утяни намджуна в тройничок

«Однако хуёвый из тебя пионер, Пак Чимин», — подумалось Намджуну, у которого уже глаз задёргался. Часы отбили пять вечера, а они даже первый пункт осилить не могут. Никогда не угадаете из-за чего. Хотя, впрочем, всё настолько очевидно, что Ким едва ли надеялся сделать сегодня с этой парочкой хотя бы половину. — Пожалуйста, оторвите глаза друг от друга и хотя бы раз загляните в учебники, — почти вспыхивает он, стукнув ластиком на карандаше по тетради. — Ради приличия. Они, какая неожиданность, втроём уселись на мягком диване оливкового цвета, что стоял в гостиной рядом с прозрачным и достаточно высоким, чтобы на нём было удобно что-то делать, столике, по которому Ким хотя бы для вида раскидал учебные принадлежности. За окном давно потемнело, и в комнату то и дело заглядывал свет ночного города. Как только они втроём ввалились в его дом, Намджун тут же поспешил усадить парней на диван и принёс себе стул, но, как видно, его попытка хотя бы сегодня оставить своё личное пространство при себе не увенчалась успехом. Его не злило подобное, но он искренне, к сожалению Чимина и Тэхёна, не понимал, что от него нужно. Он ведь знал, что это плохая идея, зачем только согласился? Нагнувшись к столу, он упёрся в тот обеими руками, силясь заставить себя что-нибудь прочесть и не обращать внимания на то, что чувствует своими бедрами две другие коленки, которые никак не могли найти себе места. Грудь его мерно вздымалась под домашней футболкой, руки от позы напряглись и через ткань можно было разглядеть очертания его мышц. Было бы странно, если бы это скрылось от чужого взгляда. Пак, даже не пытаясь делать вид, что занят работой, таращился на намджунов бицепс и почти шикал Тэхёну, чтобы тот тоже посмотрел, отвлекая его от напускной заинтересованности в работе. Намджун выдохнул носом и напряг руки сильнее, чтобы немного подвинуть стол, который стоял на неудобном для них расстоянии и к которому приходилось наклоняться. Чимин вдруг вслух застонал, представляя, как уместно бы эти руки смотрелись на его шее или внутренней стороне бедра, и привлёк внимание обоих. Джун выглядел взволнованным со своими поднятыми бровями, Тэхён вжался спиной в подлокотник и немного сузил глаза в ожидании того, как его парень будет выкручиваться из немного неудобного положения. — М… так делать ничего не хочется, — он вытянулся и лёг затылком на спинку дивана, уютно поднимая руки вверх и показательно зевая. Утомился, бедняжка. Один Ким тихо затрясся от смеха, второй вскинул головой и снова ударился в работу, оставляя ногтем линии на страницах. — Не лодырничай, Чимин. — Да, и правда, Чимин, — поддакнул ему Тэ и, пока переносил запись на листок, стукнулся фалангой о костяшку руки Намджуна, что и ухом не повёл. — Давай поступим по-честному, — продолжал лепетать шатен, бегая глазами от тетради к книге и обратно, словно вёл беседу о погоде, — ты берёшь себя в руки, а я тебя на кухонном столе… ай, — он немного насупился, когда получил тычок чиминовым локтем в бочину и бешеный взгляд старосты. — Шуток что ли не понимаете? — Вот это шуточки у вас, мальчики, — Намджун убрал мешающую чёлку наверх, тихо пыхтя от того, как из-за слов Тэхёна оба его «фаната» начали незаметно поёрзывать на диване. Поднялся он через полтора часа, потому что желудок начал прилипать к позвоночнику, наверное, не только у него самого, но и у его гостей. Медленно, но верно они выполняли задания, переговаривались и показывали друг другу на явные ошибки. Ещё бы Намджун не чувствовал, как они лапаются друг с другом, опять же, через него, не слышал бы, как Тэхён оставил за ухом Чимина поцелуй и как тот укусил его за губу (он понял это лишь потому, что, пока пытался, не поднимаясь со своего места, поймать ручку, которая покатилась по полу, Ким сдавленно замычал, а после зашипел от какого-то тихого, но влажного шлепка). Конечно, это выбивало его из равновесия, но сдаваться так просто он точно не собирался, поэтому Чимин и Тэхён этим вечером опять потерпели поражение. Стряхивая с себя наваждение и прочие вещи, Намджун раздосадованно цокнул, когда заглянул в холодильник, который накануне забыл пополнить. Даже мандаринов не осталось. — Сидите. Я куплю нам чего-нибудь поесть и вернусь, — сказал он, обматывая вокруг шеи массивный вязаный шарф. Парни тут же отвлеклись друг от друга, Чимин убрал с бедра Тэхёна собственное и почесался за ушком, совсем не желая отпускать Джуна. Они только-только настойчивее к нему притёрлись, как тот решил сбежать. — Мы не голодны, — Тэ хлопнул ресницами пару раз и уютно собрал ноги в позе лотоса. Чимин, словно невинное дитя, положил голову ему на коленку и только поддакнул. — Зато я ужасно голодный, — парировал Ким, вжикнув молнией на ботинке. — Постарайтесь не разнести мой дом, пожалуйста, мне нужно буквально двадцать минут вашего спокойствия. Слушать недовольное мычание, наполненное желанием внимания, он не стал, только покрутил ключами на пальце и вышел, закрывая за собой дверь. Дом погрузился в молчание, лишь иногда шумное дыхание оставшихся в нём парней перебивало его. С минуту они смотрели друг на друга: Чимин всё так же лежал у Тэхёна на одном колене и хлопал ресницами, а тот, упираясь локтем в диван, подпирал свою щёку, глядя на него в ответ. В животе неприятно тянуло, но не от голода. Не сговариваясь, они вдруг накинулись друг на друга жаркими поцелуями, Чимин требовательно потянул парня к себе за ногу, а тот только успел приоткрыть рот, как в него впутался чужой язык. Агрессивно потянув розовые волосы от себя, под недовольное чиминово мычание Тэхён мазнул по его подбородку губами и прикусил, вздрагивая ощутимо, когда горячая ладошка прошлась по его обнажённому животу. Пак оседлал его сверху и с горячим дыханием вжался задницей в пах Тэ, который испустил сдавленный стон и прижался носом к опаляющей своим жаром шее. — Мы не можем делать это на диване Намджуна без Намджуна, — зашептал Тэ и горячо выдохнул от сдержанного дыхание на своё покрасневшее ухо. Вытягиваясь, он подхватил Чимина под бедрами и уже был готов тащить того куда угодно, лишь бы скорее раздеть и вкусить мёд его голой кожи, но Пак оставался сидеть сверху и слабо поддавался, закрывая один глаз от возбуждения, что путало его язык. — Я чуть не умер, когда он схватил меня за бедро, — лишь взвыл он, всё ещё помня горячее прикосновение чужой широкой ладони к себе. Жаль, у старосты совершенно не было привычки вот так постоянно за него держаться. — Не обольщайся, он пытался поднять ручку с пола, — Тэхён ухмыльнулся от того, как Чимин вдруг закатил глаза, как обычно делал это при оргазме. А сейчас он был возбужденным и раздосадованным одновременно. Вполне сексуально. — Не порть мне впечатление, — всё тело словно занемело и просило большего в одно и то же время. Катаясь на чужих бедрах и вонзая пальцы в мягкую обивку, Чимин одарял парня громкими и мокрыми поцелуями, с ужасом замечая, как с его губ уже потекла ниточка слюны. Это плохо кончится, если Намджун вернётся и увидит их в таком состоянии на собственном диване. Это всё из-за него. Присоединись он к ним, подобной проблемы бы не возникло. Кажется, они медленно, но верно топили айсберг под кодовым названием Намджун своим Титаником, однако тот всё старался держаться наплаву, то есть подальше от их игр, и крайне двусмысленно реагировал на всевозможные намёки, от чего не было понятно: знает ли он о том, что они хотят. Хотели они не совсем секса, но факта близости и принадлежности друг другу. Парень, хлопающий людей по затылкам, носящий странного вида висюльки на шее, любящий мандарины и складирующих их, запал им глубоко в душу и в другое место тоже, конечно. Чимину хотелось выгинаться кошкой под моральной и физической силой Кима, а Тэ только прикрывал рот и реагировал слишком открыто, когда Намджун смотрел так, как смотрит вообще-то обычно: глубоко, вдумчиво и сосредоточенно. Конечно, в последнее время они успешно пошатнули его сосредоточенность, и Тэ уже не раз с явным удовлетворением отмечал, что Нам начал смотреть на них под другим углом, всё больше трогая свои пухлые губы пальцами, когда слушал их. Чимин не был столь наблюдательным, как его «напарник», однако и сам на чисто ментальном уровне ощущал какие-то перемены. Нельзя сейчас всё испортить диким сексом на чужом диване. Как минимум, это некрасиво. — Пойдём в туалет, — низко прошептал Тэ, когда Чимин уместил обе свои ладони под его футболкой и требовательно сжал чувствительные соски. Язык его не слушался, голова потяжелела, а ноги, напротив, стали ватными настолько, что Ким не смог бы поднять лёгкого Чимина на руки, даже если бы очень сильно захотел. Отрываясь от напряженной шеи, Пак облизал пухлые и красные от истерзывающих поцелуев губы и хмыкнул, силясь открыть так и норовящие закрыться глаза. — Как это спасёт нас от того, что мы хотим трахнуться у Намджуна дома, м? — По крайней мере, он нас не увидит, если мы пропустим его приход, — ответил ему Тэхён, и, как только розоволосый, делая вид, что вообще в состоянии сейчас соображать, болванчиком мотнул головой, скинул того с себя, стараясь не замечать, с каким наслаждением Пак распластался по дивану, а затем потянул к себе за тонкую руку, уводя в коридор. На секунду они погрузились в кромешную тьму, после Тэхён буквально запихнул Чимина в туалет и включил свет. Тот только успел зажмуриться, как шатен закрыл за ними дверь до характерного щелчка и требовательно прижал парня к себе. Холод пробежался по их телу коротким разрядом и тут же потух от накала страсти. Ловя влажные губы Тэхёна своими собственными, Чимин почти взвыл, когда тот опустил свою ладонь на низ его живота. Не раздеваясь, Ким начал терзать губами его шею и ключицы, до которых ещё нужно было добраться, оттягивая футболку вниз. Когда на косточке болезненно сомкнулись зубы, Пак вдруг опомнился и начал слабо и без особого энтузиазма отпихивать от себя такое особенно притягательное сейчас тело. Тэхён раскачивал бедрами из стороны в сторону, желая протиснуться между ног Чимина, которые тот тут же судорожно сжал и тем самым зажал бедра Кима своими. — Тэ… а если Намджун вернётся раньше нужного? — Придумаем что-нибудь, — прохрипел он настолько низко, что у Пака ноги подкосились, благо между ними, уже словно сросшись с телом любовника, расположился Тэхён, дергано расстегивая его штаны и приспуская вместе с бельем. Когда он был возбужден, его было почти невозможно остановить. Убьётся или убьёт кого-нибудь, но доведёт начатое до конца. Закатывая глаза от обжигающих поцелуев, Чимин сдавленно простонал, когда его вдруг резко развернули спиной к себе. Прижимаясь горячей щекой к холодной плитке, Пак лишь больше потерялся в своих противоречивых чувствах: желании сорваться и просто насладиться телом Тэхёна или насильно отцепить того от себя, прислушавшись к голосу разума. Последний вариант явно слабо интересовал Кима, потому что он уже оголил чужие ягодицы и с тихим полустоном вжался в них возбуждением. Розоволосый схватился дрожащей рукой за бачок и наклонился немного сильнее, открыв Тэхёну вид на его ямочки на пояснице. — Чёрт, — только и прохрипел он, потянув зубами тонкую кожу на позвонках. Чимин напряг живот и жалобно взвыл, совершив последнюю попытку взять себя в руки и все остановить. Сдаваясь и прогинаясь всё сильнее, он второй рукой опёрся о стену и почти заскрёб ногтями по гладкой плитке. — Я не хочу насухую, Тэ, — он прикрыл глаза, с раздражением ощущая, что так и хочет рухнуть на пол, когда Тэхён перестал шлепать его по ягодицам и выпустил бёдра из своей хватки. — Если у Намджуна тут нет ничего хотя бы похожего на крем, я его прокляну, — захрипел он, согнувшись и начав копаться в чужой тумбочке, что стояла неподалёку. На это Чимин лишь усмехнулся. Голова его шла кругом, горло и ягодицы жгло, вставший член давно требовал к себе внимания, но Пак не спешил к нему прикасаться хотя бы потому, что его похолодневшие ладони, скорее всего, только бы усугубили положение — Ты зверь, — усмехается парень и смотрит через плечо на Кима, который не знает: смотреть ему жарко на Чимина в ответ или ответственнее подойти к размазыванию жирной субстанции по его ягодицам. Если написано, что крем, значит сойдёт. Наверное. Возбуждение путало его мысли, а слабая усмешка Чимина, его выпяченная задница и общий холодок по телу из-за того, что их действительно могут спалить, лишь подбивали Тэхёна действовать более решительно и быстро. Погружая смазанные пальцы в парня, он только сильнее в этом убедился, от нетерпения прикусывая губу. Жаль, что жизнь не похожа на порно, где можно без смазки и без подготовки просто быстро и остервенело драть, пока твой партнёр сходит с ума от подобных махинаций. Как бы больно не упирался стояк в джинсы, меньше всего на свете шатен хотел сделать своему парню больно, который и так был довольно чувствительным и не любил такие грубости. Тот приоткрыл рот и выпустил с губ какой-то шипящий звук, окончательно закрывая глаза и немного распрямляясь, чтобы завести руку наверх и схватить Тэхёна за волосы на затылке. Ким согласно замычал, начиная уже скорее по привычке двигать пальцами под нужным углом, под которым Чимин обычно загибался до невозможности, но сейчас только ёрзал бедрами и иногда сильнее склонялся вперёд, вымученно постанывая. — Боишься, Мин-и? — зашептал Тэхён. — Немного, — он выгнул брови и застонал громче, когда Ким вытащил из него пальцы так же резко, как и вставил, а после шлёпнул его влажной ладонью по ягодице, уже достаточно красной, чтобы её можно было больше не трогать в этот день. Пак вдруг замер на одном месте и, снова упираясь руками в стену, нахмурился немного, едва ли не избегая чужих горячих рук. — У тебя есть?.. — Обижаешь, — только усмехнулся шумно Ким и выдохнул ровнее. Вытирая пальцы о грубую ткань джинсов, он следом почти дёргано приспускает их и достает из кармана презерватив, разрывая упаковку зубами. Любимое зрелище Чимина. — Я тебя не первый год знаю. И себя тоже. На это Чимин только хохотнул, немного расслабившись и широко открыв глаза. Как он обожал такого Тэхёна: с покрасневшими ушами, сбитыми волосами, прядками, лезущими в глаза, со вздымающейся грудью под одеждой, нетерпеливо раскатывающего резинку по плоти. Он почти игриво завилял задницей и совсем позабыл, где находится, желая поиграть и поёрничать, но его требовательно и без шансов к отступлению притянули к себе за бёдра, медленно проникая. Он тут же нахмурился и зашипел, угодил щекой немного ниже своего прежнего места, из-за чего холодная плитка вновь обожгла его кожу. Руки затряслись, а от откровенного громкого стона Тэхёна, что прикрыл глаза и до боли сжал его бёдра, Чимин вдруг снова ощутил огромное желание скатиться по стенке на пол. Медленно принимая его и напрягая живот от ощущения заполненности, парень поддался вперёд, вжимаясь потяжелевшей грудной клеткой в стену. Тэхён взял его за плечо и только сильнее придавил к поверхности, толкнувшись, от чего Чимин врезался в стену и заскулил от боли. Лоб зажгло, наверное, даже сильнее, чем между его ягодицами, а Тэ вдруг обеспокоенно взглянул на него дикими глазами, так ярко блестящими в освещении, что Пак забылся на секунду. — Ты ударился? — Всё в порядке, — захрипел парень вопреки саднящему лбу и с силой увёл бёдра ближе к чужим, вытянув из парня и из себя ещё один стон, слившийся воедино. — Блять, просто трахни меня. Разум покинул его голову, тело просило лишь вожделения, потому Пак не совсем впопад, но принялся подмахивать Киму, который уже во всю разошёлся, иногда сдержанно порыкивая и кусая Чимина за плечо через ткань его футболки. Вбиваясь в податливое тело и накрывая руку парня своей собственной, Тэхён смотрел в его затылок, сосредоточенный, скорее, на ощущении тесноты и жара, словно обволакивающего всё тело. Влажные звуки будто эхом раздавались по не самому большому помещению, громко отлетая от стен, от чего и того, и другого пробивало током. Боже, они правда трахались в туалете Намджуна. Чимин правда поскуливал и сжимал пальцы на холодном кафеле, а Тэхён и правда цеплял зубами футболку и толкался в Пака со всей силы, постанывая от шлепков их тел друг об друга. Возбуждение между ними лишь нарастало, Чимин выгнул брови и едва ли не всхлипнул, нагибаясь всё ниже и прикусывая губу. Чувствуя Тэхёна каждой клеточкой своего тела, он неосознанно потянул к возлюбленному руки, а после хрипло вскрикнул, когда Тэ свёл его запястья вместе и перехватил своей рукой, лишая движения. Стало так тяжело дышать, что он открывал рот лишь за тем, чтобы вдохнуть, с усилием прошептав следом: — Тэ… — Да, милый? — зашептали горячо в щёку, соприкасаясь с кожей горячими губами. — Я… В следующий миг стены слабо затряслись с характерным хлопком. Этого хватило, чтобы оба парня вмиг прервались. Тэхён обхватил воющего от сорванного оргазма Чимина поперёк живота и сжал до боли, что тот, кажется, почти выплюнул свои внутренности, а потом закрыл рот и тоже схватился за Кима обеими руками. Это хлопнула входная дверь. Пак вдруг затрясся то ли от ужаса, то ли от адреналина, который, примешавшись к возбуждению, заставлял его сердце выпрыгивать из груди. Тэхён прислушался, а затем вновь начал уже тише, но глубже вбиваться своими бёдрами в Чимина. — Тэ! — воскликнул Пак, и тут же его рот крепко зажали рукой. По виску стекла холодная капля пота, охлаждая тело, которое и так застыло от страха. — Чимин? — раздалось глухое по ту сторону, а затем шаги. И чем ближе подходил Намджун, чем громче были его шаги, тем быстрее его трахал Тэхён, наконец-то словивший оргазм и беззвучно укусивший парня за шею, от чего его выгнуло вновь. Он бы наверняка почувствовал, как бешено колотится сердце его любовника, если бы не был оглушен собственным сердцебиением и как будто слышимой дрожью в ногах. Словно оправившись от потрясения, Тэхён вдруг задвигал по его члену своей рукой, и Чимин с силой и всем раздражением, что в нём могло быть, пнул того ногой под коленом. Господи, что они скажут Намджуну, когда оба красные и мокрые вывалятся из его туалета, который настолько пропах ими и сексом, что, кажется, ещё несколько дней этот запах будет витать в воздухе? Вместе со страхом быть обнаруженным к горлу Пака подступала тошнота, и он начал задыхаться. Руки его задрожали так сильно, что он испугался самого себя и беспомощно схватился за Тэхёна, который всё ещё не вышел из него, продолжая быстро двигать рукой по плоти, поглаживая под головкой с липким звуком. Когда Намджун постучался в дверь туалета, Чимин толкнулся языком в пальцы Тэ, что с силой и до красных следов зажимали его рот, а после кончил тому в руку, закатывая глаза и ощущая, как всё его тело колотит от беззвучного оргазма. — Всё в порядке, Чимин? — кажется, тот не на шутку взволновался, а после постучал ещё раз, спросив уже громче и с некоторой тревогой в голове. — Тебе плохо? Голова кружится, лёгкие будто разодрало. Злобно глянув на Тэхёна, который смотрел с трепыхающими ресницами на свою перепачканную руку, Чимин отодрал его ладонь от своего рта и выпрямился немного. — Н-нет, всё нормально. Я скоро выйду, — он старался звучать как можно более уверенно, представляя, что сейчас рядом с ним нет никого, кто напряжённо и горячо дышит в его шею, уводя землю из-под ног. По ту сторону понимающе замычали. Затем спросили: — А где Тэхён? «В моей заднице», — ответил бы Чимин, но не стал не только потому, что Тэхён, вцепившись пальцами в его тазовые косточки, медленно выходил из него, но и потому, что тогда Намджун его точно придушит своими невероятно сексуальными и сильными руками. Ох, чёрт… Нужно было срочно придумать отмазку настолько убедительную, чтобы догадливый и умный Намджун не уличил его во лжи. — Он вышел, кажется, чтобы с кем-то поговорить, — ну, не получилось. Тэхён подтянулся выше и вопросительно-саркастично наклонил голову вбок, терпеливо снося разъярённый взгляд оттраханного Чимина. Он одними губами материл того в три короба, и это было бы ужасно мило и забавно, потому что Пак походил на мокрого цыплёнка, если бы перед ними буквально не стояла угроза быть пойманными с поличным. — Странно, я его не видел… ладно, я хочу приготовить что-нибудь, — с этими словами от туалета довольно торопливо отошли, и тогда Чимин недоверчиво нахмурился ещё сильнее: неужели правда прокатило? Убирая за собой беспорядок и пытаясь скрыть следы дикого и не самого комфортного секса, они оба думали лишь об одном: как теперь незаметно вытащить Тэхёна из туалета. Вполне натурально пригрозив Тэ кастрацией и пытаясь стереть с его лица довольную лыбу, Чимин вдруг осторожно, как можно более тихо приоткрыл деревянную дверь туалета и вышел в коридор, который казался его всё ещё не остывшему телу таким холодным, что мурашки побежали по коже. По ногам тоже бегал лёгкий холодок, и Пак неуютно потёр носки друг об друга, разворачиваясь и приказывая парню ждать. Похлопывая себя по щекам, чтобы привести себя же в чувства, в тысячный раз поправляя смявшуюся одежду и прилизывая волосы, он нерешительно продвинулся в гостиную, за которой далее следовала кухня, где уже суетился горе-повар Намджун. Его щеки ещё не успели остыть от мороза и были слегка красноватыми, как, впрочем, и щёки самого Чимина, который на улице, в отличие от Джуна, не был. Чёрт бы побрал этого Тэхёна. Подплывая к парню ближе, Чимин попытался буквально загородить собой проход в гостиную, который далее был сквозным и вёл прямо в небольшой коридорчик, где находилась ванная и туалет, внутри которого сейчас тушевался его придурковатый парень. Ким выглядел как обычно, копаясь в пакетах и заполняя холодильник. Для разных продуктов у него были разные полочки. Перфекционист. Стараясь отвлечь его, Чимин вдруг взял баночку йогурта и поставил её на другую полку, там, где были расположены соусы, и тогда Намджун поднял на него глаза, а затем вскинул бровью. Косо поглядывая на гостиную, где только что прошмыгнул знакомый силуэт, крайне раздраженный Чимин едва удержался от того, чтобы не показать тому средний палец, а затем посмотрел невинными глазками на Намджуна и театрально опустил взгляд на йогурт, который нарочно поставил не на ту полку. — Ой, я не туда поставил? — он удивлённо вздохнул и, немного приоткрыв рот, уже повертел холодную баночку бананового йогурта в руках, как чуть не выронил её после того, как Намджун открыл свой чёртов рот: — Какими непотребствами ты там занимался? — тот внимательно на него глядел, словно в самую душу всматривался, вороша её и заставляя сердце Пака забиться с новой силой так, как оно ещё никогда не билось. Он увидел Тэхёна? — Ч-чего? — только и смог выдать ошарашенный парень, переминаясь с ноги на ногу и вздрагивая всем телом. Краснота с новой силой прилила к щекам. Боже, как стыдно… это тебе не немного преувеличенный в масштабах флирт. Они реально переспали у Намджуна в туалете. — Я просто надеюсь, что ты убрал за собой, — выделив последнее слово, он вскинул плечами так расслабленно, как будто обсуждал живопись. Наверное, он настолько не сомневался в конченности своих «друзей», что запросто мог поверить в то, что Чимин удовлетворял сам себя, оказавшись наедине с собой в пустом доме. Жаль, что они с Тэхёном были более конченными, чем мог предполагать русоволосый. После входная дверь громко хлопнула, и они оба обернулись. Первый потому, что это вообще-то его дом, а второй потому, что хотел провалиться сквозь землю от смятения. — О, а вот и Тэхён, — Намджун как-то странно улыбнулся и поднялся на ноги, а затем прошёл в гостиную, опираясь локтем о косяк и зачёсывая волосы назад. — Ну как тебе на улице зимой без куртки и ботинок, переговорщик? — … — Я, конечно, знал про существование адептов культа голых пяток, которые зимой босиком бегают, но не думал, что ты из их числа. — Вообще-то я в носках! — беспомощно ответили ему, явно растерявшись. Спалились. Ебать, он теперь всю жизнь будет им это напоминать.