Рождественские драбблы. Вкус его губ

      Маленькая девочка, которой ангел добрые полчаса вытирает слёзы, встав на колени, и опираясь на ужасно холодную землю, благодарит их разукрашенным пряником, вынутым из своей такой же крохотной, как и она сама, сумочки. Разумеется, только после того, как Ади подводит к ней её брата, которого все это время лихорадочно разыскивал, бегая по улицам. Без крайних мер, правда, не обошлось, и демону пришлось почти силком оттаскивать его от, явно плохо влияющих на него, приятелей. После надавать пару увесистых подзатыльников и всучить в руки, непонятно откуда взявшуюся, куклу в подарочной обертке.       Она что-то шепчет брюнету на ухо, прежде чем помахать им обоим на прощание. — И что она сказала? — интересуется Ади. — Что мы ангелы, — отвечает Сэми, разламывая пряник и отправляя свою половину в рот. — Ну, отчасти она была права, ведь у нас здесь есть один ангел. Да и то, ты сегодня был больше нянькой, чем ангелом.       Сэми недовольно хмурится и затыкает ему рот оставшейся и, по праву принадлежащей, частью сладости. — До полуночи пятнадцать минут, мы можем остаться еще ненадолго? Просто посмотреть, — с надеждой в голосе спрашивает ангел, а затем повисает у демона на шее, ясно давая понять, что после «няньки», «нет» — будет плохим ответом.       Сегодня Таймс-сквер сияет, казалось бы, еще больше и ярче, чем обычно. И хотя все входы на площадь перекрыли еще в шесть вечера, а некоторые люди занимали свои места еще с самого утра, демон крепко берет Сэми за руку и решительным шагом направляется в сторону, виднеющейся впереди, толпы.       Через несколько минут, они не только каким-то образом оказываются в гуще всех событий, обойдя все ограждения и охраняющих территорию полицейских, но и останавливаются практически в самом лучшем для обзора месте. Как раз вовремя, потому что толпа восторженно начинает обратный отсчет, и они, словно зараженные всеобщим настроением, радостно его подхватывают:

«Пять! Четыре! Три!»

      На крыше бывшего здания редакции, к цифре, обозначающей дату нового года, по флагштоку спускается, сконструированный специально для этого мероприятия, огромный, светящийся изнутри хрустальный шар. Буквально со всех сторон слышится: «Один!» и число загорается яркими огнями, отмечая наступление нового года.       Взрываются праздничные фейерверки и будто бы с самого неба, вместо, такого редкого для Нью Йорка, снега, сыплется дождь из золотых конфетти.       Но этого они уже не видят, потому что ровно в полночь, Ади, как настоящий демон, крадёт у Сэми этот момент, при этом даря новый, еще более незабываемый: демон поворачивает его лицо к себе и целует. Поцелуй выходит терпким и сладким одновременно, потому что его губы на вкус как имбирный пряник, подаренный от чистого сердца.