Один из Нас: Свиток Дракона

По готов был прыгать от счастья, но сдержал в себе порывы чувств. Он не до конца верил, что это не сон, и как только нижняя челюсть соединилась с верхней, панда ущипнул себя за руку. Получилось довольно таки больно, и парень ойкнул, махая ладонью. — Всё в порядке? — спросил Шифу. — У тебя шок, понимаю. Не каждый день выпадает возможность стать учеником кунг-фу. Надеюсь, что ты не подведёшь. Мужчина обернулся назад и посмотрел на Тигрицу. Та коротко кивнула и слегка улыбнулась. У мастера камень с души свалился. Во-первых, с пандой, всё оказалось не так страшно, как казалось. Во-вторых, Шифу понимал, что у него будет возможность помириться со своей ученицей. — Я и не подведу, — улыбнулся По, — я ведь знаю азы, так? Значит остальное пойдёт как по маслу. Излишняя самоуверенность охватила парня с головой. Чувство радости всё ещё туманило его разум. Тем не менее, панда взял себя в руки и вздохнул, успокаивая свои нервы. — Очень надеюсь, — сказал Шифу, — не стоит расслабляться. Мастер повёл нового ученика за собой. Теперь это не было экскурсией, как в прошлый раз, на сей раз всё было гораздо серьёзнее. Тем не менее, всё это было очень странно. До По это дошло только спустя небольшое количество времени, когда они проходили мимо комнат отдыха, где у каждого ученика были свои личные покои: своя кровать, тумбочка для вещей, шкаф и прочее необходимое. Парень думал, что комнаты будут совсем уж пустые, как это описывалось в свитках, на что он задал интересующий его вопрос: — А что, теперь ученикам полагается мебель? То есть, я думал, что в комнатах должно быть пусто по максимуму, чтобы ничего не отвлекало от гармонии внутри. — Это было раньше, — ответил Шифу. — Когда-то давно, когда я сам был начинающим в учении кунг-фу. Теперь всё изменилось, всё совсем иначе. Мы решили позаимствовать новые правила из западных домов, более приближенных к мирским прихотям. Правда, вступать в брак, всё ещё нельзя. Но я думаю о том, чтобы разрешить заводить семью. С определённого возраста, конечно. — А как это вы собираетесь сделать? Ввести правило на вступление в брак? — Уже не терпиться жениться? — хмыкнул учитель. — Нет, мне только интересно, не более того, — оправдался панда. Шифу показал По всю территорию: как пройти от дворца к залу тренировок, как выйти за пределы территории, как попасть в личные покои и много других дорожек, с более удобным пересечением маршрута. Панда в который раз поразился тому, насколько большая площадь земли принадлежит только мастерам кунг-фу. Здесь спокойно можно было бы разместить ещё одно поселение, с куда большим количеством жителей. — Территория такая огромная, — сказал По, — наверное, раньше, у вас было много учеников, да? — У меня? Не очень, — Шифу покачал головой, — здесь, ещё до меня, обучались сотни последователей мастера Угвэя. Многие из них основали свои школы кунг-фу. Некоторые живы до сих пор, но найти их не представляется возможным. — Это ещё почему? — удивился панда. — Вдруг я бы хотел учиться у одного из них. — Эти мастера не берут учеников к себе. Больше не берут. Они полностью, без остатка, погрузились в себя и исследуют закоулки своего разума. В каком-то смысле, они полностью отказались от своего тела. — Разве это возможно? Отказаться от тела и… Как это вообще происходит? Я нигде не слышал об этом. — Такие случаи никто не записывает, панда, — ухмыльнулся Шифу, — об этом лишь ходят легенды. Мастера высочайшего уровня начинаются слияние своего разума с энергией вселенной и получают безграничные знания. Некоторые из них начинают видеть будущее. — Ой, да бросьте, — фыркнул По, — будущее увидеть невозможно. Наша судьба в наших руках. Никто не может предугадать, что произойдёт в следующую секунду. Завтра. Через месяц. В этом мире столько факторов и вещей, которые могут влиять на нас. Вариантов развития событий бесчисленное множество. Так что невозможно увидеть будущее. — А как ты объяснишь то, что мастер Угвэй выбрал тебя Воином Дракона? Значит ли это, что он видел будущее, где спустя много лет, ты освоишь кунг-фу на уровне мастера и выше? — Ну… Нет, я не думаю, что мастер Угвэй увидел будущее. Если подумать логически, то он разглядел во мне потенциал. Всё таки мудрость прожитых лет помогла ему определить что-нибудь. Да? Ой, всё, я сдаюсь. В этом нет никакого смысла. Забудьте, что я говорил про логику. Шифу засмеялся. Ему стало очень весело от наблюдения за поиском правды. По озадаченно посмотрел на учителя: — И что смешного? — В том то и дело, панда, — мужчина вытер слезу, поступившую от хохота, — ты как всегда прав. И мне это нравится. Более того, ты иногда повторяешь мои мысли. По чуть-чуть усмехнулся, прикрыв рот рукой. Он слышал, что мастер Шифу, зачастую, был угрюмым и недовольным учителем. Сейчас, все знания панды, добытые на стороне, казались ложью. Но, может, ему повезло застать малую панду в добром расположении духа? По заметил, что за ними наблюдает Тигрица. Она с смотрела на своего приёмного отца с большим удивлением, и вопрошающе переводила взгляд на панду. Парень только пожал плечами и покачал головой, как бы говоря: "Я не понимаю, что происходит.". Теперь и Шифу заметил свою ученицу: — Я показывал нашему новому ученику территорию. К занятиям приступим позже. — Я бы хотела поговорить с По, — сказала Тигрица, — если он может уделить мне время. Шифу поднял бровь. Ему не очень нравился чересчур спокойный голос девушки, в котором отчётливо различались, сдерживаемые нотки волнения. От чутких ушей малой панды это не могло ускользнуть, о чём прекрасно знала Тигрица. — Я дам вам пять минут, — мужчина сложил руки за спину и ушёл в направлении зала тренировок. Тигрица подождала, пока учитель отойдёт достаточно далеко, и начала говорить: — Мастер Шифу смеялся. Я видела и слышала это. Мне не показалось. Как ты это сделал? — Ты о чём? — По захлопал глазами. — Я сам не понимаю, почему так вышло. Мы разговаривали о том, могут ли старшие мастера, прошедшие долгий путь тренировок, видеть будущее. И речь зашла о том, почему Угвэй выбрал меня Воином Дракона. Шифу засмеялся с моих рассуждений, якобы они повторяют его мысли. Тигрица разочарованно поджала губы. Ответ её не устраивал. Она ожидала услышать что-нибудь другое, что могло бы помочь ей с взаимоотношениями с приёмным отцом. — Что-то не так? — спросил панда. — Я правда ничего не понимаю. — У меня к тебе нет претензий, По. Я только хотела узнать, что его так развеселило. Насколько я знаю, он редко даже улыбается, после событий с Тай Лунгом. Я чувствую, что он всё ещё не может выкинуть его из головы. — А если попробовать их помирить? Найти Тай Лунга и привести его сюда. — Исключено! — девушка махнула рукой, разрезая невидимую линию. — Давай лучше закончим этот разговор и пойдём на твоё первое занятие. Панда кивнул, скорчив недовольную мину.

***

Первое занятие далось панде с трудом. Все его представления о тренировках, противоречили реальности. Мастер Шифу выдавил из парня все соки: отработка ударов, растяжка ног, бег по залу. Благо, По знал, что будет что-то подобное и морально был готов выложиться на все сто. Он, даже, чувствовал, как его наполняет кунг-фу. А может, так действовала окружающая обстановка? К концу занятия, панда был выжат как губка. Пот тёк ручьём, а мышцы ныли, но парень довольно улыбался. Физическая нагрузка — лучше лекарство от скверных мыслей. А думать было о чём. — Как ощущения? — спросил Шифу, щёлкнув пальцами. — Вижу, ты устал и очень сильно, но тебе понравилось. — Ещё бы! — закивал По. — Это гораздо круче занятий с самим собой, когда следовал инструкциям в свитке. — Продолжим завтра, — хмыкнул учитель, — ты показал хороший результат. А сейчас тебе нужно умыться и отправиться в свою комнату. Скоро время ужина. — Я бы хотел сходить к родителям, — сказал панда, — рассказать им, что да как. Они волнуются. — А ты успеешь? Путь не близкий. Один подъём сюда отнимет много времени, помнишь об этом? — Я не надолго. Расскажу им всё, а после вернусь сюда. Больше не буду уходить в будние дни. Только по выходным буду отлучаться домой. Шифу молча кивнул, отпуская нового ученика домой. По, не забыв поклониться, покинул зал тренировок. На улице, тем временем, уже смеркалось. Всё же, тренировка затянулась, на долгое время. На выходе, По столкнулся с Гадюкой. Она мило улыбнулась панде. — Наш учитель тебя совсем замучил, да? — спросила змея. — Нас он отпустил раньше, а тебя держал в зале ещё час, не меньше. — Мне всё понравилось, — ответил По, — но, да, я действительно устал. Это не похоже на самостоятельное изучение кунг-фу по свиткам. Я себя так никогда не нагружал. Сейчас хочу пойти к своим родителям. Хочу поговорить с ним более… Ну, чтобы они поняли, что к чему. — Мастер тебя отпустил? — удивилась Гадюка. — Обычно, он нам не позволяет покидать территорию дворца без особой надобности. С другой стороны, у тебя же родители в Долине Мира. — Я надеюсь, что смогу регулярно приходить к родителям. Им нужна моя помощь. Да и отец не будет так сильно серчать, что я пропадаю, по его словам, невесть где. Они вдвоём засмеялись. Настроение у обоих улучшилось. — Если хочешь, я могу сходить с тобой, — предложила змея, — помогу представить им аргументы, почему заниматься необходимо и полезно. По только было открыл рот, чтобы начать говорить, что Гадюка тут же шикнула. — Сползу. Я понимаю, что ты хочешь сказать. У меня нет конечностей для ходьбы. Но, прошу тебя, не докапывайся до моих слов. А то укушу. Змея показала свои небольшие клыки в подобии улыбки. По замотал головой, выставив перед собой ладони: — Я не собирался уточнять на счёт твоего способа передвижения. У меня и в мыслях такого не было, ваша милость. Он поклонился, приложив руку к сердцу, напоминая Гадюке о её происхождении. Змея удивилась такому, а через пару секунд засмеялась: — По, прошу тебя, оставь эти любезности при себе, ладно? Я на тебя не в обиде, только не надо меня поправлять, когда речь идёт о моей "ходьбе". На последнем слове Гадюка улыбнулась и высунула язык. По озадаченно посмотрел на змею и пожал плечами. Вместе они покинули территорию Нефритового дворца, и направились в сторону дома панды. Спускаясь по лестнице, По и Гадюка молчали, но когда до ровной дороги оставалось всего несколько ступенек, змея завела разговор: — Ты так упорно рвался сегодня, — сказала она, — отдавал себя занятию с таким энтузиазмом. Не помню, чтобы видела, как кто-то так же рвался к физическим нагрузкам. Это вдохновляет. Стань ты учителем, то к тебе бы съезжались ученики со всего Китая. По только усмехнулся. Обычная лесть в его сторону, дабы собеседник понравился ему. Панда мог легко это парировать и ответить что-нибудь колкое, но Гадюка была такой милой и добродушной, что он даже и не думал отвечать насмешливо. — Спасибо, — улыбнулся По, — но мне ещё предстоит долго тренироваться. Я же говорил, что всё оказалось совсем не просто. У тебя были схожие впечатления от первых занятий? — Да, но мой стиль другой, — ответила Гадюка, — я сосредоточена на ловкости и скорости. Но, если быть точным, то больше гибкости и пластичности. За ловкость отвечает Обезьяна. Я это поняла, когда у нас был учебный поединок. Остаток пути шли молча. Только на подходе к дому, По немного занервничал, будто пришёл в совершенно новое место, и понятия не имел, как себя нужно вести. — Я пойду первым, — сказал парень и зашёл в лапшичную. Внутри никого не было. Из кухни доносились звуки льющейся воды и стук тарелок. Панда отворил дверь и его ослепил яркий свет фонарей. — По! — госпожа Пинг тут же оставила посуду в раковине и подошла к сыну. — Как твой первый день занятий? — Всё хорошо, — улыбнулся панда, — правда, только устал сильно. Это так ново было для меня и очень неожиданно. Женщина заметила за спиной сына Гадюку. Та приветливо помахала хвостом. — А вы чего стоите позади? — удивились буйволица. — Проходите, не стесняйтесь. Я сейчас вас обоих накормлю. — Спасибо, но, — начала говорить змея, пока не обратила внимание на взгляд По, — конечно, я с радостью. Вскоре все трое сели за стол. Ароматно пахнущий чай и свежий горячие пельмешки, придали сытость и удовольствие. По расслабился и откинулся на спинку стула. Гадюка довольно облизывала язычком свой рот, наслаждаясь послевкусием. — Ты сильно устал, сынок? — спросила госпожа Пинг. — С непривычки будет очень больно. Особенно на следующий день. — Это я понимаю, мне не в первой заниматься, хоть не так сложно, — По огляделся по сторонам. — А где папа? Он, может быть, тоже хочет услышать, что случилось у меня за день. — Он отбыл в другое поселение, налаживать связи, — ответила буйволица, — ищет возможность построить там другую лапшичную. Если всё пройдёт хорошо, то у нас будет целая сеть, в дальнейшем. — Это же здорово! — панда не сдержал восклицания. — Только отец хочет, чтобы ты занимался лапшичной, — пояснила мать, — он всё ещё рассчитывает на тебя. И, думает, что твоё увлечение закончится, хотя бы через месяц. — Он действительно так считает? — По закусил губу и печально опустил голову. — Я не разделяю его взглядов, — покачала головой госпожа Пинг, — я считаю, что ты должен сам решить, чего хочешь. Но, правда, ты ведь ещё не знаешь, что из себя представляет кунг-фу. Ты только сегодня начал тренироваться. Что если тебя постигнет разочарование? По открыл рот и тут же закрыл его. Удивление и недовольство отразились на его лице, что не ускользнуло от внимания матери. — Знаю, ты хочешь сказать, что я не права, — продолжила женщина. — Может, оно и так, но ты не можешь с уверенностью сказать, что тебе по душе кунг-фу. По опустил взгляд на столешницу. В словах мамы был смысл. Злоба, которая собиралась его охватить, мигом улетучилась, а разум начал работать объективно. Конечно, мама могла не понимать, что чувствует её сын. Со стороны кажется, что панда просто одержим, и обычное хобби переросло в навязчивую идею. Вот так быстро! Это действительно могло напугать наблюдателя. — Прости, мама, — сказал По, — тебе ведь страшно, так? Женщина коротко кивнула и внимательно посмотрела на сына. Она готовилась понять, что у её сына на уме, и что он собирается делать. Напряжение начинало нарастать, но тут вмешалась Гадюка: — Ваш сын, госпожа Пинг, всего лишь занимается физической тренировкой. Он никогда не пошёл бы на какие-нибудь опасные дела. Почему бы ему не укрепить своё тело и не освоить кунг-фу? Это будет полезно для его жизни в дальнейшем. — Мама, я сам решу, чего хочу в этой жизни, — сказал панда, — я уже не маленький, ты должна это понять. Невозможно заставить любить ребёнка то, чем занимаются родители. Я никуда не денусь, я буду вам помогать, только реже, но я не хочу посвящать всю свою жизнь лапше, пельменям и другой еде. Готовить — это здорово, но я хочу чего-то другого. В этом мире столько всего прекрасного, а кунг-фу — это и есть то прекрасное, и оно совсем рядом, буквально в нашей долине. Я не могу оставить свою мечту так просто, когда до неё рукой подать. Гадюка только вздохнула. Она рассчитывала сгладить углы и дать понять госпоже Пинг, что По не выкинет глупостей. Буйволица, в свою очередь, только слегка улыбнулась, чего панда и змея точно не ожидали. — Это так похоже на меня, — с улыбкой сказала женщина, — в молодости, разумеется. Я была полна надежд и мечтаний. Хотела быть певицей, но мне не удалось попасть в нужные руки. То есть, я хотела сказать, не смогла найти нужную компанию. Так я и оказалась с твоим отцом, а после — в Долине Мира. Остались ли у меня ещё мои мечты? Да, остались, но ради Пинга, ради тебя, По, я пожертвовала своими мечтами. Потому что я люблю вас обоих, всем сердцем. И тебе, сынок, выпал уникальный шанс, который, увы, не выпал мне. Ты должен им воспользоваться. — Значит, ты совсем не против, если я буду заниматься кунг-фу полноценно? — спросил По. — Правда? — Совсем не против, сын, — кивнула госпожа Пинг, не переставая улыбаться одними губами, — а за отца не беспокойся. Что-нибудь придумаем. По поднялся с места и обнял маму, сидящую на стуле. Она обняла в ответ и ласково погладила по голове. — Я тоже тебя люблю, мама, — панда заурчал от поглаживания и объятия. Гадюка, глядя на семейную сцену добра и взаимности, смущённо отвернулась. У неё бывало так же с мамой или папой, но когда она была совсем маленькой. В последние же годы, когда подходило время к замужеству, такой теплоты становилось меньше. Змея верила, что это лишь какое-то совпадение и всё далеко не так просто, как кажется. — Я думаю, нам уже пора, — сказала Гадюка. — Мастер Шифу мог нас заждаться. Хорошо, что нам не придётся ужинать. По отпустил мать из объятий и, попрощавшись, покинул дом вместе с Гадюкой. Последняя была слишком молчаливой на обратном пути, более тихой, нежели в прошлый раз, когда шли к дому панды. — Что-то не так? — спросил По, не выдержав давящего молчания. — Ты совсем притихла. Тебя смутил мой разговор с мамой? — Да, — прямо ответила змея, — ты прав, но я не очень хочу это обсуждать. — А что если… — Нет, но, может быть, в другой раз, правда. По только пожал плечами. Однако, когда он с Гадюкой был на подходе к воротам, то решился задать вопрос: — Ты была лишена семейного тепла, да? На тебя давили, чтобы ты скорее обручилась с нелюбимым тебе избранником. Но, знаешь, что я думаю? Они это специально. Твои родители тебя любят, иначе отец не дал бы тебе право выбора и насильно выдал замуж. Холод в отношениях — единственный способ отодвинуть от себя дорогого тебе зверя: сына, дочь, брата, сестру, мать, отца, мужа, жену и так далее. Я считаю, что отец никогда не позволил бы тебе страдать сильно и, потому, он выбрал меньшее из зол — позволил тебе уйти. Он готовился к тому, что ты исчезнешь. — По, — Гадюка подняла взгляд на панду, — откуда тебе знать, почему всё произошло именно так? Её глаза заблестели. Парень понял, что сказал явно лишнее. Дал надежду девушке, что не всё так плохо, как кажется. — Я хочу во что-то верить, — сказал он. — Ты же слышала мой разговор с мамой. В этом мире много хороших и много плохих вещей. То, во что ты будешь верить, то и будет с тобой. Я проверил в кунг-фу, и теперь — я среди вас. — По, — Гадюка вздохнула, — тебе же просто совестно, что ты, хоть немного, но задел меня. — Я не умею извиняться. Но, я правда верю, что твой отец хотел как лучше. Я верю в хорошее. Попробуй поверить и ты. Найди ту самую точку опоры и отталкивайся от неё. Змея посмотрела вверх, на ночное небо, усеянное тысячами ярких звёзд. Они были так далеко и так близко. Гадюка подумала о своих родных, что они, прямо сейчас, тоже могут смотреть на ночное небо. — Я знаю, — сказала она, — что, однажды, вернусь домой. Только… Ах, По, я боюсь этого. Я рискую остаться здесь не на несколько лет, а на всю оставшуюся жизнь. Не уверена, что когда-то буду готова. — Если тебе будет всё ещё страшно, — улыбнулся По, — то я могу сопроводить тебя назад, к твоему дому. Да, буду твоим сопровождающим. — И что же я скажу родителям, если они увидят меня в твоей компании? — спросила Гадюка. — Скажи им, что я Воин Дракона, — усмехнулся панда, — и все вопросы отпадут. Змея улыбнулась и тихо засмеялась. По мысленно выдохнул и поблагодарил само себя, что не ленился читать свитки, рассказывающие о правильном общении с грустной личностью. Вместе они зашли за ворота и скрылись во дворце.