утяни намджуна в тройничок

Эта странная и почти что абсурдная (хотя, зная Тэхёна и Чимина, вряд ли тут можно найти что-нибудь абсурдное) история закончилась ровно так же, как и началась. Ни с того ни с сего. Намджун не только не выпер их из своего дома в ту же секунду, но даже не наложил вето на посещение, чем парни охотно пользовались, иногда заходя к нему после пар чисто попить чай. Однако в коридор, где покоилась ванная и тот самый многострадальный туалет, вместе он их не пускал. Чимин на это сказал, что снова чувствует себя школьником: тех тоже в туалет только поодиночке выпускают. Потом получил по шее.

***

Тэхён немного сгорбился и опустился на парту, со скучающим видом ковыряя дерево немного отросшим ногтем и явно чего-то ожидая, хотя первая пара только-только закончилась. Его глаза были такими тусклыми, что почти не отражали солнечные лучи, однако те бегали по его крупноватому носу и слепили остальным глаза. Намджун его ещё никогда таким, кажется, не видел, а если и видел, то не придавал значения. Они не так давно начали поддерживать какие-то более тесные контакты, чем отношения студент-староста. Тихо опустившись позади него, немного нагло заняв чужую скамейку, Ким с явным участием наклонился вперед и посмотрел на Тэхёна, который словно очнулся от транса и ощутимо вздрогнул. — Напугал? — Да нет, — только отмахнулся он и снова опустил голову, выдохнув шумно. Обычно соня Чимин поднимал свою задницу и приносил её в универ ко второй паре. Иногда к третьей, но это уже крайняя редкость: в такие дни он обычно тупо не приходил, нежась в своей кроватке и дразня задравшегося от сидения на одном месте Тэхёна. — Чимин не придёт сегодня? Снова пропускает? — поинтересовался Намджун под видом старосты, будучи не совсем уверенным в том, что именно поэтому его сейчас так обеспокоило отсутствие Пака. — Он заболел, — хрипло ответил ему Тэ и снова вздохнул. Так вот почему он был таким понурым и вялым. — А я говорил ему куртку застёгивать. Засранец. Джун, сам от себя того не ожидав, вдруг как-то мило улыбнулся и почти хихикнул. Иногда эти двое напоминали супружескую пару: обзывали друг друга самыми скверными словами, а после заботливо натягивали друг дружке шапки по самые глаза, «лишь бы не заболел». Чимин же, вероятно, ослушался своего парня и потому сейчас по своей же вине валялся дома, недомогая. — Что ж, значит, я могу ему на три дня наперёд поставить «энок» в один ряд? На это Ким только покачал головой и посмотрел Намджуну в лицо, немного сузив глаза и обеспокоенно пожевав несколько секунд собственную губу. — Если Чимин заболевает, то это надолго. Не знаю, когда он поправится, — тот подпёр щёку рукой и опустил взгляд на чужую шею, скорее всего, думая о том, как сейчас та пылает у Пака от лихорадки. Его аж дёрнуло от этой мысли. — Поеду к своему ворчуну после пар, спрошу, что из лекарств нужно купить. — К ворчуну? — переспросил Намджун и изогнул бровь, а после, чувствуя и в себе некоторое волнение, что начало его подбешивать, пересел на скамейку Тэхёна, закидывая одну ногу на другую и придерживая себя за лодыжку руками. — Ну, к Чимину, — парень вскинул плечами и опёрся спиной о горячую батарею. В аудитории и правда было холодновато: температура сильно понизилась в последние дни. Очень зря Пак именно в такое время решил погонять по улице с курткой нараспашку. Джун на это ничего не ответил, только вперил внимательный взгляд в Тэ, ожидая разъяснений. Тот выдохнул, ощутив это. — Он становится совершенно невыносимым, когда болеет, — Тэхён слабо помотал головой, от чего его волосы приняли немного лохматый вид. — Он ведь обычно как мячик-попрыгунчик, поэтому, когда болеет, его и с места не сдвинешь. Он сразу ноу-пауэр, — после парень опустил голову на руки и начал корябать ногти, словно не знал, куда можно засунуть свою обеспокоенность, что лезла из всех щелей. Медленно, но верно подобное состояние начало передаваться и Намджуну, который уже крайне привык как к Киму, так и к Паку. — Почему ты просто не спросишь его, что надо купить? — поддержал разговор о прекрасной персоне, Пак Чимине, Намджун, приставив несколько пальцев к пухлым губам. — Он постоянно спит. И вообще может отправить к чёрту на куличики, если узнает, что я приеду… как будто я не делаю это каждый раз, когда он валится в постель со своими болячками, — последнюю фразу он проговорил уже тише, явно немного обиженный такой холодностью Чимина в подобные периоды. Затем его светлую головушку поразила одна мысль, и он вскочил со своего места настолько резко, что едва ли не перепугал Намджуна, хватая того за пальцы двумя руками. — Хочешь, поедем со мной, Намджун? Обоих-то он вряд ли пошлёт, у него язык не повернётся. Тот слабо нахмурился, но Тэхён сильнее опустил голову, чтобы оказаться ближе. Его глаза так преданно заблестели, словно у щеночка, а руки все сильнее сжимали прохладные пальцы, и Ким довольно быстро сдался, поведя плечами. Ну, Чимин ведь вроде как его друг. Он может навещать своих друзей, особенно если они нуждаются в помощи. Сам Намджун в тэхёновом плане был не особенно уверен, но парень только уверял его в том, что Чимин совершенно не умеет заботиться о своём здоровье, и так ярко описывал каждый его проёб, что у русоволосого не осталось ничего, кроме как подчиниться. Они вместе затопали по лестнице вверх, выпуская горячий пар в морозный воздух, а после, достигнув квартиры Чимина, позвонили в звонок. Вернее, Тэхён позвонил: Намджун держался немного в стороне, ещё не совсем уверенный в том, что он здесь к месту. Неужели он так был необходим Тэ, чтобы, прости господи, как вообще можно о таком подумать, Чимин впустил его в свою квартиру? Издалека (да и вблизи тоже, учитывая характер их плана по обольщению Намджуна) эта парочка казалась сладкой и гармоничной, поэтому у Кима в голове ломались скрипты из-за рассказов парня. Прошло около минуты, но дверь им так никто и не открыл. Мороз пробрался под штаны Намджуна, и он слегка вздрогнул, в то время как Тэхён уже начал буквально стучать кулаком по двери и очень некстати. Она вдруг распахнулась, и его покрасневший от холода кулак едва не пришёлся по лицу явно и без того разбитого Чимина. Ровно как Кима с его безжизненными глазами сегодня утром, Джун никогда не видел такого Чимина. Его волосы были собраны в неопрятный, очевидно, наскоро сооружённый хвост, щёки немного впали, а под глазами расходились тёмные круги. На плечах болталась огромного размера серая, явно домашняя футболка, следом обычные спортивные штаны и босые ноги. Прошло ещё некоторое количество времени, пока Чимин, наверное, только что проснувшийся, пытался сфокусировать на них взгляд, а после наконец опомнился, когда Тэхён отругал его за то, что он ходит босиком. — Ты реально приехал только за тем, чтобы поорать на меня? — сухо выдал он и сузил глаза, смотря на парня в упор. От его тона Тэхён нахмурился и немного встряхнул руками, чтобы не схватить Чимина за шкирку. Он переживает за него, а тот едва ли не плюётся в него за его заботу. Шатен хотел зайти внутрь, но Чимин не позволил, потому что стоял у самого выхода и, очевидно, мёрз: волоски на его руках встали дыбом, а кожа покрылась гусиными лапками. Если они так и будут стоять на пороге и ругаться, Пак лишь сильнее заболеет, и от их посещения будет больше вреда, чем пользы. Когда дело стало набирать обороты, Намджун решил, что должен вмешаться, потому оттянул Тэхёна назад за пушистый капюшон и в который раз обвёл Пака взглядом, спрашивая: — Тебе нужно что-нибудь из лекарств? Мы всё равно в магазин собирались. Тот потупил взгляд, а затем, вглядевшись в лицо Намджуна так, словно только-только его заметил, лишь фыркнул, переступая с одной босой ноги на другую. — Аскорбинку купите. А затем захлопнул дверь. Даже сегодняшняя погода была теплее, чем приём, который Пак им оказал только что. Тэхён многозначительно молчал, явно взрываясь внутри себя, а Ким правда не знал, что ему делать. Он впервые в такой ситуации. Чимин впервые такой пассивно-агрессивный социофоб, а Тэхён впервые ведет себя так агрессивно-пассивно, желая дать своему парню пинка под зад для профилактики. — Давай возьмём что-нибудь необходимое, — подал голос Намджун, немного захрипев. Ким поднял на него взгляд. Не то чтобы он не привык к подобному поведению, когда его парень хворал, но обидно было каждый раз как в первый. Кажется, более склонным к обидам в их парочке был Тэ, а не Чимин, как Джун полагал изначально. — Жаропонижающее, брызгалки там всякие... Должно же ему хоть что-то из этого пригодиться. Сердце кровью обливалось от столь поникшего Тэхёна, потому парень, не желая больше смотреть на него такого, попытался его взбодрить и потянул за руку, направляясь в ближайшую аптеку. Петляя между недлинных белых полок, они вчитывались в разные упаковки и даже подходили к консультанту, но не смогли выбить из того ничего путного. Вряд ли потому, что человек плохо знал свою работу. Просто сами Кимы не знали, что конкретно они искали: Чимин так и не посвятил Тэхёна в симптоматику своего недуга. — И всё же я не уверен, что Чимин прав в этой ситуации, — решился высказаться Нам, когда они брели по хрустящему снегу обратно к дому Пака, перед этим зайдя в продуктовый и купив несколько пачек каш и бульонов. — Ты ведь заботишься о нём. — Просто он не любит, когда его начинают жалеть, — отмахнулся Тэхён. Его настроение немного улучшилось: они купили Чимину хотя бы что-то полезное, а Намджун угостил его леденцом, вложив тот в тэхёнов карман. Его было очень просто радовать. — А ещё он терпеть не может, когда его кто-нибудь видит неухоженным. — Даже ты? — Не могу точно сказать. Когда я забираю его с пьянок, он не сильно-то парится из-за своей неухоженности. Намджун хрипло посмеялся. Боже, они и правда любят друг друга. Тэхён снова нажал на звонок двери Чимина, мысленно надеясь, что тот удосужится им открыть. И он открыл. Не сразу, конечно, и, видимо, переступая через себя, но всё же открыл и затянул обоих в квартиру, наученный прошлым опытом и отмороженными пальцами ног. Внутри было теплее, Намджун, стряхнув снег с шапки, немного заозирался по сторонам, но из-за общей темноты и одного лишь светильника в прихожей толком не рассмотрел место, в котором обитает их розоволосая нелюдимая бестия. Тот, по-прежнему задолбанный и не настроенный на продолжительные разговоры, поставил пакет с едой на прохладный пол, а сам взял в руки пакет из аптеки и едва ли не просунул туда голову. — Тут нет аскорбинки. Тэхён хлопнул себя по лбу и сдавленно застонал. Всё, сейчас начнётся скандал, Пак уже затопал ногой, но Намджун вдруг неожиданно для них обоих вытянул из холодного глубокого кармана своего пуховика аскорбиновую кислоту с ёжиком на упаковке и протянул Чимину. Тот послушно взял сладкие таблеточки с яркой обёртке, а после, даже как-то смягчившись, посмотрел Намджуну в лицо. Глаза его были чёрными, а губы бледными и почти сливающимися с кожей, но он всё же выдавил благодарную улыбку и позволил Тэ, который уже сбросил с себя куртку, прижать себя за талию. Парень сначала вжался своими губами в его лоб, а затем, громко цокая и недовольно качая головой, посильнее обнял тело Пака и прильнул к его шее, шепча: — Ты весь горишь. — Это ты холодный, — зашептал Пак в ответ и лёг головой на его плечо, слабо сцепляя свои руки на чужой спине. Замерев так на мгновение, Чимин вдруг раскрыл глаза и, немного наклоняя макушку вбок, глянул на Намджуна, у которого было такое ощущение, что он является наблюдателем чего-то крайне интимного и скрытого от чужих глаз. Наверное, Ким бы тоже так хотел. Чтобы ему было кого обнять, когда он плохо себя чувствует и не здоров, и чтобы у него тоже был человек, за которого он бы переживал даже сильнее, чем за себя самого. Вот у Тэхёна был Чимин, а у Чимина был Тэхён, и Намджун почти позавидовал им в тот момент, и тогда... Пак проехался рукой по талии Тэхёна, а затем, вытянув руку, потянул Намджуна за подол его пуховика, что немного зашуршал под пальцами. Один Ким не понял ничего, а второй понял всё и, даже не поворачиваясь к парню, сказал: — Намджун, обними нас. Тот застыл на мгновение и даже перестал дышать. Ему послышалось? Тогда рот открыл уже Чимин. — Только пуховик сними. Вы холодные. Не помня себя, парень действительно расстегнул куртку и сбросил ту с плеч, затем сделал один шаг, и ещё не успевший до конца растаять снег с улицы захрустел под подошвой ботинка. Пак накрыл своей и правда ужасно горячей рукой затылок Намджуна, принуждая его, как самого рослого из них, немного склониться. Тот уложил правую руку на Чимина поверх тэхёновой, а левую руку на Тэхёна поверх руки Чимина. Те прижались к нему ближе и простояли так с минуту, и Намджун с некоторым шоком для себя понял, что это казалось ему не чем-то странным или некомфортным, а, скорее, наиболее подходящим и уместным в данной ситуации. Словно по-другому и быть не могло. Солнце завалилось за горизонт. Стоя на улице и ловя снежинки щеками, Намджун никак не мог до конца осознать, что именно произошло. Он всё ещё помнил тепло чужих тел, помнил, как Чимин погладил его по голове и как Тэхён прижался к его щеке своим прохладным ухом. Последний сейчас стоял рядом с ним, задрав голову к окну квартиры Пака, в которой горел свет. Он правда очень хотел остаться, но парень выпер их обоих с несколько стервозным «всё, дуйте отсюда оба. И потом не жалуйтесь, что от меня заразились, у меня друг адвокат». Намджун посмотрел туда же, куда смотрел Тэ. — Что, у Чимина правда есть друг адвокат? — Не. Пиздит как дышит, — он тихо хохотнул, и тогда Намджун посмеялся вместе с ним, спрятав руки в карманы. Температура опустилась лишь ниже, и так стоять на холоде уже и правда было не безопасно для здоровья, потому Намджун тихо предложил: — Пойдём? Слишком холодно стало. — Да, идём, — Ким не стал сопротивляться и послушно повернул на их автобусную остановку. Глаза его вновь блестели, как и раньше, и он то и дело улыбался, когда давил своими ботинками снег и ворошил в кармане карамельку, которую ему дал Намджун. В отличие от спокойствия Тэхёна, Джун не мог найти себе места. Чем дальше они отходили от дома Чимина, тем больше он думал о том, что произошло что-то ну явно из ряда вон выходящее. Что-то настолько глубокое, но неосязаемое. Точно снежинка: у Намджуна была всего секунда, чтобы рассмотреть её искусный узор, и в этот же миг она обращалась в воду и каплей стекала по его пальцу. Что-то он разнежничался. Пора переставать читать сентименталистов. — Вы ведь пара? — начал он, когда они встали под козырек автобусной остановки. Им с Тэ по разным маршрутам, так что лучше спросить сейчас всё то, что взволновало его душу и мозги. Те в первую очередь, потому что мозгоёбства Намджун терпеть не мог, а его всё больше путали. — Ага, — какой простой ответ. Никакого ёрничества, которое было бы просто неуместно. Особенно после всего того, что видел Намджун. — И как долго? — Около двух лет или типа того. Спроси у Чимина, я не запоминаю даты, — Тэхён посмотрел вдаль, а после перевёл взгляд на Намджуна, который хотел его отвести, но взял себя в руки и не стал. — Почему ты спрашиваешь? — Потому что я не понимаю… — сердце вдруг забило по груди с внутренней стороны немного быстрее, и Намджун никак не мог его успокоить, не понимая, в чём дело. — Не понимаешь чего? — тянул из него слова Тэхён, немного засуетившись, потому что подъезжал его автобус. Намджун этого не заметил, потому что был слишком сосредоточен на том, чтобы выразить свои сумбурные мысли хоть каким-нибудь способом. — Зачем вы тянете меня с собой, если вы встречаетесь? — у него в голове никак не желало складываться дважды два. Он умножал, делил, возводил в корень и решал через интегралы, но не мог додуматься до самого простого способа решения этой незамысловатой задачки, неизвестно зачем ища обходные пути. — Потому что ты нам нравишься. Очень, — щёки Тэхёна порозовели, но Джун списал это на холод, а после тот запрыгнул в автобус и, уже почти свешиваясь с его нижней ступеньки, крепко обхватив пальцами жёлтый поручень, наклонился едва ли не к самым губам Намджуна, выдыхая, — ты никогда не слышал о полиаморных отношениях? Он тут же проскочил в салон. Дверь за ним с тихим шумом закрылась. Пиздец. Ты попал, Намджун. Или попался.