Солнце и Луна. Кровь, Соль и Ветер.

Девушка не успела сказать что-либо, как Астарта вновь припала к ее губам. Горячие руки мягко легли на ленты на спине, что удерживали уже неуместное прямо сейчас платье. Астарта не спешила, словно спрашивая дозволения, и, когда Шуаран лишь уверенно ответила на поцелуй, она потянула за ленты, позволяя им развязаться. Когда платье с легким шелестом упало на пол, она всем телом прильнула к Астарте, обнимая за шею. Демонесса опустила свои ладони на округлые бедра, нежно сжимая, и, услышав от Шуаран первый стон, не сдержалась, слегка кусая ее губы. Она подхватила хрупкое тело на руки и понесла прямиком к кровати. Хвост все это время бесновался в нетерпении, но суккубша старательно следила за реакцией девушки в ее руках. Когда она опустила Шуаран на скромную мягкую перину, нависая сверху, спросила: — Дверь закрыта? — Астарта усмехнулась, легко щелкая пальцами, после чего от двери в комнату послышался ответный щелчок. — Теперь —да. Смешок Шуаран потонул в очередном поцелуе. Поцелуи Астарты никогда не были похожи друг на друга. Они имели характер, были пропитаны страстью, чувствами и горячим пылом. Тело суккубши источало жар, отчего каждое прикосновение напоминало скольжение масла по раскалённой поверхности металла. Вот и Шуаран была подобна этому маслу — буквально таяла от собственнической хватки демонессы, от ее горячего языка, скользящего во рту вместе с ее собственным. Каждый раз, когда Виге соприкасалась с клыками суккубши, что-то внутри нее сладко ныло и Астарта об этом догадывалась, потому что сразу после этого обязательно награждала часто дышащую девушку легким укусом в плечо или гостеприимно подставленную шею. — Как ты хочешь этого? — Голос Астарты, пропитанный возбуждением, пронес по телу магессы очередную будоражащую дрожь и мурашки. Ее губы приникли к шее задыхающейся девушки. Ее руки скользнули вниз по хрупкому стану девушки, обвили талию, скользнули вниз к округлым соблазнительным бедрам и сжали плоть ягодиц, вырвав из Шуаран очаровательный писк. Эти чудесные звуки пробуждали внутри Астарты первобытную страсть, которой хотелось дать выпуск, но она понимала, что девушка еще к этому не готова. Возможно, позже… — Я не уверена, что люблю боль… — призналась тихо Шуаран, выгибаясь всем телом навстречу суккубше. Та хмыкнула и, наградив девушку легким поцелуем, выпрямилась на постели, поведя широкими плечами. Хищные глаза алчно оценивали развалившуюся на постели магессу, отчего та зарумянилась и пожелала прикрыться. От Астарты послышалось небольшое мурлыканье, и она медленно опустилась губами на вздымающуюся от частого дыхания грудь, все еще облаченную в нижнее белье. — Я буду нежной. — Мягким голосом заявила она, но после, хитро ухмыльнулась: — Но сначала, сделай мне милость… покажи себя. — В-всю?.. — Шуаран ничего не могла поделать со своим смущением. — Я… — Я хочу увидеть тебя. — Сдается мне, ты давно меня видела голой. — Девушка отвела смущенный взор в сторону. Астарта отвлекла ее очередным поцелуем в шею, который украл ее дыхание. — Астарта… — Я хочу увидеть тебя, — повторила та с нежными томными нотками. — Хочу прикоснуться к тебе. Хочу увидеть тебя так, как никогда не видела. Хочу тебя всю. Без остатка. Шуаран видела, как в глазах Астарты скачет огонек вожделения, когда она сквозила взглядом по ней. Подобное заявление заставило сердце магессы сделать кульбит и медленно расслабить доселе слегка напряженное тело. — Х-Хорошо… — Очередной нежный поцелуй, в который ее увлекла демоница, заставил ее чуть-чуть приподняться. Удерживаемая горячими руками, она расстегнула застежку лифа, позволяя тому легко упасть вниз. Астарта оторвалась от нее, выпрямляясь. Жадный взгляд буквально пожирал девушку, отчего та вновь в смущении отвернулась. Суккубша вновь опустилась к ней, мягко целуя в губы, а после спускаясь ниже, на нежную кожу шеи, ключицы. Руки шли по животу, поднимаясь вверх, пока не достигли двух мягких холмов, что вздымались в такт частому дыханию девушки. — Астар… та… — Едва прошептала через частые вздохи она, закусив губу от волны мурашек, прокатившейся по ее телу, когда горячие и большие ладони нежно сомкнулись на груди. — Т-ш-ш. Ты прекрасна. — Темные губы коснулись розового ореола, вырывая из девушки новый стон. Ее рука, тем временем, нежно гладила второй, заставляя его отвердеть. Не зная, куда деть руки, Шуаран комкала одной ладонью одеяло, пока вторая зарывалась в волосах Астарты, цепляя массивные рога. Руки той вновь пошли вниз, проходя по животу и опускаясь на край единственного кусочка ткани, что оставался на девушке. Оторвавшись от груди, Астарты вновь поцеловала Шуаран, нежно шепча прямо в губы: — Ты позволишь? — Виге смотрела затуманенным взором на нее всего мгновение прежде, чем кивнуть. Астарта медленно потянула полоску ткани вниз. Из девушки вырвался сомневающийся вздох, прервавшийся от одного из множества поцелуев. Было какое-то бессильное очарование в том, как Астарта успокаивает ее и заставляет больше чувствовать, нежели видеть. Мир для Шуаран сконцентрировался до горячих прикосновений Астарты, проносящих одну горячую волну за другой, что оседала в разных уголках тела. — Ха-а-а… — выдохнула Шуаран внезапно от перехваченного дыхания, когда губы искусительницы приникли к впадинке пупка. После, из горла девушки вырвалось сдавленное хихиканье, потому что суккубша провела длинным языком по коже подрагивающего живота. — Хи-хи-хи… щекотно… Шуаран почувствовала, как Астарта, покрывающая кожу поцелуями, улыбнулась и оторвалась от нее, внушительно возвысившись над ней и нависнув, невольно укрыв ее своей тенью. Виге затаила дыхание, боясь, что что-то пошло не так, но все, что она увидела в хищных глазах суккубши — это всепоглощающее пламя, источающее искреннее желание и голод. Вот только, если обычно Шуаран чувствовала себя неуютно, когда видела этот взгляд от других, то сейчас это вызывало в ее груди учащенное сердцебиение, дыхание перехватывало, а голова опустошалась, оставаясь наедине с непроницаемой завесой желания. — Что-то не так? — Все-таки, до конца неуверенная, Шуаран не удержалась, чтобы спросить и получила на это не очередную усмешку от демонессы, а настоящую улыбку, без капли насмешки или самодовольства. Это в очередной раз заставило сердце Шуаран биться чаще. — Хочешь раздеть меня? — Лишь после этих слов на губы суккубши вернулась хищная усмешка. Она выпрямилась и расправила плечи, своей рукой положив руки магессы на свои плечи, из-за чего та приподнялась с постели. — Я никому этого, обычно, не позволяю. — Как много у тебя было партнеров? — Шуаран понятия не имела зачем это спросила. Но странно, именно сейчас ее это заинтересовало. — Я не хочу отвечать на этот вопрос. — Астарта слегка нахмурилась, искренне боясь, что ее ответ может охладить девушку. — Не самая романтичная информация. — Я знаю, что много. — Пробормотала спокойно Шуаран и осторожно скользнула по плечам суккубши и спустилась по ее спине, прямо на крючки лифа. Магесса позволила себе перенять усмешку Астарты и тоже сделала ее хищной, когда посмотрела ей в глаза и шепнула в ее приоткрытые губы: — Хочу знать, как много тех, кого я обошла. Хвост Астарты издал странный щелкающий звук, ударив в каком-то странном порыве об изножье скромной, невероятно маленькой для двоих кровати. — Не надо, Шу. — Шепнула она. — Какой смысл? — Пожалуйста. — Попросила девушка, и в эту же секунду застежка лифа была легко расстегнута, позволяя Шуаран стянуть мешающий предмет одежды. Ее взору открылся внушительный бюст демонессы. Девушка пораженно распахнула глаза, уставившись на демоницу. Но удивили ее не идеальные формы, что соблазняли одним своим видом, далеко не только мужчин, а… — Пирсинг? — Указывая одними глазами на маленькие металлические шарики, что попарно украшали оба соска демонессы. — Нравится? — Усмехнулась Астарта и рассмеялась грудным смехом. — Порой убираю их — преимущества древних демонов. Маленькие удобные шалости. Шуаран чуть фыркнула и перевела взгляд обратно на грудь. Два темных ореола, обрамленные металлическим украшением, завораживали ее взгляд, вызывая в ней… тихий восторг. Астарта слегка качнулась вперед, заставляя грудь слегка качнуться в сторону девушки, словно приглашая ее. Та хитро сощурилась на довольную демоницу и мягко буквально с трепетом опустила свои руки на них. — Ах… м-м-м. — Сорвалось с уст Астарты, отчего Шу удивленно воззрилась на нее — так просто? — Что? Между прочим, из-за пирсинга я довольно чувствительна. Ох… Сердце Шуаран сделало кульбит от одной подобной реакции, отчего она слегка увереннее стала массировать нежные холмы, вырывая из суккубши очередной неровный выдох. В голове Виге возникла шальная мысль и приблизившись губами к груди, она поцеловала ее совсем рядом от соска, прошептав: — Так сколько их было? — Шу… — Сто? Тысяча? — Продолжая покрывать грудь поцелуями, она заметила, как Астарта стала льнуть к ней, буквально одними движениями умоляя подарить ласку самым желанным местам. Но девушка старательно обходила отвердевшие вершины. От осознания, что грозная Царица Интриг буквально таяла в ее руках, причем добровольно, внизу живота поселился томительный жар, распаляющий ее все сильнее. — Тебя устроит, если я. скажу много?.. Ах… — Между вздохами прошептала Астарта. — Нет. Я хочу знать. — Она прильнула губами в опасной близости от соска, лишь раззадоривая. — И кто из нас тут демон? Шуаран прищурилась и ее глаза на пару мгновений потемнели, когда она выдохнула из себя легчайшую холодную струйку воздуха, которая мгновенно заставила Астарту дернуться и застонать, после чего, зашипеть и запустить ладонь в белокурую копну волос. Магесса закусила нижнюю губу от подобного обращения, потому что она чувствовала в них нетерпение и искреннюю страсть. Хвост суккубши метался позади, как хлыст. — Нечестно. — Заявила Астарта с прищуром, сжимая чужие волосы. — Скажи. Мне. — Потребовала Шуаран, высунув язык и проведя небольшим касанием по ложбинке между пышными округлостями. Астарта зарычала, порывисто сжав чужие волосы сильнее, а другой рукой внезапно одаривая магессу легким шлепком. Неожиданность этого жеста заставил Шуаран вскрикнуть — легкая боль была ничем по сравнению с пожаром, что поселился между ног и распространил интимную пульсацию. — Сколько их было? — Стояла на своем Шуаран, сверкнув аметистовыми глазами, дрожа и продолжая ласкать суккубшу, не позволяя испытать больше дозволенного. — Обещаю, что я не обижусь. — Я не могу сказать точной цифры… — медленно начала сдаваться Астарта и, слышащая это девушка наполнилась огнем уверенности и еще большего возбуждения. — Скажи примерно… — Прошептала Шуаран, дразня своим горячим дыханием пронзенные металлом отвердевшие вершины. — Десятки тысяч! — Призналась суккубша и вздрогнула, искренне застонав, когда магесса жадно накрыла ртом изнывающие места. Как же много времени с тех пор, как позволяла кому-то подобное вытворять с ней. — Я попробую это наверстать. — С пылким и злобным жаром заговорила Шуаран, храбро цепляясь рукой за правой рог Астарты. — Сделать тебя своей вот так… чтобы ты навсегда меня запомнила… — Во имя Кровавого Ока, да ты разошлась~ — Нараспев замурлыкала Астарта, распаляясь сильнее от этого осознания. Она порывисто впилась губами в приоткрытый рот магессы, на этот раз, давая волю всему своему длинному языку. Руки Шуаран, следуя примеру демонессы, стали ответно изучать ее тело, скользя по нежным изгибам все ниже, пока одна ладонь не ощутила под собой хвост. От одного прикосновения к нему Астарта вздрогнула, разрывая поцелуй. — О? — Заинтересованно протянула Виге, поглаживая извивающуюся конечность. — Он столь чувствителен? — Ах… Чтоб тебя, чертовка. — Упрямая натура искусительницы заставляла ее недовольно порыкивать, не желая быть ведомой. Она вновь прильнула к груди девушки, заставляя упасть на перину. Руки последовали ниже, на бедра, нежно поглаживая их. Астарта слегка покусывала кожу девушки, но, помня ее замечание о боли, делала это скорее, чтобы вызвать легкую дрожь. Шуаран хрипло стонала, ворочаясь под ней. Внизу живота все давно горело нестерпимым жаром, требующим у своей хозяйки выхода. Поэтому, когда горячие ладони оказались в опасной близости от ее самой чувствительной точки, а бедра опалило столь же горячее дыхание, она едва сдержалась, чтоб не попросить. Ее тело само льнуло к Астарте, буквально умоляя овладеть ей. Демонесса нежно поцеловала внутреннюю сторону бедра девушки, прежде чем произнести нежно, но с толикой властности: — Скажи это. — Черт… Астарта, я… — Извивалась девушка, отчаянно стремясь получить желаемое. — Скажи. Для меня. — Пожалуйста… — Произнесла она, и демоница довольно оскалилась, опускаясь вниз. Но не успела она прильнуть к изнывающим местам, как ощутила на своем роге крепкую хватку, что слегка требовательно потянула ее. Демонесса издала небольшой игривый рык и Шуаран, ощутив прилив сил от небольшой дерзости, решительно принялась расплетать тугой хвост рыжей гривы. Астарта усмехнулась, приподнялась и наклонилась к Шуаран, позволяя девушке расплести дикие волосы. Взгляд Виге наполнился первобытной страстью, когда она погрузила руку в копну. Глаза Астарты опасно и горячо блеснули. Она открыла рот, невольно продемонстрировав небольшие клыки и высунула длинный гибкий язык с раздвоенным кончиком и, слегка наклонившись вперед к девушке, Астарта коснулась самым кончиком кожи подрагивающего живота. Глаза Шуаран затянуло пеленой, когда суккубша с улыбкой подмигнула и решительно обхватила руками подрагивающие от возбуждения бедра и чуть-чуть дернула на себя, заставляя девушку выдохнуть и шире раздвинуть ноги. Демонесса по-хозяйски облизнулась и с удовлетворением взглянула на изумление в аметистовых глазах, когда ее хвост, словно змея, скользнул между чужих ног, обвился вокруг живота, талии, между манящих округлостей и сомкнулся вокруг хрупкой шеи магессы. — Не бойся. — Голос Астарты издал волну вибрации, когда она успокаивающе сомкнула губы на периферии паха и давно изнывающим влажным очагом возбуждения. — Мой хвост давно имеет на тебя виды, мышка. Шуаран промолчала, потому что чувство обвитого вокруг нее гибкого горячего хвоста вызывал у нее тихий восторг на грани чего-то странного, непознанного. Девушка откровенно таяла — жар в интимных местах; горячее дыхание, опаляющее кожу; сильные руки на бедрах и груди; обвитый вокруг туловища горячий гибкий хвост… она действительно была мышкой, сжатой в чужой хватке… — Ха-а-а-а-а… — сладко выдохнула Шуаран, почувствовав, как горячий и влажный кончик языка провел небольшую дорожку от влажного входа до чувствительной линии между животом и пахом. — Аст… Аста… — М-м-м… — издала та низким вибрирующим тембром, что отправил по телу девушки очередную волну дрожи. Рука магессы вновь вернулась на голову суккубши, зацепившись за рог. — Не терпится, мышка? — С легкой усмешкой протянула она, на что Шуаран чуть ли не с рычанием ответила: — Нечестно так издеваться, когда ты тоже этого хочешь! — Астарта не сдержала довольного урчания, когда та потянула ее за рог к себе. Не став более тянуть, она дала девушке то, что она требовала. Ее губы прильнули к изнывающему жаром и влагой месту, сначала мягко и нежно. Затем длинный и гибкий язык демоницы сделал одно единственное движение, от которого Шуаран выгнулась, не сдержав стона. Вторая рука схватилась за другой рог, словно фиксируя Астарту в ее положении, но та лишь довольно порыкивала, став наращивать темп. Шуаран потерялась в ощущениях. Каюта сжалась до одной точки, до гибкого языка и горячих губ, что скользили по ее паху, заставляли ее извиваться и не сдерживать голос. До двух крепких наростов, за которые она держалась. В какой-то момент Астарта на мгновение отпрянула от нее, чтобы взглянуть в поддернутые пеленой возбуждения глаза, а после, поцеловав ее бедро, вернулась на место. И Шуаран вздрогнула, ощутив, как язык демоницы неожиданно сменил свое направление и вместо поглаживания, он нежно, но настойчиво вторгся внутрь нее. Закинув голову, девушка с переменным успехом шептала лишь одно имя через частые вздохи: — Аст… Ас… Астарта… Астар… Ах! — К языку и губам присоединились руки демонессы, что нежно и трепетно изучали каждый сантиметр ее изнывающего лона. Шуаран сама не заметила, как в какой-то момент обхватила ногами фигуру Астарты, не желая отпускать. Хватка хвоста стала чуть сильнее в ответ на жест разгоряченной девушки и вслед за этим, обладательница рогов издала очередной довольный гул, отправивший по стану Шуаран одну пульсацию за другой. Девушка закрыла глаза, теряясь в ощущениях, под ее веками взрывались звезды. Раз за разом ее бросало то в холод, то в жар от поступательных движений гибкой длинной мышцы, скользящей между ног. Ее откровенно потряхивало от переполняющих тело ощущений, что штормили ее и швыряли в разные состояния, близкие то к экстазу, то к пику напряжения. Шуаран стала подобием оголенного нерва — натянутая до предела струна, источающей один непревзойденный звук за другим, но готовая в любой момент лопнуть. Благо или нет, Астарта была достаточно опытной «музыкантшей». — Аст… я… а-а-а-а… — Еле вырывалось из девушки, что держалась за чужие рога, словно отпусти она их, то все сущее вокруг рухнет. Демонесса ничего не говорила — она страстно подводила партнершу к самому пику, внутренне довольно порыкивая, что была единственной на данный момент, кто видел «Виге Штормовой Ветер» такой искренне открытой, уязвимой и раскрепощенной, полностью отдающейся в чью-ту власть. В ее власть. Астарта мягко подхватила подрагивающие бедра, обхватив за ягодицы и позволила своему языку сменить недавние подразнивающие прикосновения на глубокое проникновение, губами при этом сомкнувшись на налитой кровью головке клитора. Крик Шуаран, ее сильная дрожь и легкая волна холода, изданная в разные стороны шлейфом инея, стало самым ярким воспоминанием чужого пика удовольствия для Астарты. Обессиленная девушка упала на мягкую перину, стремясь восстановить дыхание, пока сбоку от нее устроилась пылкая партнерша, что нежно гладила ее по голове и успокаивающе целовала лицо. Девушка, кажется, задыхалась — ее грудь вздымалась, сердце колотилось и намеревалась почти вырваться, пока тело, покрывшееся легкой испариной, почти стремилось слиться в перинах узкой кровати. Золотистые глаза демонессы по-кошачьи сощурились, пока уголки полных губ суккубши удовлетворенно приподнялись. — Т-ш-ш, — нежно зашептала Астарта, осыпая поцелуями румяное личико и пытливо касаясь вздымающейся груди. — Дыши, моя мышка. Не напрягайся. Магесса сдавленно хихикнула, когда смогла отдышаться и открыть зажмуренные до этого глаза. Встретившись взглядом со своей партнершей, девушка лениво заморгала, перед тем, как протянуть руки и обвить их вокруг наклонившейся над ней демонессы. Жар от прижавшихся друг к другу тел не казался каким-то мешающим или некомфортным. Шуаран с глубоким вздохом вдыхала кружащий голову аромат чужого тела, что нависло над ней так, словно укрывало собой от всего мира. Завораживающая близость длилась достаточно, чтобы позволить девушке прийти в себя. Они просто лежали, прижавшись друг к другу и молчали, лениво перебирая руками волосы и обводя пальцами очертания лиц. Хвост Астарты все еще был обвит вокруг тела Шуаран, но та не возражала. Напротив — ей нравилось ощущать себя в некотором смысле «скованной» суккубшей таким образом. — Ты в порядке? — В голосе Астарты мешалась заботы, но и толика азартной гордости. — Я думала, что ты мне рога оторвешь. — Суккубша. — Произнесла та с усмешкой и шутливо ткнула засмеявшуюся Астарту. — Да, брось, тебе это нравится ~ — Она легко притянула девушку ближе к себе, заключая в объятия. Та не стала сопротивляться, прильнув к горячему телу с трепетом, чем вызвала у демонессы тихий внутренний восторг. Но за ее довольной улыбкой она скрывала свое беспокойство, которое все же вырвалось из нее простой фразой: — Шу… Все хорошо? — Хах! Астарта… — Девушка подняла голову от горячей груди, посмотрев на демоницу со смесью смеха и удивления. Но увидев в глазах той неуверенность, мягко коснулась своими губами ее. — Все прекрасно. Правда. Я этого хотела тоже. — Ладно… Ладно, хорошо. — Астарта закатила глаза, показательно скрывая свое облегчение за высокомерием. Шуаран это видела. И улыбалась, лаская ладонью красивое лицо. Демонесса с зубастым игривым оскалом обхватила безвольное тело магессы, мягко освобождая от пут своего хвоста, а после, с грудным смешком падая на кровать так, чтобы Шуаран устроилась на ней. Теснота узкой кровати намекала на то, что по-другому на ней нельзя было устроиться. Но никто из них не собирался жаловать. Лежа в обнимку с магессой, демонесса невольно размышляла о том, как этой, казалось бы, простой девчушке удалось покорить ее сердце. Ее — почти бессмертного существа из другого мира. Хотя она должна была отдать должное — Шуаран уже давно не была той девчушкой, которая когда-то давно увидела ее в трюме корабля. Нет, она стала настоящей женщиной. Сильной, уверенной, невероятной, столь прекрасной с точки зрения Астарты, что не хотелось отпускать ее ни на миг. — Я не ожидала от тебя подобной прыти. — Вновь возвращаясь к своей излюбленной манере, выдала суккубша. — Хих, я полна сюрпризов, не так ли? — Хихикая, отвечала та, утыкаясь носом в чужую шею и лениво целуя ее. — Я… немного отдохну… и я… Постепенно, ее поцелуи стихали. Астарта водила горячей рукой по ее спине, пока не услышала, как лежащая на ней магесса стала… посапывать? Взгляд Царицы Интриг устремился к лицу девушки, что устроилась на ней, как на подушке и из груди вырвался тихий искренний смешок. — Уснула. — Она поцеловала ее в лоб. — Хи-хи-хи, ничего, в другой раз, мышка. *** *** Сложно выразить словами тот коктейль чувств, что наполнил Шуаран, когда она проснулась. Первое, что попалось ей на глаза было внушительных размеров грудью, что была украшена пирсингом, и на которой она лежала вместо подушки. Смущение мгновенно накрыло девушку с ног до головы, и она попыталась было отодвинуться, но поняла что зажата в крепких объятиях из рук и. крыльев? — Шу, ты чего с утра пораньше? — Полусонно вопрошала Астарта, пробужденная телодвижениями магессы. — Ну, как тебе сказать… — Смущенно пролепетала та. — Мм? А-а ~ — Приподняв голову, демонесса легко проследила за взглядом Виге. — Что? Понравились? Ну-ну, не стесняйся, ты всегда можешь потрогать, если хочешь ~ — Ой, иди ты, суккубша! — Воскликнула Шуаран под повисший смех упомянутой, но слезать с нее не спешила. Наоборот, осилив первичное стеснение, она вновь улеглась на свое место. — Лучше объясни, зачем крылья? — Ночью было немного прохладно, а одеяло доставать из-под нас двоих слегка неудобно. — Пожала плечами Астарта. Они замолчали, давая друг другу время полностью пробудиться. Шуаран немного позевывала, ворочаясь прямо на демонессе, пока немного не сползла на бок и не приблизилась к ее лицу. — Доброе утро. — Нежно проговорила Астарта, поглаживая горячей ладонью лицо девушки. — Доброе утро. — Шуаран с улыбкой склонилась к ней, нежно целуя. Нос вновь наполнился излюбленным ароматом, пока суккуба прижала ее к себе, углубляя поцелуй. Было в этом что-то прекрасное — просыпаться в объятиях Астарты, и Шуаран невольно подметила, что хотела бы ощутить подобное вновь. Но пока… — Мышка, ты видимо плохо учила физиологию суккубов? — Заявила демонесса, когда они оторвались друг от друга. — Чт. Уааах! — Воскликнула та, когда ее внезапно прижали к кровати, а разгоряченная Астарта нависла над ней. — Или же наоборот хорошо? — О чем ты? — Не буди суккуба поцелуем. — Хитро усмехнулась она. — А не то… — Не то?.. — Шуаран могла поклясться, что в ее голосе прозвучало предвкушение. — Не то тебе придется ощутить на себе, что такое утренний «голод». — Прошептала Астарта девушке на ухо, лишь чтобы спустя мгновение нежно укусить за мочку. *** Утро… Второе утро наступило для Шуаран уже ближе к обеду. Поправив растрепанные одежду и волосы, она распрощалась с Астартой, что с улыбкой отправилась по делам, пожелав той удачи с ее переговорами. И Виге только и оставалось, что проворчать о ветрености некоторых демонов. — «Я бы с удовольствием украла тебя на целый день, но ты сама заявила, что так ты пропустишь время отправления.» — «Неважно.» — Протяжный смех раздался в голове девушки на это заявление. Покачав головой, она все же проследовала на палубу Верного Клятве, где столкнулась с матросами, что как раз отправлялись отдыхать. — Мисс Виге? — Удивленно воззрились они на нее. — Мы не видели, когда вы вернулись. — А… Я тут ночью решила проверить одно заклинание со своей подругой… — С той эльфийкой чтоль? — Усмехнулись они. — Понимаем. Ну, хорошего вам дня, а мы отдыхать, если позволите. — Доброе утро, мисс Виге. — Ее окликнул Эльмин, который в отсутствие капитана готовил корабль к отплытию. Команда Верного Клятве лениво просыпалась и занимала свои места. Сегодняшняя погода несла за собой бодрый ветер и палящее солнце. Чайки звонко оглашали всем и каждому, о своем наличии — многие из матросов, страдающие похмельем, это не ценили и стремились заткнуть гадких птиц. Шуаран была одной из числа редких везунчиков, что проснулись сегодня свежими и бодрыми, потому на ее широкую и истинно довольную и удовлетворенную улыбку смотрели почти с неверием. Пока команда занималась подготовкой корабля и ждала возвращения капитана Гельера, Шуаран любопытно кинула взор на их эльфийского соседа и увидела там бурлящую деятельность — обычно беспечные эльфы бегали туда-сюда в легкой суете, а во главе всего этого, стоя на реях и вещая на эльфийском наречии громким голосом, была Рейка. Шуаран не знала и вряд ли смогла бы распознать то, что именно говорила ее подруга, но интонация ясно давала понять, что взбалмошная девица явно становилась с каждым разом все строже и увереннее. Рейка росла, даже если не замечала этого за собой. Кажется, плавание меняло не только Шуаран. Это было похвально. Даже воодушевляюще. — С добрым утром, капитан. — Громкое приветствие Эльмина заставило девушку отвлечься. На борт поднялся Гельер — отдохнувший и довольный, что было ясно по его глазам и усмешке, видной даже сквозь седые усы. — Доброе, господа. — Благосклонно отозвался он и через пару минут поднялся к штурвалу, возле которого его ожидали Эльмин и Шуаран. — Мы готовы? — Ожидаем готовности капитана Мианив. Наши корабли готовы. — Доложил Эльмин. Капитан кивнул и с улыбкой встал у штурвала, мягко погладив рукой дерево и рельефы, вырезанные на поверхности. Через пятнадцать минут корабли с громкими отзвуками отчалили от гавани. *** Зубья Дракона показались грозными высокими крутыми скалами, что выглядывали из-под тумана, что стоял над водой, подобно облаку. Это был своего рода уже знакомый признак присутствия русалочьего логова, как такового. Надежный способ отвадить любого сухопутного, который пожелал бы приблизиться сюда, ибо никто не захотел бы поплыть на своем судне или лодочке к крутым скалам, за которыми клубится непроглядный туман. Однако ещё за пару морских миль до того, как первые очертания Зубьев проступили сквозь молочную завесу, Шуаран и Рейка, плывшие в своих шлюпках в сопровождении Эльмина и Айроны, уже почувствовали беспокойство. Оно пришло не с волнами, а с вестями, принесенными разведчицами-сиренами — Улой и Кайри. Вернее, только одной из них. Ула, прелестница из стаи Собирательниц Жемчуга, всплыла первой. Волосы её тяжело легли на плечи, мокрые, как водоросли, а глаза, обычно яркие и лукавые, были настороженными. Она не стала ни играть, ни тянуть время, как делала обычно. Лишь произнесла негромко, почти шёпотом, будто опасалась, что кто-то подслушает из глубины: — Кайри тут очень не нравится. Она чует много крови и чужих. — Чужих? — Нахмурившись, вопросила Рейка. — В каком смысле «чужих»? Морские хищники или… другие сирены? Ула отвела взгляд. Рейка нахмурилась. Шуаран слегка наклонилась к борту своей лодки, силясь рассмотреть поверхность неспокойной воды. — Ула, — настойчиво произнесла Рейка, не повышая голоса, но в её тоне уже слышалось напряжение. — Говори прямо. Шуаран, не произнеся ни слова, молча склонилась ближе к борту своей лодки, вглядываясь в воду. Та мерцала серебристыми пузырьками, будто из глубин поднимались медленные, вкрадчивые выдохи чего-то живого. Волнорез был тонким, зыбким. Поверхность дрожала, словно под ней дышал великан, едва удерживаемый толщей моря. — Кайри сказала, чтобы я плыла обратно, — призналась Ула, опуская голос до шепота, не глядя ни на одну из женщин, — потому что ей не нравится, какие запахи она чувствует. Это не Ночные Сирены. Это кто-то другой. Она замолчала, потом с трудом продолжила: — Кровь. Но не охота. Не пиршество. Что-то другое. Недавнее. Шуаран выдохнула, не от раздражения, но от едва сдерживаемого разочарования. Разумеется, всё не могло быть просто. С этим логовом — и тем более с этой Стаей — нельзя было ожидать прямого пути. Она знала это, и всё же надеялась. Напрасно. Айрона, как всегда собранная, сидела за спиной Рейки в лодке, и уже положила руку на эфес своей шпаги. Её движения были точными, бесшумными. Эльмин, что сидел рядом с Шуаран, сделал то же самое. Даже не обменявшись словами, оба действовали, будто по команде — напряжение сгустилось над шлюпками, как сама морская пелена. — Ула, — тихо окликнула её Шуаран, не отрывая взгляда от воды. — Какие сирены обитают здесь помимо Стаи Королевы Мерроу? Сирена колебалась, а затем едва слышно призналась: — Я не знаю… Но не успела она договорить, как её взгляд резко дёрнулся назад, будто она что-то услышала за спиной — что-то, чего не услышал никто другой. И Ула изменилась. Её лицо, только что тревожное и человечески растерянное, в одно мгновение окаменело, глаза превратились в узкие щели — хищные, безжалостные. Ни мгновения колебания: она сорвалась с места, сильным рывком оттолкнулась от борта, нырнув в воду с тонким, пронзительным клекотом — криком-предупреждением, слишком резким для уха человека. За ней поднялась мощная волна, окатила борт и залила доски холодной солёной водой. Айрона молча выдернула шпагу из ножен. Лезвие сверкнуло на фоне тумана, как лезвие молнии. Эльмин, не отставая, тоже встал в стойку, клинок у него в руке был уже готов к обороне. Ни вопросов, ни обсуждений — все всё поняли. Шуаран сжала зубами внутреннюю сторону щеки, чувствуя, как по телу расходится холод паники, смешанный с адреналином. Она знала, знала всей своей плотью: в воде от клинка не было толку. Сирены — особенно те, что могли ударить первыми, скрываясь в толще, — были не соперниками, а хищниками. Вода — это их стихия. Это было заведомо проигрышное положение. И Рейка знала это тоже — их взгляды пересеклись, коротко, достаточно, чтобы понять: обе это осознают. Но что тогда так встревожило Улу? Если даже она, одна из самых осторожных и робких в стае, пришла в такое оцепенение… Что произошло с Кайри, которая не вернулась? Кайри — из Стаи Глубоководных Охотниц, сирена, чьей выдержке и силе можно было бы позавидовать. Она не из тех, кто пугается запаха крови. Лодку Шуаран с Эльмином внезапно подбросило — удар пришёл снизу. Резкий, тяжёлый. Не волна, не течение. Именно удар. Шуаран мёртвой хваткой вцепилась в борт, пытаясь удержаться и не поддаться дурному предчувствию, которое уже поднималось внутри. Почти сразу тот же удар пришёлся по соседней лодке — тяжёлый, способный легко опрокинуть, будь они ближе к центру. Шуаран зажмурилась на мгновение, затем распахнула глаза, снова глядя вниз — и там, под водой, на несколько кратких секунд, мелькнул силуэт. Рыбий хвост — огромный, мускулистый. Он взрезал толщу воды подле их шлюпки, оставив за собой водоворот. Это был не хвост Улы. Не Кайри. Ни одного знакомого из Стаи. Гребень на хвосте был шипастым, словно костяные пластины пробивались сквозь кожу. Чешуя — тёмная, тусклая, переливавшаяся сталью и зеленью, вся в глубоких царапинах. Шуаран побледнела. Из глубины под лодкой вдруг поднялась тень. Плавно, как поднимается хищница, не желающая пугать жертву — до поры. Сначала — силуэт. Потом — глаза. Из воды показалась голова сирены. Не похожая на Улу или Кайри, не похожая вообще ни на одну сирену, которых Шуаран знала прежде. Её кожа была серо-зелёной, как у морской змеи, гладкой и влажной, с пятнами и прожилками, будто кораллы вросли в плоть. Волосы — длинные, спутанные, покрытые водорослями и тёмной слизью. Они волочились по воде, как щупальца. Лицо — вытянутое, будто бы чужое, с раздвоенными зрачками и тонкими, рваными жабрами по бокам шеи. Она была красива — но той чуждой, первобытной красотой, которую хочется отвергнуть инстинктивно. Ледяной взгляд на мгновение встретился с глазами Шуаран. И в нём было не любопытство. Там была голодная решимость. Секунда — и сирена рванулась вперёд. Рывок был резким и точным. Два мощных всплеска хвоста — и вот уже её руки вцепились в край лодки. Тело взметнулось из воды в изящном и смертоносном прыжке. Лодка пошатнулась — и в следующий миг она была опрокинута, перевёрнута, как будто бы ветром. Холодная солёная вода обрушилась на Шуаран, сбивая дыхание. Она захлебнулась. Потеряла ориентацию. Вода била по ушам, в горло врывался солёный ужас. Когда ей удалось вынырнуть, вдохнуть с хрипом — она услышала это. Далеко, с поверхности — фьюююууу! — прозвучал глухой, высокий звук. Морской свисток. Один, потом другой, с другого направления. Один из её корабля. Другой — со стороны судна Рейки. «Они видят нас», — мелькнуло в голове, — «они идут». Но передышки не дали. Прямо рядом с ней — всплеск, и короткий вскрик Эльмина. Он был на поверхности — и тут же исчез, будто бы кто-то утянул его за ноги вниз. Лишь круги по воде остались, и короткий всплеск, будто захлопнулась пасть. — Эльмин! — хрипло закричала Шуаран, дёргаясь в его сторону, но мышцы отказывались слушаться, паника душила изнутри. Её руки едва держались на поверхности, разум метался в попытках выбрать — нырнуть? Плыть? Отступить? Нет времени. Вода закипела. В ней снова появилась та же сирена — теперь ближе к Рейке. Её губы растянулись в улыбке, неестественной, слишком широкой, с острыми зубами, как у хищной рыбы. Когтистые пальцы уже вытягивались вперёд, к горлу… И тогда Рейка, будто вышедшая из оцепенения, рванулась навстречу ей сама. Она бросилась прямо на сирену — без страха, без крика, со сталью в руках. Меч рассёк воздух и воду, будто пытаясь расчерпнуть сам страх. — Эй! На меня! — выкрикнула Рейка, её голос прозвенел, как удар гонга. — Меня возьми, тварь! Сирена обернулась. И Рейка снова атаковала — грубо, но яростно, с отчаянной смелостью того, кто не даст другому умереть, пока стоит сама. Шуаран дрожала в воде, хватаясь за обломок весла. Где-то рядом снова поднялся свист с корабля — три коротких сигнала. Подкрепление уже близко. Но для Эльмина и Рейки этого может быть недостаточно. И в панике, в липком страхе, она знала — выбора больше нет. Или она соберётся сейчас, или они погибнут все. Рейка не давала себе времени думать — только действовать. Лезвие её меча сверкало в воздухе и вспарывало поверхностную плёнку воды, но сирена двигалась быстрее, гибче, будто сама стихия. Она уходила вглубь, снова появлялась — то слева, то справа, на грани видимости. Один удар когтей едва не достал до горла. Другой — вспорол плечо. Рейка застонала, развернувшись кругом, обнажая левую ладонь — та загорелась огнём. Магия. Но едва она вызвала её, пламя тут же затрещало и сжалось, шипя от влаги. Воздух над водой вспыхнул коротким заревом, отброшенным назад, и пламя рвануло к сирене — вспышкой, больше яростью, чем заклинанием. Сирена отпрянула — огонь, даже ослабленный, был ей чужд. Он палил, искажая воду. Сверху, разрезая поверхность, в воду метнулась Айрона. Она шла без колебаний — как клинок, брошенный в сердце. Без крика, без слов. Только сталь в руке и цель — помочь. Под водой её движения стали мягче, но не менее смертоносными. Она погрузилась рядом с Рейкой и без предупреждения вонзила шпагу в бок сирены. Та взвизгнула — хрипло, с пузырями воздуха, разрываясь в подводной тишине. Стук железа о кость, всплеск — сирена рванулась, с силой ударив хвостом, отбросив обеих женщин. Пока те боролись, Шуаран нырнула. Без времени на колебания, без дыхания. Только вперёд. Глубже, в темноту. Эльмин исчезал — его утащили. Ни пузырей, ни крика. Но она чувствовала — он здесь, где-то рядом, в тени. И в этой тени — движение. Пальцы наткнулись на что-то — руку, холодную, держащуюся из последних сил за щепку дерева. Эльмин. Он был в сознании, но его тянули вниз — темное пятно, словно спутанный водорослями силуэт, обвил его ноги. В тот же миг что-то схватило её сзади — когти. Пронзили кожу на спине, обожгли болью. Сирена. Другая. Она была ближе, чем казалось, и ударила без предупреждения. Шуаран закричала — под водой это был гулкий зов, рвущий горло. Она вывернулась, сгибая руку к себе, вырываясь — и сжала ладонь. Магия откликнулась. Она призвала воду — не как стихию, но как плоть. Поток сомкнулся вокруг неё, изогнулся вихрем, и с силой рванул в сторону нападающей. Прямо в грудь. Та отлетела, кувыркаясь в потоке, будто её схлестнула морская змея. Шуаран, хватая Эльмина под мышки, рванулась вверх. Её лёгкие горели. Грудь сжималась. Паника всё ещё была рядом — холодная, колючая, но отступала, потому что сейчас был смысл. Вынырнув, она услышала выкрик Рейки, ещё один всплеск стали и вспышку огня, и знала — бой только начинается. Шуаран вырвалась на поверхность с резким, рваным вдохом, захлебнувшись солёной водой и болью в груди. Она вытащила Эльмина насколько хватило сил, удерживая его голову над водой. Он был в сознании, но задыхался, судорожно кашляя, всё ещё в оцепенении от шока. Всё тело ныло — от когтей сирены, от холода, от ужаса. Но сильнее всего — от ярости. Она не просто испугалась. Её разозлили. Гнев нарастал, как прилив. Он вспенивал кровь, наполнял грудь, сливался с магией. Внутри неё, где раньше был страх, теперь было клокочущее, бурлящее бешенство. Она снова подняла руку над водой. В воздухе повисли капли — тяжёлые, тягучие, подрагивающие, как будто мир затаил дыхание. — Довольно, — прошептала она, и в этом шёпоте была власть. Вода вокруг завихрилась. Там, где она коснулась волны, внезапно раздался резкий хруст — треск, будто ледяной шрам прорезал само море. Всполох заклинания пошёл по поверхности, и в следующую секунду вся вокруг неё вода начала кристаллизоваться — не ровно, не симметрично, а как вспышка гнева, дикая и неуправляемая. Острые ледяные иглы вырвались вверх из воды — хаотично, беспорядочно, но смертоносно. Они вспарывали поверхность, как зубья, взметались в небо, раскалываясь и снова сближаясь. Один шип прошёл в метре от неё, другой вырвался прямо под хвостом сирены, рвущейся к Рейке — и пробил насквозь, пригвоздив ту к воде. Сирена захрипела, дёрнулась, из её рта вырвались пузырьки. Вода вокруг почернела от крови. Рейка отпрянула в сторону, едва избежав удара. Айрона в паре метров замерла, поражённая не столько магией, сколько мощью и злобой, с которой она была вызвана. Шуаран тяжело дышала, глаза её пылали. Лёд продолжал расти и заворачиваться, выталкивая Эльмина и её выше, как кристаллический трон среди бурлящего моря. — Если вы хотите крови, — выкрикнула она в пространство, обращаясь сразу ко всем — живым, мёртвым, прячущимся под водой, — тогда пейте мою ярость. Море дрожало, как будто само чувствовало её волю. И это было только начало. Над бушующей водой донёсся человеческий голос — крик, а за ним ещё один, перекрываемый ветром и плеском волн. — Шуаран! Живы?! — грохнул голос с корабля. Было не разобрать чей — голосов становилось всё больше. — Лодки на воду! Спустить шлюпки! — раздался окрик уже с противоположной стороны, со стороны судна Рейки. Матросы метались по палубам, бегали, выкрикивали команды. По шелесту парусов и резким ударам такелажа стало ясно — корабли приближались, снижая ход. Один за другим на воду стали спускаться спасательные шлюпки. Звук человеческих голосов, знакомых, живых, — разом смыл часть ужаса. Шуаран, тяжело дыша, позволила себе ощутить — облегчение. Впервые за эти проклятые минуты. Она обняла Эльмина крепче, глядя в сторону приближающихся силуэтов лодок. Лёд под её ногами скрипел, медленно тая. Айрона, раскинув волосы по воде, приближалась к ней вплавь, сверяясь взглядом — раны, кровь, усталость. Но они были живы. Рейка в это время подплывала с другой стороны — в один момент ледяная блокада разделила её с другими. Лицо её было рассечено, одна щека в крови, волосы прилипли к коже. Она повернулась к Шуаран, губы расплылись в улыбке — истощённой, но победной. — Ха… Хреново выглядишь, Шу, — прохрипела она, взбираясь на ледяную толщину. Послышался всплеск. Не было даже шанса крикнуть. Что-то рвануло её назад — так быстро, что на воде не осталось даже брызг. Только сильный, короткий вжжух и завихрение воды, затянувшееся воронкой. Там, где стояла Рейка — пусто. — Рейка! — выкрикнула Айрона. Шуаран обернулась, волосы расплескались по воде — и сердце сжалось. Всё облегчение выгорело за один миг. Как будто кто-то оборвал дыхание. Вода бурлила, а в её глубинах мелькнула фигура — чёрная, гладкая, как тень, уносящая свою добычу в морскую темень. Рейка исчезла.