Ленивый гений

На матче с проклятой Итачиямой Ойкаве наконец-то пришлось вспомнить, что такое быть капитаном. Он хмурым взглядом сверлил табло со счетом «8:15». Первый сет Аобаджосай уже проиграла, и, видимо, второй тоже. Сейджо далеко не уходило от мыслей капитана. Практически с начала года Куро встал на место Ойкавы: раздавал команды, разрабатывал стратегии, советовал, поддерживал (правда, посредством слов других, но это мелочи) — был капитаном. Ойкава перевел взгляд на тяжело дышащего Куро. Из-за того, что Ватари совсем не вовремя потянул связки на ноге, вместо либеро пришлось выйти Куро. И тот делал всё возможное, чтобы спасти команду от падения. Он заслуженно был бетонной стеной позади них, но этого было мало. Влияние Куро распространялась не на всю площадку. И в погоне за мячами одного из трех лучших асов страны, совсем не оставалось времени на раздачу стратегий. Да вовсе следить за сокомандниками. Ойкава выдохнул, пытаясь очистить голову от ненужных мыслей и сосредоточиться на подаче противника. Куро часто заморгал, сгоняя белесую дымку с глаз от усталости. Внутри немного крутило, а голову сдавливал обруч, чего уж говорить о почти врастающих в землю конечностях. Он рывком стер набежавший на глаза пот и бросился вперед на летящий мяч. Секунда, и уже Куро летит к полу, больно стукаясь локтями о паркет. Мяч ударился за его спиной под свисток судьи. — Порядок? — тут же оказался рядом с поскользнувшимся Куро Ойкава, подавая руку. Куро цыкнул от досады и вместо того, чтобы сразу отпустить руку, повис на чужих плечах, давая слабину перед подгибающимся коленями. Ойкава сразу же обвил того под плечами, поддерживая. — Так! Собрались! — повернув голову назад к команде, крикнул он. — Силы и эмоции взяли в кулаки и выстрелили в соперника! Куро закрыл глаза, уткнулся в потную футболку и позволил себе опустить стену отчуждения. Всего лишь на секунду. Лишь чтобы вырывающиеся из узды разума эмоции не так настойчиво сверлили его нутро. Но от усталости особо-то ничего не изменилось во внутреннем мире. Он как раз успокаивал беснующееся сердце от тревоги, когда услышал поддерживающую речь Ойкавы. Когда Куро отстранился, Ойкава заметил что-то странное в янтарных глазах. Золотые звездочки эмоций так и блестели в его радужке. — К-куро, ты… — немного заикаясь, почти прошептал Ойкава. В ответ тот лишь приподнял уголки губ в улыбке, дернулся вперед и чмокнул в потную щеку. — Порвем их, — тихонько проговорил он в чужие губы и отстранился, ехидно ухмыляясь на дернувшийся кадык. Свисток о подаче ввинтился тому в голову и заставил вернуться на место. Ойкава тряхнул головой, сосредотачиваясь. Да, Куро впервые позволил себе эмоции во время игры. И что? Если они сейчас не сконцентрируются, то и игр в принципе в дальнейшем не будет. И началась практически бойня. Почувствовав прилив сил со стороны Куро, остальная команда тоже воспряла духом. Даже второй состав, который уже успел выйти на поле и истратить все силы, начал рваться на площадку. Ойкава легонько улыбнулся, чувствуя настойчивый взгляд на лопатках, и отправил мяч Ивайзуми. Дела постепенно улучшались. Уже не так трагично выглядел счет «19:21». Куро выдохнул, немного приседая и фокусируясь на мяче. На подачи соперников опять этот уже бесивший ас, посылающий просто бешеные удары. И в купе с непривычными ощущениями, Куро боялся потерять управление. Мало того, что усталость вовсю хотела отправить его чуть ли не в обморок, мутя рассудок и утяжеляя конечности, так еще и эмоции периодически необоснованно дергали то в одну, то в другую сторону. Куро подавил фырк, не понимая, как люди вообще с такой нестабильностью в мозгах могут играть, но так и не опустил непроницаемую перегородку обратно, чувствуя, что всё же немного, совсем чуть-чуть, но силы прибавились. Тем более когда, если не сейчас попробовать новую тактику?

***

А вот когда стало «19:23» Сейджо опять похоронило свой шанс выйти в финал. Куро стиснул зубы. А ведь даже нельзя было ткнуть в какого-то одного человека и заменить. Потому что все сами по себе делали мелкие ошибки, упускали мяч, валились от усталости. Даже он сам уже был на грани, и только то, что мяч падал относительно недалеко от него, спасало от провала. Ойкава сжал переносицу пальцами, пока выдалась секунда отдыха и печальным взглядом окинул команду. Он уже сомневался, что лживые речи о победе спасут их. Запасные чуть ли не сидели на паркете от усталости, Ватари на скамейке рядом с тренерами до боли сжимал кулаки, а те, кто был на площадке, стояли, согнувшись в три погибели, а то и вовсе сидели на корточках. Ойкава в который раз цыкнул на то, что все перерывы они истратили. — Ладно, — выдохнул он, разгибаясь, когда игрок встал на подачу с той стороны сетки, — и пусть боги нам помогут. Но боги их не услышали. Мяч, необычайно стремительно полетел в сторону Куро, и тот бросился к нему, вытягивая руки, но не успел. Куро, который просчитывает чуть ли не все на свете, не успел за мячом. Сейджо замерло. Куро закрыл глаза, немного склоняя голову. Словно подставляя свою шею под суд толпы. — Куро пропустил мяч? — удивлённо переспросил Ватари. Его реплика облетела всю команду, касаясь каждого, даже не смотря на поднявшейся гам из-за следующего контрольного мяча. — Не пропустил! — тут же яростно вскинулся на защиту Кьётани. — Просто не догнал! — Ты сам-то в это веришь? — выгнул бровь рядом с ним Яхаба и бесстрашно встретил гневный взгляд. Кьётани рассерженно рыкнул и отвел глаза, принимая правду. — Не значит ли это, — тихо начал говорить больше себе под нос, чем для всех, Матсукава, — что Куро потерял надежду? И все поняли, что именно под «надеждой» понимал Матсукава. Сосредоточенность, силу, выносливость. Волю к победе. Куро безмолвно стоял на месте, стиснув кулаки. Ойкава сжал губы, чтобы потом вскинуть голову и обвести команду пылающим взглядом, и было открыл рот, но его опередил Ивайзуми: — Куро, — достаточно громко обратился он к тому, — ты всегда нас выручал, какие бы не были матчи. Без тебя мы бы не взобрались так высоко. Так что сейчас настало наше время поддерживать тебя. Вытаращив глаза так, как никогда еще не делал до этого, тот обвел глазами всю дружно кивающую команду. Ойкава хихикнул на это комичное лицо и, подойдя, положил локоть на плечо Ивайзуми. — Ива-чан правильно говорит. И мы все согласны. Так что положись на нас. И который раз в эту не слишком печальную ситуацию улыбнулся. Куро рывком отвернулся от всех. Ойкава нежно изогнул губы на взлетевшую к лицу ладонь того и приблизился. — Давай, соберись, — прошептал он в чужое ухо, обнимая за плечи, — скоро время закончится, а нам еще шесть очков выгрызать у них. — Ойкава! — с другого конца поля рявкнул Ивайзуми за пару секунд до того, как раздался свисток и предупреждение о контрольном мяче. Взлохматив пепельные волосы, тот споро вернулся на свою позицию, купаясь в поднявшемся духе команды. Действительно, шесть очков — не так уж и много, особенно когда противники почувствовали свою победу и расслабились. Они справятся.