет? Они затаились, спрятавшись в тёмных уголках — её души и тихой, освещённой луной комнаты. Ночью вновь зарядил дождь, гулкие капельки стучали в прохладное стекло старого створчатого окна, на подоконнике которого сидела всю ночь, не сомкнув ни на минуту глаз, Стелла. — И всё же, — продолжила мадам Помфри спокойно, вырвав Стеллу из дремотного воспоминания. — Я думаю, вам стоит зайти ко мне после занятий. Также, если что-то случится, если… — она вздохнула и потеребила краешек рукава белого халата. — если вас что-то будет беспокоить, то расскажите об этом профессору Снейпу или вашему декану. Профессора Макгонагалл я тоже предупрежу. — Не надо! — воскликнула Стелла; мадам Помфри вздрогнула и нахмурилась. — Я вынуждена это сделать, ради вашего же блага, — вздохнула она, поднимаясь к шкафчику. Открыв дверцу, мадам Помфри что-то принялась искать среди множества пузырьков и колбочек. Стелла с ужасом наблюдала за тем, как медведьма перекладывает в сторону лекарства. Неужели… они хотят подсадить её на таблетки? — Прошу вас… — выдохнула Стелла стремительно леденеющими от ужаса губами. — Не нужно ничего никому говорить… — Почему вы так этого боитесь? — мадам Помфри развернулась к Стелле и застыла, скрестив руки на груди. — Я… — Стелла прикрыла глаза, отчаянно надеясь провалиться сквозь землю. — Это не нормально. — Разумеется, — мадам Помфри вздохнула. — Разве нормально — резать себе вены? Даже в вашей ситуации? — Они будут считать меня сумасшедшей, — пробормотала Стелла тихонько. — Они от меня отвернутся. — Возьмите-ка, — вздохнула мадам Помфри. Стелла открыла глаза и тут же отпрянула, едва не опрокинув кушетку и вешалку. Мадам Помфри протягивала ей небольшую склянку с ярко-красными пилюлями. — Я — не сумасшедшая! — воскликнула Стелла. Так они действительно хотят посадить её на таблетки, словно она — больная, словно она… — Это — просто лёгкое успокоительное, — примирительно сказала мадам Помфри. — Никто не считает вас сумасшедшей. У вас просто стресс, вызванный… травмирующим событием. Вы не можете с ним справиться самостоятельно, судя по тому, что рассказал мне профессор Снейп. — Я справлюсь сама, — вновь упрямо повторила Стелла, чувствуя, как в висках рождается несвойственное ей раздражение. Мадам Помфри всё с тем же отвратительно-понимающим взглядом протягивала ей успокоительное. Странная мысль материализовалась в самом углу сознания — а что, если правы, и она — действительно больна? Стелла тут же мысленно залепила себе оплеуху. Что она несёт? Она совершенно точно была уверена, что здорова! Но, словно памятник воплощённому упрямству, мадам Помфри всё так же протягивала заманчиво поблёскивавшую склянку. — Ладно, — буркнула Стелла, принимая таблетки. Хуже точно не будет. Мадам Помфри почти ласково улыбнулась. — Вот и хорошо, — она уселась за свой стол и черкнула вновь что-то в больничной карточке. — Не злоупотребляйте. Не более одной в день. — Я вообще не буду их пить! — Стелла злобно запихнула таблетки в самый дальний карман сумки и, вздохнув, откинула за ухо выпавшую тёмную прядь. — Я — нормальная! — Идите на пары, — вздохнула мадам Помфри.

***

Белла открыла глаза. С трудом села, откинув полог кровати и, нашарив голыми ногами тапочки, вздохнула и с усилием несколько раз приложила занудно звенящий будильник об прикроватную тумбочку; разумеется, после экзекуции он моментально заткнулся, напоследок горестно звякнув. — Она не меняется, — пробурчала Белла сонно, глянув на пустую, идеально заправленную кровать сестры. — И чего меня не разбудила? Теперь придётся стоять в очереди в душ. Ненавижу очереди! Ядовито-белый халат висел на вешалке возле входа. Всего один. Второй, такой же, в несвойственной Стелле манере небрежно валялся на окне, сиротливо прижавшись к мутному от стекавших по нему струй стеклу. — Ну и погодка… — пробормотала Белла, наскоро пригладив у зеркала непослушные вихры. — Под стать настроению. Настроение и впрямь было… странное. Такое бывает при долгом томительном ожидании чего-то. Вот вроде всё хорошо, всё идёт так, как надо, а что-то не даёт покоя, не даёт полностью расслабиться. Что-то… тёмное. Как будто там, в неосвещённых тусклым осенним светом из окна углах застыло бесформенной тенью… Уловив на самой грани сознания движение под столом сквозь зеркало, Белла тут же запалила Люмос на кончике и швырнула его туда; разумеется, там ничего не было. — Фуф, ну и на что ты надеялась? — хмыкнула Белла своему испуганному отражению в зеркале. Искра Люмоса под столом плавно угасла, вновь погружая комнату в сонную полутьму. — Паранойя не отпускает, Беллс? Так и до седых волос недолго… Хотя… Белла вздохнула и подошла к стеклу почти вплотную, так, что её тёплое дыхание начало оставлять серые следы на ледяной поверхности. Оттуда на неё смотрела щуплая угловатая девчонка — на голове её красовалась белая прядка, а на руке белел туго замотанный бинт. — Уже, — патетически констатировала Белла, разведя руками. Отражение повторило всё за ней — а как иначе положено отражению? — Ладно, хватит любоваться, надо спускаться! Кто же придумал такую большую лестницу? — бросив на своё отражение прощальный взгляд, Белла резко развернулась и быстрым шагом покинула комнату. Совсем не увидев, как её отражение злобно оскаливается ей в спину, а после сползает в густую тьму под письменным столом. — Ну и ну, — хмыкнула Белла, тревожно глянув на уходящую во тьму винтовую лестницу. До ближайшего окна было достаточно неосвещённого пространства, чтобы от души споткнуться и навернуться вниз кубарем, сбив кого-то из тех, кто будет спускаться по лестнице. — Ох, хорошо, что Стелла этого не видит… — пробормотала Белла, взмахивая палочкой. Флакон с её французским шампунем вмиг обратился в деревянную пластину, которую Белла с зловещей улыбкой разместила на перилах. — Погнали! Оттолкнувшись, Белла резво запрыгнула на перила, усевшись на импровизированное седло как на метлу и тут же с визгом скользнула вниз. Из ближайшей двери только выглянула чья-то вихрастая голова, но тут же всунулась обратно — никому не хотелось оказаться сбитым. Что-то одобрительно прокричали старшекурсницы, но Белла их не услышала — настолько быстро она мимо них пронеслась, только мелькнули удивлённые мордашки. От скорости и изгибов винтовой лестницы закружилась голова, а где-то внутри, на самой грани сознания мелькнуло что-то вроде… счастья? Белла отчего-то почувствовала такое облегчение, словно с её тёмной души на миг рухнул тяжёлый камень, как будто и не было всех этих тяжёлых лет, словно она — маленькая девочка. А ведь она ей и была сейчас! Лестница уже кончалась, внизу уже забрезжил тёплый и уютный свет камина; Белла тут же поняла, как сильно просчиталась. Ведь она не придумала, как будет тормозить! Она попробовала было схватиться за свисавший факел, но тут же передумала — пальцы сильно треснулись о металлический держатель, и руку тут же прострелило жгучей болью до самого плеча. Охнув, Белла схватилась за доску и отменила преобразование — и, стоило только заклятью развеяться, резко оттолкнулась от перил и, ловко перекувырнувшись в воздухе… …на всей скорости влетела носом вперёд в хмурого Поттера. Уизли со сдавленным вскриком успел отстраниться, когда перепуганный Поттер схватил Беллу за плечи, прижимая к себе в объятья. Инерция была столь сильной, что Поттер не устоял на ногах и рухнул на спину, отчего его нелепые круглые очки со звоном покатились по полу в сторону камина. Белла охнула, привставая над распластавшимся парнем; она больно приложилась коленками, оседлав Поттера сверху, как коня или метлу. Поттер же — ужасно тёплый — недоумённо глядел своими зелёными глазищами на Беллу, тщетно пытаясь восстановить сбитое от падения на спину дыхание. От его хмурого настроения и следа не осталось. — Д-доброе утро, — выдавила Белла, чувствуя, как её щёки предательски краснеют. Из приоткрывшегося тюбика с шампунем на Поттера медленно текла густая пахучая жидкость, заполняя гостиную лёгким запахом трав. — Д-доброе… — в унисон ей выдавил Поттер и тут же хихикнул. Рядом, закрывая рот руками, хрюкнул Уизли, ошалело глянув на развалившегося друга. Белла не сдержалась и тоже захихикала, наблюдая за тем, как смущённый Поттер пытается не глядя нащупать за головой отлетевшие очки. Уизли не выдержал первым. Рухнув на коленки рядом с Беллой и Поттером, он заржал, упёршись головой Белле в плечо; за ним расхохотался и сам Поттер, закрывая красное лицо руками. Белла и сама не сдержалась; скорчившись от смеха, она почти упала на Поттера, пачкая живот и коленки в густом зеленоватом шампуне. Её волосы пощекотали Поттеру руки, и он открылся, глянув на Беллу вновь; его взгляд скользнул по её губам вниз, по шее и груди к чуть распахнутому халату, туда, где её обнажённый живот запачкался в шампуне, туда, где их тела соприкасались. Его щёки тут же предательски вспыхнули; взгляд тут же взметнулся назад — вверх, к Беллиным губам и, застыв на них на секунду, вернулся к её густо-карим глазам. Кровь прилила к щекам Беллы с новой силой; поймав смущённый взгляд Поттера, она чуть приоткрыла рот, вдыхая такой прохладный воздух, пропитанный ароматом трав и… …со всего размаху залепила Избранному пощёчину. — За что? — удивлённо мяукнул тот, хватаясь холодной рукой за щёку; Белла тут же подскочила, словно её ошпарили — это было почти правда, учитывая то, насколько Поттер был тёплым. — Извращенец! — пропищала Белла, чувствуя, что её тело сводит предательской судорогой — оно хотело обратно. Мокрые коленки чуть повеяло холодком — Поттер больше их не согревал. Она резко склонилась и, схватив свой шампунь с его живота, быстро и не оглядываясь умчалась в душ, толкнув несколько зевак. — Вот ведь… девчонки, — выдохнул Поттер горестно, откидывая голову на густой ковёр; его щека горела от удара, а в носу свербил тонкий аромат шампуня. — Ведь сама на меня свалилась, а я теперь виноват. — Зато… зато она сразила тебя наповал… — простонал Уизли, вновь заливаясь хохотом.

***

— Девчонки, вы чего? — хмыкнула Джинни, усаживаясь на свободное место между сёстрами. — Что случилось? На вас лица нет. — Всё хорошо, — ответила Стелла, уныло ковыряя запеканку. Белла рядом вздохнула и оправила юбку. — Ну-ну, — протянула Джинни, выбирая банан поспелее. — Впрочем, ладно, привыкните ещё. Я, когда первый раз оказалась в замке, думала, что с ума сойду от страха. Ну, новое место, и всё такое… — Покажешь нам замок? — чуть оживилась Белла, поднимая голову. — А то мы ж ничего не знаем тут. — Да, без проблем! — хихикнула Джинни, раскрывая банан. Белла глянула куда-то в сторону входа, а после внезапно покраснела и уткнулась вновь в тарелку. Стелла скосила взгляд — там, куда глянула Белла, шли Поттер и Уизли, видимо, проспав. — Вам нужно освоиться тут как можно скорее, чтобы настроение у вас было повеселее! — хмыкнула Джинни, очевидно, не обратив внимание на странное поведение Беллы. — Да, ты права, — с облегчением выдохнула Стелла, поднимаясь. Забинтованная рука отозвалась гулкой болью. Ей явно стоило держаться подальше от Поттера, ведь её задание состояло в другом. — Мне пора на пары. — До урока ещё тридцать минут, — с сомнением протянула Джинни, глянув на свои маленькие наручные часики. — Успеешь, тебе до Биннса идти минут пять. Посиди, ты почти ничего не поела! — Спасибо за заботу, Джинни, — устало улыбнулась Стелла. — Я правда не хочу есть. — Ого, ты что, не выспалась? — настороженно нахмурилась Джинни. — У тебя такие круги под глазами… — Есть немного, — отмахнулась Стелла, вновь чувствуя несвойственное ей лёгкое раздражение. Сначала мадам Помфри, теперь девчонка Уизли… Что за заботливый тон, словно она больна или при смерти? — Ладно-ладно, — примирительно качнула головой Джинни. — Всё, не пристаю, поняла. У всех бывают плохие дни. Вон, Джордж с Фредом тоже чего-то притихли. Наверное, их Гермиона отчитала за то, что они объявление на доске разместили! Стелла подняла взгляд; и вправду, близнецы тихонько переговаривались, кидая нехорошие взгляды на неё. Стоило только им заметить, что она встала, они тоже синхронно поднялись с места и, покидав учебники в сумки, побрели к выходу из Большого Зала. «Разговора не избежать…» — поняла Стелла. — Что за объявление? — спросила Белла без особого интереса. Стелла поправила юбку и неспешно пошла к выходу — она оттягивала момент разговора как можно дольше. Краем глаза она заметила, что от стола Слизерина тоже кто-то отделился и направился в её сторону. Это было не к добру. — Так им нужны подопытные! — возмущённо выдохнула Джинни. — Они испытывают свои зелья на детях! Не бесплатно, конечно… Гулкое раздражение вновь ударилось о рёбра изнутри. Стелла гневно вскинулась. Идея отложить разговор тут же испарилась. Так эти полудурки испытывают свои вредилки на детях? Это ужасно! Как они могут делать нечто подобное?! В голове тут же всплыл образ перепуганного бледного Джорджа, который застыл на её коленках, его дрожащий голос… «Что ты с собой сделала?..» А следом — обнимающий сестру Фред, баюкающий её после затрещины Забини. «Ты как, солнышко?» И это — одни и те же люди! Её аж перекосило от раздражения. Зубы против воли сжались до хруста. До чего же двуличные, лживые люди! Гнев ударил ей в голову, сердечко затрепыхалось сильнее. Каблучки выбивали барабанную дробь по каменным плитам Большого Зала, а неспешно бредущие близнецы оказывались всё ближе. — Эй, малышка, куда спешишь? — раздался за её спиной голос, от которого непрошенные мурашки табуном пробежали по спине. — Ты всё ещё должна мне минет. Стелла не обернулась. Только что накатившееся раздражение сменилось внезапным страхом, но Стелла тут же запихала его в глубины сознания — не будет же он нападать при преподавателях! С трудом не сбивая шаг, она всё с такой же ровной спиной прошествовала к насупившимся братьям Уизли. Но не дошла — замерла на пол пути. — Эй, шлюшка, имей честь хотя бы оборачиваться, когда к тебе обращаются! — голос его был негромок, до ряда Слизерина он докатился — они мгновенно взорвались резким, неприятным смехом. Стелла с остервенением обернулась, резко повернувшись к нему лицом. Он был совсем рядом, на расстоянии вытянутой руки; в ноздри тут же ударил тяжёлый — и пугающий — запах одеколона. Стелла была готова поставить миллион галлеонов на то, что чёртов позёр специально купил себе одеколон, как у отца. — Нотт… — прорычала ему в лицо Стелла. Для того, чтобы храбро глянуть ему в карие, почти чёрные глаза, ей пришлось до хруста в шее задрать голову. С мрачным удовлетворением она заметила, как со стороны преподавательского стола сорвалась чёрная тень — декан Слизерина бдит. Белла тоже не осталась на месте, а за ней уже спешил и Поттер — и, мельком глянув на умилительно-разъярённое личико сестры, Стелла, наконец, почувствовала смелость. Ту самую, которую ей так не доставало последние двадцать лет. — Да? — Нотт был всё так же невозмутим. — Иди на хер. — Я оценил твою сучью храбрость, — в голосе Нотта было лишь ледяное спокойствие, но лицо чуть изменилось — он был явно удивлён тем, что Стелла огрызнулась. — Отец продал мне тебя за полпинты Огденского, так что, будь добра, отрабатывай свою плату. — Я вам не вещь, — руки у неё затряслись — то ли от страха, то ли от гнева. Скорее всего, и от того, и от другого. — Да ну? — насмешливо хмыкнул Нотт — его губы застыли в надменной усмешке, такой мерзкой, что Стелле тут же стало тошно. — В поезде ты была не такой смелой. — Чего ты хочешь? — голос её против воли дрогнул; его губы чуть изогнулись, обнажая клыки, как если бы он был вампиром. — Я же сказал, — проговорил он спокойно, как будто что-то объяснял маленькому ребёнку. — Ты мне задолжала минет. Отсос. Это когда девочка берёт становится на колени, расстёгивает мне ширинку… — Заткнись, — прорычала Стелла, отступая на шаг назад. Ей было настолько противно, что и без того скудный завтрак подкатил к горлу комом. Но тут же она упёрлась спиной во что-то тёплое, живительно тёплое и мягкое. — Кажется, мистер Змеёныш, вас жизнь ничему не учит, — хмыкнул за её спиной Джордж, кладя руку ей на плечо. Нараставшее напряжение тут же отпустило, словно его и не было, и Стелла облегчённо выдохнула. — Мы же сказали тебе, что тебе стоит реализовывать свои сексуальные фантазии на ком-нибудь ещё. Например, у Хагрида есть прекрасные соплохвосты, — Фред тоже был тут; Стелла сделала ещё шажок назад, обходя их и оказалась за спинами близнецов. — А, так вот почему они почти все передохли? — хихикнул Джордж, закинув руку на плечо брата. — Это ты к ним ходил, Нотт? — Я надеру ваши рыжие задницы быстрее, чем вы успеете пискнуть слово «квиддич», — недобро оскалился Нотт; его рука скользнула к палочке. — Мистер Нотт, — раздался за его спиной голос; Нотт тут же опустил руки и расслабился. — Доброе утро, профессор Снейп, — улыбнулся он, оборачиваясь. Близнецы напряглись, заслоняя своими спинами Стеллу. — Я погляжу, тут назревает конфликт? — голос профессора Снейпа был спокоен — Стелла настолько привыкла к его куда более живому и бархатному баритону дома, что голос Снейпа-учителя показался ей задушенным и чужим; она даже привстала на цыпочки, чтобы проверить — точно ли это профессор Снейп? Взгляд его тёмных глаз на секунду задержался на ней, губы изогнулись в гримасе отвращения, словно ему под нос подсунули телегу с навозом. — Нет, ну что вы, профессор, — усмехнулся Нотт; глаза его недобро блеснули. — Вот как, — профессор Снейп отвёл взгляд от Стеллы и зафиксировался на близнецах. — Минус десять баллов Гриффиндору за подстрекание драки. — Что? — выпалила Стелла. — За что? — Было бы за что — я бы снял двадцать баллов, мисс Вальтер, — скривился профессор Снейп. — Вот как… — пробормотала Стелла негромко. Близнецы перед ней злобно сопели, опустив головы; Нотт победоносно глянул на неё, и она всё-таки опустила взгляд. Так Северус на них так сильно зол? Почему же он попросил мадам Помфри за ней приглядеть? И почему он так разозлился на них? — Что тут происходит? — раздался звонкий голос Беллы. Стелла вновь подняла голову, но профессор Снейп уже пересёкся с Беллой взглядом; та дрогнула и стушевалась. Следом за ней подошёл Поттер. — Ты-то что тут забыл? — щёки Беллы полыхнули, когда она обернулась на Поттера. Тот удивлённо отступил на шаг назад. — Ещё и массовая драка, — удовлетворённо сказал профессор Снейп. — Теперь вы просто снятием баллов не ограничитесь. Мистер Поттер, мисс Вальтер-младшая, жду вас сегодня вечером в своём кабинете — думаю, там скопится достаточно грязных котлов, которые должен кто-то отдраить. Без применения магии, разумеется. Профессор Снейп резко развернулся и, взмахнув своей мантией, чуть прихрамывая удалился в сторону стола преподавателей. За ним неспешно отправился и Нотт — улыбаясь так, словно только что в одиночку выиграл кубок школы. — Охренеть. — только и сказала Белла. — За что это он на нас так обиделся?