Преисподняя

На следующее утро Старскрим испытал ужасное чувство дежа вю, когда его разбудил до боли знакомый звонок дверного комма. Он застонал, выбросив руку на сторону Мегатрона, ища теплую броню в надежде разбудить своего лидера и заставить его расправиться с источником шума. Когда пальцы не нашли ничего, кроме остывающих термопокрывал, он снова застонал, уже от разочарования. Мегатрон вернулся к старым привычкам. А это означало, что шум за пределами командирской кварты был для него тревожным сигналом. Он скатился с платформы и заставил себя собрать немного достоинства, чтобы эффективнее противодействовать неизбежному смущению, вызванному тем, что еще один подчиненный поймает его на платформе Мегатрона. Как будто его репутация была недостаточно разрушена. Его настроение упало еще ниже, когда он обнаружил, что десептикона, посланного за ним, нельзя запугать так же легко, как близнецов Саундвейва. Астротрейн возвышался над дверным косяком и выглядел таким же счастливым при виде Старскрима, как и Старскрим при виде него. — Что? — рявкнул он через несколько минут неловкой игры в гляделки. Губы Астротрейна скривились от отвращения: — Тебя ждут в медотсеке. Лорд Мегатрон приказал мне… «сопроводить» тебя. Старскрим не без причин подозревал, что сегодня «сопровождение» было синонимом «похищения». Он нахмурился, быстро прикидывая варианты. Астротрейну нравилось таскать мехов размером поменьше под мышкой. Лучше было не давать этому громиле повода. — Не беспокойся. Я и сам смогу дойти. — Он предупредил, что ты скажешь что-то подобное, — Астротрейн выглядел невероятно довольным собой. — И сказал не слушать тебя. — Ну, а я приказываю тебе… Снисходительно закатив оптику, Астротрейн схватил сервопривод, которым Старскрим тыкал в него в повелительном жесте, и вытянул сикера через порог кварты в коридор. Дверь за белыми крыльями захлопнулась прежде, чем Старскрим смог вырваться, оставив его единственное убежище вне зоны досягаемости. — Ты не можешь...! — даже для такого ловкого меха, как Старскрим, было невероятно сложно удерживать дистанцию между собой и огромным корпусом Астротрейна в столь тесном пространстве. — Я старше тебя по званию, проржавевшее ты такси! Пропуская все угрозы мимо аудиосенсоров, Астротрейн прижал его руки к бокам и запихал меньший корпус себе за пазуху, совершенно не обращая внимания на энергичную борьбу сикера. — Ты пожалеешь об этом, — прошипел Старскрим, когда стало очевидно, что он не сможет вырваться из захвата трёхрежимника. — Когда завтра ты проснешься с кормой, приваренной к потолку, просто знай, что это я, Старс…! Его угроза была внезапно оборвана, когда гигантский мальчик на побегушках отпустил его и с лязгом уронил на пол прямо перед дверью медотсека. По сигналу, как будто половина фракции отрепетировала это небольшое вмешательство в его актив, двери открылись, и появился ухмыляющийся фейсплейт Хука. Едва Старскрим успел пригрозить медику, как появились два других конструктикона и затащили его внутрь, сдирая краску с его кормы об пол. Он зарычал. — Тебе лучше починить это, ты…! — Мегатрон сказал, чтобы мы доставили тебя сюда «любыми средствами», — весело объявил Хук. — Уверен, что и против парочки стазис-наручников наш лидер возражать не станет. — Со мной все в порядке! — С тобой много чего не в порядке, — вмешался Скрэппер, помогая Лонгхоулу поднять их новоиспечённого пациента на медплатформу. — Перестань извиваться! Это всего лишь сканирование. «Всего лишь сканирование», которое покажет, что он уродец с пустотой за честплейтом! Что, если они решат, что в нём не больше жизни, чем в обычном дроиде? Что, если они решат поэкспериментировать над его корпусом? Мегатрон, вероятно, позволил бы им это. Шлаков садист. — А теперь, — над ним появился Хук со сканером, — лежи спокойно, — приказал он, что было довольно излишне, учитывая, что два здоровенных конструктикона держали его так крепко, что он не мог сдвинуться ни на дюйм. Старскрим заскрежетал дентами, когда сканер прошёл вдоль его корпуса снизу вверх и обратно. Не пройдёт и двух мунут, как его схемы будут загружены в систему. — Ну вот, неужели это было так сложно? — сказал Хук покровительственно, заканчивая и опуская сканер. Ком в горле Старскрима не дал ему придумать достойный остроумный ответ. — Можете отпустить его. Сделали они это неохотно. Скрэппер пристально смотрел на него, пока забирал чип с данными, содержащий скан Старскрима, у Хука, и вводил его в основную базу данных, ожидая загрузки файла на монитор. Старскрим уставился в ответ, наблюдая, как он проходит мимо ячейки, в которой хранились медицинские отчеты всех остальных десептиконов на корабле. Один зацепил его оптику. Да… Это могло сработать. Он соскользнул с платформы со всей возможной соблазнительной грацией, на которую был способен код высшей касты, и как можно правдоподобнее ухмыльнулся. Скрэппер прищурился в ответ, его жёсткий взгляд смягчился от подозрения. — Что ты задумал, Скример? — Скрэппер, — промурлыкал он, позволяя своему крылу мимоходом коснуться плеча более крупного меха, когда он подошел ближе. — Ты выглядишь… иначе. Скрэппер немного прищурился, особенно когда Старскрим вошел в его личное пространство, коснувшись его честплейта изгибом кабины. Конструктикон колебался, едва не пятясь. Старскрим подпёр пальчиком свой подбородок и слегка отклонил шлем назад. — Новая броня? Скрэппер покачал шлемом: — Нет, я… — его оптика нервно метнулась к двери, — …эээ, Мегатрон… — Я не доволен Мегатроном, — напомнил ему Старскрим, вырисовывая маленькие кружочки на грудной обшивке Скрэппера, чтобы конструктикон не заметил, как его второй сервопривод блуждает по медицинским файлам. — Он слишком серьезный, слишком старый. Я ищу что-нибудь более непринужденное, с кем-то помоложе… Взгляд Скрэпера не-так-уж-и-незаметно отвлекся от лицевой Старскрима, пока он говорил. Широкая красная оптика сфокусировалась на его крылья с явным желанием. Старскрим позволил ему поглазеть, пока вытаскивал медицинские записи Скайварпа из хранилища. — Ну не знаю, — пробормотал Скрэппер, уставившись на кокпит Старскрима. — Я не хочу, чтобы меня избили в шлак… — он предпринял отважную попытку отвести взгляд в тот самый момент, когда Старскрим менял их со Скайварпом сканы местами. Он поймал Скрэппера за подбородок, возвращая его назад, и позволил своему призрачному дыханию коснуться губ конструктикона, наклоняясь ближе и дразняще улыбаясь. — Ему необязательно об этом знать. Его улыбка стала еще шире, когда монитор позади Скрэппера начал загружать изображение совершенно функционального корпуса Скайварпа. В эту же секунду чип с данными, содержащий его собственный скан, был безжалостно раздавлен в его ладони. Однако он поплатился за своё отвлечение. Скрэппер сократил расстояние между ними, скрепив их губы вместе во влажном нежелательном поцелуе. Старскрим поморщился. Скрэппер на вкус был как застоявшийся энергон и дешевый сверхзаряженный, его сервоприводы и глосса, не теряя времени даром, уже блуждали по местам, по которым Старскрим не особенно хотел, чтобы они блуждали. Он быстро вырвался. — Угх, — он вытер рот задней частью сервопривода, глядя на обнадеженное выражение лицевой Скрэппера. — Если подумать, мне это не интересно. Взгляд конструктикона застрял где-то между разбитой искрой и внезапной яростью: — Но ты только что…! Хук выбрал именно этот момент, чтобы вернуться в отсек, и избавил Старскрима от необходимости быть свидетелем того, как Скраппер сделает из себя полное посмешище. — Давайте посмотрим, что же показало это сканирование, — прокомментировал медик, глядя на Старскрима с явным нетерпением, написанным на всём его фейсплейте, словно он не мог дождаться, чтобы помучить его во время лечения любого неожиданного недуга. Старскрим довольно ухмыльнулся, точно зная, что медик никогда не получит такой возможности. Хук прогудел, просматривая скан и несколько раз взглянув на сикера. — Необычно, — прокомментировал он. В баках Старскрима неприятно закрутило: — Что? — Ты сказал правду, — пожал плечами Хук. — Полагаю, первый раз на моей памяти. Долгожданное облегчение Старскрима было несколько омрачено негодованием. — Надеюсь, я могу идти!? — Не волнуйся, — крикнул ему вслед медик, — я обязательно сообщу лорду Мегатрону, что что бы ни случилось, этому нет медицинского оправдания. Это было не столько утешением, сколько угрозой. Он ухмыльнулся уходящему Хуку и уже собирался развернуться и покинуть медотсек, чтобы найти своего лидера и сказать ему, что он думает о своем импровизированном похищении, когда вокруг его запястья сомкнулся большой сервопривод. Его оптика закатилась к потолку. Ну конечно. Скрэппер. — Я же сказал тебе, мне это не интересно… — Я видел, как ты поменял файлы. Старскрим помолчал, затем нахмурился. — Ну, поздравляю. Ты не такой тупой, каким кажешься со стороны. Скрэппер тоже нахмурился: — Не дерзи мне, Скример. Если конечно не хочешь, чтобы об этом узнал твой драгоценный лидер. О, так этот болван собирался его шантажировать? — Чего ты хочешь? Одобрительного похлопывания по шлему и крии с полки? Скрэппер вошел в его личное пространство, ударившись о честплейт Старскрима. — Нельзя вот так дразнить меха. Ты должен закончить то, что начал. Так вот чего он хотел. Старскрим смог бы уважить его просьбу, если бы он не требовал чего-то столь отвратительного. Он немного оттолкнул Скрэппера. — Я так не думаю. Конструктикон, похоже, не собирался сдаваться без боя. Он знал, что у него есть ценная информация, которой можно поторговаться, хотя и не знал почему. — Насколько я понимаю, у тебя нет выбора. Подумай об этом, Скример, ночь со мной явно лучше, чем очередное наказание от Мегатрона. Старскрим подумал, что это забавно, что большинство солдафонов в их армии считали, что Мегатрон избивает его за каждую крохотную ложь, которую производил его вокалайзер. Если бы это было правдой, он бы уже находился в перманентном стазисе. Он холодно засмеялся: — Это если он тебе поверит. Твое слово против моего? — Слово вероломного лжеца! — рявкнул Скрэппер. Старскрим фыркнул, потому что его собственные секреты почти не имели значения в свете того, чем Скрэппер пытался ему угрожать. — Ради твоего же блага я надеюсь, что он мне не поверит, Скрэппер. Потому что я очень сомневаюсь, что он станет сердиться на меня за сокрытие какой-то мелочи, когда оплавок вроде тебя угрожал силой затащить на платформу его любимого командира авиации. Выражение Скрэппера тут же упало. — Не волнуйся, — снисходительно похлопал его по щеке Старскрим и улыбнулся. — Промолчишь ты — промолчу и я.

***

Было нетрудно заметить, что Саундвейв его преследует. Мотивы подобного поведения мало беспокоили Старскрима — он задавался вопросом, как в этой фракции вообще проводятся какие-то спецоперации, если меха, отвечающий за диверсии, был настолько некомпетентен. Был, конечно, вариант, что Саундвейв нервирует его намеренно. Чтобы отвязаться от кассетника, Старскрим вынужден был искать долгие обходные пути через служебные коридоры, зря тратя на это еще больше времени. Боль в грудном отсеке стала заметнее, внутренние компоненты вокруг камеры начали сокращаться, никак не помогала и бесконечная беготня по кораблю. Улучив момент, Старскрим как можно быстрее нырнул в складское помещение, спотыкаясь о ящики и запчасти, пока не включилось автоматическое освещение. Вытерев пыль и грязь с того, что выглядело как поврежденный честплейт, джет наклонил его и взглянул на своё отражение. Что бы ни происходило внутри него, ему нужно было это увидеть. Кокпит и нагрудная броня сложились и сместились в стороны, открывая вид на тошнотворно пустую камеру в центре его груди. Вздрогнув, он коснулся пальцами краёв темной, холодной оболочки. Их концы покрылись ржавчиной. Он снова быстро запечатал себя, вытирая сервопривод о ближайший ящик, всё ещё глядя на свое размытое отражение в старом честплейте. Сейчас он был не более чем пустой оболочкой, ржавеющей изнутри. — Ублюдок, — прошипел он, проклиная сразу всех, кого он считал виноватыми. В основном Мегатрона. Сикер винил его в первую очередь, ведь это он его туда отправил. — Тогда почему ты ещё не убил его? — спросил голос. Оптика Старскрима метнулась к металлической пластине в его серво, где его отражение заиграло рябью и сменилось ухмыляющимся лицом говорящего. Юникрон. — Ты! — зарычал Старскрим, пытаясь поднять сломанный честплейт и швырнуть его через весь отсек. — Лжец! — Не вини меня, — холодно сказал Юникрон, не обращая внимания, что его изображение упало на пыльный пол. Он смотрел на Старскрима, ни капли не впечатленный тем, как сикер бросился вперед и пнул дожигателем по его призрачной лицевой. — Это ты причина задержки. Несмотря на себя, Старскрим замолчал, голубой дожигатель завис над скользкой ухмылкой Юникрона. — О чем ты говоришь? — Я думал, ты хочешь быть лидером? — вопросительно выгнул оптический гребень Юникрон. — Но твои действия в последнее время говорят об ином. Старскрим нахмурился: — Конечно, я хочу быть лидером! — рявкнул он. — Это ты не сдержал своего слова! Ты обещал мне, что разберёшься с Мегатроном! Мошенник! — Я сказал, что могу помочь тебе. А не то, что сделаю всю грязную работу за тебя. У олицетворения зла и страданий ещё хватало наглости называть вруном его. — У тебя было бесчисленное множество возможностей, — продолжил Юникрон. — Я заставил Мегатрона снизить бдительность настолько, насколько это вообще возможно. Это было несложно, учитывая, как сильно он уже увлечен тобой. Тем не менее, твоё поведение его тревожит. Тебе нужно действовать сейчас, пока он не стал ещё подозрительнее. — Действовать? — Старскрим побледнел. — Мне? Ты имеешь в виду, что я должен убить его?! — Конечно. Ты единственный, кто может это сделать. — Тогда… — Старскриму стало не по себе от осознания того, что на самом деле они тут обсуждали. — Я мог бы сделать это и сам! Зачем ты мне нужен!? Забудь… — он пнул старый кусок брони ногой. — Сделка отменяется. Верни мне мою искру. Юникрон покачал шлемом, край его рта изогнулся в слишком довольной ухмылке. — Боюсь, я не смогу этого сделать, Старскрим. Твоя искра уже принадлежит мне, независимо от того, чем всё это закончится. Если ты слишком труслив, чтобы воспользоваться предложенной мной возможностью, то это только твои проблемы. — Тогда измени условия сделки! — Старскрим старался не дать отчаянию просочиться в свой голос. — Я не хочу, чтобы этот старый дурак умер прямо сейчас, я просто… Я хочу… — Ты заблуждаешься, если веришь, что когда-нибудь Мегатрон тихо отойдёт в сторонку и позволит тебе занять своё место, — Юникрон бросил на него остроумный взгляд, уже начиная растворяться в отражении. — Без жертв не добиться победы. — Я уже принёс жертву, — прошипел Старскрим. — У тебя моя искра. — Не вся, — задумчиво пробормотал Юникрон. Затем он исчез, оставив Старскрима пялиться на свое собственное пыльное отражение в старой нагрудной пластине.

***

Код доступа в личную кварту Мегатрона соответствовал кибертронскому году, когда десептиконы выиграли битву при Тайгер Паксе. В том же году Мегатрон сделал Старскрима своим заместителем. Учитывая сентиментальность их лидера, разгадать пароль было несложно. Старскрим вошел внутрь, думая, что если Мегатрон ленился заниматься безопасностью своего жилища, то вполне заслуживал пострадать от проникновения со взломом. Был полдень, и его лидер должен был быть на мостике, терроризируя любого, кому не посчастливилось выйти на дежурство днём. Как и ожидалось, его кварта была пуста. Однако он возвращался сюда с тех пор, как Старскрим ушёл этим утром. Его большой стол в дальнем углу комнаты был в беспорядке, заваленный чипами и отчетами. Там же был оставленный включенным проектор. Он гудел, показывая изображение большой карты, каталогизирующей их продвижение по этой галактике. Старскрим вздохнул, пытаясь исправить ситуацию и недоумевая, как можно продуктивно работать в такой захламлённой рабочей среде. Синие костяшки пальцев неосторожно задели проектор, пока серво перемещали стопку датападов, и, будучи довольно старой моделью, он переключился на следующее изображение. Сикер фыркнул, когда узнал первозданную архитектуру Иакона. Подняв проектор, он провёл большим пальцем по стрелке, чтобы перейти к следующей голограмме. В памяти устройства было много схем кораблей и оружия, несколько карт, один или два отчёта о наблюдении за автоботами. В общем, полная скукотища. Следующим появилось его собственное изображение. Он замер. Это была довольно старая проекция, даже очень старая. И совершенно нелестная. Старскрим внимательно рассмотрел молодого хмурого мятежника, которым он когда-то был, и, в конце концов, узнал, что это за место — камера временного содержания, в которую его поместили после ареста в Иаконе. Это был снимок, сделанный незадолго до его расправы над Сенатом. Мегатрон тогда так гордился им. Но что, ради Кибертрона, он делал здесь? Он выключил проектор и бросил его обратно на стол, разочарованный, уставший и не желающий думать, почему Мегатрон хранит его фотографии. В этот момент за его спиной позитивно звякнул дверной замок, металлические створки разблокировались, чтобы впустить кого-то. Старскриму не нужно было оборачиваться, чтобы понять, что это Мегатрон. Он скрестил руки на честплейте и с ложным интересом уставился на скопление звезд, мимо которого в данный момент проплывал Немезис. — Разве ты не должен управлять кораблём? — спросил он, потому что его лидер в последние время тратил уж слишком много времени на его преследование, хотя у него наверняка были дела поважнее. — Хук прислал мне твои медфайлы, — сказал Мегатрон вместо ответа. — Ты полностью исправен. И это подозрительно. Только у Мегатрона могло хватить ума придираться к совершенству. — Умерь свою паранойю, — огрызнулся Старскрим. Не успел он оглянутся, как Мегатрон уже был прямо позади него. Теплые доспехи коснулись его крыльев и спины, руки обвили талию, а подбородок коснулся вершины шлема. Старскрим остался неподвижным, не желая расслабляться в чужих объятиях. — Всё ещё что-то не так, — пробормотал Мегатрон с ноткой убеждения в голосе. — Расскажи мне. — Нечего рассказывать, — процедил Старскрим сквозь стиснутые денты, проклиная Мегатрона за его проницательность, позволяющую ему видеть его насквозь. — Может, мне просто нужно побыть одному. Чужие руки вокруг него собственнически сжались. — Не нужно. Иначе тебя бы здесь не было. — Откуда тебе знать, что я здесь не только для того, чтобы что-то украсть? — потому что Мегатрон уже десятки раз ловил его копающимся в своем столе. — Или отравить твои личные запасы энергона? — потому что опять же, это было бы не в первый раз. Он почти слышал, как Мегатрон ухмыльнулся. — Можешь называть это любовничьей интуицией. Старскрим внезапно ощутил приступ тошноты. Видимо, ржавчина добралась до его топливных баков. Мегатрон развернул его в своих руках так, чтобы они смотрели друг на друга, корпуса были на одном уровне. — Раз уж ты здесь, я хотел тебе кое-что сказать. Что бы это ни было — оскорбление, обвинение, угроза — оно могло подождать. Судя по серьезному тону и выражению лицевой его лидера, он все равно не захочет это слышать. Джет попытался отвести взгляд: — Потом… Но Мегатрон был полон решимости и схватил его за подбородок прежде, чем он успел отвернуться. — Нет, сейчас. Я хотел сказать это ещё накануне вечером, прежде чем ты сбежал… Вот теперь Старскрим ощущал реальную потребность прочистить системы. Словно что-то телепортировалось ему прямо в топливные баки и теперь ворочалось там. Он сглотнул, не в силах отвести взгляд, когда Мегатрон провел тыльной стороной пальцев по его щеке. — Я хочу, чтобы ты стал моим бондмейтом. Старскрим был почти уверен, что только что потерял сознание. Единственное, что удерживало его в вертикальном положении, — это рука Мегатрона, обвивающая его талию. — Старскрим? Пристальный взгляд напротив красноречиво намекал, что он должен что-то ответить. — Ты с ума сошёл?! — взвизгнул он. — Возможно, — его вспышка озадачила Мегатрона. — Но это была долгая война, Старскрим... — И ты хочешь заключить союз прямо в её разгаре, — он завозился, осторожно проверяя силу чужой хватки. Кажется, в ближайшее время его отпускать не собирались. — Может быть, я не хочу умирать вместе с тобой, когда Прайм наконец снесёт с плеч твой напыщенный шлем. — Ради тебя я готов рискнуть,— Мегатрон выглядел усталым. — Лучше уж умереть с тобой завтра, чем прожить еще тысячу лет порознь. Ком в горле Старскрима не позволил ему ответить. Чёрная дыра в груди, теперь заменявшая ему искру, была наполнена чем-то очень похожим на вину. Не та эмоция, к которой он привык. Если бы обстоятельства сложились иначе, он мог бы и согласиться. Недавно он понял, что гораздо легче было просто подчиниться постоянно меняющимся прихотям Мегатрона. Но теперь… Он мог испытать чужое терпение и после, мог посмотреть на реакцию Мегатрона, когда тот дорвётся до его пустой камеры искры. В любом случае прямой отказ прямо сейчас вряд ли продлит ему жизнь. Старскрим хорошо знал военачальника, видел, насколько разрушительным может быть его гнев. В любом случае он окажется в Плавильне. Ему было нечего терять. — Хорошо, — фыркнул он, как можно более безразлично, — но тебе лучше не дезактивироваться мне назло. Он рискнул взглянуть на Мегатрона, и его лидер просто кивнул, выглядя более чем удовлетворенным этим неубедительным подобием согласия. — Я намерен прожить еще довольно долго, уверяю тебя. Старскрим не ответил. Предыдущий разговор с демоном снова завертелся у него в процессоре, и в тот же момент он почувствовал, как внутри всё зазудело. Видимо, от ржавчины. Это был более чем очевидный сигнал к отступлению. — Что ж, это была жалкая сентиментальная трата времени… Его дезертирские намерения были более чем ясны, тем не менее, сервопривод Мегатрона на его спине не сдвинулся ни на дюйм, словно его туда приварили. И только Старскрим начал размышлять, как поаккуратнее «случайно» ударить своего командира коленом в пах… — Раз уж мы уже на пути сентиментальности, — начал Мегатрон, и Старскрим, ожидая худшего, начал вырываться более явно, — я имел в виду именно то, что сказал. Его лидер в последнее время говорил много странных вещей (большинство из которых, как понял Старскрим, вероятно, были делом рук Юникрона — но не все, и от этого ему становилось нехорошо), поэтому он не совсем понял, что тот имел в виду. — Что бы ты ни сделал, — голос его лидера стал мягким, обнадеживающим и очень не-мегатроновским, — в какую бы глупую, нелепую ситуацию ты ни попал на этот раз, расскажи мне обо всём прямо сейчас. Расскажи мне, что случилось, и я всё исправлю. Было что-то безответственно соблазнительное в том, чтобы просто взять и переложить все свои проблемы и заботы на своего только-только начинающего что-то подозревать лидера. Тем более, у Мегатрона действительно был талант выходить победителем из любых, даже заведомо проигрышных ситуаций. Но что-то (возможно, здравый смысл) подсказывало Старскриму, что стоит Мегатрону увидеть прописанные мелким шрифтом условия его соглашения с Приносящим Хаос, как энтузиазма его спасать у него тут же поубавится. — Какая же ты королева драмы, — Старскрим ускользнул с насмешкой, подавляя дрожь, когда его охватил внезапный холод. — Я совершенно невиновен. Выражение крайнего недоверия на фейсплейте Мегатрона было почти комичным. — Что? — недовольно сложил серво Старскрим. — Если я не пытаюсь свергнуть твою старую ржавую шкуру, то уже недостаточно интересен для тебя? — Тебя по-разному можно назвать, Старскрим, — его лидер вздохнул устало, но на его лицевой проглядывалось какое-то нежное смирение, — но скучным — никогда. Старскрим тяжело сглотнул, на мгновение задаваясь вопросом, останется ли Мегатрон таким же «нежным», если узнает, насколько серьезно его заместитель всё ещё рассматривает перспективу покончить с ним. Безоружный, уязвимый и забывчивый. При нём даже не было термоядерной пушки. Старскрим знал, что может прямо сейчас беспрепятственно вцепиться ему в глотку, а после расслабиться и со стороны наблюдать, как тот захлёбывается своим собственным энергоном. Юникрон был прав. Это было так легко. И что ему было терять? Неожиданное прикосновение к плечу вернуло Старскрима в реальность, и он вывернулся из чужой хватки, отступая. — Я оставил кое-что в лаборатории, — он едва мог смотреть в оптику напротив, — сейчас вернусь. Он увидел, как ничего не подозревающий Мегатрон кивнул, и быстро обошел вокруг большего меха, держа шлем низко и ощущая, как края оптики жжёт от горячей влаги.

***

Когда менее чем через десять минут после того, как Старскрим сбежал, пришёл Саундвейв, волоча за собой испуганного конструктикона, Мегатрон понял, что ошибкой было позволять сикеру покидать кварту с таким неубедительным оправданием, как «оставил кое-что в лаборатории». Он был разочарован собой так же сильно, как и отсутствующим Старскримом, и всё ещё не знал, что же натворил этот проклятый сикер. Саундвейв безмолвно толкнул конструктикона — Скрэппера — вперед и энергично встряхнул его, когда тот не смог выдать ничего, кроме бессмысленной, бессвязной болтовни. — КлянусьэтовсёСтарскрим! — Что? — потребовал Мегатрон, нависая над отпрянувшим в страхе Скрэппером. — Он угрожал мне! — задыхался Скрэппер. — Я бы сразу всё рассказал, клянусь, лорд Мегатрон, я клянусь! На вкус Мегатрона он объяснялся недостаточно быстро. Каждая секунда, потраченная этим идиотом здесь, была также секундой, в которую Старскрим творил Кибертрон знает что. Поэтому он тут же схватил Скрэппера за шею и заставил чужие супинаторы оторваться от пола. — Что он натворил? — прорычал он. Скрэппер только что-то проскулил, и, чтобы приободрить его, Мегатрон сжал его хрупкую глотку посильнее. — Он… он поменял…! Поменял сканы! Подсунул нам результаты Ск-Скайварпа! Мегатрон уронил его, шлем дёрнулся к Саундвейву: — Найди мне этот файл! — рявкнул он и пнул клубок металла, в который Скрэппер свернулся у его ног. — И убери это с моих оптик!

***

При надлежащем жизнеугрожающем поощрении даже самый бесполезный десептикон во фракции мог расправиться со своей задачей довольно быстро. Так что Мегатрон возвышался над Хуком, пока медик проматывал системные файлы трясущимися сервоприводами. Пусть Старскрим и уничтожил свой исходный скан, но файл всё ещё можно было загрузить из резервной памяти сканера. — Нашёл! — внезапно объявил Хук с ноткой истерического облегчения в голосе. — Он все еще здесь, слава... Мегатрон оттолкнул его и загрузил маленький файл, из-за которого и началась вся эта суматоха, ему не терпелось увидеть, что именно Старскрим так отчаянно пытался скрыть. Впрочем, в долгом изучении необходимости не было. Ярко-красное предупреждение, мигающее поверх полного сканирования корпуса, прямо гласило: «Искровая сигнатура не обнаружена». Неприятное тревожное ощущение, зародившееся ещё, когда Старскрим впервые исчез, теперь стало гораздо сильнее. Мегатрон ухватился за край стола, его лицевую окутали хмурые тени. — Это невозможно… — раздалось бормотание Хука за его спиной. — Должно быть глюк в системе… Если бы это был кто-то другой, если бы сканирование любого другого десептикона выдало такой результат, Мегатрон согласился бы. Но когда дело доходило до Старскрима, ничего невозможного не было. — Где он, Саундвейв? Связист всё ещё стоял у входа в медотсек: — Система Цетус. Предполагаемый пункт назначения: источник неопознанного сигнала. Этот сигнал. Именно тогда Старскрим начал вести себя так странно. — Запрос: развернуть отряд для возвращения авиакоммандера Старскрима. Мегатрон отпустил край стола, и, не обращая внимания на вмятины, оставленные его пальцами в прочном металле, встал. — Не суетись,— он протолкнулся мимо Хука и остальных съежившихся конструктиконов. — Я сам его достану.

***

За своё функционирование, всё продолжающееся, несмотря на революции, войны, предательства и полчища врагов во всех частях известной вселенной, Старскрим, вероятно, должен был благодарить инстинктивное предчувствие, возникающее каждый раз, когда с ним вот-вот случится что-то действительно ужасное. И поскольку именно это чувство сейчас раздирало его системы на части, он не мог не предположить, что Мегатрон, скореее всего, был уже в нескольких минутах от того, чтобы налететь на него со всей яростью обманутого любовника, готовый принести возмездие столь ужасное, что сикер должен был быть благодарен за то, что искры, которую можно было бы погасить, у него больше нет. Именно в эти наполненные тревожными предположениями мгновения приглушенный свист и вспышка от огромного военного корабля, выскользнувшего из гиперпространства позади него, возвестили о прибытии указанного обманутого любовника. Он едва успел развернуться, не говоря уже о том, чтобы придумать оправдание, как открывшийся воздушный шлюз изгнал громоздкий на вид альт-мод Мегатрона, и тот незамедлительно направился к нему. Старскрим мог одолеть Мегатрона без крыльев и с одним работающим дожигателем в любой день недели, но в долгосрочной перспективе от этого было бы мало толку. Раз командир нашёл его однажды, то сможет сделать это снова. Переключившись в робо-мод и проглатывая наполовину сформированные отговорки, которые только ещё больше разожгли бы и без того взрывоопасную ярость Мегатрона, он стал ждать, пока тот подлетит к нему. Мегатрон трансформировался заранее, позволив инерции протащить его на оставшееся расстояние. Серый рот сжался в твердую линию, кулаки подергивались по бокам, как будто он с трудом сдерживался от того, чтобы сразу вцепиться в сикера. Старскрим не осмелился отвести взгляд. — Вернись на корабль, — зашипел Мегатрон, голос был таким тихим и хриплым, словно его вокалайзер напрягался от принудительного понижения громкости. Старскрим облетел Мегатрона по широкой дуге, прежде чем подчиниться, на тот случай, если гнев его лидера ускользнёт из-под контроля, и в процессе ему оторвут крылья. Когда его встретили в шлюзе суровый Саундвейв и беспокойный Хук, его смирение сменилось паникой. Они знают. Он попятился, когда осознание того, что могло случиться, поразило его в самую искру, проклиная себя за то, что не сбежал, пока ещё был шанс. Но его спина с лязгом упёрлась во что-то твердое и безжалостное. Он откинул шлем назад, и его взгляд упёрся в горящую оптику Мегатрона. — Я...! Мегатрон схватил его за плечи и толкнул к переборке, выбивая весь воздух из вентсистем. Серые сервоприводы направились к нагрудным пластинам Старскрима, и даже когда сикер засопротивлялся, начали раздвигать броню. — Нет! — Старскрим попытался оттолкнуть его, оскалившись и пустив в дело когти. — Отвали от меня! Саундвейв и Хук наблюдали молча. Медик, внимательно присматриваясь, подобрался поближе. Броня заскрипела, собираясь сдаться, и коды отмены Старскрима сложили обшивку прежде, чем были нанесены какие-либо необратимые повреждения. Хук ахнул в благоговейном ужасе, хватка Мегатрона заметно усилилась. Старскрим отключил оптику. Он не хотел смотреть вниз, не хотел видеть, насколько всё ухудшилось. Услышав рык серого меха, он приготовился к худшему. Мегатрон выругался: — Праймус, Старскрим, что ты наделал? — и потряс его, когда тот не ответил. — Посмотри на меня! Он сделал, как просили, откинувшись назад настолько, насколько позволяла переборка. — Это не моя вина! — попытался он. — Я не… — Что ты наделал?! — крикнул Мегатрон. Старскрим вздрогнул, выбросив сервоприводы вперёд, чтобы защитить себя: — Мне жаль! — начал он умолять. — Это был несчастный случай! Пожалуйста… Мегатрон перестал его слушать, повернувшись к Хуку, наблюдающему за странной сценой с болезненным любопытством. — Не стой там, как идиот! Полная диагностика. Сейчас же! Даже приказав Хуку подойти, Мегатрон не мог заставить себя отпустить Старскрима. Бедному медику, наверное, было неловко и неудобно сканировать корпус Старскрима, со всех сторон заключённый в плен рук Мегатрона. — Искровая сигнатура не обнаружена, — прочитал Хук с экрана диагноста, с опаской глядя на Старскрима. — Вы уверены, что он не…? Старскрим сразу же понял, на что намекал медик. — Я не зомби! — рявкнул он и ударил бы Хука, если бы Мегатрон не сдерживал его. — Назад, Франкенштейн! — Он не дезактив, — прорычал Мегатрон, игнорируя его вспышку, — …по крайней мере, пока. Старскрим неловко завозился, желая, чтобы его отпустили, и он мог снова запечатать свой обнажённый грудной отсек. — Но как такое возможно? — вслух задумался Хук. — Я не знаю, — темная оптика Мегатрона встретилась с оптикой Старскрима. — Но я намерен выяснить.

***

Совсем скоро стало ясно, что выяснять на самом деле будут Саундвейв и его печально известные телепатические таланты. Так что теперь верный связист стоял над троном, к которому Мегатрон по иронии судьбы привязал Старскрима, его красный визор угрожающе светился в окружающей их темноте. — Что, — повторил Мегатрон в десятый раз, обходя трон по кругу, — ты натворил? Старскрим стиснул зубы и уставился прямо в визор Саундвейва: — Я таким проснулся, — упрямо сказал он. — Ложь, — промеханил Саундвейв. У Старскрима кулаки чесались снести эту лицевую маску с его дурацкого шлема. Но пока он был привязан, ему не оставалось ничего, кроме как принять самый несносный вид, на который он был способен. Мегатрон обошел трон и угрожающе наклонился вперёд, из-за чего Старскриму пришлось неловко скрутить шейные кабели и съежиться. — Соврёшь мне еще раз, и я прикажу Хуку выпотрошить твой процессор. Он сделал паузу, чтобы джет проникся его словами, и Старскрим действительно был не в восторге от такого расклада. — Так что же произошло, — продолжил Мегатрон. — Какой-то безумный эксперимент, вышедший из-под контроля? Или ты нажил себе врага-некроманта? — Я не тупой, — возмущенно прошипел Старскрим. — Что-то незаметно, — резко ответил Мегатрон, многозначительно взглянув на его нагрудные пластины. Старскрим вздрогнул, под внутренней обшивкой снова что-то неприятно шевельнулось. Тяжело вздохнув вентсистемами, Мегатрон выпрямился. — Саундвейв, — пробормотал он, массируя виски. — Оставь нас. Бросив последний зловещий взгляд на связанного сикера, Саундвейв кивнул лидеру и покорно покинул комнату. Оставшись наедине со своим командиром, Старскрим почувствовал, что его тревога только усилилась. — Почему ты не сказал мне? Старскрим едва мог смотреть Мегатрону в оптику, не говоря уже о том, чтобы что-то ответить. — Я… — его вокалайзер неловко заглох, — я не хотел, чтобы всё так вышло, — закончил он тихо. Он поднял оптику как раз вовремя, чтобы увидеть широкое серое шасси. Мегатрон преклонил колени перед ним на троне, сервоприводы потянулись к его лицевой, заставляя встретиться с ним взглядом. — Кто сделал это с тобой? — Ты ни за что не поверишь… — пробормотал Старскрим. А кто ради Праймуса смог бы? Даже версии про зомби и инопланетных клонов были более правдоподобными, чем то, что случилось на самом деле. Мегатрон только выгнул оптический гребень. — Испытай меня.

***

«Поделится проблемой, значит наполовину решить её», вспомнил Старскрим цитату из однажды услышанной им проповеди Прайма для своих безвкусных последователей. Прайм, очевидно, никогда не делился своими проблемами с Мегатроном. — Ой, посмотрите-ка, кто решил, наконец, объявиться! — раздался громкий, полный сарказма крик Скайварпа, когда Старскрима бесцеремонно затолкали в камеру. — Где, шлака ради, ты был? — Что ты натворил?! — Тандеркрекер тоже был тут как тут, ещё более сердитый, чем его сокрыльник. — Не могли бы вы, придурки, оставить меня в покое хотя бы на пять минут! — рявкнул Старскрим. Он пытался думать, шлак побери. — Мы здесь заперты уже несколько дней! — Да, ты не мог бы попросить своего бойфренда выпустить нас, эгоистичная ты жестянка! Старскрим ощетинился: — Вы, двое, можете хоть заржаветь здесь, мне всё равно. — Похоже, ты к нам присоединишься, — усмехнулся Скайварп.— Что случилось? Плохой разрыв? — Нет! — рявкнул Старскрим, борясь с яростным румянцем от понимающих ухмылок своих сотриадников. — Меня просто… «поместили» сюда для сохранения душевного спокойствия нашего дорогого лидера. Тандер нахмурился: — Ты снова пытался его убить, да? — Если бы я попытался убить его, он был бы мертв, — похвастался он. Скайварп громко и противно рассмеялся. Старскрим только закатил оптику и, наконец, заметил Саундвейва, все еще остававшегося за пределами камеры. С рычанием он ударил по решетке. — Я уже в камере, придурок! За мной больше не нужно следить! Саундвейв не двигался. — Старскрим: остаётся под охраной до возвращения лорда Мегатрона, — промеханил он. — Старскрим: не заслуживает доверия. Скайварп снова фыркнул. — Куда пропал Мегатрон? — с любопытством спросил Тандеркрекер, прислонившись к решетке рядом со своим ведущим. — Да, и когда он нас выпустит? Старскрим наклонился поближе, желая услышать ответы ничуть не меньше своих сотриадников. Убийственный взгляд и несколько бессмысленных ругательств были всем, чем Мегатрон удосужился поделиться с ним, прежде чем приказал ему исчезнуть с его оптики. — Лорд Мегатрон приступает к жизненно важной миссии, — это было всё, что сказал Саундвейв. Что-то неприятное зашевелилось в баках Старскрима. У него было очень плохое предчувствие по этому поводу. — Где он? Саундвейв осмотрел его: — …Засекречено. — Я выше тебя по званию! — закричал он. Саундвейв проигнорировал его. — Ой, да ладно тебе, Саундерс, — дерзко ухмыльнулся Скайварп, оперевшись на решетку. — Мы все знаем, как ты любишь посплетничать. Расскажи-ка нам все сочные подробности. К сожалению, обаяние Скайварпа не повлияло на Саундвейва, и они все уставились друг на друга в неловкой тишине. — Нет, — в конце концов выдал Саундвейв. Скайварп застонал и плюхнулся на решетку. Старскрим пожалел, что у него не хватило ума сделать это потише, пока он изо всех сил старался не выдать им волнующие его мысли. Например, куда пропал Мегатрон. Что-то в его процессоре щёлкнуло. — Ты же не выдал ему координаты того сигнала, так? — спросил он, и его корпус пронзило волной тревожной энергии. Саундвейв на мгновение замер. — Засекречено. Это не могло означать ничего, кроме «да». Ржавчина внутри, должно быть, распространилась на воздухозаборники, так как ему внезапно стало очень тяжело вентилировать. Сжимая прутья, он выдохнул проклятие. Он уже знал, куда отправился Мегатрон. Вряд ли Старскрим мог утверждать, что понимает мотивы Приносящего Хаос, но, по крайней мере, он точно знал, что Юникрон по каким-то причинам желает Мегатрону смерти. — Выпусти меня! — вскрикнул он, вцепившись в решётку. — Саундвейв, у тебя что, болты вместо процессора, он же погубит себя! Саундвейв равнодушно смотрел в ответ. — Ты не знаешь, что он делает! Мы должны пойти за ним! — Лорд Мегатрон вполне способен… — …вести себя, как полный идиот! — перекрикнул его Старскрим, пиная прутья решетки. — Юникрон убьет его, и тогда я никогда не верну свою искру, и Мегатрон будет мертв, и все будет разрушено, Праймус побери! Открой шлакову камеру, Саундвейв! Два других сикера уставились на него яркой округлившейся оптикой. — …Никогда не вернешь свою что!? — в ужасе выдохнул Тандеркрекер. — Ты первым узнаешь, Тандер! — нетерпеливо рявкнул он и повернулся к Саундвейву. — Сделай что-нибудь! — Приказ лорда Мегатрона диктует… — Не волнуйся, Скример, — сервопривод Скайварпа внезапно сомкнулся вокруг края его крыла. — Я тебя прикрою. И с внезапной вспышкой и тошнотворным сдвигом пространства и времени, а также попиранием всех законов физики, Старскрим обнаружил, что он уже не томится в тюрьме, а стоит у ангара на другой стороне корабля. Он медленно повернулся к своему сотриаднику, но Тандеркрекер, которого телепортер тоже притащил с собой, опередил его. — Ты мог варпнуться оттуда всё это время!? Скайварп пожал плечами: — Ну да. — Почему, шарки тебя дери, ты не… — Заткнулись! — рявкнул Старскрим, проталкиваясь мимо них к шлюзу. — У меня нет на это времени. Шевелитесь! На время отбросив свое разочарование по поводу Скайварпа, Тандер вместо этого сосредоточился на Старскриме. — Я с места не двинусь, пока ты, шлак тебя побери, не скажешь нам, что происходит? Твоя искра?! Старскрим пренебрежительно махнул сервоприводом, не оглядываясь на него и набирая код, чтобы открыть воздушный шлюз. — Она у Юникрона. — Вот видишь, TиCи, ничего страшного, — саркастически пробормотал Скайварп. — Как будто ты никогда не думал об обмене своей души на безграничную власть. Старскрим проигнорировал его, сервопривод замер над кнопкой открывания шлюза: — Вы идёте или нет? Переглянувшись, джеты всё же двинулись к нему. — Хорошо, — начал Тандеркрекер, пока они ждали открывания дверей. — Но это официально худшее, что ты когда-либо делал. — Я знаю. — А все, что ты делаешь, в любом случае ужасно, — добавил Скайварп, задумчиво глядя на него. — Так что это о многом говорит. Старскрим уже жалел, что позвал их с собой. Шлюз открылся, и перед ними развернулся космос. Старскрим сорвался с места первым, перейдя в последовательность трансформации и открыв канал связи для своей триады. — Знаешь, — позвал по каналу отвратительно раздражающий голос Скайварпа. — Если бы у тебя всё еще была искра, нам бы не пришлось пользоваться коммлинком. Будь Старскрим до сих пор в робо-моде, то неизбежно закатил бы оптику. — Давайте быстрее! Им нельзя опоздать. Репутации Мегатрона как летчика практически не существовало. Старскрим видел камни более аэродинамичные, чем их лидер. Они легко догонят его. Они… Жар, обжигающий и болезненный, внезапно ожил в его груди. Он сбился с курса с паническим криком, вылетая из своей альтернативной формы, сервоприводы заметались по обшивке в поисках повреждений, боль была как от внутреннего возгорания. Стар? Голос Тандеркрекера. Но не по комму. Ему было тепло. Тепло и ощущение целостности, забытые за последние несколько дней, наполнили его, а его грудой отсек… Черные и синие сервоприводы заскользили по его обшивке. Он отмахнулся от них, быстро отдавая команду на открытие искровой камеры. Она была там. Вращалась на своём месте, замедляясь до постоянного, здорового ритма. Свет освещал внутренние панели камеры, теперь свободные от ржавчины и боли. Как будто всего этого никогда и не было. — Ты в порядке? — Тандер замер, касаясь его в странной, обеспокоенной манере. Он усмехнулся и оттолкнул его: — Всё нормально! Бонд-связь между ними вновь открылась, и он почувствовал слишком знакомые толчки сущности Скайварпа на другом конце, через секунду синий сикер тоже начал его теснить. Им не терпелось обновить связь. Он вздохнул, подавляя желание немедленно заблокировать соединение. — Видимо, Мегатрону все-таки удалось заключить сделку, — улыбнулся Тандеркрекер, опустив плечи. — Тебе следует больше ему доверять. Радость и облегчение, которые Старскрим ощутил, снова обретя целостность, были очень недолговечными. — Мы должны найти его, — обратился он к своей триаде. — Как можно скорее. Приключенческий запал Скайварпа быстро исчез, когда дело, казалось, было решено. — Но ты же уже… — Быстрее! — рявкнул он, врубив двигатели и рванув вперед. Раз Юникрон вернул ему искру, значило ли это, что чью-то он взял взамен?

***

Поле астероидов было таким же пустынным, как и в ту ночь, когда Старскрим впервые обнаружил его. Кругом не было видно ни дюйма серой брони. — Чудесное местечко, — пробормотал Скайварп, небрежно пиная случайный камень. — Разделимся, — приказал Старскрим, вылетая вперёд. — Найдём его. Он даже не оглянулся назад, чтобы убедиться, что его сотриадники повиновались, ныряя между астероидами, над и под ними, поспешно осматривая местность и соскребая краску с краев крыльев, пока его повороты и уклоны становились всё более небрежными и паническими. — Где ты? — прошипел он про себя, взлетая над грудой камней, сжав кулаки и стиснув челюсти. — Юникрон тебя побери… — Возможно, я уже это сделал. Старскрим повернулся, и перед ним появилась фигура Юникрона, которую нельзя было не заметить, он был выше и шире, чем самые большие астероиды в этом поле. Старскрим зарычал, падая на астероид прямо перед Приносящим Хаос. — Должен сказать, я очень удивлен, что снова тебя вижу, — Юникрон улыбнулся. — Хочешь заключить еще одну сделку? — Где он, сволочь? Юникрон наклонил шлем: — Кто? — Ты знаешь, кто! — проревел Старскрим. — Мегатрон! Где он? Что ты с ним сделал?! — Мегатрон сам сделал свой выбор, — загадочно произнес Юникрон. — Я не делал ничего против его воли. Старскрим покачал шлемом и огляделся. Мегатрон должен был быть где-то здесь. Он не мог опоздать. — Нет. Ты лжешь. Он бы не стал… — О, но у него была такая благородная искра, — небрежно продолжил Юникрон, взмахнув сервоприводом. — Гораздо более ценная, чем твоя. Будь уверен, она станет жемчужиной моей коллекции… Старскрим направил нуль-лучи на самодовольное лицо Бога. — Этого не было в условиях сделки, лживый кусок шлака. Верни его! — Это правда, но была заключена новая сделка, — Юникрон холодно посмотрел на него. — Та, что принесла пользу нам обоим. Вы должно быть довольны собой, лорд Старскрим. — Нет, — от вращающихся вокруг астероидов у него закружилась голова. — Нет, я не позволю тебе… — Это ведь то, чего ты хотел, — издевался Юникрон. — Вся власть теперь у тебя в руках и никто во всей Вселенной не может тебе помешать. — Я хочу новую сделку, — Старскрим уставился на него, пытаясь не дать панике завладеть его процессором. — Мы можем найти для тебя искры получше. Искры посильнее. Мегатрон всё равно был дефектным. Разве ты не хочешь… — Тебе нечего мне предложить, — резко оборвал его Юникрон, задрав носовой конус. Его образ внезапно начал тускнеть на фоне звезд. — Подожди! — колени Старскрима с лязгом ударились о скалу под ним. — Подожди. Я могу… — Да здравствует Старскрим, — издевался Юникрон, растворяясь в темноте. — Наслаждайся своим троном. Старскрим смотрел, как он исчезает, продирая в камне глубокие борозды своими когтями, пока вокруг не осталось ничего, кроме сияющих звезд и пустой космической тишины. Впервые в жизни он чувствовал себя таким одиноким.