чбчг/(не)чбтх

      Чонгук просыпается с болью в голове и опустошенным желудком после ночных обжиманий с унитазом. Все тело неприятно ломит, а мозг при подъёме переворачивается на все сто восемьдесят и обратно. В квартире никого, хотя парень приезжал с Чимином, а за окном давным давно стемнело, говоря о том, что нормальные люди скоро будут готовиться ко сну. Но Чон только сейчас дошёл до кухни, с опустошенным взглядом сидя на стуле. В голове перекати-поле, в животе, да и в холодильнике вариантов маловато. Все, что может позволить себе сейчас парень, так это горячий, сильно сладкий чай, чтобы хоть как-то утолить голод.       Он даже понятия не имеет, где его хоть какое-то средство связи. В последний раз мобильник мелькал перед глазами в такси, но уверенность на все сто, что потерять такую вещь он никогда не посмеет, не даёт переживать лишний раз. Сделав пару глотков горячего напитка, нужно выдвигаться на поиски, чтобы хотя бы заказать доставку еды. До магазина идти нет сил совсем.       Найдя телефон где-то за кроватью, сопровождая это стонами боли и усталости от жизни, Чон садится на край мягкого матраса, включая первым делом приложение доставки. Выбор невелик, да и предпочтения тоже не блестали разнообразием. Фастфуд всегда на все времена. Далее по плану проверка сообщений от Тэхена, но расстроил тот факт, что в сети парень появлялся недавно, а последнее сообщение было отправлено только с утра. Гордо хмыкнув себе под нос, Гук ничего не пишет, раз его состоянием и жизнью не интересовались за все это время, и заходит в остальные социальные сети, проверяя новости и обновления. Почта и директ разрывались от количества смс, хотя такого никогда не было, но в них нет ничего ясного, кроме: «что это?», «ты, надеюсь, видел?!» и подобное. После хорошей тусовки мозг до сих пор не соображал, что происходит, что он должен увидеть и что вообще от него хотят?       — Чего? — полушепот, сведя брови. Палец тыкает то вперёд, то назад, переключаясь между историями двух аккаунтов, но содержание в них было совершенно одинаково. Ладно, можно понять, что у Чимина происходит, раз он уехал с утра пораньше к своему ебырю. Но что делают такие же ролики у Тэхена в профиле? Почему у них одинаковые фотографии на всю ленту обновлений? — Что? — снова спрашивает у самого себя, чувствуя, как в крови что-то закипает, пробуждая окончательно.       Бутылка в руках Тэхена была практически опустошенная, глаза сверкали пьяной пеленой, а улыбка все не сползала с лица, ведь друг творил без конца забавные действия, а из его рта выскакивали своеобразные шуточки. На какие-то моменты из памяти стиралось даже существование этого Чонгука, но при малейшем упоминании сознание будто окутывала тьма печали и грусти.       — Ого, он появился в сети! — выкрикивает Чимин, но тут же утихает под грозный взгляд Кима. И дело совсем в другом — домой вернулись родители, поэтому шум будет совсем неуместен. Пак рассматривает новую партию совместных фотографий с Тэхеном, прервавшись только из-за жданного сообщения. jkdurexx'xxx'x: шлюха.       Ответ был на историю Чимина, но ему ли адресовано содержание сообщения? Да и грубо как-то совсем, как показалось. Тэхен не обращает никакого внимания, зависая в своём телефоне, но, по выражению лица, кажется, ему ничего подобного не приходило. И вообще Чонгук ему не писал ни единого символа.       — Ну что там? — пьяно спрашивает младший, оторвавшись от просмотра собственных фото.       — Тишина.       Соврал, зная, что парень загонится в своих же мыслях. И вообще Пак понимает теперь, какую кашу они заварили со всеми этими притворствами, которые растянулись больше, чем на месяц.

***

      Понедельник не задался у всех. Тэхен проспал немного, хотя столько дел хотел сделать с утра, а теперь ему даже не хватает лишней минуты, чтобы закинуть что-то в рот. Но все же, смирившись с судьбой, он решает, что не хочет никуда бежать, делать все наспех, поэтому остаётся дома, готовясь ко второй паре, на которую он точно успеет.       У Чимина ситуация тоже не проще. О предстоящей в начале дня контрольной никто не сказал, так ко всему этому друг сидит от него чуть ли не в километре, не сказав ни единого слова за эти два прошедших дня. В кабинете гробовая тишина, все что-то пытаются сделать из заданий, а у Пака пустота в голове. А преподаватель ходит по аудитории, что невозможно достать телефон для поиска ответов.       Про Чонгука и говорить нечего. Он как начал испытывать разнообразие чувств где-то в груди, так и сейчас мучается из-за них. От ненависти до тоски. От желания убить всех, кто подходит близко, до глубокой печали, осознав всю произошедшую ситуацию. Ему никто не объяснил, что к чему. Почему именно так все произошло? Из-за этого парень до сих пор уверен, что ему нагло врали о чувствах, встречаясь с его же лучшим другом. Эта ситуация слишком тяжела даже для его понимания. В груди больно колит обида и ревность, показывая снаружи только грубость и агрессию.

jmnlst: давай после пар поговорим? Буду ждать тебя в туалете на втором этаже третьего корпуса.

Чимин знал, что пары у четвёртого курса и второго сегодня кончаются в одинаковое время. Главное, не проебаться со своим планом.

      Тэхен читает сообщение и хмурится, задаваясь вопросом: почему Пак не мог сказать это вживую? Или даже поговорить просто на перемене, раз они видятся каждый раз? Но парень понял суть, ведь друга на перерыве нигде не было, ни в столовой, ни рядом с кабинетом, ни в курилке. Только одинокий злой Чонгук, с которым Ким каждый раз боязливо пересекался взглядом. Но кроме них ничего большего не происходило: старший не подходил, не пытался заговорить, не подавал никаких признаков заинтересованности, не считая осуждающего блуждающего взгляда по образу блондина.       День шёл довольно долго, как считал блондин. Но не заставляло скучать только то, что к нему подходили одногруппники, восклицая о его новом образе и говоря, что теперь он выглядит лучше всех. Доверия этим словам ноль, хоть Ким сам считал, что Чимин довольно сильно постарался над внешним видом, который теперь изо всех сил нужно поддерживать. Но есть люди и лучше без косметики, укладки, хорошо подобранной одежды. Например, Чон Чонгук. Каждый раз это всплывало в голове, вынуждая Тэхена мысленно бить себя по лбу.       Как бы сильно ни хотелось, Чимин, вроде как, ждёт, а на сообщения так и не отвечает. Зачем? Для чего? Смысл? Почему именно там? И ещё миллион вопросов, а ответом на них поступило только «подожди меня пять минут, нас задержали слегка». Не проблема, но что происходит? Зайдя в уборную, где ни одной души, потому что все уже ушли домой (!), Тэхен подходит к зеркалу, поправляя и причёску, и немного поплывший макияж после долгого дня (на самом деле он ещё и краситься не умеет нормально, это тоже сильно сыграло свою роль). t't': я пришел       Довольно тяжело было заговорить с Чонгуком, но Пак собрал все свои силы и, с гордо поднятой головой, подошёл к другу. Тот по взгляду не горел никаким желанием общаться и прямым немым текстом посылал куда подальше. План планом, поэтому, взглянув страху, в прямом смысле, в глаза, сказал: «пойдём поговорим».       Как бы Чон ни отпирался, сопротивлялся, его все равно тащат в неизвестном для него направлении. Без разговоров, по пустым коридорам разносились только глухие шаги двух пар кроссовок и еле слышное гневное дыхание Гука. Он решил, что уж лучше решит все вопросы прямо здесь и сейчас, нежели терпеть это все дальше.       Тэхен дёргается, когда дверь резко открывается, а после захлопывается с очень сомнительным дальше звуком. Звуком ключей. Парень разворачивается и видит перед собой ад. Самый настоящий ад, который царил на лице Гука, глаза его горели злостью с каждой секундой все ярче, а воздух вокруг закипал. Ким уже хотел что-то сказать, но дар речи пропал мгновенно, когда к нему подлетело подкаченное тело, хватая сильными руками за воротник свитшота.       — Мне похуй, что вы от меня хотите, но пиши своему бойфренду, чтобы он выпустил меня. И больше никогда не попадался на глаза, — выплевывая всю агрессию, Чон слегка тряс обездвиженное страхом тело младшего.       — Он не мой… Бойфренд, — сквозь ком в горле просипел блондин, хватаясь за чужие руки. Чонгук так близко, но это так страшно. Он красив как всегда, но наслаждаться этим нет никакого желания (?). Глаза колит, заставляя веки зажмуриться, чтобы удержать порывы накатывающих слез. Слез страха? Или все же слез сильного желания увидеть этого человека рядом с собой? Обиды? Что-то из этого. А, может, и все вместе.       — Наебать меня снова решил? Мне хватило, так, может, сейчас уже прекратишь свой цирк? Чего ты этим добился? Повеселился? Или что? Мне до жути интересно, — широкие ладони обхватывают тэхеновы щеки, сжимая и фиксируя голову в одном положении, чтобы младший смотрел в глаза. Но, не выдержав, блондин снова жмурится, пытаясь переварить весь прошедший и накатывающий снова шок. — Смотри на меня, блять! — Ким по приказу открывает глаза, из которых мгновенно льются слезы, а Гук только ухмыляется этому, чувствуя какое-то удовлетворение.       — Ты сам придумал, что мы вместе. Я… — глубокий судорожный вдох. — Я никогда не встречался с ним, — говорить становится все сложнее, голос дрожит сильнее, будто скоро совсем не разобрать будет, о чем толкует младший. — Я любил только тебя. И люблю до сих пор, но я такой трус, — голова опускается, когда хватка ослабла, и падает куда-то на чужую грудь. Парень задыхается в своей истерике снова, но в этот раз хватается руками не за подушку, а за человека, о котором думал каждый день и каждую ночь. Пальцы жадно впиваются в черную футболку на боках, боясь отпустить и потерять.       В помещении повисла тишина на минуту, на две, на десять. Казалось, что прошла бесконечность, либо время вовсе остановилось, но Тэхен затих только тогда, когда почувствовал вновь холод ладоней на своих щеках. Голова по неволе поднимается, устремив свой заплаканный взгляд в лицо напротив, которое выражало только замешательство и некое сострадание. Никакой злости и негатива: брови по-доброму как-то опущены. Ким не понимает, чего ему ожидать в следующую секунду, он только бегает глазами то к одному, то к другому черному зрачку.       Чонгук наклоняется вперёд и упирается своим лбом в чужой, сам прикрывая веки, чтобы собрать все свои мысли. Дыхание Кима все также сбито, но движется к успокоению. Они оба дышат глубоко, обжигая дыханием кожу на губах и наслаждаясь этим запахом долгожданной встречи, уединения, касаний, заполняя все лёгкие друг другом. Ким расслабляется до головокружения, задержав дыхание с желанием раствориться во всем этом, раствориться в Чонгуке, в его руках и объятиях.       — Wo ai ni, — шепчет Чон, опустив в себе все прошлое глубоко и надолго, и поддаётся к губам младшего, оставляя на них тот самый желанный и нетерпимый влажный поцелуй. Тэхен сдаётся окончательно, не отпираясь, а только поддатливо приоткрывая рот. Старшему и ответа не нужно, все тело блондина отвечает за себя: обвивая руками шею, прижимаясь ближе и согласно углубляя этот поцелуй, сплетаясь языками.       У обоих ураган внутри бушует, чувствуя каждую клеточку, каждый вздох партнёра. Тэхен плывёт, тает, как в первый раз (как будто бы они никогда откровенно не общались в сети, не созванивались), а Чонгук блаженно рычит в губы, дождавшись исполнения собственного желания, о котором он думал каждую ночь после телефонных разговоров. Тэхен страшно счастлив сейчас, от этого слегка трясёт, но ему так хорошо, что никогда не испытать уже подобного.