Красавчик и чудовище

***

Брок опять проснулся через час после отбоя и никак не мог уснуть. В голове был бардак. Мысли нестройным роем носились по кругу. Хотелось дернуть какой-нибудь стоп кран, нажать тумблер и отключить весь мозг разом. Брок тяжко вздохнув, повернулся к стене, уперся лбом и несколько раз гулко об неё стукнулся. Потом оглянулся через плечо и прислушался. Баки спокойно спал, и Брок позавидовал его выдержке. Хотя после всего того, что ему приходилось выносить в Гидре, это вынужденное «заключение на двоих» выглядело, наверное, детской забавой для него. Броку внезапно вспомнилось, как однажды он проходил мимо так называемой «процедурной» и видел как того привязывали к специальному железному столу, практически распиная на нём. Через приоткрытую дверь Брок видел лицо Зимнего Солдата спокойное и безэмоциональное как обычно, разве что немного удивленное и задумчивое. Но глаза… Большие, чистые, широко открытые глаза...Они так спокойно и доверительно смотрели...Он так доверчиво отдавался в руки живодерам, потому что опять, ни хера не помнил, что они с ним делали вчера, позавчера или двадцать лет назад… Брок отвернулся тогда не в силах смотреть на все это, и прошел мимо по своим делам. Но потом долго еще вспоминал этот взгляд и жмурился, стискивая зубы, в очередной раз, убеждая себя, что сам он сделать все равно ничего не может, так и не зачем маяться. Брок не знал, что с ним тогда делали, и очень надеялся, что никогда не узнает. А также он надеялся, что и сам Баки этого не помнит, и ему все это как обычно затерли потом. «А что если помнит? Не потому ли его начинает трясти ни с того ни с сего по ночам? Может как раз от воспоминаний, которые приходят нежданными гостями в его многострадальную голову…?» Броку внезапно стало так противно и тошно от себя, от Гидры и от всей человеческой натуры в целом. «Что же мы за звери такие, что можем вот так просто и спокойно измываться над таким же человеком, как и мы сами? Просто взять и решить, что нам это позволено, что мы имеем на это право, а он имеет право только страдать в наших руках. Медленно, но не до конца умирая, «полужить» и уже практически даже не пытаться сопротивляться, уже практически искренне считая, что так и должно быть, и так было и так будет всегда? Мы на голубом глазу считаем, что все это оправдано и обосновано. О, да! Себя и свои поступки мы всегда оправдаем, любую мерзость любую подлость, любую гадость, если нам надо убедить себя, что мы правы, то мы оправдаем что угодно!» Ночью Броку приснилось, как он сам лежит на том самом холодном железном столе, привязанный толстыми ремнями за руки, ноги, шею, торс, бедра. Не способный ни шевельнуться, ни чуть сдвинуться. Лежит и смотрит в потолок, считая минуты, часы, дни, недели и мучительно ожидая, когда вся эта пытка, наконец, закончится хоть чем-то. Хоть чем-то! И смерть кажется избавлением и великим счастьем на фоне всего этого ада, но ему и она недоступна, как и все остальное. - Утром Брок проснулся разбитым и еще более раздраженным, чем в последнее время. Его бесконечно бесило это вынужденное безделье, эти обшарпанные стены, эта адская еда, мерзкое питье, проблемы, из-за которых они тут оказались, Гидра и вообще все на свете! Баки, видя все это, старался держаться от него подальше насколько это было вообще возможно при данных обстоятельствах, ничего не говорил, не спрашивал, не спорил, читал свою очередную дурацкую книжку и бесил этим Брока еще больше. — Блять, не могу больше жрать эту херню! — рявкнул Брок отпихивая от себя стакан с лапшой. Баки быстро взглянул на него, отвел взгляд и перелистнув страницу продолжил чтение. — Такое ощущение, что мы в тюряге! — не унимался Брок. — Ненавижу чувствовать себя в шкуре зайца, который чует за спиной собачью свору и жмётся к земле, в надежде, что не заметят. Отвратное чувство! Баки перелистнул еще одну страницу и продолжил вчитываться в «руководство по уходу за лежачими больными» на немецком языке. — Может, скажешь что-нибудь? — не выдержал Брок. — Или я так и буду тут сам с собой как псих? — Терпи. — Не поднимая глаз, выдохнул Баки, продолжая чтение. — Да заебался я уже терпеть! Всю жизнь терпел! Херней всякой занимался, понимал, что херня и все равно занимался, терпел! И ты терпел! Терпилы, блять… Баки внезапно отложил книгу встал, подошел к полке и, достав оттуда древний радиоприёмник включил его. — Что ты там делаешь?.. — оглянулся Брок. Баки долго настраивал приемник, оглушая шипяще-скрипящими звуками, от чего Брок кривился и зажимал уши. Наконец поймав какую-то волну, Баки настроил её, и комнату заполнила тягучая ретро музыка. — Что это? — буркнул Брок. Баки не отвечал, вытянув складную антенну и пытаясь установить ее так, чтобы звук не пропадал. — Выруби, нас не должно быть слышно, — наморщил нос Брок. Баки, не слушая его, продолжал настраивать антенну. — Выруби! Я заткнусь, если ты не хочешь меня слушать! — повторил Брок. Затем вскочил с места и, решительно подойдя вплотную, сам выключил радио. Баки уставился на него с осуждением, и в то же время слегка сочувствуя. — Я же сказал, — очень тихо и напряженно повторил Брок глядя ему в глаза, — выруби!!! Баки скривил один уголок губ и шагнул обратно к своему матрасу, но Брок внезапно вскинув руку, приобнял его за пояс и остановил. — Стой… — произнес он не глядя. Баки замер на месте. — Я реально псих… Не обращай внимания, ладно? Я срываюсь на тебе, потому что тут только ты. Но ты ни в чем не виноват. Ясно? Просто мне херово и я кусаю все, что вижу. — Я знаю, — тихо ответил Баки. — Ты всегда так делаешь. Брок хмыкнул. — Что, правда? Ну и сволочь же я! Представляю, как я тебе надоел уже… Баки посмотрел на него в упор и толкнул его руки вниз, расцепляя и высвобождаясь. — Не надоел. Броку почему-то ужасно не хотелось выпускать его из своей хватки, хотелось наоборот прижать посильнее, обнять зачем-то, стиснуть аж до хруста костей. Удержать, зарыться носом в его волосы, закрыть глаза, забыться, отрешиться от всех проблем. Передохнуть от всего этого гнетущего пресса обстоятельств… Но он опустил руки и с тоской смотрел как Баки уходит обратно к себе на матрас, а потом забыв обо всем на свете снова читает свою дурацкую книгу. - — Заебала эта дрянь! — поморщился Брок не в силах проглотить очередную порцию лапши. — Ощущение, будто пластмассу жру… Баки сидел напротив и не спеша пил свой кипяток, разглядывая картинки в журнале для наклеек, — последнее, что он еще не прочитал в этой квартире. Брок отодвинул от себя картонный стакан, так и не осилив доесть до конца. — Уж лучше сух паёк жрать. Там хоть какое-то разнообразие. И десерт даже есть… Баки допил воду и отставил кружку, журнал выскользнул из-под его железной руки и шмякнулся на пол. Он встал и нагнулся за ним, а Брок вновь уставился на его ладный, упругий и выпуклый зад, плотно обтянутый черными джинсами. В этот раз у Брока хотя бы имелось оправдание, что он не пялится туда специально, а Барнс практически сам подсовывал его сейчас ему под нос. Внезапно Брок подумал, — «а что если он специально его дразнит?.. Провоцирует?.. Раньше вон ничего не ронял, не поворачивался постоянно спиной, не расхаживал тут туда-сюда перед самым его носом! А сейчас только и знает, что попой крутит! Еще и так медленно все и плавно делает, прямо соблазняет, только музыки не хватает… Наверняка он это специально! Как пить дать! Издевается…? А может сам тоже хочет…? Хочет, чтобы Брок его хорошенько отодрал?.. Вот прямо тут на столе… Разложил бы и отымел по полной, не жалея… Чтобы кричал и стонал и дышал как загнанный пес…» — Брок! — Раздалось совсем рядом, и тот, вздрогнув, растерянно покосился на обеспокоенно глядящего на него Баки. — Чего…? — смущенно кашлянув в кулак и растирая глаза ладонью, фыркнул он, отгоняя навязчивые мысли из головы. — Я сказал, — давай разогреемся, если хочешь! — повторил Баки. Брок перестал тереть глаза и взглянул на него ошарашенным взглядом. — В каком… смысле…? — едва проглотив слюну, выдавил Рамлоу. Баки некоторое время смотрел на него как на тяжело контуженного, потом пододвинулся ближе и зачем-то потрогал лоб. — Ты не заболел? Выглядишь как-то странно… — Не неси чушь! — огрызнулся Рамлоу. — Просто затрахался тут сидеть, сил нет! Скоро выть начну! — Ну, так давай разомнемся! — повторил Баки и, отойдя в сторону, подальше от стола повернулся к Броку спиной. Несколько раз раскинул и свел руки, разминая грудные мышцы. Скрутился на один бок, на другой. Присел пару раз поочередно на каждую ногу. Нагнулся, обхватывая то одно, то другое колено, растягивая заднюю поверхность бедра. …И Брок окончательно потерял способность думать. Словно под гипнозом, он шагнул к разогревающему мышцы напарнику, тот как раз выпрямился, все еще стоя к Броку спиной, а Брок жадно обхватил его ладонями с широко расставленными, чуть трясущимися пальцами за бока, мягко тягуче огладил, спускаясь вниз по бедрам, и сильно сжал ладони на ягодицах… Пришел в себя Брок от удара спиной и затылком об полку с книгами. Что-то с хрустом треснуло, Брок взмолился, чтобы это был не позвоночник. Он упал, а сверху на него посыпались книги и треснувшая деревянная полка. — Бляяять… — простонал Рамлоу, закрывая голову руками. Когда «книгопад» закончился, Брок еще некоторое время не шевелился, потом скинул с себя полку, книги и, держась за спину, медленно поднялся. Баки стоял напротив, не шевелясь и глядя на него исподлобья, и Брок боялся посмотреть ему в глаза. — Прости… — простонал он, скрючившись как старик, и жмурясь от боли. — Слушай, извини… Не знаю, что на меня накатило… Крышу рвет… Прости! Он, наконец, решившись, быстро глянул на напарника. Лицо Барнса почти ничего не выражало, зато взгляд мог реально убить, если бы Брок был чуточку менее психологически устойчивым. Решив не искушать судьбу, Рамлоу отвел глаза, еще раз зажмурился, проклиная себя на чем свет стоит, и заковылял к своему матрасу, будто столетний старик. Опустившись со стоном на кровать, он шумно выдохнул и накрыл лицо руками. Судя по всему, Баки шарахнул его с разворота живой рукой, и Брок мысленно его поблагодарил за это, даже не желая представлять, что бы с ним было, если бы он двинул со всей силы железной. В комнате висела напряженная тишина, и Брок понимал, что ему надо что-то еще сказать или что-то сделать. Потому как им еще целый день сидеть вместе в одной комнате и целую ночь спать рядом, не говоря уже о прочем. Но что тут можно было сказать…? Брок протяжно и шумно выдохнул и поднял лицо. — Слушай… — вздохнул он, — Мне нужен секс…регулярный секс. Я без него не могу, начинаю с ума сходить потихоньку. А мы целый месяц потратили на подготовку, теперь вот тусуемся тут безвылазно. У меня уже рука в мозолях, мне хочется хоть кого-то живого! Хоть какого-то человеческого тепла… А мы торчим тут. Раньше я бы уже кого-нибудь подцепил по-быстрому. Я может и не такой красавчик как ты, но бабам тоже всегда нравился. Но теперь с моей рожей, по-быстрому со мной ляжет только шлюха за большие бабки, а их у нас пока нет. И времени нет… И вылезать нельзя… Вот меня и корёжит со страшной силой! — И ты хочешь, чтобы я снимал твое сексуальное напряжение вместо шлюх…? — произнес ледяным тоном Баки, после небольшой паузы. — Блять, херово звучит… — фыркнул Брок и снова на секунду зажмурился. — Ничего я уже не хочу… Спасибо, что не убил! И он со стоном улегся на матрас и закрыл глаза. - Проснулся Брок под вечер и ощутил, что болит у него все разом, а вспомнив из-за чего, испортил себе еще и настроение. Покосившись на напарника, Брок слегка приподнялся, проверяя работоспособность всех своих многострадальных органов. Баки снова что-то читал сидя у себя на матрасе, как ни в чем не бывало. Книги он собрал и сложил стопкой на столе. Поломанную доску пристроил сверху. И, казалось, что будто ничего не произошло. Брок решил, что лучше всего так себя и вести, — будто ничего не произошло. Он сел потянулся, — в спине тут же что-то хрустнуло, и он охнул. Потом аккуратно встал и пошел в туалет. Вернувшись, крутанул поочередно обеими руками, немного повертел корпусом и решил сделать легкую разминку, чтобы разогнать кровь и вправить позвонки, которые, как ему казалось, он выбил, когда врезался в полку. Размахивая руками и ногами, он то и дело косился на Баки. Тот не поднимая глаз читал. Правда, подозрительно долго не перелистывая страницу. — Эй, ты хотел размяться…? — неожиданно произнес Брок. Баки некоторое время продолжал читать или делать вид, что читает, потом поднял глаза и зыркнул на Рамлоу. — Давай, Красавчик, иди сюда! — поманил его тот, шуточно дразнясь и прыгая на месте. Баки опустил лицо, некоторое время казалось, будто он решил проигнорировать Брока, но потом он отложил книгу и встал, хрустнув костяшками живой руки о ладонь железной. Броку стало не по себе от этого звука, но он не подал вида. — Давай, шевелись, сонная муха! — вновь шутливо поддразнил он его, отрабатывая удары в воздухе. Баки с каменным лицом не спеша подошел к Рамлоу и уставился на него, не моргая. Брок еще пару раз махнул в воздухе рукой, делая серию выпадов, и отступил к стене, вставая в стойку. Баки шагнул еще ближе, расставил ноги по шире, чуть присел и повернул корпус немного боком. — Давай! — выдохнул Брок и шагнул вперед, осыпая Баки градом ударов, — сверху, снизу в бока. Бил, правда, он в пол силы, но все равно ощутимо. Баки отступал, ставя блоки железной рукой, а живой отмахиваясь и иногда нанося не сильные ответные контрудары, которые Брок легко парировал. Лицо его по обычаю ничего не выражало, но глаза недобро сверкали. Дойдя до противоположной стены, в которую почти уперся спиной Баки. Брок остановился и резко выдохнул, утирая выступивший на лбу пот. — Теперь ты, — произнес он, немного отдышавшись, и призывно махнул ладонью. То, как посмотрел на него напарник, вновь заставило Брока слегка поежиться внутренне, но он опять не подал вида. Баки встал в стойку и первым ленивым ударом отбил руку Брока в сторону, словно отмахнулся от комара. Снова шагнул и махнул кулаком перед его носом, затем снова. Постепенно и незаметно скорость его действий увеличивалась. Брок сперва легко отбивал, блокировал и уворачивался от всех его ударов, потом тяжелее, потом с трудом, потом Баки взял такой темп, что его руки мелькали в воздухе, будто лопасти пропеллера, и непонятно было не то что, куда он ударит, а даже, где вообще они есть! Брок пятился все быстрее и быстрее, коряво отбивался, пропуская удары по лицу и в живот, а под конец уже просто зажмурившись, и втянув шею, закрывал голову, быстро пятясь и отскакивая назад под градом ударов. Когда Баки врубал эту свою серию «комбо-связок», остановить его было практически нереально. Он пер как танк, сменяя один прием другим с такой скоростью, что ты не успевал даже понять, что происходит. — Стоп, стоп! Хватит, угомонись! Хватит!!! — заорал Брок впечатавшись спиной в стену и получив пару чувствительных ударов по ребрам и в ухо. Баки замер на месте и медленно опустив руки выпрямился. — Я же извинился! — обиженно рявкнул Рамлоу потирая ушибленные места. — Что теперь до конца жизни злиться на меня будешь? Баки молчал, прожигая его взглядом. — У тебя реально классная задница, даже меня проняло! Считай это комплиментом и не злись! — фыркнул Брок. — Круче разве, что только у Роджерса была… Реакции Брока едва хватило, чтобы успеть резко присесть. От удара железной рукой в стену, в ней образовалась внушительная вмятина и на Брока посыпалась кирпичная крошка и штукатурка. — Сдурел совсем?! — вскочил на ноги Рамлоу. — Давай, разнеси тут всё! Пусть еще кто-нибудь копов вызовет из-за шума! Дурья башка! Баки стиснул зубы, глаза его блеснули, он резко развернулся, дернулся сперва в одну сторону, потом в другую, в итоге ушел в туалет и оглушительно захлопнул за собой дверь. Брок проводил его взглядом и схватился за лоб. Задница задницей, но так оставлять все это было нельзя. По опыту командира он знал, — дашь один раз слабину, и потом тебя никто ни во что ставить не будет, хоть убейся об угол! А Барнс явно выходил из подчинения. И объективно, физических сил у Брока было меньше. И если Баки решит теперь слушать только себя одного, то их «мини отряд» превратится в «мини пиздец», в котором каждый тащит одеяло на себя и делает только то, что сам считает нужным. Надо было во чтобы то ни стало, хоть разговорами, хоть дракой, хоть чем еще, но вернуть себе пошатнувшийся авторитет. Даже не смотря на то, что у Зимнего Солдата авторитетов не могло быть в принципе. Ему было ровно похер на всех, кто не его авторизированный хозяин. Брок решительно набрал воздуха в грудь и пошел в туалет. Стукнув в дверь, он понял, что она не заперта, по тому как от удара тут же распахнулась. Барнс сидел сбоку на опущенной крышке унитаза и смотрел в стену. Случайно получившееся грозным появление Брока он хладнокровно проигнорировал. — Слушай, — произнес Рамлоу. — Хорош. Замнем уже эту историю. Давай так: Я держу свои руки при себе и язык тоже. Ты не бьешь мне морду от любого косого взгляда и не крушишь наше жилище. Окей? Барнс не отвечал все еще глядя в стену. Брок сцепил зубы, понимая, что надежда решить все «малой кровью» улетучивается на глазах и шагнул внутрь. — Ты меня слышишь?! Или я со сливным бачком разговариваю?! — рявкнул он и, обхватив подбородок, дернул его лицо к себе, мысленно ожидая очередного полета в стену вперед спиной. Но Барнс ничего не сделал, спокойно позволяя Броку вертеть собственной головой. Лицо его было спокойным и мрачным, взгляд пустым, отрешенным и влажно поблескивал в свете лампы, длинные ресницы кое-где слиплись. Увидев это, Брок внезапно потерял весь свой запал, так и застыв с открытым ртом. Потом выпустил подбородок Баки и медленно сел рядом на унитаз, упираясь спиной ему в бок. Некоторое время молчал, потом тяжко вздохнул. — Ты не виноват в его смерти… — тихо произнес Рамлоу, сложив руки в замок. — Он… Был моим заданием… — прохрипел в ответ Баки. — Я… Мне приказали его убить… — Ну, ты не убил же! — парировал Брок. — Я в него стрелял, пырнул ножом, избил, разбил лицо… Если бы не это все, он бы выжил… — сглотнув комок в горле прошептал Баки. — Он был жив, когда ты его вытащил! — оглянулся через плечо Брок. — Черт его знает, что там потом случилось… Брок не стал уточнять, что Кэпа могли добить враги, или его слишком долго искали союзники и он истек кровью, или он мог получить какое-нибудь заражение и помереть спустя неделю, или еще что! Чтобы зря не бередить его раны, Брок оставил все это при себе. — Давай, не загоняйся! Прости, что напомнил. Не хотел. Пойдем отсюда! Брок схватил его за локоть и встал. Баки не глядя отдернул руку. — Да ладно тебе! Пошли жрать нашу адскую лапшу, я один не осилю! — Брок снова схватил его за руку и, кряхтя от натуги, потащил прочь из туалета.