Damn it

Яркое солнце окутало город своими тёплыми лучами, создавая приятную атмосферу и лишний повод для прогулки. Прохладный ветерок будоражил кожу, развевая короткие волосы парня, которые словно тысячи мягких иголочек дрыгались из стороны в сторону, что выглядело весьма забавно. Двуликий сидел на крыше высокого здания, наблюдая за видом сверху. Людей на таком расстоянии можно сравнить с букашками. А, хотя постойте. Они разве такими не являются? Чего от них полезного? Даже сразиться толком не с кем. Только то и делают, что проблемы создают да помощи просят. Распространяются по планете с завидной скоростью, бегают туда-сюда, много гадят, трусят, убивают, лгут, бросают и прочее, толку от них никакого. К тому же, именно люди своими негативными эмоциями создают проклятия, убивающие их, даже самих от себя защититься не способных. Ну что за нелепость? Так почему Рёмену нельзя их убить? Их же всё равно дохуя и больше! Да, не все плохие, но кто сказал, что они ими не станут со временем? Прогнивший мир и его общество всегда были для парня предсказуемыми - совершали одни и те же поступки, произносили до тошноты очевидные речи, и так далее. – О чём задумался? – над ухом раздался знакомый голос. Сукуна вздрогнул, обернувшись. – Ты чё такой дохера внезапный? – Просто умею удивлять, – лукаво усмехнулся Сатору и присел рядом, упёршись локтями на колени. – Так о чём размышляешь? – Об этом прогнившем мире и его обитателях. – О-хо-хо, ни одного мата в предложении! Так ты сходил к логопеду, как я советовал? – наигранно удивился Сатору и тут же получил толчок в плечо. – Ой, да заткнись, а. – фыркнул Сукуна, опёршись о ладонь подбородком. – Красивый вид. – Нет. – Почему? – Тут не на что смотреть, скоро всё будет выглядеть ещё хуже. – Ну так тем более. – Оптимист. – Ты действительно считаешь весь мир своим врагом? – Он мне не противник, – Рёмен смотрел куда-то вдаль, бросая взгляд на тёмные тени высоких, массивных зданий. – просто он мне отвратителен. – А… – Ты тоже. – перебил его Сукуна. – Как обидно! – расстроенно протянул старший, драматично приложив ко лбу тыльную сторону ладони. Впрочем, как и ожидалось, в этот же момент он вернул себе своё прежнее настроение. – Но ты не прав. – В чём? – В нём есть и свои плюсы. – Например? – Кондитерская выпечка! – Сукуна закатил глаза. – Ты хоть раз пробовал сладкое? – Не любитель. – Ты серьёзно? Как ты можешь таким быть? – Сатору пошарился по карманам и вынул оттуда маленький, жёлтый, завёрнутый в прозрачную обёртку леденец, протянув напарнику. – Держи. – Я не хочу. – Я тебя не спрашивал. – А ты спроси и я скажу «нет». – Мне тебя заставить? – серьёзно предложил Сатору. – Только попробуй и я за себя не ручаюсь, – Сукуна вздохнул, грубо выхватывая из чужих рук конфету. Сатору ехидно улыбнулся, но промолчал. Порвав пополам, Сукуна небрежно избавился от фантика и закинул леденец в рот, хмуро отводя взгляд. Карамельная сладость окутала язык, приятно разливаясь внутри паточной жидкостью. – А если серьёзно? – всё же спросил Сукуна, языком перемещая леденец меж щёк. – Плюсы? – получив утвердительный кивок сбоку, Сатору продолжил. – Не все люди становятся плохими, иногда это работает наоборот - плохие меняются в лучшую сторону. А бывает, что добрые люди всю жизнь такими и остаются, ни смотря ни на что. – Так не бывает. – Бывает. – Люди слабые. – Очень. – Они о нас и понятия не имеют. – Не имеют. – Ты же и так всё знаешь, так почему мы их защищаем? – Ты сам ответил на этот вопрос, – Сатору вдруг спрыгнул с крыши и завис в воздухе, на уровне с её краем. Затем принял позу лёжа, подложив руки за голову. – Слабых защищать положено, а они слабы не только физически, поэтому знать им об этом тоже не стоит. Думаешь, будет лучше жить в мире, где обычные люди шугаются каждого шороха, боясь ненароком подумать не о том, чтобы не навлечь на себя проклятие? – Идея заманчивая, но это быстро наскучит, – согласился Сукуна, окинув парящего в воздухе скептическим взглядом. – Пусть живут в неведении, у них и так психика впечатлительная, да жизнь без возможностей, каких у шаманов придостаточно. – Доброта из тебя так и прёт, – хмыкнул Рёмен, надкусывая излюбовавшуюся конфету. Нужно будет пересмотреть возможности сладостей. – На правду не обижаются, – энергично, но беззлобно констатировал Сатору, поднимаясь ввысь, как по ступенькам, и приземляясь вновь на твёрдую поверхность. – Легко тебе говорить, Сильнейший, – фыркнул Рёмен, произнося прозвище с издёвкой. – Ещё бы, я уже бывал на самом дне. Повисла минутная тишина. Двуликий хотел было спросить, о чём тот, но не стал. Будет он ещё расспрашивать, больно надо. Совсем не интересно. – Долго здесь сидеть будешь? – спросил Сатору, уже собираясь уходить. – Иду, – бубнит Сукуна, засовывая руки в карманы. Скоро из-за Сатору этот жест у него в привычку войдёт. Палочка от уже съеденного леденца летит прямо в урну, что стояла где-то неподалёку. Солнце опустилось за горизонт, меняясь с луной местами. Крыша пустует в полумраке, а прохладный ветерок смывает невидимые следы дорогой подошвы, оставленные этим малиновым вечером. Парни не спеша шли по безлюдной, освещённой янтарными фонарями дорожке. Практически незаметный ветер задевал тёмно-зелёные листья, затряс кусты у дорог и местных клумб. – Слышь, ты зачем за мной увязался? – спросил Сукуна, бросая хмурый взгляд из-под лобья. Внутри же что-то еле отчётливо трепетало, но практически незаметно. – Мне скучно. – Вали спать. – Я не хочу, у меня всё равно будет бессонница. – По чём знаешь? – Просто знаю и всё. Сукуна призадумался. Он.. – Плохо спишь? – Да нет, – Сатору взглянул в тёмное небо, немного задрав голову. – бессонница меня редко посещает, но меня это не волнует. – Ну так тем более вали спать. – Неа. – Тц, тогда иди в задницу. – Конечно. Они свернули за угол и вдруг остановились. В нескольких метрах от них стояла пара, в чём Рёмен сомневался. Парень притеснял девушку, наклонившись над её полуопущенным и нервным взглядом. – Девушка, – слащавым тоном протянул он. – Вам помощь не нужна? – Нет, спасибо, – её голос был тихим. Похоже она пытается сохранить спокойствие. – Ну чего же ты, – сразу перешёл на «ты»? — не ломайся. – Что Вам нужно? – её голос еле отчётливо задрожал и девушка сжалась, стараясь отойти от незнакомца подальше. – Ты очень красивая, – он положил ладонь на бетонную оградку позади. – воровка, украла моё сердце. Рёмена чуть не стошнило и его лицо перекосилось. Сатору, взглянув на напарника, прыснул в кулак. – Что Вы такое говорите? – он стал приближаться, но девушка толкнула его ладошками, не опуская их. – Вы мне не приятны. Пожалуйста, оставьте меня в покое. – Ну куда же ты, – он схватил уходящую незнакомку за руку, потянув на себя. На его лице проскользнула нотка злобы. – Не уходи, я же тебе помочь пытаюсь! Сукуна бы и рад пройти мимо, не его это проблемы, но - взгляд переметнулся к Сатору - мысль о том, что может сделать этот придурок начинает его неистово раздражать. Рёмен цокнул языком. Какого хрена он вообще об этом думает? – Эй. – окликнул парня Двуликий, приближаясь. – Чего? – незнакомец поварачивается с явным раздражением, но не успевает ничего сделать. Ударяя по физиономии с явным наслаждением, Сукуна с размаху впечатывает его в соседнюю стену здания. Девушка вскрикивает, шокированно прикрывая рот рукой. Глухой удар о бетонную поверхность только усугубил положение, и стены́, и незнакомого, но Сукуна это совершенно не заботит, он лишь отстраняется, брезгующе отряхивая ладонь. – А как же те несчастные, чей дом ты повредил? – к нему подходит Годжо, негодующе вздыхая. – Я ничего ещё не сделал. – Двуликий засовывает руки в карманы, хмуро отварачиваясь в сторону. – Здесь, – Сатору указал пальцем на стену перед ними. – теперь красуется вмятина. – И что? – Аккуратнее нельзя было? Боже, – Сатору измученно вздыхает. – теперь мне отчитываться за твой зад. – Твои проблемы. Девушка удивлённо наблюдает за непринуждённым диалогом парней, словно всё только что произошедшее в порядке вещей. И это… как-то пугает. Она собирается уходить - вдруг они и с ней захотят что-нибудь сделать - но они даже не обратили внимания. Парни спокойно повернулись и пошли своей дорогой. Сатору, на мгновение обернувшись, улыбнулся и подмигнул, после чего они исчезли за поворотом. Девушка изумлённо проводила их взглядом, держать за собственную одежду. Вдруг она вспомнила, что даже не поблагодарила их за помощь. Незнакомка спешно двигается с места, надеясь догнать, но за поворотом никого уже не было - парней и след простыл. Она безутешно вздыхает, отпуская свою блузку, за которую держалась всё это время, и смотрит куда-то вдаль, размышляя, куда они исчезли и не привиделось ли ей. – Ну что за раздолбай. – фыркает Годжо, проходя между деревьями. – Кто бы говорил. – Сукуна чешет затылок, всё никак не привыкший к внезапным телепортам старшего. И почему именно тёмный лес в такое время? – Как бы ты снова что-нибудь не разгромил, герой несчастный. – Ну так следи тщательней! – наигранно кидает Двуликий, изображая из себя задолбавшегося. Захотелось влепить себе подзатыльник. И что он сейчас сморозил? – Вот значит как, – Годжо удивлённо смотрит на напарника, затем лукаво улыбается и подходит ближе. – хорошо, ты сам попросил. – Я не прос… Эй! Сатору толкает Рёмена, заставляя упасть на дерево позади, и садится сам. Он замолкает, наклоняется и сталкивается с ним лбами, не отрывая при этом внимательного взгляда от чужих глаз. Сукуна недоумённо смотрит на того из-под лобья, но отстраниться не имеет возможности. Внезапно он вспоминает случай с его рукой и сердце невольно начинает биться быстрее, щёки розовеют, а глаза растерянно бегают куда угодно, лишь бы не на нахального оппонента перед собой. – Ч-что ты творишь?! – Проверяю температуру, – легко говорит Годжо, улыбаясь, и отстраняется. – ты так пыхтел сегодня, как бы снова не заболел ненароком. – Иди ты! – Рёмен отводит укоризненный взгляд в сторону и рассеянно закрывает лоб ладонями. Бросил на землю ни с того, ни с сего, нормально вообще? Когда-нибудь Двуликий точно его прибьёт и тогда Сильнейшему будет не до смеха. А с Двуликим что? Встав, Сукуна отряхнулся и последовал за старшим. Действительно, с чего бы телу так реагировать на, казалось бы, обычные действия? Тем более со стороны Сатору, это же глупо. Может, тахикардия? Он рехнётся с таким напарником.

…

Сатору одним ловким рывком притянул Сукуну за талию, прижимая к себе. От неожиданности, Сукуна уткнулся тому в грудь, неловко стукнувшись о ключицу носом. Когда он поднял недоумевающий взгляд на невозмутимо улыбающегося Сатору, то сразу попытался отстраниться, но разница в силе не дала ему и шанса. Сам того не замечая, Двуликий слегка побагровел. И неизвестно от чего конкретно - то ли от злости, то ли от смущения. – А ну отпустил! – рыкнул младший, пыхтя. – А волшебное слово? – любезно поинтересовался Сатору, широко и лукаво улыбаясь. – Пшёл нах! – а Сукуна начинал закипать. – Неправильно, – прискорбно произнёс Годжо, тут же меняясь в лице и резко наклоняясь к напарнику. За долю секунды он оказался так близко, что их носы почти соприкоснулись. Сукуна почувствовал чужое дыхание, опаляющее кожу, и неожиданно ощутил ещё больший жар на щеках. На своих щеках. Что? … – О, Сатору, откуда у тебя это? – удивлённо поинтересовалась Сёко, поглядывая на запястье друга. – А, Сукуна укусил, – с усмешкой ответил тот, непринуждённо махнув рукой, на которой ярко красовался немалых размеров след от чужих зубов, точно не похожих на людские. "Ты отключаешь бесконечность рядом с ним...?" - Шоко вопросительно посмотрела на своего сверстника, но посчитала вопрос ненужным. – Сукуна укусил? – изумилась девушка, чьё лицо почти не поменялось. – Он что, бешеный? Сатору лишь засмеялся. Один бог знает, что между ними происходит.