Расстрел

      — Дима! Ди-и-има-а-а! Выходи.       Олегсей не помнит, как долго он кричит. Кажется уже час. Всё утро шло по наклонной. Димы нигде не было.       — Дима!       Олег верил, что вот-вот должен появиться Дима.       — Дима…       Но он не появлялся.       — Чёрт побери, Дима!       Решив подождать какое-то время, Олег включает ноутбук и достаёт скрипку. Он же обещал научиться играть.

***

      — Ну всё, Дима. Это уже не смешно! Выходи.       Скрипка давно была отложена в сторону. Плечи и спина нервно гудели, но Олегсей не чувствовал боли, он лишь хотел увидеть Диму. Но тот всё ещё не появлялся       — Ладно. Не хочешь — не надо.       Он оставляет свои попытки докричаться и ложиться спать. .

***

      Неделя.       Димы не было уже неделю.       Олегсей испуган, что если он никогда больше не увидит его.       — Дима, ты всё ещё тут?       Олежа осторожно собирает разбросанные вещи и идёт к большому шкафу. Голова трещала от страха. Только рядом с Димой он чувствовал себя в безопасности.       — Дима?       Страх мелкими щупальцами цеплялся к нему. Олег не видел, как его колотит от мелкой дрожи.       — Дима?

***

      Олегсей не помнит, как он сжёг старый деревянный забор.       Он не помнит, как сжёг мусорные баки во дворе.       Или как взорвал малоэтажный жилой дом на другом конце города.       Он абсолютно ничего не помнил.       Только серую тянущую пустоту в груди.       Кажется, он уволился с работы.       — Дима?       Но Димы нигде не было.       — Дима, я волнуюсь. Покажись, пожалуйста.       Кажется, он сильнее начал сходить с ума, когда главная фантазия его жизни пропала. Олег берет в руки скрипку и едет к старому метро, где он когда-то купил музыкальный инструмент.       Пусть весь мир услышит о его боли.

***

      Он стоит на пепелище, держа в руках излюбленную скрипку. Наконец-то он научился играть.       Какой по счету это поджог за неделю? Третий или четвертый? Неважно. Дима всё ещё не появлялся. Это нервировало Олега, заставляя вновь и вновь устраивать пламенные представления для пожарных.       Он снова хочет быть услышанным. Но единственное существо, которое на самом деле его слышало — исчезло из его жизни.       Вдали слышится гул сирен. Но бежать бессмысленно. Больше ему не спрятаться от внимания полицейских. Он загнан в ловушку. Всё что ему остается делать — это сидеть в куче пепла и играть на скрипке.       Наверное, кто-то захочет услышать его игру.