Посмотри на меня

      Такое ощущение, как будто бы я умираю. Нет, несомненно, с моим здоровьем все в порядке, насколько это возможно, но отсутствие одной почки всё же даёт о себе знать. В первую очередь тем, что мне дико хочется курить, и организм, уже давно приспособленный к едкому дыму, что все время заполняет мои лёгкие, требует того, что может меня убить или вызвать сильные проблемы с оставшейся почкой. Я, конечно, курил меньше с появлением Юлика, но не бросал. Он стал заменой табаку, но когда я оставался один — сигареты помогали сильно. А теперь Юлика нет рядом, пачка Marlboro не лежит на привычном месте в полке с батарейками и обломками от вещей, которые мне просто лень выкидывать или не хочется. У меня не осталось ничего, что может снять стресс и успокоить буйные мысли. Я остался один на один с собой.       Это было то, чего я так сильно боялся. Копаться в себе — занятие не по мне, поэтому я старательно и довольно успешно избегал сего мероприятия, но, видимо, пришло время разобраться во всем, что происходит с моей жизнью.       Это какое-то странное и непередаваемое ощущение, когда ты становишься сам для себя психологом. Ты не боишься сказать что-то не так, потому что тебя якобы упекут в дурку. Не боишься, что тебя неправильно поймут и не помогут. Тебе просто сложно бывает открыться незнакомому человеку, даже если тот тактичен, вежлив и приятен на вид. Ты чувствуешь подвох. А когда ты сам себе психолог, дела обстоят иначе.       Но все равно что-то не так. Все равно как-то неприятно даже наедине с самим собой. Что-то изменилось. Я уже не могу просто взять — и начать болтать, как это было раньше. Раньше, как? Один, не один — значения не имело. Мне нужно было поговорить — я говорил. Но что теперь? Почему теперь это вдруг стало так трудно? Почему теперь одному уже не так комфортно?       Так много вопросов… Но и задать-то теперь их некому. Ok, Google, я проебался. Но и гугл здесь не поможет.       А кто поможет?       Я не знал, что делать, к кому обращаться. Идея поговорить с самим собой была хорошей, но будто бы недоработанной. Решение пришло в голову само собой, когда на телефон пришло очередное уведомление от ютуба.       Ютуб. Точно! Вот оно! Место, в котором я могу рассказать обо всем, что только пожелаю и даже, если повезет, заработать на этом. Но заработок, очевидно, был не тем, что меня больше всего интересовало. Ютуб — это что-то среднее между катанием на качелях с наушниками и любимой песней на репите, и впиской в шумной компании, среди в дрова бухих людей. Ты вроде бы один, говоришь лишь в камеру, смотришь лишь в объектив, но каждое твоё слово услышит невероятное количество людей, у каждого из которых свое непредугадываемое мнение насчёт тебя.       Я полез в шкаф, вспоминая попутно, куда положил камеру. Не помню, зачем она мне и откуда взялась, но факт остаётся фактом — камера у меня есть. Может, не самая новая и качественная, но для первого видео… сойдёт. Штатива, очевидно, у меня не было. Никаких светоотражателей — тоже. О микрофоне, либо же петличке с ходу можно забыть. Делаем, как обычно — через одно место, но с душой.       Для начала бы, конечно, сам канал создать. Это оказалось не так-то просто. В первую очередь — название. Что красиво смогло бы описать меня и то, что я собираюсь заливать на этот канал? Моя жизнь всегда была сумасшедшим колесом, которое состояло из всех девяти кругов ада. События всегда были невероятно однотипными. До боли однотипными. С каждым разом, каждый новый день, каждая новая лживая улыбка тех, кто хотел быть моим другом, но слышал раз за разом отказ. Что-то я зашёл куда-то не туда…       Сумасшедшее колесо, круги ада, невероятно однотипные… Сумасшедший, ад, невероятный… СумашедшийНевероятныйАд? Забавно. Нет, на русском не пойдёт, а слово «невероятный» смотрится как-то — будто не на своём месте. А если перевести на английский и заменить «невероятный» на «мега»?       CrazyMegaHell       CMH       Мне нравится.

***

      — Всем привет, меня зовут Руслан, — я замялся, неловко смотря в камеру. Сценарий я, конечно, не писал, но все же примерно знал, что говорить. — Для начала хотел бы сказать спасибо тем, кто сейчас смотрит это видео. Значит, для вас появление новых каналов — не пустой звук и, может быть, вы даже хотите поддержать начинающих. А может быть, вы просто хотите поугарать над придурками, которые считают, что смогут подняться, снимая херню, — я отвернулся от камеры и отчего-то горько усмехнулся. — В любом случае… вы все ещё здесь, а значит лучше бы мне начать, пока вы не ушли, — я приветливо улыбнулся в объектив и тут же одернул себя. «Кому я улыбаюсь?» — Знаете… я думаю, что начну с самого начала. А начинается все в моем далёком детстве. Папа погиб, когда я ещё был ребёнком, и меня растила лишь мама. Не то чтобы все было очень плохо, но и хорошим свое детство я назвать не могу. Мама уделяла мне очень мало времени, но я её понимал, ибо потерять любимого человека — невероятно тяжёлое испытание для нервной системы, ещё и в добавок остался ребёнок, которого нужно растить и воспитывать, — я поджал губы и глянул в сторону окна. — Надолго оставаться дома я физически и морально не мог. В глаза бросалась убитая мать, и я просто уходил, не в силах смотреть на её измученные черты, — мысленно я усмехнулся такой красивой фразе. — Кто-то, я слышал, говорил, что «его воспитывала улица», но, разумеется, все было сильно преувеличено. А вот я действительно воспитывался за стенами родной квартиры. Вот только… даже улица не хотела меня воспитывать, и я занимался этим сам. Я научился читать позднее сверстников, но сам, без помощи взрослых. Моей первой и самой любимой даже по сей день книгой остаётся «Божественная комедия» Данте Алигьери, — я опустил взгляд в пол и начал бегать по нему, будто ища что-то. — Я вырос. Я вырос асоциальным. Вырос эгоистичным и некоммуникабельным. И дело не в том, что я не хотел иметь друзей… я просто не знал, как это — дружить. Я с самого детства был один и, сам того не замечая, либо же игнорируя, нуждался в ком-то рядом, — я глянул куда-то за камеру и мимолетно представил, как Юлик, если… когда операция пройдёт успешно, посмотрит это видео, и этой мысли я улыбнулся. — Но в моей жизни появился человек, который показал мне, что жизнь — не только черно-белое месиво, состоящее из холода, недосказанности и эгоизма. Этот человек показал мне, что такое дружба, счастье… любовь. Этот человек вернул мне радость и рвение к жизни. Он вернул мне смысл. В какой-то степени, он и стал этим самым смыслом. Смыслом улыбаться мелочам и дарить улыбку тем, кто рядом. Этот человек помог мне увидеть. И теперь я хочу помочь увидеть ему. Увидеть во всех смыслах, — я усмехнулся, но эту шутку не понял никто, кроме меня. Это… в общем-то было и не так важно. Я выговорился и мне стало легче. — Фу-ух… спасибо. Спасибо, что выслушали меня. Если вы до сих пор здесь, то… ещё раз спасибо, что уделили мне время, для меня это правда очень важно.

***

«Какой красавчик!» «Тебе было так тяжело об этом рассказывать… Бедный, наверное у тебя и правда было нелёгкое прошлое». «Чел, честно… всем похуй на твои сопли, не распускай их тут и не засоряй своим мусором платформу». «Руслан. Красивое имя. У меня так папу звали, он тоже, кстати, погиб. Три года назад, в автокатастрофе. Я понимаю тебя, Русь!» «Однозначно лайк и подписка».

***

      Так много приятных (и не очень) комментариев. Так много людей, которые поддержали и поняли меня. Мне стало намного легче. Теперь справляться с одиночеством, пока Юлик в больнице, будет проще. А дальше… как пойдёт.