in hindsight, i was blindsided (baby, i don't mind it)

⭐ — Можешь пойти домой пораньше, — говорит ему Сыхёк. — Сегодня мало клиентов. Он уходит в свой офис прежде, чем Чимин успевает как-то отреагировать на подобную щедрость. В последнее время его часто отпускают пораньше. Чимин жопой чует, что всё это неспроста — скорее всего Сыхёк просто стремится спровадить всех, чтобы проворачивать свои грязные делишки. Минхи согласен с Чимином, но он думает, что Сыхёк просто дрочит на какой-то жесткий хентай — эту версию сразу же отметают все, кто был вовлечен в разговор — на самом деле Сыхёк славный малый, поэтому его сложно представить в подобной ситуации. Однако сам Чимин думает, что версия Минхи недалека от истины — как говорится, в тихом омуте черти водятся. Чимин снимает рабочую униформу, сдаёт свой бейджик и уходит в полдень. Несмотря на то, что Сыхёк позволяет им подобную вольность — в девяти случаях из десяти Чимин отказывается от неё. Он надеется воспользоваться этим позже и выбить себе небольшой отпуск. На улице пасмурно, поэтому он торопится домой, перебирая в голове все доступные варианты доставки еды. Мимо проносится автобус и со скрипом выплевывает заторможенных пассажиров. Чимин заказывает еду и чуть позже с удобством устраивается перед телевизором со скрещенными ногами. Его идиллию нарушает звон телефона — к его разочарованию это не курьер. Ему пришло уведомление в какао — остаётся надеяться, что это так же важно, как острая курочка — но все мысли сразу же вылетают из головы, стоит Чимину увидеть, кто именно написал ему. можно прийти? Хосок впервые спрашивает у него разрешения — обычно он приходит без предупреждения и специально вводит неправильный код от входной двери, чтобы Чимин несся сломя голову открывать из-за орущей сигнализации. конечно. Курьер молчит, зато к нему едет Хосок. Чимин начинает переживать. Вот, в этом проблема — с какого перепугу он нервничает? С… с чего бы это? Чимин раздраженно закатывает глаза. По правде говоря, он прекрасно понимает, что с ним происходит. Это же Хосок. Это же… Раздается звонок в дверь, и Чимин готов поспорить на что угодно, что это не доставка. На часах примерно четыре вечера — он лежит на полу, его живот раздулся от внушительной порции потрясающей пиццы. Хосок стоит возле него. Он смотрит на Чимина — его лицо сияет в лучах заходящего солнца. Что-то в этом есть — Хосок выглядит так великолепно и естественно, весь его облик кричит о том, что его место — здесь. Чимин чувствует себя так, будто знает его всю жизнь — Хосок стоит посреди комнаты и, несмотря на совершенно дурацкий ковер под его ногами и носки, абсолютно не сочетающиеся с его одеждой, он выглядит идеально. Рядом с ним, возле стены притаилась гитара — Чимин смотрит на неё и чувствует, как что-то внутри него шевелится, рвется наружу — это удушающее чувство буквально окольцовывает его ребра. Хосок пытливо рассматривает его, на что Чимин смеётся и широко улыбается — просто так, без особой причины. Он до сих пор чувствует боль, и она только разрастается, становясь более тягучей и сладкой, когда Хосок смеётся в ответ. — Хочу услышать, как ты играешь, — шепчет Хосок позже, облизывая его ухо. Сердце Чимина так быстро стучит, что он слышит, как кровь пульсирует в ушах, когда тот отстраняется. Чимин тянется за гитарой — сердце наливается тоской, но внутри разливается тепло. Он не чувствует грусти. Точнее сказать — он ошеломлен тем, что происходит — сегодняшний день, этот момент, Хосок стоит рядом. Он чувствует себя так глупо. Чимин кладет пальцы на струны с трепетом, одна из них поддается и издает громкий звук — они оба расслабляются, после чего Чимин наконец-то начинает играть. Он просто закрывает глаза и позволяет музыке вести себя — Хосок устраивается возле него — он припоминает то, что они играли с Чонгуком, будучи школьниками, но решает сымпровизировать и меняет лирику, напевая что-то о бессонных ночах и свете. Выплескивает все то, что не давало ему покоя в последнее время. Чимин чувствует, как Хосок льнет к нему, зарываясь лицом в плечо, и улыбается в ткань футболки. Он чувствует себя так легко, будто сейчас взлетит. ⭐ Чонгук поёт в душе. У них не картонные стены, но младший может быть громким, если захочет. Чимин пытается пройти уровень в новой игре, но умирает до того, как добирается до пещеры с сокровищами. — Все наши дерзкие мечты мы объединим!* — надрывает горло Чонгук. Чимин выпрямляется и одобрительно кричит — вообще сам Чимин не любит петь, потому что ему не очень нравится свой голос, хотя он может быть сексуальным, когда хриплый — в глубине души Чимин гордится этим фактом. — Пускай ведут нас за собою… — не унимается Чонгук и роняет мыло, громко матерясь. — …словно карта! — подхватывает Чимин. — One Piece! Чонгук смеётся приглушенно из-за шумящей воды. — В плавание нам компас будет лишь мешать! — Ждут авантюры нас…. — Куда плыть — нам решать! Чимин растворяется в моменте и наконец-то вспоминает, каково это — быть дома. ⭐ Сейчас обеденное время, а Чимин уже так сильно устал, что его тошнит — ему нужно ещё закупиться продуктами и разобраться со стиркой (сегодня его очередь). Несмотря на своё состояние, он всё сделает — просто потому, что Хосок так сказал. Честно говоря, Чимин готов на многое, чтобы увидеть сияние в его глазах и ту самую улыбку, обнажающую прелестные ямочки. Каким-то образом Хосок стал неотъемлемой частью его размеренной жизни. — Я хочу попробовать кое-что, — говорит ему Хосок ранее по телефону. — Будет весело. Именно так они оказались в парке с гитарами. — Чувствую себя странно, — признается Чимин. — Из-за чего? Тебя удивляет, что мы в кой-то веки занялись чем-то помимо лобызаний? — шутит Хосок. — Я мог бы завалить тебя где угодно, — говорит Чимин, медленно проводя ладонью по гитаре, на что Хосок моментально становится серьёзным. — Поверь, я знаю, — выдавливает он. Именно так они оказались посреди парка под палящим солнцем с гитарами наперевес. Чимина смущают снующие туда-сюда дети и животные, но затем его взгляд падает на Хосока и он забывает обо всем — тот расслабленно перебирает струны своей гитары, кивая головой и немного хмурясь. Он поднимает голову, замечает застывшего Чимина и слегка улыбается — Чимин прячет взгляд и склоняется над своим инструментом. Какая-то студентка тормозит неподалеку, с любопытством разглядывая их. Вскоре к ней присоединяется старик. Они молча стоят и смотрят на них. Хосок начинает играть, а Чимин, немного потопав ногой в ритм, подхватывает. Хосок улыбается ему, и они играют вместе — сначала тихо и неуверенно, но потом привыкают и позволяют музыке захватить их — мелодия смутно напоминает Чимину что-то, что он слышал прежде, но он не может вспомнить, когда это было. Хосок начинает петь. — Поднимись по лестнице, ведущей на вершину. Чимин закрывает глаза и растворяется в тихом голосе Хосока. Он так сильно увлекается игрой на гитаре, что не сразу понимает, что Хосок уже перестал играть — Чимин удивленно распахивает глаза, осознавая, что он уже некоторое время играет соло. Он украдкой обводит взглядом толпу, рассматривая лица прохожих — равнодушные, улыбающиеся и восхищенные. Чимин перебирает пальцами, медленно подходя к кульминации выступления, и улыбается. Он глубоко дышит, приходя в восторг от охвативших его ощущений. Он тщательно считывает каждый вдох, неосознанно подстраивая игру под свое дыхание, и его сердце заполняется каким-то сладким чувством. Он успевает вдохнуть еще раз, а затем мелодия резко обрывается — секундой позже следует оглушительная тишина, после чего все вокруг сотрясается от оглушительного рева восторженной толпы. Ошалевший Чимин краем уха улавливает громкий смех Хосока. ⭐