Я там, где нужен

      Лорейн, затушив светильник, открыл дверь из прихожей и юркнул в коридор. Он прошёл дальше, вытащил из-под половика ключ. Хозяйка, в это время спускавшаяся по лестнице со свечой в руке, сонно хмыкнула, оперившись на перила: — Может их устроишь в подвале, а сам в комнате своей останешься? Надо оно тебе? — Ничего, ничего, — поспешно произнёс Лорейн, отпирая дверь и показывая Геральту лестницу в подвал. — Спасибо большое за такую доброту, что приняли моих друзей, госпожа… — Лорейн весьма условно поклонился, встретившись с ней взглядом. — Ну как знаешь… А что это за животинка у тебя? Кот? Ой, какой белый да пушистый!       Лорейн вспомнив, что именно хозяйка больше всего причитала по поводу мимика, поспешно отвернул кота от неё.       Все четверо спустились поскорее по лестнице, пока Лютик не начал рассказывать свои вульгарные стишки. Даже будучи абсолютно пьяным, бард всегда оставался неизменен своим традициям: почивать каждую встречную даму комплиментами.       Геральт уложил Лютика на среднюю кровать, где бард почти сразу отрубился, на переодевания у него не осталось сил. Ведьмак сел на первую кровать, самую ближнюю к двери. Мий тут же перебежал к нему и уселся на его коленях. — Ещё раз спасибо, Лорейн, — поблагодарил Геральт, осмотрев наконец подвал. Стены были каменные, но холодно и сыро не было. Пол был уложен досками, в дальних углах стояли шкафы со всякими хозяйственными предметами быта. Было и три свечки на массивных подсвечниках. — В конюшне было бы отвратительно. Особенно Лютику, особенно в его состоянии.       Кот мяукнул, привлекая к себе внимание. Ему хотелось уже лечь спать, день был насыщенным. — Подожди, — ответил Геральт и погладил кота. — Парень, а хозяйка не спустится к нам?       Лорейн поспешно схватил книжку, которая лежала на подушке Геральта, и бросил на свою кровать. — Не должна, ей тут делать нечего… — пожал плечами Лорейн, в быстром темпе запихивая под кровать книжки, чтобы ведьмак ничего не успел разглядеть. — Уверен? — ещё раз спросил Геральт. Про скрытность парня не стал спрашивать, но понял, что ночью всё равно лучше быть настороже.       Лорейн зажёг ещё одну свечку и поставил возле себя, на тумбу. — Вроде да… Ну, если только я потребуюсь, но сейчас это маловероятно. Разве только с утра может. Если ты по поводу доплера, то да, лучше ей не видеть, как он перевоплощается. Впрочем, можно просто запереться изнутри, — Лорейн подошёл к двери и щёлкнул засовом. — Перевоплощаться нарочно он и не будет, но случайности никто не отменял, — Геральт сдвинул кота с колен и наконец бросил мечи под кровать, которые он за сегодня почти не выпускал из рук. — Пожалуй, пора спать.       Лорейн посмотрел на храпящего Лютика, и найдя в углу ведро, поставил возле него. Геральт решил проигнорировать это действие и промолчал, хотя предусмотрительность парня не могла не радовать. Ведьмак снял куртку с ботинками и забрался под одеяло. Мий пристроился рядом с подушкой и тихо замурчал.       Лорейн тоже улёгся, тяжело вздохнув. Однако через полчаса, парень всё-таки сел на кровати и потянулся за книгой. Он укутался в одеяло и молча водил глазами по строкам, периодически убирая рукой надоедливую прядь с лица.       Геральт сначала просто открыл глаза и наблюдал. Потом и вовсе встал и подошёл. Парень этого не заметил, слишком увлёкся чтением. — Говорят, если выпить кровь ведьмака — перестанешь быть уязвимым для тёмных чар… — задумчивым шёпотом произнёс Геральт.       Лорейн резко захлопнул книгу и сунул её под подушку. Это было очень неожиданно. Стало слышно, как бешено стучит его сердце. — К чему мне эта информация? — тихо и слишком спокойно, вопреки своему состоянию, произнёс Лорейн. Парень боялся, что Геральт увидел, что именно он читал. — А если так, то сколько нужно выпить и от такого рода тёмных чар? — А сколько книг нужно прочесть, чтобы обсуждать нечисть наравне с ведьмаком, занимающимся этим всю свою жизнь? — Геральт тоже говорил абсолютно равнодушно. Ведьмак скрестил руки на груди и прислонился к стене спиной. Он не особо переживал, что Лорейн ночью сидит над книгами, волновало скорее, что конкретно тот читает. — Я не читал книг про них. Почти. В основном слухи, я просто умею слушать, — сердце не желало униматься и его всё ещё было слышно. Лорейна это бесило. — Лорейн, в тебе столько скрытности, что можно на хлеб намазывать. Конечно, ты имеешь на это право, но ты сам… Добровольно привёл нас под свою крышу. Это не может не настораживать. Понимаешь ведь, о чём я? — Скрытности? Мы знакомы три часа от силы, а тебе известна вся моя история жизни… Это ты скрытностью называешь? Думаешь, я исследованием чудовищ занимаюсь? Думаешь, что я сейчас достал бы скальпель и начал тебя пилить на части? Или может мимика твоего? Я похож на такого учёного-маньяка? — Лорейн поднял осторожный, но безэмоциональный взгляд на Геральта из-под чёрных волос. — А если и похож? — как бы парень не старался, Геральт слышал нотки волнения. А вот ведьмак мог бы слиться со стеной, настолько в нём не было ни эмоций, ни чувств. — Молодой парень, который проявляет заинтересованность, разбирается в нечисти, так ещё и видел смерть ведьмака. Тут может быть сотня предположений о том, чем ты занимаешься. И, главное, зачем.       Лорейн побледнел ещё сильнее. В свете колеблющегося пламени свечи это было отчётливо видно. — В нашем мире любое проявление доброты — считается за обман? Или, может, ты предположил, что ту историю я выдумал для жалости? Что я сам убил ведьмака? Что я их медальоны коллекционирую? — Лорейн замолчал ненадолго, понимая, что зря подкидывает идеи. — Я разбираюсь далеко не во всех, а только в части чудовищ. О кровопийцах я в курсе исключительно благодаря одному старику, который всю дорогу мне о них рассказывал. А также мне часто приходилось с ними сталкиваться. И я чудом уходил живой. Я ищу ответы на свои вопросы, которые вас, господин ведьмак, волновать не должны. Я дал вам работу, здесь, где нечисти в принципе мало. Я помог вам. Я специально отыскал таких людей, чтобы ваши услуги оплатили. А за это вы обвиняете меня в… В ужасных вещах… — его голос дрожал то ли от гнева, то ли от страха.       Геральт глубоко вдохнул, не понимая, что с Лорейном не так. — Я не обвиняю, вас, я всего лишь предполагаю. Не стоит так остро реагировать, я ни в коем случае не хотел вас обидеть. Только обратить ваше внимание на то, что, если вдруг, вы что-то замыслили, то не стоит, — всё так же говорил ведьмак, абсолютно никак не реагируя внешне, хотя внутри росло раздражение. — Я благодарен за работу, хотя, скорее всего, нашёл бы её и без вас, так как пришёл бы сюда из-за доплера. Вам стоит успокоиться, ваше сердцебиение слишком быстрое, — Геральт дёрнул уголком губ. Этим он указал парню, что все его попытки скрыть волнение — остались безуспешны. Слух ведьмака был почти совершенен.       Лорейн медленно опустил глаза. Он всегда старался держать лицо, в каких бы то ни было ситуациях, но с ведьмаком в хладнокровии состязаться было нелепо. Он ещё раз задумался о том, почему вообще решился помочь Геральту… Просто глубокое уважение к ведьмакам, после встречи с первым из них или всё-таки не озвученная просьба? — Вы, ведьмаки, всегда говорили, что люди прогнили, разучились видеть добро… А сами… — он насмешливо хмыкнул и посмотрел на свечу, с которой капнул воск. — А сами думаете, что я что-то против вас замыслил. — Предполагаю, Лорейн, я предполагаю. Будь я один — даже не обратил бы внимания, но… — Геральт окинул взглядом спящих. — Хм, видеть добро… Ты умный парень, должен понимать, что невозможно видеть лишь добро. Даже, если оно бескорыстно. — Точно также невозможно видеть лишь зло… — Лорейн тоже посмотрел на Лютика, на Мийя. — Но и это добро не бескорыстно, Геральт, — парень снова мотнул головой, стряхнув надоедливый вьющийся локон. Было видно, что он хотел что-то спросить, но не решался. — Времени уже много… Пора спать. — Парень, это ты не спал всё это время, теперь-то уже что? У тебя есть шанс спросить всё, что тебя так волнует. Я отвечу на всё, что смогу, — выражение лица Геральта не менялось. — Это не важно, — Лорейн ответил на манер Геральта. Он покрутил на пальцах серебряные кольца. Ведьмак ни капли не удивился. — О чём я и говорю, сплошные тайны… — Геральт тихо усмехнулся. — Как знаешь, настаивать не стану. Доброй ночи.       Геральт не перестал менее подозрительно относиться к Лорейну, но всё же решил опустить тему. По крайней мере на ночь. — Доброй… — Лорейн не посмотрел на Геральта, но всё же потушил свечу и накрылся одеялом.