Серия «Руслик»

— Так, сдвинься чуть-чуть влево.. А то я себя не сдержу! Знал бы Онешко, что Тушенцов сам сдерживается из последних сил.

Из бесконечности с рассветом Улетаем, говоря: «Как прекрасен Питер летом, Как же я люблю тебя». |сборник драбблов по руслику, плюс работы, имеющие интересные сюжеты и отношения между парнями, но которые я не смогу вывести на полноценную работу и которые в этом не нуждаются|

порой люди говорили, что парень вовсе не корчит из себя хуй пойми кого на камеру. он делает это за ней. пару раз юлик даже слышал о том, что тушенцов любит злоупотреблять веществами и часто находится под трипом. но сам друга в подобном состоянии не видел ни разу, и верить в то, что парень может быть настолько безрассудным, чтобы употреблять… не хотелось.

Пару секунд в кадре было видно только одинокое кресло и зрители могли лишь наслаждаться простым однотонным фоном. Тушенцов появился спустя некоторое время с кружкой какого-то горячего напитка. Сев на кресло и поставив кружку на столик, который находился вне видимости камеры, Руслан кинул взгляд в объектив и улыбнулся, неоднозначно и как-то грустно вздохнув. Он выглядел не так, как раньше. Как-то слишком тепло, домашне.. открыто.

Кто ж знал, что Онешко все это время ждал именно этих слов?

Люди плачут, читая мои прозы, А ты кладёшь мне на могилу розы.

Мне было пятнадцать. Я шутил про геев и твердил, что когда-нибудь продам почку и, на полученные деньги, сопьюсь вусмерть. Сейчас мне двадцать три. Я влюбился в парня и продал почку, чтобы он смог увидеть свет.

Каждый день.. каждый чёртов день на крыше кто-то был. У каждого были какие-то бредовые, накрученные проблемы, и я.. продолжал всем помогать. Я возвращал им всем веру и любовь к жизни, находил каждому для неё смысл. Я слушал их, советовал уйти, помогал найти то, ради чего стоит продолжать жить. Но не было никого, кто сделал бы того же для меня..

Когда между отчаянием и страхом ты выбираешь е г о, думаешь, что ошибся, а учиться чему-то бессмысленно, если ты намерен повторять эту ошибку раз за разом. О н — всё, что согревает и болит, все, что так жжётся и мятой оседает на душе. О н — это неправильно, но если очень хочешь, можно и забыться в этом чувстве и вине за то, что делал, что делаешь и что ещё собираешься делать.

И пусть мы теряем кого-то с годами, Пускай ошибаемся в тех же местах — Все то, что уходит от нас со слезами, Хранится в забытых когда-то словах. Люблю в тебе все, что досталось бесплатно, Люблю в тебе каждый малейший изъян, Влюбился однажды совсем безвозвратно, Влюбился в тебя, а не в имя «Руслан».